Six or One

- Кибом, пожалуйста, не задерживайся. Уже слишком поздно, мы с папой волнуемся..- голос женщины дрожал, а с того конца трубки в ответ не раздалось ничего, кроме неясного мычания, которое могло означать только "хорошо". На город уже давно опустилась ночь, глубокая и темная, ее черные оковы разбавляли лишь блеклые вереницы уличных фонарей и редкие огоньки самых разных цветов в окнах домов, что подобно клыкам дикого зверя возвышались над землей и занимали воображение своими резкими перепадами высот и размеров. Мальчишка шел по одной из дорог, занятый только своими рассуждениями и довольно громкой музыкой в ушах. Его плечи неприятно оттягивала нелегкая ноша, состоящая из двух рюкзаков, один из которых с вещами, а второй с инструментами. Нет, не теми инструментами, которыми прочищают ванну, или доводят до божеского состояния трубу под раковиной, и не теми, на которых пиликают люди самых разных сословий и нравов по ночам у себя в квартирах, тем самым не позволяя соседям досмотреть прекрасные сны. Эти инструменты были скорее похожи на набор художника, только он рисует на бумаге, холсте или еще на чем-то, а сам Кибом рисует на лицах. Он упорно занимался, учился, и, наконец, ему дали более или менее приличную работу. Гример театра неподалеку днем и некий загадочный мастер ночью, который находит спасение себе и своему таланту в клубах, где всегда много народу, который жаждет, чтобы на его теле пояился яркий и вызывающий рисунок. Конечно, его родители знают лишь о первой работе. Они не одобряют подобные прогулки по городу в ночное время, как и любой взрослый человек, они знают, что именно в такое время обычно просыпается самая грязная часть населения мира. Воры, убийцы, насильники и просто люди, которым скучно проживать свою неинтересную жизнь, а что может быть лучше, что может дать больше адреналина и наслаждения разом, как не пара заблудших девушек в переулке или забытая всеми машина с ценностями в бардачке? Подобных существ уже ничего не остановит, если они уже вышли на охоту. Да, всегда, когда ваши мама и папа говорят, что не стоит гулять до поздна одному - правда не стоит. Лучше послушать стариков и остаться живым, чем потом ждать пока тебя найдут, а точнее соберут твои кусочки по всему городу, площадь которого не позволяет завершить поиски раньше чем через месяц или два. Но Ки не слишком волновали эти слова. Он же парень, а не девушка, кому понадобится нападать на него? Он же сможет защититься, убежать, все, что угодно.. Если бы все было так легко. Когда тебя обступает темнота, со всех сторон начинает сжимать в плотное кольцо, не остается сил мыслить трезво, расчетливо. Нет времени на длительные мысленные процессы. Есть только одна идея, навязчивая, единственная. Бежать. Со всех ног, куда-нибудь, все равно куда, лишь бы по-дальше от своих страхов. И вот сейчас, когда прямо за его спиной послышался обычный шорох листвы на дереве, скрежет закрываемой двери, фыркание облезлого кота на том самом дереве, мозг отключился. Подозрения, образы из фильмов ужасов, предупреждения.. В ушах резко становится тихо, только стук сердца напоминает о том, что парень еще жив. Кибом достает из кармана телефон и рвано выдыхает. Батарейка аппарата села. Нет музыки, нет связи с родными, нет спасения. Дыхание сбивается, и мальчишка изо всех сил кутается в капюшон и, пытаясь прогнать навязчивые образы, идет путем, по его мнению, ведушим домой. Сколько шагов он сделал? Сколько минут идет? Или мера исчисления времени путеществия уже давно перевалила за часы? Как бы то ни было, но он шел, а точнее бежал. Путаясь в штанинах и спотыкаясь обо все, что валялось на дороге. Еще немного, вдалеке уже виден знакомый подъезд. В голове начинается некий обратный отсчет, словно сзади должна взорваться бомба или неизвестный доселе снайпер должен выстрелить прямо между лопаток, тем самым прекратив метания своей жертвы. 10.. Справа на скамейке шевелится спящий бомж. Из-под него кусками вываливается бумага и обрывки газет, которые невыносимо громко шуршали и ползли по асфальту, подгоняемые ветром, подобно змеям или жукам. Вместе с ними ползли и желтые клоки листьев, со звоном катились брошенные мимо помойки пустые бутылки.. 9.. Из открытых окон, что молнеиносно проносились мимо бегущего парня, доносились резкие крики и вопли, словно молодая пара снова не поделила что-то или жена все же узнала обо всех связях своего горе-муженька. Из-за проволочного забора выбежала собака, тем самым испугав Кибома и заставив ускорить темп.. 8.. Заветный подъезд все никак не приближается, наоборот, отдаляется со злобным смехом и гоготом, издеваясь и выбивая из истощенного тела последние силы, последнюю надежду. За спиной поджидает подсознательный страх, впереди чуство слабости и неспособности. Это как пытаться бежать во сне. Ты прилагаешь все силы, упираешься в землю, отталкиваешься, но сдвигаешься на пару жалких миллиметров.. 7.. Мимо с удивленным взглядом проходит женщина и маленькая девочка, очертания которой размываются не только из-за темноты, но и из-за пота, что затекал в глаза. "Странно, ведь мать ребенка была видна так отчетливо,- мысли проносятся в голове паренька словно картинки в калейдоскопе.- Почему же тогда ее дочь.. Может ее просто нет? Лишь одна женщина шла по улице, никакой девочки рядом. Я начинаю сходить с ума".. 6.. Наушники летят на землю, но нет времени их поднимать. Нет желания. Кажется, словно сумки тоже сейчас упадут, словно кто-то вцепился в них и тянет, тянет, тянет.. Но ничего не происходит, только железная дверь становится чуть ближе, тем самым заставляя поверить в себя и успокоиться хотя бы на одну секунду.. 5.. 4.. 3.. 2.. 1.. Наконец рука ложится на холодную ручку и тянет ее на себя, в то время как пальцы другой руки, дрожа и соскальзывая, набирают заученный код, который того и гляди грозил забыться. Еще одна попытка, и дом принимает напуганного юношу в свои объятия. Та темнота, что была внутри, совсем не пугала. Она только помогала забыть все страхи и успокоиться. Это его территория, его, больше ничья, сюда никто не пройдет, ведь он стоит у двери, крепко держет ее. Ничего не случилось и не случится, ведь это все придуманно. Не реально. Все шорохи выдуманны. Никто не пройдет, никто не зайдет. "Но ведь убийца может уже быть внутри. Он может уже поджидать тебя, подстерегать, готовясь всадить нож в самое сердце.."- перед глазами возникает лицо, принадлежащее Кибомовскому сознанию, оно гадко улыбается, обнажая кривые зубы, о кривоте которых нельзя было судить раньше. И правда, он может быть внутри... Еще один шорох, и в нос парнишки ударяет резкий запах. Потом чьи-то крепкие руки хватают его, не позволяя упасть, и связывают. Крепко, надежно. Страх оказался не поддельным, а самым настоящим. Не надо было гулять по ночам, ведь такие мальчики, как Ки как раз и интересуют таких людей, как "он".