Часть 7. Глава 23.
28 августа 2016 г., 21:12
Примечания:
История Поттеров далась нелегко в связи с тем, что я до последнего не знала, что с ними делать. Так что возможны ляпы и несогласованность, а так же нужно было упихнуть и историю Сесили. Был момент, когда начала прописывать, что, как и почему, но остановилась, так как ПОКА эти маги таких тонкостей не знают.
Часть 7. Глава 23.
Харри удобно устроился на кровати с толстенным фолиантом, но мало понимал, что там написано, по нескольку раз перечитывая один и тот же абзац. Время было не то чтобы позднее, но гораздо позже «комендантского часа» в Хогвартсе. Все обитатели Блэк-Хауса, даже если и не спали, то предпочли разойтись по спальням. Женатикам так сам Мерлин велел. Вот это-то и беспокоило парня. Его связь с мужьями, приглушенная на какое-то время переходом и разрывом во времени, стала потихоньку восстанавливаться. Гасить искусственно он её не хотел — ему этих пары месяцев с лихвой хватило, словно без рук ходишь. Но и беспокойство это вызывало. Заметят или нет? И что будет, если заметят? Вроде, насколько он помнил, ни Север, ни Люц не вели себя как-то уж необычно. Никуда не срывались, никуда не бежали. Всё время старались быть рядом. Разве что в постели стали проявлять больше активности почти на грани фола. Ему здешнему ведь ещё нельзя. Но чуялка, которая заведомо находится пониже спины, определенно сигнализировала о предстоящих неприятностях. Как там отец давеча в Инферно выразился? Из постели не выпустят как минимум неделю? Хорошо бы только неделю. А то ведь они за все эти двадцать лет проценты взимать примутся, там одной неделей не отделаешься. И не важно, помнят они что-либо или нет. За одно самоубийственное, хоть и не по своей воле, попадание в Арку Смерти и свои потрепанные этим нервы будут отыгрываться. Нет, Харри совсем не против такого расклада, только не ко времени это пока… Тут бы паука поймать да припечатать… Год, наконец, закончить, СОВ сдать, будь они не ладны. Больше Харри в школу не вернется. ПАУК он и так сдаст, только на фига он ему? Ни в одну из имеющихся Академий он поступать не собирается, кольцо Мастера у него уже есть, планов на будущее громадье. О! Надо в Замок-на-костях наведаться. Ускорить процессы с прадедушкой. Тоже пускай уже вылупляется и впрягается в лямку. Сколько у нас там времени до его «рождения» осталось? Хм… Эмбрион мы заложили в июле, обряд провели в начале августа. Сейчас февраль, процесс должен завершиться в марте. А если в «околоплодные» воды добавить выжимку из сребролиста златоцетного и капнуть «Радугой исцеления»? Поможет это ускорить процесс? Дед-то почти уже готов… Дети, вон, и семимесячными рождаются. Это, конечно, не естественные роды, да и ребеночек будет лет тридцати на вид, но… А что, было бы совсем неплохо, если бы ко времени заварушки в Министерстве все причастные были, так сказать, во яви. Сколько там осталось? Чуть больше двух недель? Харри соскочил с кровати и, откинув фолиант, который пытался читать на фоне этих размышлений, отправился в библиотеку. Ему нужно было заняться расчетами. Удачно, что как раз завтра, по идее, Северус должен был появиться в Замке-на-Костях и поменять «околоплодные воды» в капсуле у Марволо. А что это будет так, Харри не сомневался ни секунду. Значит, расчеты нужно проводить с корреляцией на свежий состав в колбе. Чуть прикусив кончик пера, парень задумался над столбцом выписанных собственной рукой цифр, формул и вычерченных векторов магических потоков.***
— Я тут подумал, — нерешительно начал Регулус-младший за завтраком. — У нас есть ещё пара недель до того, как события начнут развиваться. Может мне на это время смотаться в Китай? Надо же мне «попробовать» на вкус свою легенду о последнем месте жительства. Если о самом Китае я худо-бедно подкован, то о подробностях жизни в этих монастырях… А нужно будет отвечать на вопросы. И отвечать правдиво и убедительно. — Да, наверно, так и следует поступить. Эх, как без Люца тяжко. У него там знакомый хороший, он бы мог тебе прекрасно помочь… По возвращении из прошлого они всем внезапно ожившим для общества магам придумали легенды: где они пропадали на протяжении всего этого времени и почему не возвращались обратно. Так Регулус, глубоко разочаровавшись в своем Хозяине, предпринял отчаянную попытку сбежать на край света. И у него получилось. Именно в одном из монастырей Поднебесной он смог найти для себя приют и защиту от «ужасов» дистанционного воздействия. А там… Монастырь место такое — текучего времени не замечаешь. Да ещё и увлекся восточной магией, которой всё это время и учился. Вот и вернулся Регулус, только когда осознал, что уже прошло много, очень много времени. Абрахас вообще ничего не собирался объяснять «быдлу», как он презрительно называл большую часть общества. А лордам поведает о том, что просто устал терпеть нападки Министерства и отправился путешествовать да искать свою вторую половинку. Благо к тому моменту наследник был уже даже женат и имел собственного наследника. Вот он и скинул на него все обязанности. Как и предполагалось — никаких официальных документов или заметок в прессе о кончине магов зафиксировано не было. Похорон с большим количеством свидетелей тоже не было (их вообще не было), да и как только Поттер-Блэки придут в себя в Мунго — похороны тоже перестанут быть причиной для их присутствия среди живых. Просто кто-то что-то не так понял, где-то по недомыслию поделился своими непонятками с другими, вот и прошел слух. А сейчас, когда в магмире разгорался скандал за скандалом, они решили вернуться на родину, так как у них тоже есть претензии к мистеру Дамблдору. И если раньше возвращаться смысла не было, потому как высказывать свои претензии самому могущественному светлому магу было всё равно, что кричать против ветра — никто не услышит, то сейчас… — Это ты про Ло? — вскинул голову Регулус. — А ведь и верно! — Ты тоже его знаешь? — Ещё бы не знать! Ещё до нашего поступления в Хогвартс семья Ло много лет проживала в Англии и вращалась в высших кругах аристократии. Как и Чанг, кстати. — Чжоу Чанг? — уточнила Мио. — Чжоу? Не знаю такой. Но у Лю Чанга, вполне возможно, уже должны были родиться дети… Может, это его дочь? Так что все дети этих самых аристократов были знакомы между собой задолго до такого эпохального события, как поступление в Хогвартс. Да и сейчас дела обстоят точно так же. Так что с Ло в те благословенные времена беззаботного детства я тоже дружил, хоть он и старше меня. А вот вернулись они на свою историческую родину аккурат к моему поступлению. Но переписку между нами никто не отменял… В столовой материализовался незнакомый патронус — огромная бабочка. — Сириус, у нас все готово, мы приступаем к ритуалу. — Отец? — вопросительно посмотрел Харри на Сириуса. — Это Сметвик. Пора приводить твоих маму и второго отца в мир живых. Сириус спешно закончил завтрак и выбежал из столовой. Харри только проводил его взглядом и вернулся к обсуждению путешествия Регулуса в Китай. Когда же тот, поощренный, отправился в свою комнату писать письмо Ло Чуну, сам Харри отправился в библиотеку заканчивать расчеты, которые начал ночью. Это нужно было делать скорее, так как именно сегодня Северус должен был ненадолго появиться в Замке-на-костях и заняться необходимыми для Марволо процедурами. Ближе к ночи, как только вернулся вымотанный ещё одним «воскрешающим» ритуалом Сириус, Харри стал собираться. — Харри? — удивленно приподняла бровь Мио, застукав его тихо крадущимся по коридору Блэк-Хауса к выходу. — Вот… ***… — Не ругайся, — строго припечатала девушка и цепко прихватила парня за локоть. — И куда мы тихо смываемся, а? Харри обреченно опустил плечи. Тихо сбежать не получилось. А объяснять все — это долго, нудно и совершенно бесперспективно. — Мио… Понимаешь… — начал мямлить он. — Да всё я прекрасно понимаю, — фыркнула на его мычание сестра. — Скоро в этом доме прибавится жильцов, а ты совершенно не готов к встрече с ними. Вопрос у меня только один: где ты собираешься жить? А нет, два: и почему не позвал нас с собой? — Ммм… ммм… — Эх! Пороть тебя надо, самостоятельный ты наш. — Мио? — глаза парня расширились до огромных омутов. Гермиона звонким колокольчиком смеха прогнала густые тени в коридоре, в котором они так и продолжали стоять. — Да ладно тебе. Ты на меня как на мамочку решил скинуть весь этот только что пришедший в себя выводок, а сам отправляешься экспериментировать дальше. А то я не видела, что ты опять что-то мудрил в лаборатории. Ты в Замок-на-костях? Харри глубоко вздохнул, стряхивая с плеч невидимую тяжесть. — Да, да! — закивал он болванчиком. — Именно. Надо кое-что проверить, и если всё получится, то… Марволо будет с нами гораздо раньше, чем планировалось. Очень и очень надеюсь, что как раз к битве… хм… Гермиона прекратила смеяться и серьезно посмотрела на брата. — Иди уж, шут. Это было бы совсем неплохо… Харри клюнул сестренку в щечку и открыл входную дверь. — Только подозреваю, что эксперимент твой, хоть и реальный, но всё же является банальным предлогом, чтобы сбежать… Последнее, что услышал он, втягиваясь в аппарационную воронку. — Да, именно сбежать, — пробурчал Харри, активируя «Полог немоты» на замке. — Всё-таки, если к Сириусу я худо-бедно прикипел, то Джеймс с Лили в качестве моих родителей… Не представляю, как с ними себя вести! Особенно учитывая тот факт, что очнутся они ненамного старше меня нынешнего. Мы практически сравнялись по возрасту! Вот скажите — как?! Ну как можно воспринимать парня всего на четыре года старше тебя в качестве отца? А мама?! — горестно вздохнул он. — Всё-таки хорошо, что я уже как бы женат, и в дом к родителям «возвращаться» не имеет смысла. И в будущем, они будут сами по себе, а мы с Мио сами по себе, ну… за исключением. Всё же совсем отстранятся от них мы не будем, но и мы уже вышли из того возраста, когда рядом необходимы родители. Да и у них вскоре, совсем скоро, появятся новый карапузик, который оттянет на себя всё их внимание. Следующие два дня он только и делал, что проводил ритуал за ритуалом над огромной колбой с прадедом, который на данном этапе вполне себе выглядел на свои семнадцать-восемнадцать. Все его ухищрения оказались действенными и теперь время ожидания «рождения» прадедушки существенно приблизилось во временных рамках, но недостаточно… Харри задумчиво рассматривал запущенный сад за окном. Все его мысли были о том, что можно сделать ещё? Ведь это действительно было бы очень хорошо, чтобы Марволо ко времени отправки всей гоп-компании в Министерство уже был «тут» и активно осваивался в мире. «Статик! Как же я забыл о нём?!» — досадливо хлопнул себя по лбу молодой волшебник. И, недолго думая, направился к давным-давно построенному порталу в Хогвартс. Этим самым порталом и пользовался Северус, навещая их подопечного. — Упс… Ну, я и дурааак… Харри пришлось моментально искать место для укрытия, искать мантию в сумке было некогда, хотя она всегда была с собой. Юркнув под внушительный дубовый стол в рабочем кабинете Северуса, он затаил дыхание и прикрыл глаза, всеми силами стараясь приглушить партнерскую связь. Эта самая связь, вырвавшись из-под «полога немоты», да ещё и оказавшись в столь непосредственной близости от своих «привязок», стала укрепляться семимильными шагами. Тем временем что-то очень тяжелое обрушилось на стол, и послышались характерные звуки, которые издают распаленные страстью любовники. А в поле зрения, если бы Харри приоткрыл зажмуренные глаза, ему попались бы пара примечательных ног, обутых в ботфорты и бриджи (Люц явно вернулся с конной прогулки), и вторые — в остроносых ботинках, над которыми от интенсивных движений, задирались края классических брючин. Харри, распластавшись по задней стенке стола, осторожно приоткрыл один глаз… Только чтобы уткнуться взглядом в то, как нетерпеливая изящная кисть с несмытыми пятнышками от зелий потирает сквозь тонкую ткань бридж внушительный бугор гордости Люциуса Малфоя. Расстегивает ширинку, ныряя в заветные глубины… Харри снова зажмурился и до боли прикусил внутреннюю сторону щеки. Его собственное возбуждение и нетерпение грозились вырваться предательским стоном. «Интересно, а где сам Я? Чего это они и без меня тут… развлекаются? Ах… вот же они… змеи коварные!» Харри припомнил, что он тутошний в данный момент времени должен ну очень сладко спать на Истории магии. Тогда он не оконфузился от особенно эротичного сна, который и был навеян партнерской связью с мужьями, которые сейчас тут зажигали, только благодаря хитро улыбающейся Мио и ехидно лыбящимуся, но державшему над ним щит «отвлечения» Драко. На этом моменте его размышлений о коварстве собственных змИев он не заметил, что возня над ним прекратилась, и его выдернула из-под стола властная рука зельевара. — Опять балуешься со временными потоками, проказник? В голосе Северуса смешалось все: и ехидство, и чуть заметная угроза, и ласка. Харри не успел даже подумать, что и как ответить, как его рот был запечатан губами Люциуса. — Неугомонный… — прошептал блондин, оторвавшись от губ мужа. И опять Харри ничего не успел сказать, оказавшись занят ртом Северуса, и безумие продолжалось, а противиться не было сил. Смотреть в эти глаза, пить это дыхание, руками прижимать к себе тела. Как же он, оказывается, соскучился! Невозможно сказать, до чего бы они, в конце концов, дошли, не только мантии, но и рубашки уже были сорваны в порыве страсти, но их прервало внезапное оживление камина, и голос профессора Флитвика позвал Северуса в Больничное Крыло. Тесно сплетенный клубок из тел распался на отдельные составляющие. — Мордред, — проурчал профессор Зелий, — Филиус не хуже Дамблдора знает, когда именно он может наиболее сильно помешать… — Как всегда невовремя, — хмыкнул Люциус пытающийся взять себя в руки. — Что на этот раз? — Опять небось кто-то застрял в исчезающих ступеньках… Ладно, я пошёл, а ты… — он стремительно накинул мантию и резко развернулся к Харри, судорожно дышащему и пытающемуся обуздать распаленное либидо. — Мы ещё с тобой поговорим, путешественник ты наш доморощенный. Люц, попридержи его, пока я в Больничном Крыле справлюсь. — Что?.. — заикнулся было ошеломленный парень, но Северус уже скрылся в проеме двери. Харри развернулся к своему второму мужу и подозрительно прищурил глаза. Что-то эти два слизеринца не особенно походили на тех, кто ничего не должен был помнить, но опять ничего не успел сказать. Руки блондина крепко обвились вокруг его стана и прижали к мускулистому телу, а жаркий шепот прямо в ухо заставил его похолодеть. — Знаешь, Харри, мы, конечно, знали, что рано или поздно всё это закончится, и вы вернетесь в своё время, но… — язык Малфоя прочертил дорожку по шее парня, а острые зубы прикусили мочку уха. — Такой подлянки с заклятием забвения мы от тебя не ожидали… Сердце дрогнуло и на пару мгновений остановилось. — Так что, мой хороший, мы с Северусом сейчас очень злы. Короткие поцелуи пробежались по лицу парня, и всё тот же жаркий шепот в ухо, но уже в другое: — Мы, конечно, всё понимаем. В конце концов, вопросы без ответов — это много лучше, чем понимание, что твой партнер будет с тобой ещё очень не скоро… Зубы снова попробовали на прокусываемость ухо парня. — Но это не отменяет некоторой нашей… обиды на твой поступок. Харри тяжело сглотнул, заглядывая в любимые серые омуты с до предела сузившимся зрачком — вейл негодовал. — Кх… ааак? — дрожащим голосом выдохнул парень. — Блоки слетели во время нашего бракосочетания в «Гринготтсе». И уже недели три мы с Севером чувствуем раздвоение связи… Причем одна из них с ответным посылом. Сложно не догадаться… И крепко запечатал рот юноши поцелуем. Сквозь муть наслаждения Харри все же отметил, что не чувствует в этих поцелуях хоть капельки сдержанности, что так бесила Его здешнего. Как бы ни были распалены его партнеры в этом времени с ним, с Гарри из этого времени, они все время держали себя под контролем. Хм, насколько это вообще возможно. А сейчас чувствовалось, что стопора сорваны окончательно, и ещё чуть-чуть… — Как бы мне ни хотелось к вам присоединиться, но… Люц, ты не забыл, что у тебя через пятнадцать минут начнется урок у третьекурсников? — послышался ехидный голос от двери в кабинет. Люциус оторвался от мужа и глухо выругался. Северус, стремительно преодолев разделяющее их расстояние, помог блондину справиться с проблемой, которую уже не так-то просто было обуздать, намеренно оставив без внимания такую же проблему у Харри. — Это тебе в наказание, проказник, — ухмыльнулся он, наблюдая за тем, как Харри пытается успокоить свое либидо, но не очень преуспевает в этом. Но понаблюдав ещё пару минут за мучениями парня, он сжалился и, жёстко прижав его к своей груди спиной, парой резких движений рук довел начатое до конца, но отпускать не спешил, уткнувшись внушительным носом в макушку парня. Люциус неспешно приводил себя в порядок перед уроком. — Ты больно спокойный, как я погляжу, — бросил он Северусу. — «Сердце Кая»… — небрежно ответил тот. — М? Когда успел? Сомневаюсь, что в твоей походной аптечке, которая неведомо как располагается в твоих карманах, может оказаться такое зелье. — По пути из Больничного Крыла. А приготовил уже давно. Голова немного прояснилась, и мне подумалось, что с Харри нужно поговорить, а при таком настрое… — Поговорить не получится, — хмыкнул Люциус, накидывая мантию. — Какой может быть разговор, когда хочется до пикси в глазах разложить и… — Эй! Я всё ещё тут! — дернулся было Харри, но руки Снейпа не дали ему отстраниться ни на миллиметр. — Тут. Ты тут… как и ты другой тоже тут… — прошептал Северус. — Кстати, что ты тут забыл? И когда нам ждать того эпического события, которое отправит тебя к нам в прошлое? Мы уже извелись, гадая… Харри вздохнул. Для него было шоком узнать, что Мэй поспособствовала снятию блоков с памяти его змеев, и вот уже с половину года как те мучаются. Мдя-а-а… — Скоро, — глухо высказался он. — Через пару недель ловушка захлопнется, но… Произойдет небольшая накладка… — Вы грохнетесь в Арку Смерти, — недовольно поджал губы Люциус. — И вы не должны этому препятствовать! — воскликнул Харри. — Иначе… — Что?! Что иначе?! — Северус резко развернул парня к себе лицом и затряс его как яблоньку. — А ты знаешь, что нам с Люцем пришлось пережить? Не зная, не ведая, но чувствуя? И каково сейчас понимать, что мы сами не предотвратили, сами поспособствовали?! Харри умоляющими глазами смотрел на мужа, а тот оттолкнул его и развернулся к окну, пытаясь снова взять себя в руки. Чтобы там не кричали чувства — ну, не хотел он повторения своих мытарств тому Северусу Снейпу, которому в том прошлом ещё только предстоит пережить — а разум твердил, что иначе вообще настанет непонятный писец. Ведь никто не может предугадать, как поведет себя время и магия, если их «здешний» Гарри не отправится в это гребанное прошлое. Что в таком случае будет с вот этим Харри, который сейчас обиженно дует губы и сверкает глазками? Что станется с Драко и Мио, чьи вторые, более молодые, версии всё ещё бегают по Хогвартсу? — Зачем ты вообще полез в Хогвартс, если до этого прятался где-то? Не ошибусь же, предположив, что вы специально прячетесь? — Да «Статик» мне понадобился. Хочу деда под купол запихнуть. К моменту нашего, как ты выразился «эпического отбытия», он должен быть уже на ногах и активно знакомиться с окружающим пространством и политической обстановкой. Некогда ждать «естественных» родов… — Ты что-то знаешь? — тут же подобрались маги. Харри отрицательно покачал головой. — Вплоть до нашего падения в Арку всё будет… как всегда. Назвать нормальным то положение «вещей», что сейчас происходит в магмире, сложно. Но хотя бы всё относительно стабилизировалось. Но… Что-то я краем уха зацепил, когда мы падали… Но не помню, тут и Омут не помог, помехи от перемещения всё смазали. — Ладно. Будем готовиться, хотя и не знаем к чему… Иди, не искушай своим присутствием. Но помни, — Северус снова словно тень навис над парнем. — Как только всё закончится, быть тебе поротым и оттраханым. Год из постели не выберешься… — А может и все двадцать… — задумчиво протянул Люциус, ощупывая внимательным взглядом младшего (не по статусу, а по возрасту) мужа. — За всё то время… Харри нервно хихикнул и, вытащив, наконец, мантию-невидимку, выскользнул из рабочего кабинета мужа вслед за вышедшим Люциусом.***
Следующие пару дней, реальных дней, Харри опять провел в Замке-на-костях. Он активировал полог и остался внутри него. Ведь за процессом нужно было следить, а всунуться под полог извне не представлялось возможным. Харри нужны были двадцать суток, что под пологом составляло те же двадцать часов реального времени. «Роды» прошли по плану и по времени. Ещё пару суток, час по реальному времени, Том Марволо Риддл приходил в себя под пологом, а потом Харри этот полог снял. Еще сутки он потратил на то, чтобы ознакомить вкратце деда о происходящем, ведь тот мало понимал на момент своего вселения Дамблдором в гомункул, а потом и вовсе всё время спал в замке, а потом ритуал по переселению и снова полгода практически в коме. Показать замок, объяснить, что это за замок, заказать прессу для деда, отдать пару распоряжений, и… Глубоко вздохнув, парень аппарировал в Блэк-Хаус. Время «Х» приближалось, и им ещё нужно было выработать тактику проникновения в Министерство. Сириус будет с Кингсли и аврорами, это понятно, а вот они сами? Ведь Кинг не в курсе их тутошнего пребывания, что Поттеров в этом времени два, как и Мио, и Драко. Ясен пень, что в Министерство им предстоит пробираться самим. — Беглец вернулся, — ехидной усмешкой встретила его… мама. — А мы его уже заждались, — продолжил… дед Карлус. — Ну что ж, молодой человек, набрались, наконец, смелости встретится с родственниками? — и ехидная улыбка бабушки Дореи. — Ну, что вы насели на мальчика, едва он переступил порог? Ему тоже нелегко! — вступился за сына весьма и весьма помолодевший Сириус. В преддверии встречи со своими половинками, которых совсем недавно при помощи Сметвика вернул в мир живых, Сириус, за отсутствием главного возмутителя спокойствия, а потому невозможности планировать дальнейшие ходы, занялся собой. Ритуалы, зелья, мази и вот — Джеймса и Лили встречает, хоть и не двадцатилетний юнец, но и не старик, отсидевший в Азкабане двенадцать лет. Так, парень лет двадцати пяти-двадцати семи на вид. Седина была закрашена, морщины — благослови Мерлин «Шелка Афродиты» и Мастеров их варящих (этим мастером пока что выступил Драко) — исчезли, только взгляд… Но это уже мелочи. — А где мистер Малфой? — глупо хлопнув глазами, не нашёлся чего более умного сказать Харри. — Обустраивает в Берлине семейное гнездышко, внук, но не переживай. Он тут обязательно появится.***
— Мистер, вам плохо? — прозвучал самый желанный голос на свете. Абрахас мгновенно сориентировался — раз все нужные ему маги находятся в одной компании, то надо к этой компании приблизиться насколько это возможно, и внезапное «плохое» самочувствие отличный предлог. — Нет-нет, всё хорошо, только мне нужно присесть… — Конечно-конечно, — засуетилась белокурая леди. — Рикки, помоги мистеру, отодвинь стул… Мальчик, тот самый белокурый вихрь, который всего за минуту до этого момента хвастался матери своей находкой, сидя на её коленях, тут же спрыгнул и кинулся выполнять распоряжение матери. Абрахас «тяжело» опустился на предложенное место. — Может вызвать колдомедика? — заботливо поинтересовалась его нареченная. — Сама я в целительстве не очень умелая ведьма. — Нет-нет, миссис… — Сесили Бэгшот, мистер… — Малфой, Абрахас Малфой… Это от потрясения. Не думал встретить лорда и леди Поттер, ведь по всем хроникам они мертвы. И пристальный взгляд на Карлуса и Дорею, получив в ответ напряженный, но недоумевающий взгляд. За столиком воцарилась потрясенная тишина. — Простите, — прервал тишину старший волшебник. — Довгард Луженье, отец этой очаровательной леди. Мы не ослышались? Мистер Малфой? Лорд Абрахас Малфой, который тоже считается мертвым уже более пятнадцати лет? — Мистер, я уже мистер, — улыбнулся Абрахас, включая все доставшееся ему по крови вейл обаяние на полную. — Обязанности лорда я уже давно передал своему сыну Люциусу, так что я просто мистер. А что это за история с моей якобы смертью? И, простите, но я всё ещё в шоке от встречи с, не побоюсь этого слова и надеюсь, что это так и осталось, друзьями… леди и лордом Поттер. — Кхм… Думаю, открытое кафе с его многочисленными посетителями, пусть это и не Англия, всё же не то место, где можно вести такие разговоры, — промокнула салфеткой губы пожилая магиня. — Миссис Амалия Лужинье, — представилась она. Всё происходило в противоречии с этикетом. Будь это так, то первым должен был бы представиться Абрахас, затем Довгард, и уже Довгард должен был представить своих членов семьи, но и встреча столь неожиданная… Тем более что дочь подавала недвусмысленные знаки своей матери. — А так же миссис и мистер Харт, думаю, с интересом выслушают рассказ об их причастности к знаменитой семье Мальчика-Который-Выжил, в более… уединенном месте. — Ты права, дорогая, — улыбнулся мистер Лужинье. — Мистер Малфой, вы согласитесь погостить в нашем поместье пару дней? Естественно, Абрахас согласился. — Надеюсь, мистер Бэгшот не будет против? — всё же закинул он удочку. — Я вдова, мистер Малфой, — очаровательно улыбнулась Сесили, чем разом сняла тяжесть с души Малфоя, который уже представлял, как будет отбивать у соперника свою истинную пару. Чтобы их там не связывало, но теперь она его — и точка! Известие же о вдовстве бальзамом пролилось на успевшее закровоточить сердце блондина. Пусть у нее не было столь мощного партнерского инстинкта, но он безоговорочно верил старосте общины вейл, подарившей ему кулон. И если эта женщина, судя по кулону, его истинная пара, то он её не упустит. А чувства? Что чувства? Он уже влюблен, можно сказать с первого взгляда, а дальше чувства будут только развиваться. — Рихард, подойди к дедушке, мы аппарируем домой. Мальчик, почувствовавший, что атмосфера изменилась, бросил настороженный взгляд на чужака, но покорно подошел к своему деду. Миссис Лужинье подхватила под руки Поттеров-Хартов, а Сесили с улыбкой предложила руку Абрахасу — ведь он не знал координат аппарации. Через секунду столик в кафе опустел и только мешочек с галлеонами, оставленный в оплату заказа, остался сиротливо лежать на столешнице. Впрочем, подошедший невозмутимый официант его быстро прибрал к рукам и стал протирать столик для следующих посетителей.***
Последующие несколько дней прошли в разговорах и перетираниях произошедшего. История вырисовывалась следующая. Поттеры очнулись в том самом доме в Швейцарии, как и задумывалось Габриэлем. Там уже все было к этому готово: деньги, документы на имя Чарльза и Дори Харт. Все, что они помнили — это то, что отец Чарльза, спасая их от нападения тёмных магов, перебросил их в этот дом. Ни о том, что они Поттеры, ни о своих внуках, и, тем более сыне с его женой и зятем, они не помнили. Они были уверены, что они маги, мистер и миссис Харт, и на их дом в Англии было совершено нападение. Там-то они и поймали пару проклятий, прежде чем воспользовались порт-ключом, который им бросил в пылу схватки Габриэль Харт-старший, которые напрочь заблокировали их магические силы. Они знали, что являются чистокровными волшебниками в энном поколении, но их предки не создавали Род, хоть понятия Род, Родовая магия и Память крови для них и не являлись пустым звуком. Они знали, что это такое, и с чем это «едят», но сами на себе не испытывали. Так они прожили несколько лет, пока их магические силы при помощи молчаливых колдомедиков приходили в соответствие с «нормой». Тем временем в Англии продолжали развиваться страшные события, о которых разве что ленивый журналист не писал в своих статейках. Так что они были в курсе, что Темный Лорд, уничтоживший их семью, был побежден маленьким мальчиком Гарри Поттером, но его родители при этом погибли. После того, как отгремели празднества по поводу «Победы», в Англии начались суды над Пожирателями Смерти и заседания Опекунского Совета, который распределял осиротевших волшебников по семьям, в том числе и детей пойманных и осужденных Пожирателей. Поскольку у Хартов своих детей не было, они решили воспользоваться случаем и подали прошение-заявку в Опекунский Совет. Они были согласны на любого ребенка, но первоочередным кандидатом заявили Мальчика-Который-Выжил. Что-то тянуло их к фотографиям этого карапуза, которыми пестрели все газеты магического мира. Он был им словно родной. Но их надеждам было не суждено сбыться. Им не только отказали в праве на опекунство Мальчика-Который-Выжил на основании того, что на родине найдутся и более достойные семьи, чтобы приютить у себя сироту, но и отказали в других прошениях. А потом было ещё одно нападение, сразу же после их кратковременного приезда в Англию, чтобы прояснить вопрос, почему им отказывают вообще во всех прошениях, а не только в воспитании знаменитого Героя. Очнулись они уже в магической клинике Швейцарии в 1986 году. Пять лет. Колдомедикам потребовалось целых пять лет, чтобы привести их в чувства после нападения грабителей на их дом. «Болванчик» — проклятие, лишающее разума. Проклятый впадает в состояние, напоминающее младенческий возраст — ничего не понимает, агукает, пускает слюни и ходит под себя. Самое страшное в этом проклятии — это то, что обучить проклятых, пусть долго, пусть на это нужно время, как обычных детей вырастить не представляется возможным. Через какой-то промежуток времени, когда пациент начинал хоть что-то соображать, хотя бы на уровне двухлетнего малыша, то проклятье резко активировалось и снова погружало проклятых на какое-то время в состояние овоща. Проклятие цикличного действия. На их «счастье» в клинику как-то заглянул мастер менталистики Довгард Лужинье. Лужинье решил, что пора бы ему уже защитить ступень Магистра, и искал себе материал для исследований и разработок. А где еще, как не в клинике, в отделе безнадежных случаев этот материал искать? Как только он услышал о двух магах, подвергшимся проклятию «Болванчик», он удовлетворенно потер руки и приступил к излечению. Это было в 1984 году. Ему потребовалось два года, чтобы Харты хотя бы пришли в себя и осознали окружающее. Два года, чтобы нивелировать действие проклятия, но в процессе работы мешались более старые блоки. Так выяснилось, что на Хартах есть еще какое-то заковыристое заклинание, разработанное на чарах Забвения. Пришлось распутывать постепенно и начинать с «Болванчика», чтобы вернуть чету Харт к тому состоянию, что было до того, как в них угодил «Болванчик», и уже потом разбираться с навороченным Забвением. Лужинье забрал пришедших в себя Хартов к себе в поместье. Но всё последующее время ничего не дало. Смогли выяснить только то, что заклятье имеет ограничитель и должен сработать в определенный момент. Естественно, в ход пускались и ритуалы. Харты прошли проверку в Германском отделении «Гринготса», но проверка выдала что-то несуразное. Гоблины на это ответили, что, видимо, маги подверглись воздействию родовой магии на подобие «выжигания», сиречь отречения. Поэтому проверка крови ничего не дала. Однако мастер менталист не видел печатей купирования связей в разуме Хартов, а потому продолжал искать ответы. Случай был больно запутанным и интересным. Но время шло. Ничего более обстоятельного выяснить так и не удалось. Но за это время маги успели передружиться настолько, что даже стали вторыми крестными для Сесили. Обряд, конечно, не проводили, магия бы этого не признала, так как крестные были живы и здравствовали, но негласно Сесили их так и стала называть. К 1989 году ничего в положении Хартов не изменилось. А Доргвад всё чаще и пристальнее стал наблюдать за дочкой. И то, девушке уже двадцать девять, а она все ещё не замужем и даже не собирается. И это при огромнейшем выборе женихов. Луженье не практиковали ранних помолвок и вообще договорных браков, искренне считая, что Магии виднее, и она не сведет их дочь с неподходящим партнером, но… Сесили уже двадцать девять! Хотелось внуков, наследников, а дочка продолжает порхать по раутам и отшивать одного за другим претендентов. В один «прекрасный» вечер Доргвад подловил дочь и затянул её на серьезный разговор. Вот тогда-то и выяснилось, что девушка ещё со школьных времен «встречается» с магом много старше неё. В кавычках, потому что их отношения сложно назвать «встречается», но и каким-либо другим словом это назвать было сложно тоже. Преподаватель магии стихий — Велиам Бэгшот. Сесили не могла сказать, что она его любит безмерно и безвозвратно, но именно этот маг вызывал в ней чувство покоя и защищенности, как в родительском доме. Просто первая юношеская влюбленность, спровоцированная образовывающимися вокруг парочками и гормонами. Но он отвергал её все эти годы, аргументируя это тем, что он гораздо старше, а она так молода, и ещё найдет себе юношу, чем побудил девушку «закусить удила». Теперь для нее существовал только он или никто. Даже мифический партнер, а наследие вейл — одно из самых распространенных в Европе — в девушке проснулось, который до сих пор не объявился, отошел на вторичный или даже третичный план. Те ещё мексиканские страсти. Опять же здесь свою роль сыграло это самое избитое наследие. Общеизвестно, что вейлы в партнеры выбирают себе магов, которые могут противостоять их чарам. Вот и нашла коса на камень. Велиам не был истинным партером Сесили, но смог ей противостоять, отсюда и поехало… Потом был тяжелый разговор с самим Бэгшотом. Магу действительно было уже за семь десятков лет, наследия в нем не проснулось, так что выглядел он хоть и моложаво, но… А тут ещё и открылись некрасивые и опасные тайны. Велиам, видя искреннюю заботу отца о дочери, рассказал свои тайны. Бэгшот он только по названию, а на самом деле он младший сын четы Гринденвальд, младший брат небезызвестного Геллерта Гринденвальда, и лет ему даже чуточку больше, чем принято считать. Просто, когда родители поняли, что из Геллерта не получится наследника и правильного мага, хуже того, они пережили уже пару покушений на себя и не без оснований полагали, что за этими покушениями стоит Геллерт со своим любовником Дамблдором, то… Они снова наняли сквибку и попытались дать роду наследника, предварительно проведя ритуал отречения от Геллерта. У них получилось, но спустя пять лет Геллерту удалось задуманное, и он убил родителей. Маленького Велиама забрала на воспитание Батильда Бэгшот. Она прятала его всякий раз, когда к ней неожиданно нагрянывал Геллерт… Все эти перипетии сказались на здоровье младшего Гринденвальда не самым лучшим образом: и нехватка «питания» в утробе носящей — потому как отцы скрывали её ото всех и вся, и навещать получалось крайне редко, и отсутствие родового камня, потом смерть родителей… Много всего. В результате несчастного случая во время учебы в Дурмстранге здоровье Велиама было подорвано окончательно, он стал почти сквибом, все, что ему осталось — это магия стихии воды, некрасивая, поврежденная всё в том же несчастном случае внешность, да бесплодие. На личной жизни маг поставил окончательный крест. В разгоревшимся конфликте с Гринденвальдом он стал на сторону его противников и отчаянно сражался с «братом», за что был награжден ещё парочкой неснимаемых проклятий, а после заточения ненавистного братца в Нумергард, устроился преподавать в Шармбатон, чем и занимается до сих пор. Он сам не понимал, что в нем нашла Сесили, но вот уже столько лет она просто преследует его. Но скоро все это прекратится, и уважаемый мистер Луженье может не беспокоиться. Велиаму оставалось жить всего-то пару лет. Проклятия, будь они не ладны, да магическая немощь значительно сократили его век. Он даже свою тетушку не переживет. Лужинье вернулся домой сумрачный и задумчивый. Магия ведь ничего не делает просто так. Не могла его лапушка зациклиться на своём профессоре, при том, что у неё есть истинный партнер, о котором пока, к сожалению, ни слуху, ни духу. Последовало несколько дней напряженных размышлений. Харты, которые уже давно не были чужими в этом доме, тоже оказывали посильную помощь. Результатом стало Соломоново решение — уговорить Бэгшота на брак. А там, как карта ляжет. Следующие несколько месяцев Лужинье потратили на уговоры несговорчивого Велиама. В итоге свадьба-таки состоялась. Скромная и тихая, только родственники, да заметка в колонке светских новостей, но Сесили сверкала и искрилась, как лампочка. А еще через полгода Бэгшот умер, так и не узнав, что магия вейл излечила его от бесплодия, и Сесили оказалась в положении. Как ни странно, но после стольких лет преследования и полгода замужества Сесили не слишком горевала по мужу, но души не чаяла в сыне Рихарде Бэгшоте — для всех, Рихарде Гринденвальде — по рождению. Жизнь пошла своим чередом, пока они не встретили «покойника» Абрахаса Малфоя, который утверждает, что Харты — это лорд и леди Поттер, и который оказался истинным партнером Сесили, о чем недвусмысленно заявляют начавшие сиять волосы их вейлочки. Теперь, зная, что и как искать, мистер Лужинье снова принялся за «мозги» Хартов. Магистерство свое он уже давно защитил: излечить от проклятия «Болванчик» — это вам не кот чихнул, но загадка более глубокая всё равно не давала покоя, хотя они и отрешились от нее на время, оставив всё как есть. Доргварду потребовалась всего пара дней, и Поттеры, уже Поттеры вернулись в реальность, вспомнив все, даже то, что заставил их забыть сам внучок. Как оказалось, в день убытия внуков обратно в будущее Поттеры-старшие прогуливались по Хогсмиду, а потому и их зацепило магической волной от разбитого Саей артефакта в Тайной Комнате. А вспомнив и проанализировав, они пришли к мнению, что оказались под проклятием «Болванчика» совсем неслучайно, как считалось ранее — в результате удавшегося-неудавшегося ограбления. Тогда, когда они, беспамятные, как Харты приехали в Англию за выяснением отказов по опекунству, то попались на глаза Альбусу Дамблдору. Естественно, в свете его планов на их внука, да и вообще планов, живые Поттеры были для него как бельмо на глазу. Так что они единогласно решили, что то ограбление, которое они застали, возвратившись с очередного вояжа по магазинам, было совсем не ограблением, а банальной попыткой их устранить чужими руками. И слава Мерлину, что они и на этот раз выжили. Осталось выяснить только почему их все же не убили, а только «оболванили». Но на этот вопрос ответ искать надо было у исполнителя заказа, и не факт, что они его смогут найти. Или у самого Альбуса Дамблдора как заказчика преступления. Теперь же они вернулись в Англию в Блэк-Хаус, чтобы выяснить, что и Джеймс тоже жив, как и Лили. И то, что Харри банально сбежал в другой дом, потому как боится встречаться с родственниками. — Наворотил дел, а теперь боится, — хмыкнул Джеймс, немного ошарашенный рассказанной ему историей, ведь им с Лили блоки с памяти никто не снимал. — Мне стоит гордиться сыном!***
Встреча блудного сына была бурной. Его целовали, обнимали, тормошили, укоряли за некоторые моменты, без которых вполне можно было и обойтись, но в большей степени пытались выплеснуть на парня всю нерастраченную любовь и ласку. И гордились. Он смог, он выстоял и, более того, он не дал им всем уйти за Грань так рано. А уж когда через пару дней в доме появился и Томас Марволо Мракс-Риддл, возрожденный, опять же, не без помощи Харри… Карлус только закатил глаза к потолку. Настал день «Х». Сириус уже убежал к Кингсли, хотя до того момента, как Гарри Поттер появится в Министерстве, оставалось ещё больше половины дня, а Харри и Драко «воевали» с Мио, Джеймсом и Лили. Все хотели поучаствовать в эпическом задержании Альбуса Дамблдора, только вот Харри, безумно боявшийся снова потерять только что обретенную семью, и Драко, которому претило то, что его жена будет сражаться, хотели пойти только вдвоём. И если Джеймса и Лили выбили из боя быстро, только напомнив, что Лили вообще-то в положении, то с Мио пришлось гораздо труднее. — Я не какая-то изнеженная барышня, не нюхавшая пороху! — кричала Мио на Драко. — Если ты помнишь, то в этом чёртовом Министерстве я тоже буду! Или ты опять вернулся к своему рефрену?! Так я тебе эту дурь быстро из башки выбью! Харри оттащил блондина от сестры, продолжавшей бушевать. — Не думал, что когда-нибудь это скажу, но… Драко, заделайте ей ребенка побыстрее, а то ведь она во все замуты соваться будет! — Ты думаешь, что беременность её остановит? — скептически приподнял бровь Драко. Харри огляделся на сердито сопящую сестру, к увещеваниям которой приступила леди Поттер. — Исключено, но это её хотя бы притормозит. Вон как мамочку окоротили, а за ней и Джеймса. — Что ж, ловлю тебя на слове и только потом не кричи, что ей слишком рано! — Молчок! А Гермиона всё-таки отправилась с ними. Куда делась правильная девочка, с которой Харри познакомился на первом курсе и которая всячески отговаривала его от приключений, которых он не искал, но они старательно находили его? На этот раз в Министерство они отправились через вход для служащих — туалет в замызганном кафе на задворках Лондона. Телефонная будка — это был этакий вход для посетителей, а туалет… Тем ходом в Министерство попадали мелкие служащие и обслуживающий персонал. Министры и чиновники покрупнее пользовались каминной сетью. Вот в этом и была брешь «обороны», которую и обнаружил Харри, внимательно изучив входы и выходы. Если для каминной сети нужен был значок-пропуск, для телефонной будки обязательно было назвать цель прибытия, которая фиксировалась, и служба безопасности сразу ставилась в известность, почему Кингсли и просил ребят прибыть «официальным» ходом, то в туалете… Там мог проскочить кто угодно — не требовалось ни пароля, ни цели, только пропуск мелкого уборщика, который маги и достали, банально выкрав у реальных уборщиков, которым в этот день не суждено было попасть на работу. Выкрасть такой значок у мага посильнее, клерка или тем паче начальника какого-либо отдела было, хоть и выполнимо, но сложно. Да и зачем морочиться, когда обслугу никто и не считает, и текучка на этих кадрах там, как у Темзы? Министерство не родовой замок, там домовиков нет, а эта громадина требует технического обслуживания, и штат таких неприметных лиц огромен. Поэтому в Министерство они проникли, как обычный обслуживающий персонал, на них никто и внимания не обратил. За ближайшим углом наложили на себя дезилюминационные беспалочковые чары, прекрасно зная, что уже давно «охранка» настроена только на палочковые — обмельчали маги, ох, обмельчали! — и спустились, по неприметной лестнице, которая тут тоже имелась помимо лифтов, на самый нижний этаж, где и затаились, принявшись ждать. Ждать долго не пришлось. Вот мимо них вальяжно продефилировали «Пожиратели Смерти»: Белла во главе, Люциус Малфой, брат и сестра Кэрроу в своих истинных обличиях, ведь членами Вальпургиевых рыцарей те никогда не были, ещё несколько магов «общепризнанных» сподвижников Волдеморта, в свое время заключённых в Азкабан. — Интересно, а где они частицы магов для оборотного взяли, — тихо буркнув вопрос, почесал себе нос Харри. — Старые запасы? У Дамблдора была куча времени, чтобы насобирать материал в Азкабане, там-то никто очищающих ритуалов для магов не проводил… — протянул Драко. — Хм… возможно, конечно, с остальными. Но Белла и Долохов? Их же Люц, да и сам Люциус проводил через обряд очищения сразу же и практически раз в неделю… — Вот мне интересно, — послышался из пустоты фырк Мио. — Вы каким местом Память принимали? Пятой точкой? Ну ладно, братец мой… зельеваров в нашем роду раз-два и обчелся, но ты, Драко! — А чё? Я ничё… — Чё-ничё… — передразнила пустота голосом Мио. — Ритуал очищения действует на частицы мага так, что через них нельзя наложить заклятье и порчу, так как частица теряет свои МАГИЧЕСКИЕ характеристики, присущие конкретному магу. А значит, проклятье не может ориентироваться на магический след. А Оборотное зелье считывает ГЕНЕТИЧЕСКИЙ код для превращения и изменения внешних данных принявшего его мага. Так что превратиться в кого угодно можно, даже если этот кто-то проходит ритуал очищения по пять раз на дню! Если ты не заметил на нашем втором курсе, то когда мы с Харри изображали Нотта и Бутлстроуд, то магия с нами была наша, а не имела характерных черт и векторов прототипов! Это, кстати, один из факторов по которому можно обличить мага под Обороткой. — Тихо! — шикнул Харри, хотя и принял к сведению слова Мио. В таком случае у Дамблдора действительно мог иметься запас необходимых «ингредиентов» и не только из Азкабана. Он ведь очень долго был у руля Хогвартса, и Больничное Крыло ему в помощь, как говорится. Сколько бы не было лет этим частицам, которые они сегодня использовали, но превращаться они будут в прототипов согласно их текущему возрасту, а не тому, когда были изъяты эти частицы у мага. Оборотное зелье в этом вопросе имеет только одно ограничение: если прототип мертв, то оно не сработает. Кстати, как вариант узнать, жив человек или мертв, когда никакие поисковые чары не помогают. Хм… Мимо их засады пронеслись он сам, Мио, Драко, Невилл с мужьями. Скоро будет пора. Надо только дождаться подкрепления в виде Кинга, который почему-то задержится. Ну, вот и Кингсли пожаловал. Вместе с ним ожидаемо Сириус, Ремус, Люциус и Северус, несколько невыразимцев и отряд авроров. Харри и Ко тихими тенями последовали за этим отрядом. «А-а-аа… вращающаяся комната! Вот что их задержало!» — чуть не хлопнул он себя по лбу, когда этот отряд скрылся совсем не в той двери, где сейчас находились Гарри Поттер и остальные. Невилл и близнецы только ошарашенно проводили взглядом отряд, но ничего не успели сделать. Но как только «спасатели» скрылись за другой дверью, дверь в Отдел пророчеств отворилась, и оттуда вывалились приключенцы, а за ними и погоня. Невилл тут же вступил в бой, комната завращалась — кутерьма, хаос. Невидимым Харри, Мио и Драко тоже пришлось покидаться проклятиями, да прикрываться щитами, а потом Гарри ввалился в зал с Аркой. На этот раз Харри-«старший» не дал захлопнуться двери, придерживая ее своим дезилюминированным телом, как маяк для Кинга и остальных, и не давая вращающейся комнате снова активироваться. А внизу своеобразного амфитеатра разыгрывалось сражение, но Харри не особо волновался, просто знал, что будет всё так, как и должно быть, и никто серьёзно не пострадает. Вот и Кингсли с сотоварищами вывалились из какой-то двери и тут же приметили открытую дверь, куда и понеслись слонопотамами. Харри едва успел отскочить, чтобы не снесли и не затоптали. Только Люциус и Северус мимолетно повели своими носами в его сторону: ясно — учуяли. И вот… Заклинание взбешенного провалом Дамблдора в образе Беллатриссы Лестрейндж летит в Гарри, тот понимает, что это за проклятье, и выставляет щит, одновременно начиная читать контр-заклинание. Луч бьёт в щит, и сила ненависти старого мага такова, что мальчишку просто сносит инерцией прямо в Арку, за него хватаются Мио и Драко, а сам Харри хватает за рукава мантий своих супругов, чтобы не кинулись на выручку, скидывает дезилюминационные и… — «Урратарг даррин харг»! — было произнесено звонким голосом окончание начатого Гарри заклинания привязки отраженной души к телу последнего носителя. — Кинг, — в зал влетел Патронус-ёжик. — Фиксирую разрыв в Саттерли! — Разрыв в Дамстшире! — Патронус в виде зайца. — Разрыв в Ниттингеме! — Патронус-крокодил. — Ха! Ну, что? Понеслась! — выкрикнул всё тот же звонкий голос. — Поттер? — перевел Шеклбот взгляд с Арки, где только что исчез Поттер, на… Поттера.
