Под одной крышей

*** Понедельник, 24 августа Господи, какой он милый… — Шарли, значит, — усмехнулся я, запуская руку в его русые волосы и легонько их теребя. Артем зажмурил глаза и расплылся в довольной улыбке. — Смотри! — воскликнул он, вновь опуская руки на пол и поворачиваясь ко мне задом. — У меня и хвостик есть! Он начал крутить попой, из которой действительно торчал лохматый хвост. — Как он… держится? — спросил я, с интересом разглядывая задницу Артема. — Это анальная пробка с хвостиком, — самодовольно пояснил он, — нравится? — Прикольно, — я улыбнулся, а потом с сомнением глядя на мальчишку, спросил, — а где ты берешь все эти штучки? — В секс-шопе, — ответил, улыбаясь, он. — Тебе же еще нет восемнадцати, — заметил я, снимая с себя ботинки, — как же ты покупаешь? — А я через интернет заказываю, — он сделал невинное выражение лица. Черт… я же на прошлой неделе дал ему свою кредитку, чтобы он мог оплатить какие-то онлайн курсы для его учебы. А он… Вот мелкий транжира! — Ясно… — протянул, вздыхая, я, а после спросил мальчишку, — ты ел? — Нет, — он покачал головой, — Шарли ждал своего хозяина. — Ладно, Шарли, пойдем на кухню, — сказал я, с усмешкой глядя на то, как он высовывает язык и бежит за мной на четвереньках. Я быстро разогрел вчерашний ужин и разложил его по тарелкам. Усевшись на стул, я кивнул в сторону порции Артема и сказал: — Садись, ешь. — Шарли не ест за столом, — сказал он, сидя у моих ног и жалостливо глядя на меня. — Серьезно? — я прищурил глаза и снова усмехнулся. — Ладно, держи, — я поставил тарелку перед ним на пол. — Гав! — воскликнул зеленоглазый и, наклонившись, начал поедать ужин, как самая настоящая собака. Я с умилением смотрел на него и думал: какая же скучная жизнь у меня была раньше. Свалился же на мою голову такой идиот. Хотя… он самый милый идиот, которого я встречал. Я уже хотел коснуться его головы и сказать ему что-нибудь ласковое, как вдруг он ударил рукой по тарелке и ее содержимое тут же разлетелось в разные стороны, испачкав пол, мебель и мои рабочие брюки. — Что за?!.. — воскликнул я, глядя на Артема широко распахнутыми глазами. Он тут же вжал голову в плечи и, испуганно глядя на меня, тихо сказал: — Шарли… плохая собака. После этого он резко развернулся и на четвереньках умчался прочь их кухни. Блядь… какого хрена он устроил?! Я поднялся и стал искать тряпку, чтобы скорее убрать этот бардак. Когда я, проклиная Артема всякими нехорошим словами, закончил с уборкой, он вернулся на кухню. В своих зубах он сжимал плетку с несколькими тонкими кожаными хвостами. Я стоял, сложив руки на пояс, и сверлил его своим гневным взглядом. Медленно подобравшись ко мне, он склонил голову и положил плеть передо мной. — Шарли поступил плохо… пусть хозяин его накажет, — виноватым голосом сказал он. Теперь стало ясно, что он все нарочно это задумал. На моем лице возникла хитрая ухмылка: так, значит, хочешь поиграть? Отлично, давай поиграем! Я наклонился и поднял флоггер с пола, потом обошел мальчишку со стороны, лаская его белую спину хвостами плети. Я видел, как он дрожит. Неужели ему действительно так страшно?.. Или это все лишь часть его игры? — Шарли, ты сделал очень плохо, — сказал я, — придется тебя наказать. — Шарли очень сожалеет… — жалостливо сказал он. — Больше так не делай, — сказал я и не сильно ударил его плетью по спине, от этого мальчишка тут же сексуально прогнулся в пояснице, и из его рта вырвался звучный стон, и сразу было ясно, что он кричит не от боли — очевидно это был стон удовольствия. От этого зрелища по моему телу пробежали приятные мурашки — этот мальчишка мог с легкостью завести меня. Чувствуя, как меня захватывает эта игра, я замахнулся и уже достаточно сильно зарядил ему чуть ниже поясницы. — Ах-ах, — он томно прикрыл глаза и вытянул руки вперед, положив на них голову. После я нанес ему еще несколько ударов и заметил, что его дрожь усилилась. — Кажется, достаточно, — я присел на одно колено перед ним и попытался заглянуть в его лицо. — Шарли… очень хочет своего хозяина, — прошептал он, а после поднялся и прильнул к моей груди. Он провел влажным языком по моей шее и с трепетом произнес, — у Шарли есть один секрет. — Секрет? — с улыбкой спросил я, лаская руками его юное тело. — Я хочу, чтобы Шарли рассказал его мне. — Если… — он снова лизнул меня в шею, а после коснулся губами уха, — оторвать у Шарли хвостик, то он превратится в мальчика. — Так, значит, Шарли — оборотень, — усмехнулся я, опуская свою руку к ягодицам мальчишки. — Да… — сказал с придыханием он. — Хозяин тоже очень хочет Шарли, — сказал я, хватаясь рукой за его пушистый хвост и тут же почувствовал, как мальчишка замер в ожидании. Его рот был сексуально приоткрыт, а ресницы на полуприкрытых веках заметно дрожали. Как же я хочу его… Но… может быть, ради забавы, стоит его еще немного помучить? Я улыбнулся своей мысли и выпустил его хвостик, а после, схватившись рукой за ошейник, поднялся на ноги. — Идем, — сказал я и потащил его за собой, — хозяин еще не наигрался со своей собачкой. — Да… — выдавил он, сжимая губы и я увидел, что его глаза уже блестят от влаги. — Как пожелает мой хозяин… Похоже, он уже с ума сходил от желания: он с трудом переставлял ноги и тяжело дышал. — Озабоченный кобель, — хмыкнул я, потом наклонился, обхватил его и перекинул через свое плечо, — идем в спальню, будем превращаться, — я звучно шлепнул его ладонью по голой заднице. Обессиленно обмякнув в моих руках, мальчишка тихонько заскулил, а потом тихо произнес: — Гав… *** Вторник, 25 августа Наконец, рабочий день подошел к концу, и я, растирая глаза, еду в сторону дома сквозь городские пробки. Все! Сегодня никакого секса! Просто прийти домой, поужинать и лечь спать! После вчерашних собачьих игр у меня не осталось никаких сил. Было, конечно, весело, но, если ежедневно трахаться до потери пульса, так и сдохнуть недолго… Черт… Только вот как быть с Артемом? Он, наверняка, набросится на меня с порога и сразу начнет домогаться до моего уже совершенно обессиленного тела. Мы живем вместе лишь одну неделю, а я уже готов волком выть от постоянной усталости и недосыпа. Я даже перестал ходить в спортзал. Да какой нахрен спортзал? Наверное, о нем вообще стоит забыть… Уже с какой-то осторожностью открываю дверь в квартиру и тихонько переступаю порог. Артема не видно, но вещи его на месте, значит, он где-то дома. Когда я разулся и снял куртку, даже немного удивился, что он не вышел ко мне навстречу. — Эй, ты где? — позвал я его. — Я здесь, — донесся его голос из гостиной. Я сразу направился к нему. Смотрю, сидит на коленях прямо на полу, одетый, что в какой-то степени уже немного странно, и, наклонившись к хомячьей клетке, не отрываясь, наблюдает. — Привет, — сказал я, падая на диван. — Чем занимаешься? Артем поднял на меня большие печальные глаза и тихо произнес, взволнованным голосом: — Хома сегодня какой-то грустный. — С чего ты взял, что он грустный? — спросил я, наклоняясь ближе к нему. — Он не крутит колесо, — мальчишка снова перевел взгляд на клетку, — только ест и спит. Может быть, он заболел? — Наверное, просто устал, — я пожал плечами, — надо же… даже хомяк, в отличие от тебя, умеет уставать, — после осуждающе добавил я. — На что ты намекаешь? — Артем приподнялся и посмотрел в мои глаза. — Всем нужен отдых, — ответил я, — и сегодня, кстати, у меня выходной… от тебя, — добавил я, указывая на него. — Хочешь сказать, мы сегодня не будем трахаться? — в его голосе отразилась тревога. — Какой догадливый, — заметил с усмешкой я, поднимаясь с дивана, — пойду поем и лягу спать. Меня не трогать! Я сегодня неприкосновенный! Ясно? — И чем же мне заниматься? — зеленоглазый удивленно хлопал глазами. — Не знаю… — я направился в сторону двери, — у тебя же через неделю учеба в университете начнется? Вот и готовься. — Ты злой! — бросил мне в спину Артем. — Ну и иди! Сам справлюсь! И у меня Степа есть! — Вот и развлекайся со своим Степой! — хмыкнул я и вышел из комнаты. Я быстро поужинал, ополоснулся в душе и, натянув на еще влажное тело черные боксеры, направился в спальню — голым по квартире расхаживать небезопасно, кто знает, что у этого мелкого извращенца на уме. По пути к вожделенной кроватке я все же заглянул в гостиную и даже немного удивился, увидев Артема с книгой в руках. Заметив меня, он нахмурился, но глаз не поднял, продолжая заинтересованно пялиться в книгу. Обиделся… Ну ничего, пусть дуется, в конце концов, я не из железа сделан. Сегодня я намерен выспаться и, во что бы то ни стало, сделаю это. Забравшись под одеяло, я мысленно улыбнулся той мысли, что на часах только восемь вечера, а я уже в постели. Как хорошо… Стоило мне закрыть глаза, и я моментально отправился в страну Морфея. Все-таки я чертовски устал. Чуть позже, ворочаясь во сне, я открыл глаза и понял, что в комнате уже довольно темно, а ночник все еще не горит. Приподнявшись на кровати, я осмотрелся — Артема рядом не было. Тогда я взял свой мобильный и взглянул на время — почти полночь. Странно… чем он занимается? Почему он еще не в постели? Какое-то время я боролся с собой: с одной стороны, можно было плюнуть на Артема и беззаботно спать дальше, с другой — как-то неприятно мне было от мысли, что его еще нет рядом. Я действительно беспокоился о нем. Ладно… пойду проверю как он там, а то и впрямь неприятно думать, что он все еще обижается на меня. Поднявшись с кровати, я направился в гостиную. Господи… Я тяжело вздохнул, глядя на мальчишку. Что же ты делаешь?.. Бедняжка лежал на полу, свернувшись калачиком вокруг клетки с хомяком и крепко спал, подложив правую руку под голову. Когда я подошел ближе, то увидел, что хомяк, быстро перебирая лапками, бегает в колесе. Я невольно улыбнулся этой картине. Тихонько убрав клетку в сторону, я присел рядом с Артемом. — Тема, Темочка, — прошептал я, запуская пальцы в его русые волосы, — пойдем в кроватку. Он ничего не ответил, только причмокнул губами и закрыл лицо свободной рукой. — Зая, просыпайся — я начал аккуратно тормошить его. — Мм… — он оттолкнул мою руку, не открывая глаз. — Ладно, — я тяжело вздохнул, наклонился ближе к нему и, присев на одно колено, осторожно взял его на руки. — Что… ты делаешь? — недовольно пробормотал он сквозь сон. — Несу тебя в постель, — сказал я и, поднявшись на ноги, направился в сторону спальни. Артем обвил мою шею руками и прижался к моей груди, продолжая сладко сопеть. Когда мы вошли в спальню, я положил его на кровать и сразу стал стягивать с него одежду. — Я уснул на полу? — растерянно спросил он, когда я раздел его. — Да, — я кивнул, укрывая его одеялом. — Это все из-за тебя… — пробубнил он, тон его голоса ясно дал понять, что парень серьезно обижен на меня. — Прости, — прошептал я, забираясь на кровать и устраиваясь рядом с ним. — Ты больше не хочешь меня… — он отвернулся и уткнулся носом в подушку. — Не говори ерунды, — возмутился я, прижимаясь грудью к его спине. — Если я тебе надоел… — он сглотнул, — я завтра соберу свои вещи и вернусь домой. — Ты сбрендил? — выпалил я, крепко обнимая его. — Никуда я тебя не отпущу! — Тогда, давай… займемся сексом, — тихо сказал он. Опять он за свое! — Нет. Давай просто поспим сегодня, — сказал я, целуя его в косточку на шее. — Хорошо? Только сегодня? Но вместо ответа, он резко перевернулся и со всей страстью впился в мои губы. — Тема… Артем… — пытался сопротивляться я. — Один раз… — прошептал он, целуя мою грудь, — пожалуйста… Я еще ничего не успел ответить, а он уже стащил мои трусы вниз и стал водить языком вдоль моего члена. Черт… я томно прикрыл глаза, внимая его ласкам. — Ладно… — я глубоко дышал, — один раз… — Да… — он водил руками по моим бедрам, играя языком с головкой моего члена, — одного раза будет достаточно… Через три часа. — Еще… последний, — скулил мальчишка, прижимаясь ко мне, — точно последний! Я обещаю! — Нет! Это будет уже шестой последний раз! Спи, Артем! Спи! *** Среда, 26 августа В тот день я до обеда проторчал на одной важной конференции, и, когда она закончилась, я решил уже не возвращаться в офис, а ехать прямиком домой. Когда вошел в квартиру, столкнулся с подозрительной звенящей тишиной. Я пару раз окликнул Артема, но он не ответил. Хм… чем он занимается? Я прошел в спальню, чтобы сменить офисные шмотки на домашние, и сразу увидел его. Дрыхнет… Сжав губы то ли от злости, то ли от досады, я резким движением стащил с себя галстук. Бесит! Я, значит, полночи ублажаю его, потом никакущий тащусь на работу, а вечером, не успевая перешагнуть порог, снова занимаюсь с ним сексом. А он, выходит, пока меня нет дома просто дрыхнет! Копит силы для моего дальнейшего уничтожения. Это нечестно! Сменив одежду, я подошел ближе к нему и тут же осуждающе закатил глаза от увиденного. Ну, пиздец… Валяется голышом поперек кровати на боку, одна рука заведена назад и рядом с ней лежит уже знакомый мне фаллоимитатор… Блядь! Чертов мастурбатор! Я толкнул его в плечо и громко сказал: — Просыпайся! — Что?.. — он разлепил сонные глаза и на его лице тут же отразился испуг. — Хватит спать! — процедил я. Это была моя своеобразная месть этому ненасытному похотливому засранцу: раз он не дает мне спать, то и я ему не дам! — Ты… уже дома? — пробормотал он, приподнимаясь на постели. — Артем! Что за хуйня?! — тут же взревел я, указывая пальцем на влажные пятна под ним, которые уже впитались в покрывало. Мальчишка опустил глаза на свой позор и глупо улыбнулся. — Ой, — сказал он, разглядывая пятна, — испачкал покрывало. — Это не смешно! — закричал я, пуская из глаз молнии. — Какого хрена ты занимался этим на кровати, да еще… — я покачал головой, глядя на труды его стараний, а после взволнованно провел рукой по лицу, закончить фразу так и не смог от переполняющего меня гнева. — Просто… я не мог заснуть, — тут же начал оправдываться он, — а это очень расслабляет… в общем, вот… — Не мог заснуть?! Заснуть он не мог! — процедил я. — А что ты до этого делал? Ты, вообще, чем дома занимаешься? У тебя хоть какие-то интересы есть, кроме секса и дрочки? — я прожигал его своим гневным взглядом. Он же смотрел на меня и растерянно хлопал глазами. Идиот! Настоящий мелкий придурок! И зачем я только спрашиваю его об этом… очевидно же, что он всего лишь глупый ребенок, который вдруг обнаружил, что у него есть член. Бросив на него очередной осуждающий взгляд, я уселся на кровать и обхватил голову руками. — Ты на меня злишься? — тихо спросил он, подползая ко мне. — Да, — коротко ответил я. — Почему? Из-за пятен? Я все постираю… обещаю! — настойчиво произнес он. — Не из-за этого… хотя и из-за этого тоже, но больше за другое… — Тогда за что? — Я думаю, что это очень плохо, что твоя жизнь крутится только вокруг секса, — холодным голосом произнес я, — вот, скажи мне — чем ты занимался сегодня с утра? — Сегодня утром… — задумчиво произнес он, — я читал. Читал?! Я тут же поднял на него глаза. — Что ты читал? — удивленно спросил я. — Сейчас покажу! — он приободрился. — Смотри, я купил тут себе несколько книг и, пока тебя нет дома, читаю их, — он поспешно слез с кровати и подошел к своей тумбочке. Это даже интересно, чего он там читает, даже думать об этом немного страшно. Я сразу последовал за ним. И когда он открыл дверцу тумбы, из нее тут же повалились книги, их там было штук сорок или пятьдесят. Как он их туда вообще смог запихнуть?.. Я начал быстро просматривать названия на обложках, рассыпанных по полу книг и мне стало немного не по себе. Это были очень хорошие книги и явно не для его возраста. — Вот эту я дочитал, эту тоже, и эту, и эту, и эту, и эту, — он откладывал книги по одной в сторону и, кажется, с новой отложенной книгой мои глаза увеличивались в размере. В итоге, в куче «прочитанных» оказалось большая половина книг из общей массы. — Это ты прочел, пока у меня жил? — спросил я, продолжая удивленно пялиться на лежавшие на полу стопки. — Ну, да, — он кивнул, — я сейчас читаю вот эти две, — он показал мне книги. Одна была учебной, что-то про менеджмент, а вторая — новая книга Бориса Акунина. — Когда одна наскучит, читаю другую — я всегда так делаю, — пояснил он, — иногда три или четыре книги читаю одновременно. Мне так удобнее — мозг легче тогда информацию воспринимает. Продолжая слушать мальчишку, я почувствовал, как по моему телу пробежала приятная теплая волна. Почему, сейчас глядя на него, я так сильно… возбудился? — Зацени, — Артем указал пальцем на одну из обложек, — прочти обязательно, там классные советы по маркетингу, тебе на работе может пригодится. О-очень крутая книга! Он все говорит и говорит, а я думаю только об одном… я жутко хочу его! — Влад, а ничего, что я на твою кредитку их купил? Я на Ozon’е заказал… — он вопросительно посмотрел на меня. — Ничего. Ну-ка, иди ко мне, — сказал я, подавая ему руку. — Ты злишься? — он снова выглядел напуганным. — У тебя такой взгляд… — Нет, Тема, я на тебя не злюсь, — я улыбнулся ему, а потом резко схватил его, повалил на кровать и начал стягивать с себя футболку. — А теперь, расскажи-ка мне подробнее, о чем там говорится в этой книге… про маркетинг, — я впился губами в его белую шею. — Про маркетинг… — он глубоко дышал, извиваясь подо мной, — тебе… с самого начала или основную суть?.. Я задрал его ноги вверх и, навалившись сверху, со всей страстью впился в его нежные губы. — Давай, с самого начала… — с придыханием сказал я, стягивая с себя шорты, — и ничего не упусти… — Тогда… а-ах… — он обвил меня ногами, когда я вошел в него, — нужно… нужно вспомнить… основы… а-ах… Два часа спустя. Все-таки его правда: после сексуальной разрядки засыпать куда приятнее. После его лекции про маркетинг, если это можно так назвать, я крепко его обнял и тут же провалился в глубокий сон, кажется, я скоро буду вырубаться при любом удобном для меня случае. Проснулся я от странной вибрации нашей кровати и тихих стонов мальчишки. Боже… неужели, он снова за свое?! Я лежал к нему спиной, укрытый одеялом (видимо, его стараниями) и скрипел зубами от злости. Да сколько уже, блядь, можно?! Ну все, сейчас он у меня получит! Это уже предел! Совсем обнаглел! Я резко перевернулся, чтобы высказать все, что я думаю о нем и его любви к мастурбации, но, увидев мальчишку, тут же замер. Артем лежал на спине, прикрыв глаза, и широко расставив ноги, одной рукой он ублажал себя фаллоимитатором, а другой ласкал свой член. — Аа-ах… — громко стонал он, прогибаясь в пояснице, — ах… ах… — продолжали вырываться стоны из его груди. Он прикусил зубами нижнюю губу, и я увидел, как по его телу пробежала судорога, он сильно изогнулся и, продолжая издавать развратные стоны, кончил себе на живот. Я, как завороженный смотрел на эту картину. Кажется, это было самое сексуальное, что я видел в своей жизни… Его щеки горели от румянца, рот слегка приоткрыт, а на ресницах застыли капельки слез. — Ха-а… — выдохнул он и его тело тут же обмякло. Он убрал фаллоимитатор в сторону и несколько секунд лежал, расслабившись и тяжело дышал. Его веки были все еще сомкнуты. Черт… Черт… Какой же он… «Так вот чем он занимается пока меня нет» — с какой-то обидой думал я про себя. — Влад… — он открыл глаза, — я разбудил тебя? — с заботой в голосе спросил он, с какой-то осторожностью глядя на меня. — Угу, — я кивнул, продолжая, как идиот, пялиться на него. — Прости… — после этого, он, как ни в чем ни бывало, поднялся с кровати, сладко потянулся и, повернувшись ко мне, сказал, — я в душ. — Ладно… — пробормотал я, продолжая еще оставаться в каком-то оцепенении. Я посмотрел на его удаляющуюся голую задницу, а после перевел взгляд на свой возбужденный член. И что мне теперь с этим делать? Мгновенно подскочив с кровати, я рванул за ним. — Тёма, подожди! Я с тобой! *** Четверг, 27 августа До конца рабочего дня всего три часа, а я еще с основными делами не закончил: надеюсь, успею разгрести все это дерьмо до шести, а то придется задержаться, чего мне совсем не хотелось бы. Я сидел за столом, внимательно вчитываясь в текст письма в моей электронной почте, как вдруг дверь в мой кабинет распахнулась и в нее влетел… Артем?! Что он тут делает? — Влад! — решительно сказал он, направляясь ко мне. — Нам нужно поговорить! За ним торопилась Вика — моя секретарша. — Простите, — она смотрела на меня виноватыми глазами, — я говорила, что к Вам нельзя, но он… Артем резко развернулся и уставился на девушку, а потом вскинул руку и, указывая на нее пальцем, закричал: — Я тебе уже сказал, чтобы шла на хуй! Проваливай на хуй, сука! Лицо девушки побледнело и она, растерянно глядя на мальчишку, не могла вымолвить и слова. — Я не ясно выразился? — процедил он, делая в ее сторону широкие шаги. — Выметайся! — он схватил ее за воротник пиджака и толкнул к выходу. — Артем! Какого хрена ты делаешь?! — закричал я, подскакивая с кресла. — Я хочу, чтобы ты ее уволил! — прорычал он, глядя на меня ледяным взглядом. Продолжение следует…