Соблазнитель

**** Оказавшись напротив нужной двери, я вновь впал в ступор. И так ведь каждый раз? Я делаю что-то спонтанно, а потом не могу понять, нужно ли мне это. Ну, вообще-то, нужно. Сейчас я понимал, что поговорить стоит. О чём угодно, но лишь бы тот поступок не направил его мысли совсем не в то русло. Занеся руку для удара, я выдохнул и быстро постучал. Привыкнув уже, что пытаться услышать что-то за дверью бесполезно, я был удивлён звукам шагов, раздавшихся в номере. — Уборку перенесите на вечер, — громкий голос Каулитца дал понять, что меня он не ждёт. Ну и то, что открывать дверь он не собирается. Он громко поставил что-то на стол, и наступила тишина. Я вновь постучал. В этот раз отчетливо и три раза. Как в те времена, когда ходил к нему в отель. За дверью было тихо. Это уже начинало поднапрягать. Не вечность же мне здесь стоять? Спустя пару мгновений, что показались невероятно долгими, я увидел перед собой карие глаза. Не удивлённые, не злые. Просто обыденный взгляд. — Добрый день, — сказал Каулитц, стоя в проёме и держа одной рукой дверь. — Да, добрый, — я слегка улыбнулся. — Очень неожиданно видеть вас… здесь, — он слегка выгнул бровь, тут же осекаясь. Игра в «безэмоциональность»? Как знакомо. Я понял, что говоря «здесь», он имеет в виду не только его номер, но и курорт в целом. — Я сам был приятно поражён. Можно войти? — я кивнул внутрь комнаты. — Зачем? Совсем незаметно пальцы на двери сжались сильнее, но вот взгляд остался всё таким же безучастным. — Просто разговаривать, стоя в коридоре, не очень удобно. Подумав пару секунд, он отошёл, пропуская меня и закрывая следом дверь. Войдя в светлый огромный номер, я приметил на столе, стоящем у дивана, графин с алкоголем и стакан. — Томас, угощайтесь. Вы же это любите, — сказал парень, а я мог поклясться, что он очень хочет съёрничать. — А как же вы? — я поворачиваюсь к нему и удивлённо вскидываю брови. Правда же — пить одному не так уж и хотелось. Каулитц не ответил, проходя мимо меня и направляясь к столу, стоящему напротив дивана у стены. И именно там он взял уже наполненный стакан в руку, демонстративно разворачиваясь и припадая губами к стеклу. Усмехаюсь, наливая себе скотч. А в том, что это был именно он, я и не сомневался. Молчание затянулось. Я сел на диван и смотрел на Вильгельма, который, в свою очередь, смотрел в окно. — Как отдыхается? — решив продолжить разговор, спрашиваю я. — Прекрасно. Красивый вид, очень хорошая погода, хотя её уже испортили дожди. Но в целом приятное место. — Да, с погодой не повезло. В день моего прилёта они как раз и начались. Так что наслаждаюсь лишь видами и сыростью. Я вот вам прям завидую — застали лучшие деньки, — улыбаюсь, продолжая смотреть. Этот обыденный тон, безучастный взгляд… Ну вот кому это нужно? Зачем ты так, Билл? Я же просто пришёл поговорить. — И то верно. Ничего, Томас, может, я увезу всю плохую погоду в Берлин, и вы отдохнёте нормально. — Вы собираетесь улетать? — удивился я. Оказывается то, что я подтолкнул судьбу на встречу, было очень даже вовремя. — Да, послезавтра. Пора работать. — Ну что же вы так. Соскучились или просто наотдыхались? — Разве нужна веская причина для того, чтобы работать? — он, наконец, посмотрел на меня. Думаю да, нужна. Особенно, когда ты только недавно пошёл в отпуск, да и занимаешь самое высокое после директора место в компании. Отдыхай — не хочу. — Не думаю, — противоположно своим мыслям отвечаю я. — А чем вы занимались тут? Как вообще с развлечениями? — Не знаю, не у того человека вы спрашиваете, Томас. Что? Правда? Даже на отдыхе не развлекается? — Вильгельм. Может, это и не моё дело, каждый отдыхает по-своему, всё же, но вы же на курорте. Это в Берлине вы шишка большая и должны следить за тем, что вы делаете и как. Понимаю, там не расслабишься особо. Но ведь отдых для того и нужен? Пробовать что-то иное, нежели обычные занятия. Тут не нужно прятаться. Делай то, что хочешь! В этом же вся прелесть курорта. — Занятная мысль, но не думаю, что сам хочу этого, — ответил он, внимательно выслушав меня и подумав пару секунд. — Просто мы тут с подругой решили сходить в клуб здешний. Не знаю, согласитесь ли вы составить нам компанию, но хотя бы просто подумайте над этой идеей. Это должно быть интересным, поверьте мне, — я улыбнулся, отпивая из бокала. Тем временем Каулитц задумался. Пусть думает, пусть. Ему надо давать себе волю хотя бы иногда, а иначе сойти свихнуться можно, с его-то нервами и работой. Но, зная парня, я думаю, что не согласится. Слишком привык всё контролировать, даже себя. — Знаете… Я подумаю, правда. — Вот и прекрасно, — эти слова очень подняли мне настрой. И чего я так радуюсь от того, что он вдруг решил последовать моему предложению? Наверное, именно потому, что в этой фразе подряд идут такие слова, как «он», «решил последовать» и «моему». Вот последнее особенно ценно. Мы снова замолчали. На этот раз даже у меня кончились темы, хотя я могу иной раз часами говорить даже о том, что окружает. Да хотя бы взять этот стол, что слишком низкий и темный. Я бы нашёл миллионы причин для возмущения или, наоборот, восхищения. Но сейчас, именно здесь, я не хочу. Не хочу говорить что-то тупое, тянуть всё лишь на себе. Думаю, дальше разговор не пойдёт, это точно. — Кхм, что ж, Вильгельм, я должен уже откланяться, думаю, меня уже заждались. Встаю и ставлю пустой стакан на стол, смотря на него. Ожидаю какой-нибудь фразы, но получаю лишь кивок в ответ. Ну ладно. Одновременно направляемся к двери. — Кстати, не ожидал, что увижу вас с кем-то. Решили вернуться к старому? В этот момент я уже выходил из номера и даже остановился, пребывая в шоке. Что, блин? Разворачиваюсь к нему с недоумённым взглядом. — Вроде бы я упоминал о том, что завязал с этим. Так что нет, не решил. — А, ну тогда я рад за вас, — Каулитц улыбнулся, точнее попытался. Уж лучше б и дальше стоял с безразличным лицом. — А я вот удивился, что вы один. С вашим-то выбором, — подъёбывать, так умело. Учитесь, Вильгельм. Всё-таки не удержавшись, он вскинул бровь в удивлении. — Хорошего отдыха, Томас, — проговорил стальным тоном парень и захлопнул дверь. Я же усмехнулся. Классно поговорили. *** Мерно качая головой в такт битам, я сидел на диванчике в клубе и смотрел, как Мария танцует. Мы были тут уже примерно два часа и за это время успели выпить, потанцевать, выпить, опять потанцевать. Когда я устал, то решил больше не трястись на своеобразном танцполе, лишь наблюдая за девушкой и приходя к ней на помощь, в случае особо гадких и настойчивых поклонников. — Нужно было надеть на палец кольцо, — вымученно сказала она. — Тогда тебя окружили бы ещё больше, — подметил я. — Это же курорт — сюда летят все женатики развлекаться и отдыхать от семейной жизни. — И то верно. Кажется, придётся просить тебя вернуть мне должок и поцеловаться, — она засмеялась. — Может, тогда они все поймут, что я не одна «типа». — Ой не знаю, я бы не рисковал. Кстати, мы можем просто пойти в другой клуб, их же тут несколько. — Ты думаешь, что-то изменится? — нахмурившись и прислушиваясь ко мне, ответила девушка. — Вообще, я наплясалась. Тут скучновато и пора баиньки. — Что же, милая леди, проводить вас до покоев? — я засмеялся. — Если осмелитесь, милорд, — игриво проговорила она и также рассмеялась. Встав и подав ладонь девушке, я взял её руку и помог подняться. Вот не хватает только реверанса. А, нет, вот и поклон. Усмехаюсь и наклоняюсь к Марии, чтобы ей было слышно. — Что-то вы, миледи, пару часов подряд танцевали явно не вальс, — подмигиваю и веду нас сквозь толпу отдыхающих. — Это был грязный вальс, — засмеялась она. — И, вообще-то, мы на курорте. Леди отдыхает! Подхватив падающее тело девушки, я вновь усмехнулся. — Я у тебя, походу, как доставка после пьянки. Каждый раз одно и тоже. — Не хмурься, ты же любишь меня и заботишься обо мне. Качаю головой и, наконец, замечаю приближающийся выход. — Так, нет, стоп! — резко сказала Мария, останавливаясь и пытаясь устоять. — Ух, как вдарило-то. Том, То-ом, — протянула она. — Что такое? — я забеспокоился. Такого ещё не было. — Я одна пойду. Это не обсуждается! — снова воскликнула девушка. — Не говори ерунды. Ты не дойдёшь, это во-первых. А во-вторых, а куда ещё мне идти, кроме как не в номер? Загадочно улыбнувшись, девушка обхватила моё лицо ладонями и повернула. Не понимая, что от меня хотят, я всё же перевел взгляд в сторону. И наткнулся на Каулитца. На шикарного, такого сексуального Каулитца. И почему я его сразу не заметил? Челюсть отпала сразу же, и подбирать её я не желал. — Понимаешь теперь, о чём я? — проговаривает мне совершенно серьёзным тоном девушка прямо в ухо, обнимая за плечи. — Так что вперёд, а то уведут ещё твоего красавчика, жалеть потом будешь. Она по-доброму усмехнулась и улыбнулась. — Да куда я тебя такую отпущу? — я не сдавал позиций. Да, танцующий Каулитц — это нонсенс, и мне до безумия хотелось к нему сейчас присоединиться, но вот состояние Марии меня волновало также сильно. — Так, голубок, смотри — я в норме, — она даже попрыгала на месте, очень сильно пытаясь не шататься. — Если тебе так сильно не по себе, я могу сесть на диванчик и подождать, пока протрезвею. Но сам понимаешь, там меня могут и задолбать, и я в любом случае пойду в номер одна, без тебя. Так что давай — меньше думай и иди танцуй, — она чмокнула меня в щёку, провела пальцем по месту поцелуя и пошла на выход. И почему я сейчас был уверен в том, что она доберётся нормально? Но всё же разумная часть меня не дала положиться на случай и я, подойдя к охранникам, всунул одному из них деньги и попросил сопроводить девушку, только незаметно. И, наконец, успокоившись, я вернулся на танцпол. Только вот Каулитца уже не было видно. Пройдя к стойке бара и попутно рассматривая зал, я решил, что вряд ли он пошёл домой так скоро. Раз мы не видели его раньше, это значит, что он совсем недавно пришёл сюда. А то, как он танцевал, давало понять, что ему очень это нравится. Заказав стопку коньяка, опрокидывая её и прося повторить, я сидел и смотрел вокруг. Столько людей — явно пьяных и готовых отрываться, сотрясали сейчас эти стены танцами. Где-то потешными, где-то откровенными. Забавно было наблюдать. И вот когда я, наконец, наткнулся взглядом на блондина, то уже опрокидывал в себя стопку седьмую, не меньше. Сегодня он был другим. Это совсем не тот Вильгельм, которого я знал. Майка без рукава была свободной и спадала с одного плеча, оголяя ключицы. Обтягивающие черные брюки не давали простора для фантазии, сразу показывая, кому и каким формам они принадлежат. Распущенные волосы падали на лицо и просто распадались в танце, а закушенные губы и прикрытые глаза просто сводили с ума. Я видел, что почти все в зале кидают взгляд на него, потому что оторваться не было сил. Но то, что никто не предпринимал попыток к нему приблизиться — это удивляло. Наверное, он даже врезал парочке типов, ведь я видел уже одного с рассеченной губой. А может, просто никто не хотел испытывать судьбу, и они просто наслаждались этим видом. Я же не мог просто смотреть. Это всё сводило меня с ума и заставляло идти туда, к нему. Так я и поступил. Казалось бы, свободный клуб, да вот добраться до блондина было нелегко. Или просто количество людей было связанно именно с местом, где был Каулитц? Наконец, я увидел его через пару человек от себя. Прикрыв глаза, он качал телом в ритм музыке, слегка улыбаясь и посылая вокруг лучи сексуальности и желания. Он повернулся в танце и оказался спиной ко мне в тот момент, когда я подошёл, притягивая его к себе и накрывая живот ладонями. Повернув голову и открыв глаза, он даже не удивился. Не усмехнулся и не улыбнулся. Просто провел по рукам и накрыл ладонями мои ладони, прижимаясь спиной к моей груди и продолжая движения танца. Музыка закончилась и началась другая, более медленная и заставляющая танцевать плавно и развязно. Каулитц же будто и не заметил смены мелодии — движения сами собой перестроились, теперь вводя меня в ещё больший восторг. Ведь он в танце задевал, будто специально, мой пах. Я же, в отместку, запустил ладони под ткань майки, наконец чувствуя горячую кожу. Медленно ведя по животу, я оказался под кромкой брюк. Но как же так — штаны были слишком обтягивающими, поэтому дальше пройти не было возможности. И я решил оставить руку там же, поглаживая кожу и попутно опаляя дыханием его шею. Вижу изменения в лице — парень облизнул губы, хватая ртом воздух и блаженно прикрыв глаза. Он запрокинул голову мне на плечо и прижался ещё сильнее, заставляя меня хотеть его. Думаю, он уже давно чувствует моё явно увеличившееся желание. Но тут, резко оторвавшись от меня, он развернулся и загадочно улыбнулся, уходя в толпу, оставляя меня в недоумении. Пойдя следом, я обнаружил его у барной стойки, опрокидывающего вторую стопку чего-то. Кивнув бармену, чтобы и мне налил, он молча смотрел на меня горящим взглядом, полным желания. Вот этот взгляд я узнаю из тысячи. Правда, новые нотки в нём всё же имелись. Какое-то озорство, раскрепощённость. Я же говорил ему, что поход в клуб не повредит. Опрокинув сразу две, я смотрел на то, как он, выпив последнюю, идёт вновь в толпу. Это что за новая игра? Быстрее допивая оставшийся алкоголь, бреду в толпе, а в голове — кавардак. Видимо, выпивка очень быстро решила сделать свое. Вокруг Каулитца вновь столпились люди, в этот раз намереваясь урвать хоть взгляд с его стороны. Но потом эти люди обалдели, вновь увидев меня, нагло подходящего и так открыто обнимающего этот ходячий секс. Вот да, привилегии у меня всё-таки есть. Парень же, развернувшись в моих руках, обнял меня за шею и призывно посмотрел прямо в глаза. — Что же ты творишь со мной? — спросил я его, не зная, услышит ли. Но он понял и развратно улыбнулся, ведя свою ладонь по моей спине и сжимая, наконец, ягодицу, прижимаясь сильнее. И тут-то я почувствовал, что желания у нас явно обоюдные. Наклонившись, целую его в шею, но парень, в танце, ускользает от меня, повинуясь ритму, но всё равно беря мою ладонь и не давая отойти ни на шаг. То, отходя, притягивал к себе, то просто прижимался и творил телом такие вещи, что и говорить стыдно. Так мы ходили к стойке ещё пару раз, а потом давали жару на танцполе. Я уже давно перестал замечать других людей, теперь любуясь только им и давая танцу нас сблизить. Когда же эта искра, что была между нами, совсем перестала нас щадить, стало ясно, что пора закругляться. Прикушенная мочка уха дала понять Каулитцу, чего хочется, а его ладонь на моём члене, что так озорно пробралась под джинсы, подтвердила мои мысли. Не знаю уж, каким чудом мы добрались до его номера, благо, здание отеля было соседним. Мы столько выпили, что еле контролировали свои ноги, но вот настрой был явно на высоте. Уже в лифте мы совсем прилипли друг к другу. Точнее не так: я — к его шее, а его руки — к моей заднице. Каждому своё. Ворвавшись в номер, я даже не понял, захлопнули ли мы дверь. Также я не понял, когда успела сняться одежда. Я видел лишь глаза Билла и чувствовал его тепло. Точнее, с ума сводящий жар. Он толкнул меня на кровать, и я упал на спину, с удовольствием разводя ноги и принимая его на себя. Какой же он… без слов. Постанываю, подставляя шею под поцелуи и обхватываю руками талию, притягивая ближе. Ближе. Ещё ближе. Им нельзя насытиться, особенно после такого долгого перерыва. Его всегда мало. Толкаю его и роняю на спину, переворачивая нас. Нависаю сверху, оседлав его бедра и проводя рукой по груди и животу. Этот вечер без слов мне определённо нравится. Всё написано во взгляде, стоит только захотеть прочесть. И этот взгляд сказал мне сейчас больше, чем я узнал за всё это время, что провёл с Биллом. И те вещи, о которых я даже не подумал. Но самым ярым было там желание. Этот бездонный взгляд просто обволакивал и заставлял мурашки бежать по коже. Наклоняюсь и веду поцелуями от шеи до груди, играя языком с сосками поочередно, затем веду к животу, припадая к каждому сантиметру кожи. Мои ладони блуждают по его телу, по его бёдрам. Одну из них он перехватывает и тянет на себя, заставляя вновь нависнуть над лицом. Он как-то подозрительно кинул мимолетный взгляд на мои губы, но замедлил. Вот досада. Веду рукой между телами и накрываю его член, сжимая головку и проводя по стволу ладонью. С его губ сорвался протяжный стон, а я же лишь облизнул подбородок, отталкиваясь и нависая над пахом. Не буду пытаться поцеловать. Пусть сам решится, когда что-то там себе надумает. Сразу беру в рот глубоко, сжимая губы и наращивая темп, но вот у блондина, видимо, другие планы. — Том? — промычал он, прикусывая губу и заставляя меня оторваться от его члена. Сажусь и вопросительно смотрю на него. — Я сейчас кончу, — как-то виновато проговорил он. Что происходит? Раньше такого не было. Когда он хотел кончить, он кончал, лишь говоря об этом, а потом и вовсе не говоря, ведь я был не против. Что изменилось? Или он так рдеет лишь от мысли, что сдался так быстро? Ну, так-то это только льстит. Я улыбнулся, облизываясь и снова накрывая его член губами, а его рука зарывается в волосы. Увеличиваю темп, помогая себе рукой, и уже через пару движений Билл с громким стоном кончает, сжимая одной рукой простыню, а второй — мои волосы. Лежит с закрытыми глазам и дышит быстро. Я поднимаюсь к нему, целуя в плечо. — Принесу нам выпить, — говорю и, встав, направляюсь к столику с графином. Да, нам надо больше пить, чтобы это не заканчивалось. Я точно уверен, что вся ночь впереди и будет ещё много подходов, но запас алкоголя всё-таки должен быть всегда. Разворачиваясь с графином и стаканами в руке, ловлю на себе внимательный взгляд приоткрытых глаз Каулитца. Да, смотри, я привык. Подхожу, разливаю напиток по стаканам и протягиваю ему один, попутно садясь на его бедра и начиная медленно поглаживать второй рукой его живот. То, что у меня всё ещё стоит, меня не смущает. А вот Биллу, видимо, это не нравится, потому что он накрывает ладонью мой член и начинает медленно водить по нему, смотря неотрывно в мои глаза и попивая из бокала алкоголь. Я же, в перерывах между глотками обжигающего виски, не в силах сдерживаться, начинаю постанывать. Очень хорошо. И его взгляд как невероятное дополнение ко всему. Выгибаюсь в спине, застонав в голос. Кажется, соседи нас запомнят. Он садится, оказываясь ближе ко мне, и всё также продолжает резкие движения рукой, и всё также смотрит неотрывно, будто изучая. Что же такое-то? Но это так необычно. Раньше он так пристально не смотрел. Делает глоток, облизывается и припадает к моей шее, оставляя на ней смачный засос, блуждая по коже языком. Мне же только и остаётся, что подаваться ему навстречу, да прижимать к себе за талию, на которую я положил руку. Ещё движение — и я кончаю, запрокидывая голову и не падая лишь потому, что он успевает подхватить меня рукой за спину, расплескав, правда, немного из стакана с алкоголем. Усмехается по-доброму и пожирает меня глазами. Скучал, что ли? Так и сидим — пьём алкоголь да смотрим друг на друга без слов. Я всё ещё сижу на его бедрах, а он всё также прижимает меня к себе, блуждая рукой по спине. Момент странный. Закончившийся алкоголь даёт понять, что нужно слезть и налить. Перевожу взгляд на его бокал, как будто спрашивая «ещё?», он же отрицательно качает головой. Что ж, нет, так нет. А себе я налью. Пытаюсь дотянуться, оставаясь всё также сидеть на нём, до графина на полу, я терплю неудачу. Немного пододвинувшись к краю кровати, я таки достал его и уже приготовился наливать, да только рука Билла, что покоилась на моей выпрямленной и перекинутой через его тело ноге, вдруг переместилась и легла на ягодицу, а вторая подхватила меня под талию. Рывок — и я оказался на кровати под Каулитцем, уже на автомате разводя ноги и давая ему удобнее устроиться. Кажется, я слышал звон разбившегося стакана. Какая утрата — я не успел его перехватить, и он упал на пол. — Порча имущества, — усмехаюсь я, ногами обхватывая за талию блондина. Он же молча бродил по моему телу руками, пока не наклонился и не прошептал: — Алкоголь я не хочу. А вот тебя — очень. От этой фразы и его взгляда внутри что-то сжимается, посылая приятное по всему телу. И плевать, что я кончил пару минут назад. После такого и у мёртвого встанет. — И я хочу, — облизываюсь, прижимаясь к паху сильнее. Этот неутолимый зверь тянется к смазке, откуда-то взявшейся прямо рядом, на кровати, а я понимаю, что нихрена не меняется в нашей жизни.