Два Ангела

      Краткое пояснение... В шапке было указано, что Аллен - девушка. Но здесь все обращаются к ней в мужском роде. Разгадка проста: о ее маленькой тайне практически никто не знает. И еще: действие начинается незадолго до нападения акум на орден. Далее фанфик идет наперекор канонам. Часть первая ранее гордо именовалась введением и планировалась объемом главы на две-три от силы))       Аллен болезненно поморщилась. Лави не был силен в медицине, и даже наложение повязки на рану было пыткой. Хотя и не такой жестокой, как тренировка с Кандой. При одном воспоминании о мечнике седовласая взвыла. - Больно? Прости, не хотел, - неправильно истолковал звук Историк. - Ничего, это я так... - Сходил бы к Матроне. Чего ж ты ее так шарахаешься? - Лави, твой нос чрезвычайно длинен. Рано или поздно он станет более пропорциональным по отношению к остальному телу. - В смысле? - Оторвут. Чтоб не лез куда не просят, - Аллен встала и подхватила мирно посапывающего рядом ТимКанпи. - Спасибо. Я пойду.       Лави кивнул и вышел вслед за Алленом. Седовласый шел с трудом, держась рукой за стену и шатаясь, будто пьяный. Книжник осуждающе качнул головой. Его вновь и вновь удивлял хрупкий паренек. Худое тело все в шрамах, оставшихся на месте жутких ран. Черная рука болтается безжизненной плетью, а седые волосы прилипли к блестящему от пота лицу. Но Аллен был воином, экзорцистом и в бою не уступал тому же Канде. В общем, странный это человек - Аллен Уолкер.

***

      Аллен со стоном сползла вдоль стены. Правая рука, на которую пришелся удар катаны (по счастью, тренировочной), сильно болела.        Внезапно в дверь постучали и, не дожидаясь ответа, вошли. Лави. Только он так делает. Все остальные либо слишком вежливы для такой бесцеремонности, либо не снисходят вниманием до какого-то младшего экзорциста.       Историк сел на пол рядом с товарищем. Зеленый глаз его смотрел осуждающе. - Тебе все же стоит сходить в медчасть. - Нет, - Аллен с трудом открыла глаза и посмотрел на рыжика. - Не пойду. - Почему? - Не важно, - просипела девушка. - Они узнают, но пусть потом... Не сейчас. Комуи в курсе... Если совсем плохо будет - скажи ему... Он знает, остальным не надо... - Знает о чем?       Аллен не ответила. Сознание уплывало. Она уже не слышала испуганно зовущего ее Лави: перед глазами разлилась темнота.       Рыжик поднял потерявшего сознание друга и перенес его тело на кровать. Лави даже не догадывался, почему Уолкер не хотел идти к медикам. Вариантов было много, но ни один из них не казался историку правдивым. Любопытство жгло душу, но чужие просьбы Историк не мог игнорировать.       Впервые он не знал, что делать. И пусть его профессия Книжника и предусматривала смену множества ликов, парню никогда не давалась медицина. И если с ранами худо-бедно удавалось справиться (а как иначе, если живешь рука об руку с войной, да и вырос среди смертей ), то что делать с обычными болезнями - вопрос. Сюда же, к обычным болезням, Лави отнес и случай Уолкера. Единственное, что смог придумать парень - позвать Линали.       Выслушав Историка, девушка мгновенно бросилась к другу. Она была в комнате Аллена уже через пару минут. К тому времени седовласый уже пришел в себя. Девушка подошла к кровати и наклонилась над Уолкером. - Лави... Когда он потерял сознание? - Ну пока я его устраивал, пока искал тебя... Минут двадцать. Может, чуть больше. - Ясно, - Линали вновь взглянула на Уолкера. - Мне что-то не нравится, но вот что... - Как понять - не нравится? - В его лице есть нечто неестественное, а что - не могу понять. Секундочку! - Ну что? - подался вперед Лави. - Есть одна мысль. Закрой шторы! Историк подошел к окну и дернул тяжелую ткань. Комната погрузилась во тьму, прерываемая лишь судорожным дыханием больного. - Поняла! В комнате было ярко, а зрачки оставались широкими, словно он находился в темном помещении. Совсем не реагирует на свет. Это плохо...       ...Аллен медленно повернула голову к источнику звука. Виски пронзило тупой болью. Она видела, как что-то говорила ей Линали, но смысл сказанных слов доходил медленно и с трудом. Седовласая попыталась ответить, но язык будто стал ватным. Бросив бесплодные попытки, девушка вновь закрыла глаза...       Линали тщетно пыталась понять, что говорит ее друг. Он сказал что-то вроде "Все хорошо", но этот вывод экзорцистка сделала сама - слишком хорошо знала Уолкера. Но хорошего в его состоянии не было ничего, и поэтому Лави был отправлен за смотрителем.       Комуи прибыл мгновенно, как и его сестренка. Сразу видно - семья. Смотритель осмотрел Аллена и обратился к Линали и Книжнику. - Опрос свидетелей. Что произошло? - Тренировка с Кандой. - И почему я не удивлен? - Комуи потер переносицу. - Как он себя после этого вел? - Шатался и не мог нормально ходить, - отозвался Лави. - Потерял сознание, как только доплелся до комнаты. Не понимает, что ему говорят. Вернее, понимает, но с трудом. Время раздумий над ответом заметно увеличилось... Да и говорит с трудом. Я так и не понял, что он пытался мне сообщить. Еще не реагируют на свет зрачки. - Не реагирует один или оба? - Оба. Это хорошо или плохо? - Ничего хорошего. Но хуже было бы, если б реагировал лишь один. Головой ударялся? - Да. Канда его неплохо о стену приложил. - Что с ним? - Линали выглядела весьма обеспокоенной. Да и неудивительно... - Похоже на черепно-мозговую травму. Скажу подробнее после обследования. Сейчас пришлю вам кого-нибудь с носилками... Отнесете ко мне в лабораторию. Голову слегка приподнимите. Когда будете нести, постарайтесь не трясти его. Особенно опасно перемещение с кровати на носилки. - Не легче его отдать Матроне? - поинтересовалась девушка. - Его - нет. Аллен не простит, - С этими словами Ли старший вышел из комнаты. - Почему не простит? - Линали была удивлена словами брата. - Перед тем, как потерять сознание, Аллен говорил, что Комуи что-то знает, - Лави устало коснулся лба. Причем это что-то не знает больше никто. - И он не хочет, чтобы об этом узнали другие? - Разделяю твое мнение.       Вскоре, как и было обещано смотрителем, за Алленом пришли. Ривер (а именно его и прислал Комуи) вместе с Лави осторожно переложил экзорциста на носилки. Линали открыла дверь и посторонилась, давая мужчинам вынести товарища. Перед тем, как выйти самой, девушка оглянулась на потонувшую во мраке комнату. Помещение будто впитало боль хозяина. Тяжелый затхлый запах, зловещие тени на стенах... Казалось, даже клоун на картине скалится больше обычного. Вздохнув, девушка вышла и, заперев дверь, опустила ключ в карман. Пора было догонять ребят. Темнота и боль. Какие-то приглушенные звуки. Аллен не старается их понять. Слишком плохо... Кто-то ее зовет. Голоса смешиваются, перебивают друг друга. Лави, Линали... Учитель, Мана... Мертвые и живые, реальные и несуществующие. Хотя, быть может, они и живут где-то, но Аллен видит их впервые. К примеру, кто эта девочка с глазами, точь в точь как у Канды? Маленькая, хрупкая. Она говорила что-то Аллен, но смысл ее слов не доходил до седовласой. А та женщина... Молодая, с мягкими рыжими волосами и серыми глазами. Смеется и тянет к экзорцистке руки... Почему она так напоминает Аллен ее саму в детстве? Или... Это же ее мать! Она вспомнила ее лицо, но, к сожалению, всего лишь во сне. Но почему, если мать так рада дочери, она бросила ее на произвол судьбы?! Больно и холодно. Страшно и обидно. Что бы ей это ни стоило, но Аллен должна найти эту женщину, должна поговорить с ней. Хоть теперь получить ответ на мучающий ее вопрос. Должна...