Начинка неизменна

Я надел куртку обратно, потому что в квартире было слишком холодно, чтобы ходить здесь просто так. Причиной тому были стёкла, в которых разбитые участки были закрыты какой-то полупрозрачной голубой тканью, будто она могла хоть как-то закупорить дыры, через которые свободно проникал ветер, создавая в коридоре и кухне мерзлоту. Кухня, кстати, была в безобразном состоянии. Эмаль раковины почти вся слезла, обнажая чёрное железо, кран заржавел и приобрёл какой-то грязный коричневатый оттенок с рыжими примесями. Плита тянула на пятнадцатилетний возраст, если, конечно, не больше, и также вся была в мусоре. На тумбочке примерно такого же состояния, как и плита, стоял чёрный пузатый чайник с какими-то нарисованными цветами. Внутри там ничего не было, но пить из этого древнего и немного подбитого чайника уж точно не хотелось. Открыв дверцу старенького холодильника, в нос ударил какой-то неприятный запах плесени и земли, поэтому я поскорее его закрыл, чтобы больше не ощущать эту вонь. В туалете был более-менее нормальный унитаз, что несказанно меня порадовало. Хоть что-то есть в этом дурдоме. Ванная с заржавевшей сантехникой тоже оставляла желать лучшего, но, думаю, с этим мы как-нибудь справимся. Меня больше всего интересовало состояние моей комнаты. В конце коридора была белая дверь, запертая на ключ, а слева от неё тоже была дверь, тоже закрытая, только соседская. Достав свой ключик, я провернул пару раз ключ в замке белой двери и с замиранием открыл дверцу, застывая от увиденного. Нет, я многое видел, но такую жуть ещё не доводилось. Стены были выкрашены в жутко яркий рыжий цвет, будто здесь недавно проживал какой-то сумасшедший. Чуть с краю стояла кровать на пружинах и деревянный старенький шкафчик. Тут ещё стоял компьютер с толстым монитором, который, судя по всему, сюда приволок мой отец. Когда ему хотелось убежать от мамы, он сбегал сюда и отдыхал. Хотя, это лишь моё предположение, потому что я сейчас не особо общаюсь с семьёй. Ух-ты, а здесь проведён и интернет. Только вот сомневаюсь, что кто-то за него платил. Я вышел на небольшой балкончик, оглядев окружающую обстановку. Почему-то всё здесь выглядит таким уютным и приятным, хоть и находится в таком ужасном состоянии. С балкона открывался вид на футбольное поле с песком, огороженное высоким забором и сеткой. Если бы был мальчишкой, было бы здорово там поиграть, а, может, я бы и сейчас не отказался. Даже через куртку меня пробил озноб, поэтому я быстро вернулся в комнату, закрыв за собой стеклянную дверь. Здесь всё требует срочный ремонт, на который у меня попросту нет денег, но, чем жить на улице, я лучше буду пользоваться тем, что есть. Прогулявшись по коридору ещё несколько раз туда-сюда, я надавливал ногой на скрипящую половицу и наслаждался звуком. Она так приятно скрипела. Я несколько раз дёргал соседскую дверь за ручку, в надежде, что та откроется, потому что мне было до жути интересно, как же выглядит комната. Даже ложился на пол, стараясь подглядеть в щель. Может там все стены обклеены полуголыми девицами? Или же… Я и сам не заметил, как оказался вновь на балконе, усиленно перевешиваясь через бортик и стараясь хоть одним глазом увидеть хоть кусочек соседской комнаты через окно, но оно, как назло, было занавешено плотной тканью. Окончательно откинув эту навязчивую идею проникновения в чужое личное пространство и жильё, я ещё раз обошёл все комнаты, вновь понадавливал на скрипящую половицу и даже попрыгал на ней пару раз, а затем направился разбирать сумку со своими пожитками. Вещей у меня было немного, и все они были ужасной расцветки и стиля, потому что понятие «мода» предполагало и большое вбухивание в неё денег, которых у меня было ноль. Полнейший ноль. Хватало лишь на мои основные потребности: пища, оплата счетов, мобильный интернет. Благо, цена на лапшу всё ещё не повышалась, поэтому я сразу закупился ею побольше, собираясь сварить этот до жути аппетитный продукт, а потом поджарить с маслом. Я ещё купил на последние деньги баночку острого соуса. Если экономно его использовать, должно хватить на примерно полтора месяца. Из-под крана текла очень сомнительного вида вода, но лишних денег на большую бутылку воды у меня не нашлось, поэтому я решил обойтись тем, что есть. Я выгружал из своей небольшой сумки всю свою одежду, вешая её в тот самый старый шкафчик, который пах какими-то приторно сладкими духами, а на его дверце была прикреплен графический рисунок с позами из камасутры, который я быстренько сорвал и выкинул, чтобы не видеть это. Даже не знаю, кто это сюда повесил, и знать не хочу. Надеюсь, что мои вещи не пропахнут этим сладковатым противным запахом. Книжки я сложил на стол рядом с компьютером, поправив в самой верхней закладку. Заранее предположив, что нормального чайника я здесь не увижу, я взял свой, электрический. Благо, с розетками тут всё было в порядке: отец их заменил, чтобы пахала его железная техника. Налив этой сомнительной воды и поставив чайник на кипячение, я вдруг заметил, что на тумбочке, где стоял тот старенький чёрный чайник, ещё и была какая-то тарелка, прикрытая ситцевой тканью, совершенно не вписывающийся в окружение: она выглядела идеально чистой и новой, будто только что купленной. Керамическая белоснежная тарелка также выглядела абсолютно прекрасно. Я приподнял ткань и увидел под ней несколько спелых зелёных яблок, чуть ли не захлёбываясь собственной слюной. Я потянул руку к фруктам, но вовремя одёрнул себя. Кто мог оставить здесь свежие фрукты? Они выглядят так, будто их купили всего день или два назад. Отец точно не мог, он уже как год живёт вместе с мамой в другой стране. Наверное, сосед?.. Он правда сюда приходит? Я сглотнул, стараясь противиться своим желаниям. Не нужно брать чужое, это чужое, это не твоё, это куплено не на твои деньги. Но так сильно хотелось впервые за месяц откусить кусочек спелого яблока, кисловатого и со сладостью. Я всё-таки не смог устоять. Может быть, сосед не заметит, что я скушал всего лишь одно-единственное яблочко? Да точно не заметит. Он точно многое себе может позволить, и я уверен, что у него около трёх или четырёх квартир. Только вот зачем ему эта комната? Я откусывал то большие куски, то маленькие, вспоминая, что всё хорошее когда-нибудь кончается, так что надо хоть немножечко растянуть удовольствие. Эта ужасная лапша уже сидит у меня в горле, а это прекрасное и сочное яблоко просто как дар с самих небес, преподнесённый совершенно случайно моим соседом. Он же не обидится на меня за это? Стоит работать ещё усерднее, чтобы денег хватало на всё, что хочется. Отрыв в рюкзачке кастрюлю, я поставил её на тумбу, думая, что ближе к обеду неплохо бы было сварить себе лапшички. Также я достал кружку и кинув в неё одноразовый чайный пакетик, залил кипятком из только что вскипятившегося чайника и с кружкой в руках прошёл в комнату, открывая на телефоне окно браузера и вводя пароль от своей социальной сети. Я присел на пружинистую кровать, которая прогнулась под моим весом и скрипнула, и увидел около пятидесяти новых сообщений от Сонмина, моего друга, который жил в другом городе, но мы с ним как-то познакомились и просто нашли друг друга приятными собеседниками, а сейчас буквально ни дня не могли прожить, не написав что-нибудь друг другу. На лице как-то неосознанно расплылась улыбка, а я стал писать ему ответ, прихлёбывая горячий чай.