Полторашка

По Але было видно, насколько ей не нравится моя темная сторона. Я уже и сам жалел, что вышел из себя, да еще и при ней. Но то, что Ира назвала ее бабой, при этом всего через полгода после развода найдя себе нового мужика, стало последней каплей. Мое солнышко, моя бесценная девочка сейчас в опасности, а я бессилен. И это тоже бесит. Да еще и с этим приглашением так по-идиотски вышло... В одиннадцать утра Максим отправил Алевтину спать. До встречи девять часов. Можно было бы и раньше встретиться, но существовала необходимость убрать посторонних, выставив нехитрое оцепление - этим занимался и Чайник. Да и понервировать друг друга - дело святое. - Слушай, малой, шел бы ты отсюда, - посоветовал Макс, видя мое настроение и так и тянущиеся к пистолету руки, - пойди тоже поспи или нажрись, бар на кухне. Да конечно, алкоголь сорвет последние планки, и я устрою тут кровавое месиво. Первый раз за долгие годы отключил звук у телефона - и вуаля, глобальный пиздец. С легкостью отыскав гостевую спальню, я присел на край кровати, наблюдая за спящей прямо в одежде девушкой. Она не стала откидывать покрывало и спала поверх него, забавно хмурясь.

***

Неспокойный сон оказался прерван - я проснулась, почувствовав чужой взгляд. Это оказался осунувшийся всего за ночь Денис, грустно и виновато улыбнувшийся. - Разбудил? - осевшим голосом задал он риторический вопрос. - Прости. Я хотел тебе все объяснить, а теперь не знаю, с чего начать. - Начни с того, что ты жестокий мстительный ублюдок, еще и вспыльчивый к тому же, - фыркнула я, отвернувшись и ткнувшись лицом в подушку. - Ну, да, так и есть, - надо же, даже не отрицает, - но я никогда не веду себя так по отношению к тем, кого люблю. - Учитывая то, что я в этот круг привилегированных не вхожу, я лучше буду держаться от тебя подальше! Я уже все решила. Любовь любовью, а жизнь для меня все равно на первом месте. На втором - семья и работа, потому что отец - часть работы, а Макс - почти часть семьи. Потом идет здоровье, затем учеба и еще много важных вещей. Личной жизни я всегда отводила место девятое-десятое, в зависимости от жизненной ситуации. Вряд ли его будет устраивать моя работа - без графика, в основном, ночная. И покалеченной во время его очередной вспышки злости тоже стать не хочется. - Кто сказал, что не входишь? - тихо усмехнулся брюнет, кончиками пальцев касаясь моего бока. Сердце пропустило удар. Резко сев, я недоверчиво уставилась на мужчину. Спокоен. Ну, относительно, насколько вообще можно быть спокойным в данной ситуации. - Да ты бредишь, - с подозрением протянула я, - мы месяц знакомы. - Этого мало? - хрипло шепнул он, склоняясь к моим губам. Все еще ошарашенная, я ответила на поцелуй, невольно прижимаясь ближе. - Ведь мало же, - выдохнула я, когда мягкие касания тонких губ сместились к уху. - Разве можно было в тебя не влюбиться? - притянув меня к груди, Денис уткнулся носом мне в макушку. - По тебе обычно нельзя с уверенностью сказать, какие чувства ты испытываешь, но иногда... Вот как вчера. Твоя неуверенность и предчувствие моих косяков были отлично видны, и это было так мило... Правда, я позвал тебя потому, что у тебя банально неудобно спать. Если бы ты так не нервничала, я бы так не завелся. - Да фиг с ним, - буркнула я, прижимаясь лбом к его груди и вдыхая запах любимого одеколона, - если бы я не хотела, ничего бы не было. Меня больше волнуют твои вспышки ярости. - Могу честно тебе сказать, - казалось, я слышу гулкое эхо каждого его слова в грудной клетке, - когда принцессу... - сглотнув, он чуть крепче сжал мои плечи. - Когда ее похитили первый раз, я ни слова Ире не сказал, хотя вина опять была ее. - Из-за этого она с тобой развелась? - да, я давлю на больное, но это его проблемы. - Угу, - немного помолчав, брюнет глубоко вдохнул и выпалил: - можно мне звать тебя фиксиком? - Ах, ты, шпала двухметровая! - возмутилась я, завалив его на кровать и вцепившись обеими руками в горло. - Хлыстовоз несчастный! Его нахальный смех быстро угас. Денис закрыл лицо ладонями и повернулся на бок, спиной ко мне. - Это ее любимый мультик, - задушенно сообщили мне, - я... Вздохнув, я легла рядом, прижавшись лопатками к его спине, и прикрыла глаза. Шеф прав, мне нужна ясная голова сегодня вечером, надо поспать.

***

Занятый сожалениями и самобичеванием, я сам не заметил, как вырубился. Может, оно и к лучшему, потому что так хоть время быстрее пролетело. Когда я проснулся, Али уже не было. Подскочив, впился еще мутным после сна взглядом в часы на левом запястье - только пять. Неплохо подремал, что ни говори... Брат был на кухне - готовил, как обычно. Тот еще повар-маньяк. Жена и сын Чайника тоже были здесь, бледные. Но у пацана без проблем было видно восхищение в глазах. Неудивительно - Алевтина прямо на обеденном столе собирала длинную винтовку. Споро, ловко, явно не в первый раз. - Проснулся? - заметив меня, спросил Макс, приподнимая крышку кастрюли. - Буянить не будешь? - Постараюсь воздержаться, - на ходу ответил я. Приблизившись к Але, стоящей спиной ко мне, я развернул ее за плечи к себе. Пока наклонялся, видел распахнувшиеся от изумления замечательные глаза. А потом мир для меня исчез. Только ее теплые губы. Сейчас переломный момент: не ответит - потерял навсегда. Но она ответила. Осторожно. Еле-еле. Но ответила. Чуть отстранившись, я улыбнулся ей, получив робкую улыбку в ответ. - Ты выглядишь, как башенный кран, целующий Форд Фокус! - заржал Максим, разрушив всю мою романтику, падла. - Ха. Ха, - процедил я, выпрямляясь, и, подумав, добавил: - ха. Мы стояли и ждали Чайника. По договору, без стволов и прикрытия. Но, поскольку он явно все нарушил, нарушили и мы - у нас с Максом было по пистолету. - Надо было пару хоть бойцов вызвать, а то вообще херня, - заметил я, в который раз за сутки проверяя магазин "Глока". - За нами присматривает мой ангел-хранитель, - усмехнулся брат, указав на шестнадцатиэтажку неподалеку, - да и ставки слишком высоки, он не станет быковать, правда? Вопрос был адресован дрожащей женщине. Она неопределенно пожала плечами. Не удивлюсь, если и она от своего муженька свалит после такого. Женщины могут вести себя, как жены декабристов, но не тогда, когда дело касается их детей. Ире вот казалось, что принцессе с ней безопаснее. Сжав покрепче зубы, я прикрыл глаза. Спокойно, Денис, спокойно, принцесса тебе нужна целая и невредимая, и обменивать придется тоже на целых и невредимых. Неприятно холодил задницу капот, на который я опирался. Еще неприятнее были мысли о возможном вреде, нанесенном принцессе. И болью отдавалась каждая секунда ожидания. Сукин сын, ну как можно опаздывать?! Макс пихнул меня локтем, пришлось открывать глаза. По пустой улице медленно подъезжал черный кроссовер. Прекрасно. - Мы договаривались без посторонних, - напомнил Максим, когда из салона выползли два мужика. - Это мой брат, - откликнулся бледный, с синяками под глазами Чайник, - вас же двое. Примирительно кивнув, старший встал ровно, отлепившись от крыла машины. Я не торопился - так удобнее будет доставать пистолет. И вот на свет фонаря явились Никита и моя принцесса. Макс подпихнул в спину наших пленников, двинулись и девчонки. - Папочка! - принцесса вырвала руку из пальцев Ники и побежала ко мне, широко раскрыв объятия. Сев на корточки, я поймал ее, прижимая к себе так крепко, как только мог. Хотелось пристрелить ублюдка на месте, но тогда завяжется перестрелка, принцесса может пострадать. Да и что может быть важнее теплого маленького тельца в моих руках? - Моя девочка... - прошептал я, целуя ее личико. - Ты в порядке? Он тебя не обижал? Помотав головой, принцесса снова прижалась ко мне, сопя в шею. Счастье, дурацкое счастье не давало прекратить это, защитить ее, ведь мы сейчас так уязвимы... - Я так соскучилась, - прошептала она, а я лишь обнял ее крепче. - Я очень сильно тебя люблю, моя принцесса, - улыбнувшись, я сморгнул непрошеные позорные слезы. Облегчение затапливало душу, хотелось взлететь, заорать, еще кучу всего и все одновременно... Но сил хватало только на то, чтобы обнимать самого дорогого в мире человека.

***

Счастливых до безобразия Севастьяновых я с трудом запихала в машину. Они оба так радовались спасению своих девчонок, что и думать забыли про противников, которые, кстати, организованно погрузились в свою тачку и свалили. - Максим, держи себя в руках! - прикрикнула я, устраиваясь за рулем, потому что шеф явно задумал устроить оргию прямо на заднем сидении на глазах у Марины. Денис на переднем сидении благоразумно усадил дочку лицом к окну, и они там о чем-то шептались. Я была рада. За обоих. За всех четырех и даже немного за Ирину. Но привычка поглядывать во время езды в зеркало заднего вида сейчас нервировала - они там целовались так, что хоть в порнуху вставляй. В гей-порнуху, прости, господи. Иногда, отстраняясь, шеф что-то шептал Ники, запуская пальцы в длинные волосы (натуральные, кстати), а потом снова целовал. Я, конечно, все понимаю, нервы, время, туда-сюда, но в машине же маленькая девочка! Поэтому я решила, что от четы Севастьяновых надо избавиться в первую очередь. Хорошо хоть, что пробок не было... - Валите уже, голубки, и постарайтесь дойти до кровати, - усмехнулась я, притормозив у их дома. Пошатываясь и умудряясь целоваться на ходу, парочка в обнимку скрылась в подъезде. - Ты к маме хочешь? - тихо спросил у уже придремавшей Марины Денис. - Нет, к тебе, - пробормотала она, поудобнее пристраивая голову на груди отца. Ну, к нему так к нему. Чувствую себя то ли таксистом, то ли маршрутчиком... - Пошли, - мотнул головой брюнет, когда ему пришло время выходить. Я решила, что, если откажусь, он начнет спорить, а это нарушит сон его принцессы. Зато оказалось, что в здоровой квартире Дениса нашлось место небольшой детской. Ласково что-то нашептывая, мужчина переодел дочь в пижаму с фиксиками и заботливо укрыл, даже одеяло подоткнул. - И что дальше? - негромко спросила я, когда он тихо закрыл дверь и прислонился лбом к косяку. - Надо расслабиться, - озвучил свои планы брюнет. "Расслабиться" - это, в его понимании, заказать пиццу, разлить по стаканам колу и включить телевизор с приставкой, убрав по максимуму звук. Такое "расслабиться" мне очень даже нравится. Я видела, что он написал Ире о нынешней ситуации и сразу выключил телефон. Наверное, чтобы не звонила. - Ты не поверишь, - он сделал большой глоток колы, пока грузилась игра, сидя на полу и прислоняясь к моим ногам - я-то, как человек, сидела на диване, - это первый раз, когда принцесса ночует в сделанной для нее комнате.