Блеск изумрудов

Мое сердце нервно сжалось, выбивая быстрый ритм какой-то песни. Во мне боролись два чувства: радость и обида. Этот человек был моим всем и отобрал у меня все и еще больше. Я простила его уже давно, но гордость не давала сделать шаг вперед. Я очень этого хотела… Вы просто не представляете, что он для меня значит. Он может свести меня с ума одним вздохом. Он святыня для меня… Но это также воплощение моей боли, моих слез и крови. Я бы многое, наверно, отдала, чтобы это все забыть. Может быть даже продала бы свою душу дьяволу, бесу, кому-либо еще лишь бы этого всего не было никогда… Лучше я не буду уметь любить, чем любить так. Это больно, но все счастье когда-то заканчивается, мое закончилось. В этот момент он обернулся. Его взгляд был направлен точно в мои глаза, но он был какой-то удивленный что ли. Что-то явно было не так, и я поняла что: Диме было не больше 20 лет. Его каштановые волосы до плеч все так же находились в творческом беспорядке, который присущ молодым людям его возраста. Он смотрел на меня, все шире распахивая глаза. - Стася… - мое имя с его губ слетело так, как будто это было признание в любви, клятва или волшебное заклинание. - Дима… что же ты сделал, Дим… - я опустилась на колени, отводя от него взгляд и припадая к древу. - Прости, прости меня, если сможешь, я, правда, не хотел этого. Я очень люблю тебя, понимаешь? – он подошел вплотную ко мне со стороны спины, не осмеливаясь посмотреть в глаза, положим свои руки на мои обнаженные плечи. – Я ненавижу себя, за то, что сделал с тобой, за то, что ты бессмертна, за то, что ты родилась заново…. Прости меня хотя бы ты, если сможешь… - В смысле, я родилась заново? – спросила я удивленным тоном. - Когда ты превращалась в нефилима, ты умерла человеческой смертью, поцелуй Майкла родил тебя заново, так сказать, с пеленок. Ты знаешь, сколько тебе лет? Я задумалась. - Ну, около 23, наверно… - я смотрела на свои туфли и крутила в руке прядь белокурых волос. - Любимая, тебе 15. Ты снова подросток. – он усмехнулся. - Господи, как убить ангела!? Что мне сделать, чтобы умереть навсегда?! При этих моих словах, Дима вздернул меня за плечи так, чтобы я стояла к нему лицом. Я уже и забыла, какой он высокий. Мой маленький рост позволял уткнуться к нему в грудь и не показывать слез. Он был в черной хлопковой облегающей рубашке и черных льняных джинсах. Его ноги были босы, что я увидела сквозь густую ярко-зеленую траву. От него пахло так, как я и запомнила. Он не изменился ни капли. Все тот же самый любимый на свете Дмитрий Брайс. Мы стояли так до того момента, пока солнце не склонилось за горизонт. Потом он подхватил меня на руки, как в старые времена и понес в гостиную. Посадив меня на мягкий ковер с высоким черным ворсом, он пошел по направлению к кухне. Оттуда он принес поднос с красным домашним ежевичным вином, клубнику и бисквитный вишневый торт. После легкой трапезы, во время которой мы оба молчали, я опустила голову к нему на колени и заснула во сне. Это-то меня и пробудило. Точнее, я поняла, что лежу на земле и плачу. Вокруг меня была та самая зеленая трава, но не было ни деревьев, ни цветов, не его… Я быстро вытерла слезы и встала на ноги. Рядом со мной оказался Лекс, который тряс меня, словно обкуренную наркоманку. Он на меня кричал. - Ты что!? Совсем рехнулась!? Не для того тебя Майк перерождал! - Его нет… Ты не понимаешь! ЕГО НЕТ!!! – заорала я во все свое горло. - Он не стоит того, что ты тут вытворяешь, пойми же ты наконец! Это слишком даже для тебя. Его обеспокоенный взгляд немного освежил меня. - Увези меня отсюда. Делай что хочешь, но я не хочу находиться здесь. Мне нужна Ли. Без нее мне не жить. По нашей связи он понял, что это истинная правда, да я особо этого и не скрывала. - За что ты его так любишь? Что в нем такого, а? Я просто не врубаюсь. - Я не знаю, Лекс, правда. Люблю за то, что он есть, за то что дышит… - и тут я осеклась. Слезы вновь брызнули, но быстро высохли. – За то, что дышал. Я буду любить его и после его смерти. Он для меня самый прекрасный, самый лучший во всей Вселенной, понимаешь? Мой мир – это он. Мое солнце вращалось вокруг него, точнее он и был моим солнцем. Я не знаю, как объяснить тебе, Лекс, правда, не знаю. Мне кажется, что он понял мои чувства. Он закинул меня себе на плечо и понес в свой белый «Ягуар». Все бы ничего, но двери открывались в 3 стороны: наверх, влево и вправо. Он выбрал последний вариант, посадил меня на сиденье и наглухо пристегнул ремнями безопасности. Оборотни так же, как и вампиры, обладают сверхскоростью, сверх зрением, сверхнюхом и сверх координацией и способностью чуять окружающую природу, поэтому братец прыгнул через меня, захлопывая мою дверь. - Поехали в Акваморск. Там ты сможешь начать новую жизнь на берегу Креапского моря. Я привезу туда Ли с Линой. - А мама? - Мама… Мама мертва, Стась… - он выдержал почтительную паузу. – Ее больше нет, также, как и отца. - Как это случилось? – сказала я с окаменевшим лицом. - Когда ты умерла, мать была настолько расстроена, что забыла о превращении. Ты же знаешь, что если задержать превращение в кого-либо (мы же оборотни, а не вервольфы) на срок даже больше доли секунды на год, то мы становимся обыкновенными смертными. Ну, так вот. Когда Ли удалось уговорить Мерседес превратиться, то прошло несколько секунд больше, после чего она, как и отец, состарилась и умерла смертью смертно человека без мучений и болезней, как присуще оборотням… - Лекс? – спросила я дрожащим голосом. - Что? - А Лина? Что сейчас с ней? Сердце мое замерло в предвкушении ответа. - А что она? Она выучилась, вышла замуж, кстати, за моего сына… Постоянно о тебе вспоминает. Она такая красивая… Глаз не оторвать. Мне повезло с невесткой. - А Джиму не повезло с тещей… - сказала я задумчиво. - А еще я – дедушка! Следовательно? - Я бабушка, да? Классно… в 15 лет я – бабушка, мать, теща… Все счастливы? Не дождавшись ответа, я сомкнула веки. Тьма окутала меня с ног до головы, поглощая мою душу. Я снова окунулась в сон. Вокруг стоял дивный летний вечер. Я на сижу на песочном пляже морского побережья. Вокруг меня пусто, только резвые чайки ныряют в бирюзовую кристально-чистую воду за рыбой. Солнце уже клонилось к морскому горизонту. Я чувствовала себя очень уставшей и морально и физически. Я легла на теплый бежевый песочек, цвета слоновой кости. Я раскинула ноги и руки в позе «морской звезды», запустив пальцы в песок. Шум легких волн успокаивал сознание, и тут я услышала шаги. Мне было лень поднимать голову и открывать глаза. Я просто лежала, думая о чем-то своем. Мне было не до чего. Дрожь пробила мое тело, словно электрический разряд. Я узнала это чувство. Оно возникает только в одном случае – если рядом Дмитрий Брайс.