Блеск изумрудов

Не знаю, какой черт меня дернул, но я поднялась из своей удобной позы и встала напротив него. Я долго его изучала: все те же карие глаза, матовая бежевая кожа с ровным загаром, губы сжаты в довольной ухмылке, глаза полны любви и нежности…. Одет он был в черные хлопковые брюки с кожаным ремнем и белую, облегающую накаченный торс, футболку. Ноги, соответственно, были босы. - Привет, - сказал он весело. - Здравствуй. – коротко поприветствовала его я. Опять во мне бушевали эти два противоречивый чувства: безграничная любовь и гордая обида. Второе все-таки верх, и я собралась уйти. Стоило мне только повернуться к нему спиной, он схватил меня за руку и притянул меня к себе. Поверьте, для меня ужасная пытка смотреть на его алые губы, ощущать его запах и слышать его голос. Когда он рядом, для меня мира не существует, только он один. Он отвел прядь моих золотых волос и заправил за ухо. С какой нежностью он это делал! Каждое его прикосновение обжигало мою кожу желанием. - Глупенькая моя… Эти его слова и то, как он их произнес, сносит мне крышу… Убийственно… Ностальгия и чувство дежавю окутывают с ног до головы. Мысли были только с ни. Сосредоточены на нем. От удовольствия я даже закрыла на мгновение глаза, но тут же вспомнила. - Нельзя. – резко отрезала я. Возрастной закон…. Как я могла забыть про него?.. - Что нельзя спросил он, начиная расстегивать мою шелковую черную блузку. Маленькие пуговицы легко расстегивались под его умелыми пальцами. - Нельзя тебе этого делать. По крайней мере не со мной. - Делать чего? – его губы теперь уже ласкали мою шею, а руки прижимали меня к его телу, лаская спину. Меня начала бить мелкая еле заметная дрожь. Тело ныло от желания, но этого нельзя было допустить. Я воззвала к крыльям. Они раскрылись позади меня. Легкий ветерок колебал перышки, которые на свету казались голубыми, а не синими. Наши тела среагировали быстро. Он обхватил мою талию руками, и мы поднялись в высь. Кружась средь облаков, он целовал меня так, как было это раньше. Я осознавала, что нам это запрещено, но ничего не могла с собой поделать. - Я скачал, глупенькая. Тебя сложно заставить спать, - молвил он между поцелуями. - Не хочу посыпаться… Там жестокая реальность. Но спать вечно я тоже не могу, Дим. Нефилимы вообще не спят. В реальном мире – я в трансе. Мне пора. Не успела я договорить это, как оказалась в все том же белом «Ягуаре». - Сколько сейчас времени? – спросила я, подавив зевок. - Шесть пятнадцать вечера. А что? - Сколько я «спала»? - Ты не спала. Ты просто коснулась лбом стекла и все. Это заняло секунд 5-10, не больше. Что-то случилось? - Я… Не знаю. – ответила я и отвернулась к окну. Каких-то 10 секунд…. А там уже наступила ночь… Мы наконец приехали к моему новому жилищу. Это был коттедж чуть меньше моего прошлого дома, но внешне он был совсем другим. Фасад здания был светло-коричневого цвета, а балки и оконные ставни черными. Строение состояло из 4 этажей, крылечка, террасы и заднего двора. Также имелся гараж на 2 машины (каким-то чудом моя машина была уже здесь), бассейн на улице (с подогревом), потом еще огромный сад, какой был во сне. Не хватало только того дерева и… И тут все снова навалилось на меня. Вся радость исчезла с моего лица, также, как и туча с неба. Дежавю накатило на меня с новой силой. Тогда, во сне, тоже только что прошел дождь, те же цветы, я разглядела даже фасад… Мне не хватало только его… самого драгоценного атрибута моей жизни… Я открыла тяжелее кованные витые ворота, после чего Лекс загнал машину гараж, к моему черному кабриолету. Я глубоко вдохнула свежий прибрежный воздух. Крылья сами раскрылись и я взлетела в высь. Я парила над садом, вглядываясь в морскую гладь, а потом упала. Крылья пропали и я просто упала в кусты какого-то растения. Я лежала неподвижно, смотря в лазурно-голубое небо, которое манило к себе. Хотелось снова взмахнуть крыльями и улететь далеко-далеко за границы облаков… Там царит покой, счастье… Но, похоже, это не для меня. Александр быстро спохватился и подбежал ко мне. После того, как он отнес меня в дом, я начала немного осматриваться по сторонам. По всей видимости, я находилась в гостиной. В этой комнате был большой камин (прямо как из того сна), такой же ковер с высоким ворсом, доходящим до щиколоток, черного цвета. По всей комнате была расставлена полированная мебель из черного дерева, на которой стояли старинные канделябры из черного и кроваво-красного парафина. На потолке висела шикарная хрустальная люстра с энергосберегающими лампами, которая включалась по щелчку или хлопку. Рядом с камином было два больших мягких кресла, отделанных черной кожей, рядом с которыми стояли журнальные столики с вазами. Около дальней стены находился огромный черный диван-кровать в одном стиле с креслами. Стены были отделаны специальной штукатуркой песочно-бежевого цвета. На огромном окне с широким подоконником, на котором можно было сидеть, вытянув по нему ноги и откинув голову на мягкую часть стены (специально отделанную для этого), висели плотные черные с серым узором портьеры, которые могли полностью скрыть свет дня, что они сейчас и делали. Обстановка комнаты мне напомнила мой бывший уютный дом, но этот был лучше. Тут было уютнее и теплее. Хоть Лекс и положил меня на диван, я сползла с него на ковер и перебралась поближе к камину. Огонь отплясывал радужные веселые танцы. Это завораживало меня. Я смотрела на него, вглядывалась в очертания алых языков пламени, пока из них не сложилось лицо Димы. Я резко откинулась назад, развернулась, собралась бежать и врезалась в Лекса. - Ты чего, а? Ты лежать должна, а не по комнате бегать, как сумасшедшая… - начал говорить он, но потом увидел мое испуганное лицо, которое отражалось у него в зрачках. – Стась, что случилось? - Я… Он… я… - у меня не получалось связанного текста, я вообще не могла говорить. Тело била крупная дрожь, а зубы отбивали дробь. Лекс прижал меня к себе, поглаживая меня по волосам, прямо, как в детстве. Опять эффект дежавю. Когда-то, в давно забытом детстве, я пошла одна в лес собирать ягоды и грибы. Тогда еще девушки не носили штаны, поэтому я была в платье. Я собирала спелую крупную чернику, в тот момент, когда услышала хруст маленькой ветки. Я повернулась на звук, и мене тут же засунули в рот кляп и начали связывать руки. Меня кинули в багажный отсек кареты и повезли в дальний заброшенный угол города. Это оказались никто иные, как маньяки. Они были даже в 19 веке. Им не нудны были ни драгоценности, ни припасы, ни я, а лишь мое тело. Мне как раз тогда было 14-15 лет. Парень повыше, на вид лет 20-23, швырнул меня к дальней стене и начал возиться с платьем, пока второй отгонял карету. В те времена девушки носили около 5 юбок, тугой корсет со шнуровкой под которым была рубашка, под рубашкой нижнее белье. Короче: одежды было, ну, о-очень много. Парень вечно путался в юбках и не мог добраться до цели. Когда он находился в более уязвимой позиции, я ударила его, туфелькой на невысоком, каблучке промеж ног. Пока он корчился от боли, я подхватила сложно скроенный подол и побежала изо всех сил обратно в город. Добравшись до более людного места я упала. Я оказалась на набережной. Рухнув рядом с телегой, которая везла свежие фрукты, я лежала вся дрожа. Человеком, который возил эти фрукты, оказался Лексом.