За завесой льда

Новый гость входит и останавливается посреди прихожей. На нем куртка мутно-зеленого цвета, потертые джинсы и кепка, из-под которой выбиваются сильно отросшие каштановые волосы. Серо-голубые глаза словно покрыты коркой льда, но в то же время удивительно ярки и пронзительны, — сразу возникает ощущение, что от них ничто не может ускользнуть. На вид незнакомцу не больше тридцати, левая рука его затянута в черную перчатку. Взгляд Торина непроизвольно останавливается на ней. Заметив это, гость тотчас прячет ее в карман.  — Мне нужна ваша помощь, профессор, — его хрипловатый голос первым прорезает тишину. Чарльз, откашлявшись, приглашает пройти в гостиную. Торин прекрасно понимает, что друг озадачен в той же степени. Хоть с момента его появления в этом странном и незнакомом мире прошло всего несколько часов, но король уже усвоил, что ночные визитеры в диковинку и здесь.  — И ты впустишь его? — вполголоса спрашивает он, наклоняясь к Ксавьеру перед тем, как войти в комнату.  — Он явно не из простых людей, но его мысли чисты, — так же тихо отвечает Чарльз. — Сейчас он не представляет опасности. Ему и вправду нужна помощь, Торин. Они устраиваются в гостиной: профессор у камина, необычный гость осторожно присаживается напротив. В распоряжении Торина же оказывается диван, откуда он неотрывно наблюдает за другом, готовый в любой момент сорваться на защиту.  — Итак, что привело вас сюда? — осведомляется Чарльз. — Да еще и в такое время суток?  — Я хочу, чтобы вы помогли мне вспомнить… кое-что, — отвечает незнакомец.  — Всего лишь? — Ксавьер явно удивлен. — А почему вы не можете сделать это сами?  — Мою память стерли. Обнулили. Я… не знаю, за что зацепиться.  — И кто же так обошелся с вами?  — Это неважно, — льдистый взгляд вновь устремлен на профессора в упор. — Никому другому не под силу вернуть мои воспоминания. А я хочу разобраться. Понять, кто я и почему спас человека… которого должен был убить. «Даже так» — ошарашенно думает Торин. Ну, недаром Чарльз заподозрил, что этот парень не из простых. По лицу его друга видно, что мысли у него похожие. Однако о них он умалчивает и даже ободряюще кладет руку на плечо гостя.  — Хорошо. Но сегодня уже поздно. Надеюсь, вы не откажетесь переночевать здесь? Тогда мы могли бы приступить прямо с утра. Ответить незнакомец не успевает. Оглушающий грохот разрывает воздух, превращая мир в дым и темноту. Последнее, что слышит Торин — вскрик Чарльза, потом его кто-то толкает, и сознание накрывает черная пустота… Реальность возвращается — с едкой серой пеленой перед глазами, чем-то мокрым и липким на виске и кашлем откуда-то сбоку. Торин моргает, пытаясь прогнать туман — вместо потолка над ним темный провал. Он тут же вспоминает, что произошло, и, убедившись, что ноги и руки более или менее слушаются, приподнимается на локте.  — Чарльз!  — Я здесь, — профессор обнаруживается напротив, возле останков старинного комода. Он тоже полулежит, одной рукой держась за бок, рядом — их ночной гость. При виде Торина в голубых глазах мелькает тревога. — Ты в порядке? У тебя кровь на виске!  — Бывало и хуже, — король дотрагивается до головы. — А ты как? Что с твоим боком?  — Кажется, я ранен, — Чарльз тяжело дышит. — Не смертельно, — он морщится, отводя руку, — но ощутимо.  — Что это было? Ксавьер не отвечает, осматривая разнесенную взрывом комнату.  — Чарльз, — снова зовет Торин. — В чем дело?  — Нас все-таки нашли, — бормочет вдруг профессор и говорит громче и тверже: — Надо уходить отсюда! Скорее! Объяснения можно выслушать и позже, решает король и с трудом встает на ноги.  — Я помогу, — наконец подает голос незнакомец. На нем больше нет кепки, и длинные каштановые пряди чуть темнее, чем у Чарльза, обрамляют бледное лицо. Он поднимает Ксавьера с пола, взваливая на себя. Торин успевает заметить мелькнувший серебристый отблеск его левой руки и изумленно выдыхает, понимая, что она металлическая.  — Постой, — профессор тянется к одному из чудом уцелевших ящиков комода. — Достань оттуда желтые ампулы и шприц. Незнакомец выполняет его просьбу. Чарльз впихивает все это в карман кожаной куртки.  — Теперь идем. Да, кстати, как тебя зовут?  — Баки, — отвечает молодой мужчина после короткой паузы.