Маленький ублюдок или А два отца - не перебор?!

- Да!! – не ожидавший такого резкого ответа Даня чуть было не выронил телефон из рук и даже остановился. - Вадь, ты чего так орешь? – осторожно поинтересовался он, застыв посреди магазина и спровоцировав этим небольшое столпотворение в отделе. - А, это ты… Извини… - Вадим виновато замолчал. – Неудачный день просто, ты хотел что-то? - Я… - честно говоря, из головы парня все мысли выдуло этим воплем, поэтому Исаев не сразу сообразил, что к чему. – А, да. Хотел. Ты дома сейчас? Я увидел в магазине тот вкусный соус, о котором тебе говорил. Думаю, он как раз подойдет к рыбе, что мы вчера купили… Я могу приготовить сегодня… Вадь, - кажется, что собеседник шатена явно не слушал. Или слушал, но не слышал. - А? Да, покупай, если хочешь… - рассеянно ответил Евсеев. - Вадим, что случилось? Где ты вообще? – на заднем фоне слышался какой-то гул и удары мяча об пол. – Ты разве еще на работе? Уже шесть, ты задерживаешься? - Да. Днем пришлось…отлучиться ненадолго. В воспитательных целях, - Вадим кашлянул, а Даня сжал в руках несчастную упаковку соуса. - Вадь, что случилось? - Ничего особенного, - уклончиво отозвался рыжий, не желая вдавать парня в подробности. – Я потом тебе все объясню. - Где Олег? – обеспокоенно спросил Данил. - Надеюсь, дома. Сидит и думает над своим поведением, - Вадим хмыкнул и крикнул кому-то, что сейчас придет. – Дань, извини, я там ребятам нужен, дома поговорим, освобожусь через час где-то. - Хорошо… - промямлил шатен и еще пару секунд задумчиво смотрел на сотовый телефон. Почему-то сейчас появилось такое плохое предчувствие, что идти домой было даже страшно. «Воспитательные цели… Звучит приблизительно, как расправа инквизиции. Надеюсь, Олежка в порядке». - Задумавшись о своем, Исаев чуть не оставил покупку на кассе. Благо, продавец окликнула рассеянного парня и отдала соус. - Спасибо, - негромко ответил он и пошел в сторону дома. Идти было не так далеко, все же магазин находился в том же здании, и путь из него до квартиры едва ли переваливал за две минуты. Встав перед входной дверью, Данил вздохнул. Фантазия подкидывала шикарные картинки: разбитая посуда, перевернутые табуретки… Данил был свидетелем того, каким бывает Евсеев в ярости, поэтому сейчас шатен опасался самого худшего – найти еле живого ребенка забившимся в какой-нибудь угол. Скрепя сердце, он все-таки открыл дверь. - Эм… - никаких свидетельств жестокого избиения младенца не было. Кухня была в целости и сохранности: ни осколков, ни табуреток вверх тормашками. В гостиной тоже было все чисто и аккуратно. С души прямо камень свалился. Осталось только найти мальчишку и убедиться, что он вполне себе здоров. Обувь Олега стояла в коридоре, значит, рыжик был дома. «Наверняка, сидит в наушниках и не слышит меня» - промелькнуло в голове Данила. Парень разулся, влез в свои домашние тапочки и прошел на кухню. По привычке закрыв жалюзи (не любил Исаев, когда с улицы видно комнату), он швырнул соус в стол и вышел. «Кажется, кого-то не учили выключать свет…» - на кухне вовсю светили лампочки, в туалете и ванной тоже горели плафоны. А электроэнергию вообще-то беречь надо. Исаев прошел по коридору, кидая взгляд в сторону комнаты ребенка. Как и предполагал, дверь туда была закрыта, а значит, Олежка снова сидит в компьютере. Проверив, на всякий случай, не сидит ли мальчик в «Думе», шатен выключил там свет и зашел в ванную, чтобы вымыть руки после улицы. - Ой! – только и взвизгнул парень, поспешно отвернувшись. – П-прости! Я думал, ты у себя в комнате. Вытирающийся полотенцем после принятия душа мальчик окинул Данила скептическим взглядом и вскинул бровь. - Мамик, че за паника? Я ж не девочка, в конце концов, - рыжик хмыкнул. – Или боишься поддаться соблазну обнаженного юношеского тела? – Олежка хохотнул. - А? Что за глупость? – Даня все же вновь заглянул в ванную. Ребенок стоял спиной к двери и, кажется, просто любовался собой в зеркале. Парню отражения было не видно, затылок мальчишки закрывал весь обзор. Но оно, наверное, и к лучшему. Взгляд волей-неволей скользнул по изящному тельцу, и зеленые глаза расширились от удивления. Реакция Дани от Олежки не укрылась – он-то в зеркале видел всю комнату и Данила в том числе. - Живописно, правда? – с горькой издевкой поинтересовался мальчик. – Произведение искусства в жанре «роспись по телу кожаным ремнем». Судя по результату, меня коснулась рука признанного мастера. - Это… Вадим…сделал? – с трудом спросил парень, с ужасом в глазах рассматривая следы на теле ребенка. Воспитывать Олега методом кнута Вадим, наверняка, принялся по мягкому месту, которым, по мнению Евсеева, сын и думал большую часть времени. Но красные полосы ярко выделялись и на пояснице, и на лопатках. Кое-где мелькали более темные отметины с фиолетовым отливом. Да уж, на редкость, живописно. - Капитан Очевидность, - Олег немного развернулся к шатену и вновь усмехнулся. На губе была вновь освежена ранка, видимо Евсеев в очередной раз залепил ребенку пощечину. Подтвердил это предположение и синяк на скуле. Левая бровь мальчишки была рассечена, Данил даже представить не мог, каким образом рыжий заработал себе такую радость. - Ты зачем-то шел в ванную? - как ни в чем не бывало, поинтересовался ребенок и сделал шаг в сторону, чтобы не мешать мамику пройти вперед. - Да… - парень отвел взгляд в сторону, но тут же вновь вернул его на мальчика. – Это…нужно будет как-то обработать, - хоть, конечно, и не розгами секли, крови нет, но все равно в таком состоянии все оставлять было нельзя. - Ого. Это ты обо мне еще и заботиться будешь? – поинтересовался ребенок. – Что-то новенькое. - Хватит ёрничать. Я тебе зла не желаю, так что не надо каждый раз меня цеплять. И Вадима тоже. – Даня не представлял, чем Олег мог разозлить отца настолько, что тот схватился за радикальные методы. - Ребенок обладает скверным характером, что поделать, - рыжик обмотал полотенце вокруг бедер и обернулся к шатену. – Я еще могу попробовать тебя соблазнить. - Что за чушь ты несешь? – Исаев решил, что мальчишка и головой приложился обо что-то очень твердое. - Ну а что? Я же ведь его копия, эдакая мини-версия. Те же волосы, те же глаза, неужели, не нравлюсь? – Олег качнул бедрами, а Даня просто наблюдал. - Ты похож на него, - не стал отрицать парень. – Но ты – не он. А я люблю именно Вадима, так что все твои попытки будут бессмысленны. Ко всему прочему, ты еще ребенок. - Какой же ты все-таки рассудительный, Дань – капец просто, - пораженно высказал рыжий. – И что только ты в нем нашел? Данил отошел от двери и, пройдя в ванную, включил воду, чтобы помыть руки - Ты уже спрашивал. - Да, но вразумительного ответа я так и не услышал, - хмыкнул мальчик. – Пока что я нашел в нем только одно: странную любовь к порке и относительную меткость. Ты не похож на мазохиста, поэтому я до сих пор не понимаю. Данил вздохнул. С ним Вадим всегда нежен и спокоен, но стоило появиться Олегу, как Евсеев раздражался с пол-оборота. - Он… на самом деле, очень хороший. Просто к каждому человеку нужен свой подход, а ты намеренно его провоцируешь, - вымыв руки с мылом, Исаев еще раз окинул мальчишку взглядом. - Ненавижу, когда мне что-то запрещают. В конце концов, это мое дело, на какие уроки ходить, курить или нет, с кем общаться. Пятнадцать лет я прожил без его опеки, проживу и дальше. - Ну зачем ты так? – Олег был не прав, но переубеждать ребенка был не самый удачный момент. Он вообще не мог понять этих людей: ни Вадим, ни Олег не желали идти на уступки, но, тем не менее, уперто пытались как-то взаимодействовать. - Забей. Не хочу вновь распинаться на пустые темы. Если это все, то я пошел спать, потому что у меня болит все, что, по определению, только может болеть. - Я…обработаю ссадины, хорошо? – тихо спросил Данил, Олежка лишь пожал плечами. - Как хочешь, дверь не закрываю, - мальчик неспешно прошел к себе в комнату и, глухо простонав, шлепнулся на диван. Сердце парня сжалось, смотреть на мальчика было практически физически больно, особенно при осознании, что все это сотворил Вадим. Быстрым шагом Данил вернулся к кухню, достал из аптечки йод, какой-то крем из холодильника, немного ваты и несколько палочек. Даня был далеко не профи в оказании медицинской помощи, но, основываясь на воспоминаниях из своего детства, точно знал, что на любой синяк проще всего сделать йодную сеточку. Собственно, ее он и собирался рисовать на Олеге. Ребенок лежал на животе, уткнувшись лицом в подушку, и размеренно дышал. Шатен несмело присел на край, а Олег поднял голову, уставившись в зеркало. Шкаф, стоящий прямо напротив дивана имел зеркальную дверцу, в которой рыжик сейчас видел отражение всей комнаты. Данил убитым взглядом смотрел на спину ребенка и о чем-то думал. - Мамик, ну что за фэйс? – подал голос Олег, жалость к себе он не приветствовал. - Я не могу поверить, что это сделал Вадим. - А придется. Нимб у твоего Вадима покосился, вот он и отхерачил меня ремнем. Думал, он еще в машине за рукоприкладство примется, ан нет. Дотерпел до дома, даже сначала пытался договориться на словах, как ты советуешь. Потом снова ударил меня по лицу, у меня так скоро рефлекс выработается. Ну а уж затем он взялся и за ремень. У него он такой широкий, качественный, по голой заднице лупил просто непередаваемо. Я уж думал, что в финале папаша меня вообще анально карать станет. Что б уж наверняка, - мальчишка усмехнулся. - Вадим никогда не опустится до изнасилования, - Даня переменился в лице, направление мыслей ребенка совсем не нравилось фотографу. – Не делай из него монстра, - зеленые глаза самоотверженно воззрились в отражение карих глаз в зеркале. – Он не такой, как ты думаешь, и даже не смей оскорблять его… - тихо произнес шатен. Олег внимательно смотрел в глаза парня, его уверенность поражала и изумляла. Истина в последней инстанции? - Влюбленный идиот, - с легкой улыбкой произнес мальчик и безвольно уронил голову на подушку. – Я весь твой, в хорошем смысле данной фразы. Данил тихо вздохнул и смерил усталым взглядом принесенные медикаменты. Подумав пару секунд, открыл бутылек с йодом и поморщился от резкого запаха. - Зеленка и йод – средства от всех болезней… - иронично брякнул ребенок, видимо, тоже уловил «аромат». - Йод поможет синякам рассосаться, - педантично произнес парень, - Наверное. - Хахах, наверное. Ладно, мазюкай, художник, - дал добро Олежка. Ему уже было искренне начхать, чем его будут лечить и будут ли вообще. Просто хотелось отдохнуть. Подумать только, насколько разными были Вадим и Данил. Мальчишка много раз слышал, что противоположности притягиваются, но чтоб вот настолько. Даня такой мягкий, терпеливый, а Вадим, наоборот, взрывной и грубый. Хотя, конечно, вдвоем они смотрятся на редкость гармонично, со стороны Олежка смог это заметить. При общении с Даней Евсеев был каким-то… счастливым, что ли. - Наверное, я немного тебе завидую, - негромко сделал вывод ребенок, Исаев замер с занесенной над ребенком ватной палочкой (именно ею он собирался рисовать сеточку). - Завидуешь? – такой поворот событий был удивителен. - Угу, - лениво отозвался Олег. Больше говорить он был не намерен, лишь передернул плечами, намекая фотографу, что пора бы уже исполнить свое предназначение – а именно, позаботиться о бедном избитом ребенке. Данил принялся вырисовывать йодные клеточки на поврежденной коже. От каждого прикосновения к спине мальчишка охал. - Больно? – участливо спросил Исаев. - Нет, холодно просто, - сонно пробубнил рыжик. - Ну, извиняй, - Данил провел последнюю линию на пояснице Олега и растерянно застыл, упираясь в полотенце. - Мне проще будет сесть в тазик йода, чем ты будешь мучиться с тамошними синяками… - пробубнил мальчишка, лениво усмехнувшись. – Ну чего ты замер? Стяни его, не стесняйся. - Олег, - фотограф кинул сконфуженный взгляд в зеркало. Ребенок вновь приподнял голову, с недоумением взглянув в зеленые глаза. - Лучше…ты сам. На тонких губах рыжего мальчишки мелькнула издевательская улыбка. - Боже мой, какие же мы правильные, прям даже смешно, - мальчишка чуть повернулся на бок, стягивая полотенце за край. Даня смущенно отвел взгляд. Все же ему было слегка неловко, да, Олежка не девочка, но для Дани это как-то особой роли не играло. Взгляд зеленых глаз скользнул по ковру и застыл в дверях. На пороге комнаты стоял Вадим, холодным взглядом сверля обоих домочадцев. Даня поежился. Еще никогда Евсеев ТАК на него не смотрел…