Потусторонние

      — Быков, это нечестно! — воскликнул Купитман, вскакивая со своего места.       — Что нечестно? — Андрей Евгеньевич сидел в кресле в кабинете венеролога и улыбался, как мартовский кот.       — Она не может влюбиться в тебя!       — Чёй-то не может? Может.       — Она не глупая, понимает, чем это ей грозит!       — Купитман! — Быков подался вперёд и внимательно посмотрел на друга. — Ты чем слушал, когда я тебе рассказывал? Она готова лишиться места работы, лишь бы добиться меня.       Иван Натанович бросил обиженный взгляд на терапевта, но тут же тряхнул головой.       — А-ай, дворняга курчавая, ревнуешь? — широко заулыбался Андрей.       — Кто ревнует? Я? Было бы к кому. Если я с ней проведу полчасика наедине — она и думать забудет о тебе.       Андрей Евгеньевич хотел уже было по привычке вскочить с места и заключить пари с «пуделем», но тут же осёкся. Всё-таки, он сам намеревается отхватить симпатичную медсестру, не хватало ему ещё соревноваться с кем-то.       — Андрей Евгеньевич, у меня там небольшие проблемы с пациентом. — Романенко нагнал начальника в коридоре и поравнялся с ним.       — Ничего необычного. Если бы я был твоим пациентом — я бы тоже отказывался от тебя, — не глядя на интерна, бросил Быков.       — Да он не отказывается от меня. — Глеб обогнал Андрея Евгеньевича и встал перед ним. — Он наоборот хочет, чтобы я только его лечил. Чтобы я день и ночь дежурил у его палаты и прибегал на каждый писк.       — Эвоно как. Он депрессивный суицидник?       — Нет.       — Любит экстрим?       — Да нет же!       Быков хотел ещё что-то сказать, но вариантов в голове больше не было.       — Знаешь, — оживился заведующий. — А лечи-ка ты его одного! Я даже с тебя всех остальных больных сниму.       Глаза интерна загорелись, а Андрей продолжил:       — Будешь дежурить у его кровати. И день, — врач наклонился к самому уху Глеба, — и ночь.       — Это нечестно!       Быков не слушал возражения Романенко. Путь в ординаторскую ему преградила Люба:       — Андрей Евгеньевич, Вас там пациент искал. И Кисегач тоже искала.       — Кисегач? На кой чёрт я ей пригодился?       — Не знаю, просто просила Вас зайти к ней!       Распрощавшись с мечтой об уютном диванчике и чашке горячего чая, Андрей Евгеньевич направился к лифту.       — А пациент? — крикнула вдогонку Люба.       — Скажи ему, что я его не отпускаю на свадьбу брата — его брат два года женат, — бросил Быков.       — Как он узнал? — спросила в пустоту старшая медсестра, когда заведующий скрылся в лифте.       Иван Натанович лучезарно улыбнулся молоденьким медсёстрам своего отделения, попивая кофе в пластиковом стаканчике. Из головы не выходил план о «захвате» нового предмета обожания Быкова. А что Купитман такого плохого делает? У Быкова есть Настя, с которой он некрасиво поступит, если из-за одной маленькой ссоры оставит её навсегда. Зачем Андрею Кристина? Он её поматросит и только сердце несчастной разобьёт.       Знакомая фигура вспорхнула с лестницы. Кристина широко улыбнулась и направилась к венерологу.       — Здравствуйте, Иван Натанович, — поздоровалась она.       — Ну что Вы, Кристиночка, так официально? — подсуетился Купитман. — Можно просто — Ваня.       — Хорошо! Ив... Ваня! Я хотела Вас спросить об Андрее Евгеньевиче.       Кошачья улыбка с лица заведующего венерологией слетела. Она что, в самом деле влюбилась в этого Быкова?       — Конечно, — выдал венеролог. — Пойдём в мой кабинет, я тебе на все вопросы отвечу.       — Ну, что ты хочешь узнать? — спросил Ваня, попивая коньяк из бокала.       — Да вот, чем живёт, чем дышит, — улыбнулась медсестра терапии. — Вы же помните, что у нас роман был?       — Роман? А, это когда вы тут с Быковым...       — Да, когда мы тут с Быковым.       — Помню, конечно. Но разве это роман был? Для тебя, Кристина, может и роман. А для него — так, баловство. Быков же не умеет влюбляться. Это не его конёк.       Блондинка удивлённо захлопала глазами. Отпив из бокала «напиток Богов», она проговорила:       — Вам он, наверное, чего-то не рассказывал. Потому что у нас с ним была настоящая любовь.       — Ну, как знаешь, — многозначительно улыбнулся Купитман. — Так что ты там хотела узнать?       — В общем, слушайте! Я хочу возобновить с ним отношения! Не подскажете, как к нему лучше подойти с этим вопросом?       Венеролог чуть было не подавился лимоном. Да, эта штучка, кажется, всерьёз задумалась о том, чтобы создать пару с Андреем Евгеньевичем.       — Боюсь, шансов у тебя мало, — вздохнул Иван Натанович. — Андрей Анастасию Константиновну любит.       Завотделением поперхнулся собственными словами, вспомнив слова Быкова о том, что он больше не любит Настю. Но сдавать назад нельзя — нужно как можно дальше отпугнуть Кристину от этого человека... И притянуть к себе. А Быков пускай уж сам со своими проблемами разбирается.       — А мне кажется, у них не ладится что-то, — парировала Кристина.       — Это только кажется... Андрей с Настей — удивительная пара. Они ссорятся и подолгу друг с другом не разговаривают, но потом все по-новому. И даже если ты сейчас сможешь его охмурить — он все равно через некоторое время к Насте сбежит. Они уже притягиваются друг к другу, как магнитом.       Кристина почувствовала, как рушатся её надежды одна за другой. Неужели вообще нет никакого шанса? Что же Андрей нашёл в этой главнючке? Она же пустышка, бессмысленно сидит в кресле главного врача и делает вид, что работает, перебирая пустые листы бумаги.       — Ты меня звала? — Андрей вошёл в кабинет главного врача.       — А тебя стучаться не учили? — возмутилась Анастасия Константиновна.       — К тебе в кабинет — нет! — Заведующий терапии сел за стол. — Давай быстрее выкладывай, что хотела, меня ещё моя новая медсестра ждёт.       Настя удивлённо вскинула брови.       — А чего это она тебя ждёт? — спросила она, но тут же поправилась: — В смысле, дождётся! Ты отчёт сделал?       Быков едва сдержал улыбку, когда главврач спросила его про медсестру. Ревнует, хоть и не показывает... Услышав вопрос об отчёте, терапевт медленно повернул голову на Настю и уставился на неё, стараясь эмоциями выразить всё то, что о ней думает.       — Настя, я отчёт последний раз писал, когда ты меня только назначила заведующим, — напомнил он. — И то, ты всё равно его переделала, потому что там был мат в самой середине.       — Андрей, ты мне сел на шею! — сквозь стиснутые зубы проговорила Настя. Мысль о том, что Быкова ждёт где-то эта вертехвостка, привела начальницу в бешенство, она едва держала себя в руках. — Давно пора бы научиться самому отчёты писать. И вообще всё ты сам должен делал!       Быков смотрел на Настю с невозмутимым выражением лица.       — Настя, ты мне это который раз говоришь? — наконец, подал он голос. — Вот лично я уже со счёта сбился. Потому что всё, что ты мне говоришь, я пропускаю мимо ушей.       — Ну вот! — рявкнула Кисегач. — Тебе вообще по барабану то, что я — твоя начальница! Ты совсем меня не слушаешь, делаешь вечно всё по-своему, а я за тебя краснею!       — Не красней.       — Быков! Тебе хоть немного совестно?       — Нет.       Настя открыла было рот, чтобы ещё что-то сказать, но слова застряли в горле. Быков вечно её доводит! Неужто ему это в самом деле по кайфу?       — Я могу идти? — подал голос Андрей и добавил: — Меня ждёт...       — Вали! — крикнула Настя и пожалела о своём тоне.       Ну всё, сейчас Быков догадается о том, что ей жутко не нравится его предстоящая встреча с медсестрой. Но Андрей Евгеньевич просто встал со своего места и направился к выходу.       — Ты так просто уйдёшь? — вырвалось у Кисегач.       Терапевт ничего не ответил. Настя бессильно склонила голову, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не заплакать от обиды.