Господа, позвольте представить — отель «Трансильвания»

06:10, 01.09.

Было тихо. Перелистывать газету, устроившись на диване, и упиваться отсутствием надоедливого тявканья под ухом — Уэйну это определённо нравилось. Вокруг никого не было — все благовоспитанные монстры давно уснули. За окном расцветали сумерки, но Вольфыч, как казалось с виду, не спешил уходить. — Вольф! — раздался голос. Это было слишком неожиданно. Оборотень подпрыгнул на месте, испуганно озираясь. Заметив рыжую макушку, быстро передвигающейся по лестнице, он скомкал газету и спрятал получившийся комочек под себя. Когда подошёл Джонатан, Уэйн сделал вид, что только заметил его. — Здорова, Джонни, — улыбнулся он. — Очень хорошо, что ты не спишь, — Джонатан сел, теребя край футболки. — У меня к тебе разговор есть. — Ну, рассказывай. Что уж там? — Вольфыч уселся поудобнее, незаметно вталкивая комок бумаги глубже в диван. — Дело личной важности… может, необходимости, чёрт знает. Джонатан выглядел так серьёзно при ответе, что усомниться в немаловажности его слов было почти невозможно. Вольф сдвинул брови. — Ты… между нами, не более, — Джонатан колебался. — Согласен? — По старой дружбе не предам, — улыбнулся оборотень. Джонатан просиял: карие глаза благосклонно раскрылись, губы изогнулись в счастливой улыбке. Его рука полезла в карман. Человек протянул руку к Уэйну и осторожно раскрыл кулак. Вольфыч непонимающе посмотрел на помятую фотографию. — Что это? — Не делай вид, что не видишь, — ответил Джонатан. Вольф прищурился. Тут на него снизошло озарение. — Вот, значит, как, — протянул он. — Рад за тебя. Оборотень от души хлопнул Джонатана по спине. Человек поспешно зашипел, прижав палец ко рту. — Спасибо, — он смущённо поджал губы. — Но, видишь ли, я здесь не за тем, чтобы просто рассказать об этом. — А что тогда? — Уэйн поднял бровь. — Мне нужен совет. Ты уже, выходит, сколько веков с Вандой? Вольфыч не ответил — он на минуту задумался, плавно опускаясь на спинку дивана. Его морда всё больше приобретала потерянное выражение. Он шумно пропустил воздух через ноздри, зарываясь пальцами в пушистый затылок. — Честно, не могу точно сказать. Когда оборотень говорил это, показалось, что его голос на мгновение дрогнул. Джонатан посмотрел на Уэйна. Его добродушное выражение сразу отбросило лишние мысли. — Так или иначе, а давно. И вы до сих пор любите друг друга — именно поэтому ты идеальный советчик. Джонатан ещё раз поднёс фотографию золотого кольца к Вольфычу. — Как думаешь, ей понравится? — Мэйвис-то? Дай подумать. Вольф взял изображение в лапу, внимательно разглядывая украшение. Он то и дело чесал кривым когтем шкуру на шее. Джонатан сидел, словно на иголках. — Уже купил? — Нет. Это кольцо моей матери, но, может, подобное и Мэйвис сойдет. Вот и думаю, купить или не купить. Уэйн не ответил, погрузившись в свои мысли. — Вполне, — подвёл итог он, улыбнувшись. — Ей понравится. — Отлично, — Джонатан облегчённо вздохнул. — Одного зайца пристрелили. — Не понял? — У меня второй вопрос. Ответь мне, прошу тебя. — Ладно… что ещё, несчастный? — Как это можно сделать? — А я откуда знаю? — Вольфыч хохотнул. — Она вампиресса новых веков, а я родом из глубокой древности. Мои способы вряд ли подойдут. — …Пожалуй, ты прав. Но, если учитывать натуру графа, то… Джонатан не договорил, но Вольф его понял. — Предложи ей тогда, когда она будет в хорошем настроении. Это раз. Насчёт второго: пусть это будет там, где ей нравится быть — крыша, бассейн… вне замка, в конце концов! — он замолчал, задумавшись. — Да и в любом случае, разве она откажет? Вернее, какая девушка откажет? — Кто знает, — Джонатан улыбнулся. — В любом случае, спасибо. Он крепко пожал оборотню лапу и поднялся. — Для друга не жалко, — словно самому себе произнёс Уэйн, как вдруг вскочил. — Погоди! Джонатан оглянулся; одна его нога твёрдо стояла на ступени лестницы. — В чём дело? — Я забыл. Камень ещё. — Поясни. — Кольцо само по себе хорошее, но камень не подойдёт. Лучше купи с рубином. Могу точно сказать: Мэйвис любит красный цвет. Вольфыч задумался. — Советую «Молодой жених». Я там был как-то, ещё работает — любое кольцо продадут, а цены не укусят. — Вот как… ну хорошо, спасибо! — Джонатан улыбнулся и тут же побежал наверх. — Погоди, куда ты? — громко спросил оборотень. — Так мне ещё деньги заработать нужно! И Джонатан исчез за аркой. Уэйн самому себе пожал плечами и упал на спинку дивана. Нащупав под собой смятый комочек, он достал газету и развернул её. Но он не стал читать. Быстро пролистывая страницы и глядя лишь на заголовки, он сильнее хмурил лоб и поджимал губы. На последней странице он снова скомкал газету и бросил её в мусорное ведро. Поднявшись, Вольфыч разбудил рыцаря, попросил разбудить себя в девять часов утра и направился в свой номер. По пути он молчаливо разглядывал фотографию с кольцом — Джонатан благополучно забыл её, как и Вольф забыл отдать сразу. — Потом, — прошептал себе под нос оборотень, укладываясь к жене на кровать.

***

06:20, 08.09.

Джонатан был счастлив. Серьёзно. Мыча про себя какую-то песню, он большим шагом приближался к главным дверям. Рука в кармане трепетно сжимала шершавую поверхность чего-то маленького. С лица не сходила глупая улыбка. На деле Джонатан надеялся, что встретит Вольфа и расскажет всё ему. За тот период, что он сосуществовал с монстрами, нарушая всю логику, тесная дружба с Вольфом казалась ему вполне естественной. Он честный, щедрый, и — о, сейчас это самое лучшее! — знает, как обращаться с девушками. И хотя у многих других монстров так же были жёны — даже у блохи она есть, что тут думать, — они не могли и надеяться на семейную жизнь, подобной Вольфовой. А у кого ещё свыше пятнадцати детей, да ещё и жена не ругается? Именно поэтому Вольф — идеальный советчик. По этой причине Джонатан обрадовался, когда увидел Вольфа. В последнее время оборотень часто не засыпал в положенное время, что уже даже никого не удивляло. — Привет! — Джонни взмахнул рукой. Вольф резко обернулся, словно не узнав голос. Но уже через мгновение он улыбнулся. — Джонни, здорово, — Вольф продолжил ненавязчиво ковырять кочергой в углях камина, как делал это пару секунд назад. — Где был? — В твоём магазине, — Джонатан достал шершавую коробочку. — Уже? — удивлённо вспыхнул Вольф. Кочерга со звоном упала. — А что такого? Чем раньше, тем лучше. Вольф не ответил, на мгновение застыв. Поднявшись с корточек, он трусцой приблизился к человеку и внимательно присмотрелся к золотому кольцу, оправленному рубином. — Оно замечательное, — оборотень похлопал Джонни по плечу. — Молодец. Она будет счастлива. Голос был тихий, но Вольф улыбался искренне. — Надеюсь, — так же тихо ответил Джонатан, трепетно закрывая коробочку. — Думаешь, сейчас самое время? — Я слышал, что в этом вопросе вам помогает жизненно важная мышца, — улыбка на морде Вольфа всё яснее становилась ироничной. — Ох, Вольф, — засмеялся Джонатан, пряча коробочку в карман. — Не надо так. — Джонни, тебе виднее. Джонатан не сразу ответил, задумчиво глядя в ручку кочерги на полу, торчащей из камина. — Расскажи, как с Вандой познакомился. — Чего ты так докапываешься до меня и моей жены? — Вольф недовольно сморщился. — Не подумай ничего! — поспешил извиниться Джонни. — Просто, глядя на ваше счастье, мне хочется подобной семьи. Вольф вылупил на него глаза. — Счастье, — тихо повторил он, поникнув. Слабая улыбка ничего не выражала, словно была натянутой. — Ну да, чего бы ему не быть. — О чём ты? — Да я так, сам с собой, — сразу отмахнулся Вольф. — Что же, дай вспомнить. Вольф долго думал, почесывая шерсть на подбородке. — Это было давно. Тогда я был ещё молодым, как и Ванда… — Боже, Вольф, только не говори, как дед, — перебил Джонатан. — Нет проблем, — кивнул Вольф. — Встретились случайно. Но Дзиня не было — я просто снова наткнулся на неё, позвал в стаю и сосуществовал с ней. Потом, правда, стая распалась. Я как раз с Драком познакомился. Через время он с Мартой встретился, Фрэнк — с Юнис. Меня благодушно забросили. Вскоре я снова наткнулся на Ванду. Тогда стали общаться, после полюбили друг друга, ну и, как говорится, под венец. Вскоре она родила первого… потом следующих двух… потом ещё… и ещё… и ещё одно «ещё» близится… — Стоп! — прервал Джонатан. — Она опять беременна? Вольф широко распахнул глаза, глядя на Джонатана, и тут же отвернулся, прикрыв лапой морду. Джонатан хохотнул и подошёл к оборотню. — «Старый» он, ага. Ха-ха! Не смеши! — Джонатан засмеялся. — Да-да, — пробурчал Вольф, не смотря в глаза человека. — Что же, поздравляю! — воскликнул Джонатан. — Это уж какой по счёту ребёнок будет? — Счёлся, — кротко ответил Вольф. Он явно не хотел говорить на эту тему — всем своим видом показывал. Джонатан непонимающе посмотрел на оборотня. — Чего это ты? Вольф посмотрел на Джонатана — жёлтые глаза, казалось, слишком сильно сверкнули при свете утренних сумерек. Человек поджал губы, но продолжал выказывать своё недоумение. — Я… — протянул Вольф, колеблясь, — …просто уже устал. Вот и несу всякую чушь. — Ну да? — недоверчиво спросил Джонатан. — Старый я, что ты хочешь? — буркнул Вольф и посмотрел на часы. — Блоха за ухом! Меня уже ждут! — А? — Джонни, ты извини, но я вынужден тебя покинуть, — Вольф крепко сжал руку человека. — А в чём дело? — спросил Джонатан. — Знакомый ждёт. Я должен его встретить, и…! — тут же продолжил Вольф, — …и не спрашивай, зачем. Личное. Хорошо? — Ну, хорошо, — колеблясь, кивнул Джонатан. — Отлично, — улыбнулся Вольф. — Ну, давай, ночью увидимся. Вольф хлопнул Джонатана по плечу (уже стало привычкой, как в отеле все заметили) и быстро убежал за порог главной двери. Долго Джонатан не стоял один. Вздохнув, он молча пошёл к лифту, разглядывая бархатную коробочку в руках. Скоро всё должно было измениться.