Господа, позвольте представить — отель «Трансильвания»

Тук-тук-тук. — Ну и чего барабанишь по двери? — за дверью раздался мерзкий голос. — Мало мне головных болей! Тьфу. — Или маразма, — негромко добавил второй голос. Мэйвис захихикала. Отбросив в сторону книгу, она поднялась, приглаживая руками платье. Джонатан как раз вошёл, добро улыбаясь. Дверь глухо щёлкнула, и сварливый голос головы остался в коридоре. — А если действительно, то к чему стучать? Ты всегда здесь приглашённый гость. — Да так… — замялся Джонатан. — Приличие, наверное. Мэйвис лишь улыбнулась, но не ответила. Она выжидающе ждала каких-то новостей (или зачем ещё пришёл её парень?). — Ты как? — вдруг спросил Джонни. — … хорошо. — Отлично! Пойдём. С этими словами Джонатан взял вампирессу за руку и повёл прочь из комнаты. Но не прошли они дальше порога двери, как Мэйвис остановилась. — Погоди! К чему это? — У меня… к тебе просьба. Мэйвис покачала головой. — Говори здесь, — она посмотрела по сторонам. — Мне нельзя выходить. — Как это? — Мой папа… — Мэйвис колебалась. — Мой папа какое-то время не должен меня видеть. — По… Не успел Джонатан договорить, как Мэйвис взяла его за рукав и затянула обратно в комнату. Дверь с хлопком закрылась. Джонатан было открыл рот, но его перебили. — Потому, — сразу заговорила Мэйвис. — Я обещала ему, что прочитаю это. Палец с ногтем иссиня-чёрного цвета указал на книгу на кровати. — Если выйду, он может заметить. А тогда будет допрос, и… ну ты понял. — Ладно, тогда скажу тебе здесь, — Джонатан вздохнул слишком боязливо. Он сжался. За всю жизнь Джонатан мало когда так себя чувствовал. Точно ересь какая-то проникла в грудную клетку и теперь мучительно медленно разрывает сердце на части. В солнечном сплетении что-то давило. Ему было страшно. Страшно получить отказ. «Может, не стоит? Или всё же стоит…? А если место ей не нравится? А вдруг её настроение плохое, просто она показывать не хочет…?!» «Нет, псих» — Мэйвис… Джонатан достал руку из кармана, крепко сжимая тёмную коробочку. Кулак разжался; дрогнувшие пальцы раскрыли вещицу. Мэйвис распахнула глаза. — …выходи за меня. Повисла тишина. Коробочка в руке Джонатана и губы Мэйвис задрожали. В комнате парило такое напряжение, что, когда вампиресса пошевелила губами, ответ её был словно беззвучен. От этого монстр внутри Джонатана сильнее провёл когтями по нежной плоти, причиняя страшные муки. Но вдруг Мэйвис повторила ответ. Пелена перед глазами спала. Голова на двери, буквально, подпрыгнула на месте. — Что там? — поинтересовалась голова справа. — Что-что. Этот человек сделал предложение виконтессе! — Предложение? — вмешалась в разговор голова слева. — Предложение? — вставила четвёртая. — Предложение? — заговорили сразу четыре. …Не прошло и часа, как весть о скором браке человека и вампирессы была известна всем.

01:30, 15.09.

— Агастас, чего встал, оболтус? Неси это на кухню! Зомби, издавая причудливые звуки, на кривых ногах поспешил унести тушу животного на кухню. — А вы трое, что столб изображаете? Помогите ему! Трое мертвецов поспешили догонять сородича. А Дракула выискивал глазами новых виноватых. Гром разбитой посуды, казалось, обрадовал его. — Девчонки! — вокруг вампира слетелись ведьмы. — Уберите осколки! Женщины преклонного возраста, мастерски управляя мётлами, за пару секунд убрали малейший осколок с пола. Виновная горгулья затряслась от страха, стоило Дракуле на неё (него?) посмотреть. — Ну, что стоишь? Иди помогать на кухню, криворукий! Через миг виновника и след простыл. Дракула снова открыл рот, заметив уж слишком медленного зомби, как перед ним образовался горбун. — Bonjour, messieurs Дракуля! — Что нужно, Квазимодо? — Ви намэрены покюпать вуино? — Квазимодо явно хотел этого. — Намерен. Сегодня… — О, messieurs, я вас увиряю, что фханцузское вуино превосходит всёо прочье! — перебил Квазимодо. — Сегодня и увидим, потому что через пять минут начнётся проба, — закончил Дракула. — Но messieurs… — начал Квазимодо. — Джонатан! — Дракула заметил рыжую макушку. — Иди сюда. Не заметить махающую руку было почти невозможно, поэтому Джонни быстро подошёл к графу. — Так что? — воодушевлённо спросил Дракула. — Когда свадьба? На миг он обернулся. — Балбесы! Она дорого стоит! — он обернулся на человека. — Ну, так что? Квазимодо ушёл, понурив голову. Его уже никто не слушал. — Да, через два месяца, наверное, — Джонатан пожал плечами. — Ещё не думал об этом, если честно. — Два месяца… — Дракула схватился за голову. — Неужели я стану тестем… может, потом и дедом… дожил же… Под глаз вампира попался ещё один несчастный. — Не туда! Это должно стоять там! — Дракула схватился за плечи Джонни. — Как же, так скоро уже? Я не выдержу… — Да ладно вам, Драк, — Джонатан подавил смешок. — Время ещё есть. — Нет! — выпалил граф. — Время скоротечно, уж поверь мне…! Ты! Да, ты, иди сюда! К Дракуле подбежало что-то среднее между человеком и зомби, порядком испачканное мукой. — Да, сэр? — Всё расставил? — Всё, сэр. — Ну, хорошо, — Дракула облегчённо вздохнул. — Иди, работай. Человек-зомби кивнул и поспешно ушёл. Джонатан долго смотрел ему вслед, пока не поймал на себе пытливый взор вампира. — Заодно хотел спросить тебя, Джонни. У вас, людей, есть какие-то правила перед свадьбой? Я имею в виду, не появились ли какие-нибудь новые? — А? Да вроде нет, — пожал плечами Джонатан. — Как обычно, кажется… да и не очень-то я разбираюсь в этом. Помню только то, что я не могу видеть Мэйвис в свадебном платье до.. — О, ну тогда всё отлично! Это правило и при мне было. Какое-то время никто не говорил. — Слушай, Драк, — произнёс Джонатан. — А кто это был? Дракула посмотрел туда же, куда и Джонатан. Заметив человека-зомби, он громко фыркнул. — Да, упырь новобранец. Уиллом звать. Только неделю назад пожаловал. — А откуда он? — Понятия не имею. Уж больно чудной он… — Джонни! — раздался звонкий голос. — Идём! Джонатан и Дракула обернулись — посреди прохода к бассейну стояла Мэйвис. — Виноват, Драк, но мне надо идти, — Джонатан улыбнулся, как вскоре исчез с невестой за проходом. Дракула вздохнул. Нетерпение сильно сжимало его сердце, отчего желание наорать на кого-нибудь снова проснулось. Но стоило ему только рот открыть, как его прервали. — Драк, дружище, — позвал голос. Граф обернулся — к нему напрямую шёл Вольф. — О, Вольфыч, не ожидал тебя здесь увидеть. Думал, что ты всё время будешь с Вандой находиться. — Ну да, — негромко ответил Вольф. — Просто, у меня к тебе разговор. — Какой? — Я извиняюсь, но я должен уехать на время, — обратив внимание на лицо вампира, Вольф поспешно добавил: — Честно, извини! — Но свадьба уже скоро. — Я ненадолго, — Вольф улыбнулся. — Мне просто нужно сделать одно дело, как уже через недели две мы снова увидимся. — Две недели? Точно? — Я постараюсь.

***

— Греческое столовое, белое и красное. Полусухое и сухое. Горгулья неспешно раздала бокалы. Монстры с важным видом сделали пробу. — Греческое десертное, белое и красное. Ликерное и полусладкое. В помещении повис одурманивающий запах.

02:00.

— Армянское столовое, белое и красное. Полусухое и сухое. Мэйвис повторно сделала глоток (осушив весь бокал), поглядывая на Джонатана. Он, глупо улыбаясь, тоже сделал пробу. — Армянское десертное, белое и красное. Сладкое и полусладкое. Иначе зачем он сюда пришёл? Точнее, зачем тогда его Мэйвис сюда привела? — Армянское крепленное, белое и красное. Крепкое. Сколько они опробовали? Сколько ещё очереди ждёт?

02:10.

— Французское… …столовое… сухое… …десертное…. сладкое… ликерное… …крепленное… крепкое… Этот порядок казался таким родным. Словно он всю жизнь преследовал их. В грудной клетке словно облако поселилось. Так легко на душе. — Итальянское… Процесс повторился, как повторялся уже n-ое количество раз. — Немецкое… Джонатану кажется, или дыхание невесты действительно прерывается чаще? — Испанское… Джонатану подумалось, что монстры вокруг него становились всё счастливее. От этого и в его голове всплывала мысль, что жизнь так прекрасна, а его окружение такое доброе… — Румынское… …и ласковое. Ведь не зря же Мэйвис всё чаще задевает пальцем его колена? — Молдавское… А эта странная искра в глазах — такая детская и невинная… и в тоже время дикая, точно у лисы. — Джонни… — шепот у шеи опаляет. Мурашки по коже. Но они так приятны на ощупь. — Да, — вторит ей Джонатан. — Грузинское… Сколько часов? Как давно всё вокруг такое… хорошее?

02:20.

— Английское… Много вина. Слишком много. — Хочу, — говорит Мэйвис, — красное… сладкое… румынское. Ей принесли. Она просит Джонатана присоединиться. Но почему это прозвучало так неестественно? — Российское… Багровые капли на её губах точно кровь. С Джонатаном сидит демон, зовущий его к себе на пир, предлагающий опробовать кровь. Ведь она такая сладкая. Он же сам уверен в этом. И Джонатан кивает.

02:30.

— На этом всё, дамы и господа. Вы попробовали вина из пятнадцати стран каждого вида. Можете оставить своё мнение здесь. Рука в железной перчатке указала на книжку с пустыми страницами. Монстры встали, направившись к столу, где лежал предмет. — Всё? — протянула вампиресса. Это прозвучало слишком вульгарно. Или Джонатан просто пьян? — Я хочу ещё, — голос не терпит возражений. — Мэйвис… всё когда-нибудь заканчивается, — неудачная попытка подбодрить. Да ещё и поцелуй в щёку слетел на подбородок. Голова была слишком тяжёлой. — Не смеши меня! Я хочу ещё! Мэйвис злилась. Она встала на стул, громко изливая своё желание. Монстры с нескрываемым интересом смотрели на неё. Что-то внутри подсказывало, что это не совсем удобно получается. Джонатан ощутил слабый, но всё же стыд. А ещё ревность оттого, что эти старперы так пристально смотрят на неё. Ему кажется, или в их глазах действительно блестит похоть? «Нужно увести её» — Виноват, — извиняется за обоих. Мэйвис кричит, чтобы он отпустил её. Джонатан лишь сильнее прижимает её к себе — не то боясь упасть, не то желая оставить её в более-менее хорошем свете. Но вампиресса этого не понимает. В лифте она вовсе ударила жениха по щеке. Чудом доковыляв до комнаты, Джонатан захлопнул дверь. Мэйвис с выдохом упала на кровать. — Изверг, — тянула она. — Низкое чудовище. — Почему? Я же люблю тебя, — чуть не упал, сделав шаг в её сторону. — Ну да! Кто так поступает со своей невестой? — Я просто хотел не портить тебе авторитет, — Джонатан повернулся к двери. — Выспись, пожалуйста. — Ты куда? — голос Мэйвис дрогнул. — Я к себе. Мне же отдельную комнату выделили в честь нашей скорой свадьбы. Джонатан обернулся. Отсутствие ответа его напугало. Глаза Мэйвис были полны слёз. — Истинно изверг, — всхлипывала она. — Ты меня бросаешь… — Вовсе нет! — вскричал Джонатан. — Ещё как да! — Я люблю тебя, — жалобно ответил Джонатан. — Всем сердцем и душой. — Я тебе не верю, — плачет вампиресса. — Ты меня терпеть не можешь… Я тебя трогала внизу, а тебе хоть бы что. — Так ты поэтому? — человек присел к невесте. — Нет… просто, ты сволочь! — Ты пьяна. Мэйвис не ответила, лишь сильнее заплакала. Горячие слёзы стекали по бледному лицу. Джонатан не знал, что делать. — Я люблю тебя… мы с тобой будем вместе официально уже через два месяца. — Но почему я не вижу этой любви? Джонатан не понимал, почему он потянулся к ней. Почему поцеловал её.

Сладкая…

Привкус вина на её губах кружил голову, одурманивал разум. Он заставлял больше любить, больше трепетать над ней. Мэйвис слишком пошло выдохнула, слишком пошло упала под него, позволяя нависнуть над собой. Слишком пошло водила языком по его нёбу. Джонатану открылось второе дыхание. Руки зашевелились: правая непроизвольно опустилась с худых плеч, оглаживая талию, бёдра; правая опустилась на нечто мягкое, сжимая. Мэйвис выдохнула, запрокинув голову назад.

Соблазнительная…

Она выгибается под ним. Он трепетно изучает её тело. Она его целует. Он действует. — Люблю, — шепчет вампиресса, сдвигая дрожащие ноги (и пряча свою кровь, пачкающую простынь). — И я, — вторит человек.

06:10, 16.09.

— Возвращайся скорее, — Ванда мило улыбается. Волчата ей вторят, крича и маша лапками. — Я скоро вернусь! — кричит Вольф, садясь в машину. — Я не пропущу вашу свадьбу, ребятки! — Будем ждать, — Джонатан и Мэйвис ответили одновременно. Машина дала газу, поднимая пыль. — Не задерживайся! — крик Дракулы, Франкенштейна, мумии и человека-невидимки был брошен вслед. Провожающие вернулись в отель. Франкенштейн залился слезами, порядком побесив мумию — в роли ходячей пачки салфеток всегда был он. — А худа он уехал, а-а? — заговорила Юнис. — Не знаю, — Ванда пожала плечами, придерживая живот. — Тьфу, во шо за муж такой, ха? Оставил жену и дитей, а сам свалил худа-то! — Он ненадолго. За всей этой беседой никто не заметил, как Джонатан и Мэйвис пропали. Жених и невеста под руку шагали, поминутно бросая друг другу кроткие взгляды.

Им стыдно или весело? Разберитесь уже!

— Джонни, — вампиресса поправила локон.

Мэйвис, вот почему ты заговорила…

— М? — Джонатан не разжимал губ.

…ведь было так интересно …

— Вчерашнее между нами, верно? — Мэйвис чуть сильнее прижалась к его руке — тонкий намёк.

…угадывать ваши мысли.

— Разумеется, — Джонатан улыбнулся. Но почему это было так неестественно…?