ДИКАЯ МАГИЯ

       Весь дворец пробудился к наступлению ночи. То тут, то там, сновали занятые работой эльфийки, расправляя белые скатерти на столах и ставя украшения. На кухне кипели и бурлили приготовления к королевскому пиру, а Миримэ, на плечи которой легла вся ответственность по столу, проверяла все блюда, указанные Гламером. Запах пекущихся куропаток перемешивался со сладкими нотками яблочных пирогов, просачиваясь под дверью, и разносился на весь дворец, сводя с ума особо голодных.       Именно такой чувствовала себя расстроенная я, вернувшись в свои покои. Письмо, аккуратно сложенное и оставленное на кровати, привлекло мое внимание. Подняв находку, я быстро переместилась к кушетке. Спустившаяся на землю ночь не давала возможности увидеть начертания, поэтому присев, приблизилась к канделябру со свечами ближе. Осторожно развернув бумагу, пробежалась по письму: «Не смею уповать на Ваше великодушное помилование, но клянусь, что больше не перейду рамки дозволенностей. Возможно, это глупо с моей стороны, но я надеюсь на нашу скорую встречу, где постараюсь объяснить Вам своё недостойное поведение и лично принести свои глубочайшие извинения»       Утешило ли меня прочитанное письмо? Хрен там! Была ли я великодушна? Да, но крайне редко, по настроению, а именно сейчас оно не стояло.       Я могла перенести удар по спине, руке, да по любой части тела, но не по лицу… Не страх потери красоты будил во мне спящего зверя, а потеря гордости. Пощечина – это худшее из наказаний, считала я, особенно полученная при свидетелях.       Наслаждаясь запахом яблочного пирога под звуки пустого урчащего желудка, я размышляла о событиях прошедшего тяжелого дня, наградившего меня одним колоритом неприятных событий и тремя допросами с пристрастием, да-да, там только плетки не хватало и фраз: "Швайнэ, швайнэ, дыщ, дыщ!". Как же я не додумалась хотя бы пообедать...       «А все эта Рапунцель! Чтоб его троллиха смачно облизала!»       Сменив походный костюм на укороченную чуть выше колен шелковую рубаху, я перебралась с кушетки на край кровати, расплетая собранные в косу волосы. Они отросли за прожитые в Арде годы, и теперь их длина оканчивалась ниже поясницы. Я трижды порывалась отрезать непослушную косу, просыпаясь по утрам с удавкой на шее, если бы не Мариэль. Поэтому теперь я предусмотрительно всегда расплетала ее на ночь.       «И что они все молятся на эту волосню?»       Я прекрасно знала и чувствовала нутром, что Трандуил задумал какой-то хитрый способ наказания, который непременно притворит в исполнение. Поэтому еще долго ворочалась в кровати, представляя каково было бы Трандуилу, окажись он на моем месте.

***

       Тем временем гордый синда наслаждался долгожданным покоем, потягивая дорвионское, расхаживая по комнате в халате, как в дверь снова постучали. - Владыка,… - но не успел стражник договорить, как в гостиную бесцеремонно ворвались. - Владыка Трандуил, я желаю получить ответ, - незваный гость в считанные секунды пересек разделяющее их расстояние и теперь лицом к лицу стоял пред Лесным владыкой.       В мужчине было около шести дюймов роста. Одетая на нем туника была сшита из грубой небеленой льняной ткани с вышивкой двух черных драконов. Подол, рукава и горловина были сделаны из льна более грубого плетения, и "защищены" очередной вышивкой и тесьмой - оберегами от проклятий. Более узкая тесьма имела оригинальный рунический орнамент. Горловина туники отделана тонким льном, из него же сделаны и завязки. Особо привлекал к себе взгляд кожаный коричневый ремень, подчеркивающий массивную фигуру его владельца. Натуральная кожа, травленая латунь, литые латунные пряжки ручной гномьей работы. Такой пояс можно было надеть не только поверх одежды, но и поверх гамбезона или доспеха.       Точеный прямой нос с еле заметной горбинкой, тигриные впалые медовые глаза с нависающими над ними изогнутыми черными бровями, левая бровь была рассечена небольшим, но давно затянувшимся шрамом. Темно-каштановые вьющиеся волосы заканчивались в районе лопаток. Он был воином, о чем свидетельствовали болтающиеся на поясе пустые ножны. - Ты, как всегда, излишне настойчив, - не преминул заметить Трандуил, оценивая едва заметную разницу в их росте, что даже польстило его самолюбию. - Знаешь, я очень много размышлял об этом, - сказал он высокомерно-дружественным тоном. - Ты получишь желаемое, а что взамен?       Эльф был дружелюбен, твёрд, но милостив и предусмотрителен. И в тоже время не лишен расчётливости, которую всегда пускал на благо процветания своих чертогов, возможно иногда на удовлетворения своих скрытых желаний, но это случалось крайне редко. - Возобновление торговых путей через Эотед, - предложил собеседник. - Заманчиво, - признался Трандуил, - что ж, будь по-твоему.       Спустя час благополучно закончились переговоры, что радовало гордого синду. Он устало вздохнул, признавая, что сорванный отдых окупился сторицей. Уставшее тело упорно требовало крепкого сна. Он медленно подошел к массивной постели, отдаваясь в объятие серых шелковых простыней.

***

      Тихое мягкое утро аккуратно кралось по подушке к голове, чтобы оповестить о наступлении праздничного утра. А лежавшая на широкой кровати девушка, хмурила носик, отказываясь просыпаться и желая навсегда остаться в объятиях Морфея.       Я закопошилась в постели - тепло, греющее спину, дарило несравненное наслаждение, бросая в жар. Перевернулась решив избавиться от жара, но неожиданно наткнулась руками на что-то твердое. Хм.. На ощупь препятствие напоминало бархатистую кожу. На мою талию легла тяжелая рука, прижимая ближе. «Мама» - пронеслось у меня в мыслях, заставляя радостно улыбнуться и замурчать, отвечая на ласку. Как же давно я мечтала почувствовать мягкость ее голоса, теплоту ее любящих рук, но нас разделяла слишком большая пропасть неизвестности, через которую, как через длинный ров, нереально было перебраться. Моя тайная несбыточная мечта. «Разве у мамы такие тяжелые руки?» - подумала я, а руки ощутили на этот раз твердую рельефность широкой спины, заставляя испуганно распахнуть глаза.       Из-под всклокоченных после сна и еще не причесанных локонов на меня смотрела пугающая синева двух хищных глаз, а у меня внутри уже зарождался истерический вопль. Как в мультике, когда в душ врываются, а там Даффи Дак в нигляже в ванной прикрывается мочалкой. - Только посмей, - прошелестел вторженец. - Какого черта? – горячим шепотом возмутилась Тиалас. - Как ты проникла в мои покои? – вопрос меня изрядно озадачил и заставил, резко подскочив на кровати, беглым взглядом оглядеть спальню, в которой я уснула вчера ночью. Сомнений не было, эти покои принадлежали мне.       В гостиной виднелось нежно-розовое платье, приготовленное для праздника и оставленное вместе с остальными аксессуарами на кушетке в углу, рядом с платьем на полу стояли туфли. - Твои? Да это ты здесь нежданчик! – взбунтовалась я. Неужели можно быть таким бессовестным, чтобы пробраться в женские покои и выставить меня дурой? «Не хило эльфы пляшут!»       Но взяв себя в руки и сдерживая свой гнев, я решила не давать спуску нарушителю женского спокойствия. Разве мало бед со мной приключилось, что теперь мужчины в наглую лезут в мою койку, или же Владыка именно это избрал достаточным наказанием? «Хотя, есть вариант того, что Лесик красочно расписал кому-то вчерашний интим и теперь можно ожидать в гости толпу сексуально оголодавших мужиков! Даже пожарной командой не обойдется, учитывая эльфийскую численность Менегрота... Так что, думаю, пора собирать чемоданы в экстренном порядке, до начала более углубленного познания камасутры!» «Никаких формальностей, никакого спуску, никаких отступлений назад и никакого прощения!» - давала я себе установку, поворачиваясь к эльфу и натягивая простынь на грудь, словно шелковая ткань вовсе и не тканью была, а настоящим боевым щитом. - Неужели мы настолько сблизились, что миновали всякие формальности? – возмущение, хорошо промасленное в презрительном взгляде и немало разозлили уже звереющую меня. «Мало того, что в койку залез, потискал, может и обесчестил, так теперь и презрительные взгляды пускает, словно я болотный тролль! Вообще совесть потерял, а может ее и не было вовсе?» - После твоего появления в моей постели, формальностей быть не может! Насильник!       Эльф вздохнул, зажмуривая глаза, словно я была его наваждением. - Подымайся и немедленно покинь покои! Чтобы духу твоего здесь не было! – простонал он, вновь опуская голову на мои пуховые подушки, которые я так заботливо взбивала на ночь. - Милок, ты прежде оглянись на через-чур скромную обстановку «твоих» покоев, а после приказывай! - Как же низко ты можешь пасть, в погоне за властью? – в его словах слышалось разочарование, а он все так же уткнувшись лицом в подушку, продолжал бубнить. - Да мне и даром не нужны ваши титульные собачьи кандалы! Сейчас увидим, насколько ты пал! – громко прошипела я, изловчившись и приложив все силы, чтобы выпихнуть самоуверенного эльфа с постели, удивилась, когда послышался тяжелый грохот.       Удалось! Теперь субъект активно чертыхался, приземлившись на деревянный пол, прохлада которого быстро привела пришельца в чувство. - Мерзкое создание Мелькора! Орков тебе в постель! – рычал он, сыпля проклятия в мой адрес. «Гномессу Синих гор тебе в тещи! Из-за кое-кого эти орки скоро прибудут в эльфийском обличии, познавать азы любви, коих были лишены веками!» - Спасибо, вот пусть орки и избавят меня от твоего присутствия! - эльф подскочил с пола, как будто по его душу Балрог явился, а я возмущенная его наглостью, увидев его, в чем матушка родила, открыла от неожиданности рот.       Яхууу... - я замерла, боясь пошевелиться, а он и не собирался отворачиваться, только надменней вперился в меня злыми, прищуренными глазами. Наконец, я зажмурила глаза, но мужская нагота уже успела прочно запечатлеться в моем развратном мозгу. И этот образ вряд ли когда-нибудь забудется… «Черт бы побрал этого мужчину, у него нет ни стыда, ни совести! Хотя, есть кое-что повнушительнее...»       Я открыла глаза. Искушение было велико…       «Если мужчина собрался дать эффектное представление, ему нужна публика, а я вовсе не собиралась играть эту роль. Но должна же я держать в поле зрения змею, готовую укусить в любой момент?! Да и эстетическая красота, это не так уж и плохо... Зачем пялится на картинки, когда наглядно намного красивее, в 3D, да еще бесплатно?!»       Внезапно я почувствовала подступающую к горлу тошноту. Ощущение было даже более сильным, то ли от пустоты желудка, то ли от увиденного? "До чего прекрасная рельефность мужского эльфийского тела, шея, на которой так яростно пульсировала артерия. Вздымающаяся от порывистых вздохов широкая мускулистая грудь, свидетельствовала о крайнем возмущении эльфа. Крепкие, упругие мышцы бедер… "       Его мужская красота была ошеломляющей, дерзкой, угрожающей, ммм.... признаться честно и возбуждающей... - Ты всегда спишь голый? – пролепетала я, нехотя запустив в него простыней, тем самым прикрыв особо любопытные части мужского тела. - Не люблю скованность во время сна, - эльфа нисколько не интересовало, что я думала на этот счет, еще меньше это интересовало меня. Я не собиралась спорить с голым мужчиной, который находился в нескольких дюймах от меня. Хотя... - Нудист! - стиснула я зубы, отвернувшись, несколько раз качнулась в койке и спрыгнула на пол. «Ммм, до чего у него красивые ягодицы... аж ручки тянутся прикоснуться... Фу! Нельзя! Соберись! И такие длинные ноги, такие тугие бока. Кажется, в спальне стало еще жарче?» - думала я, обходя его стороной, прижав шаловливые ручки к груди, направляясь в сторону купальни, дабы привести себя в надлежащий вид.       Слава Богу, он укутал бедра в простыню, пусть и не полностью, однако простынь - это все же лучше, чем ничего. А пока я приводила себя в относительный порядок, умывшись прохладной водицей в тазу и накинув на плечи легкий кружевной халат, эльф успел пересечь спальню, заглядывая в купальню. - Что за чертовщина? – выдал он, оглядывая скромные покои. - Куда поселили, там и живу, уж извините, это не Ласвегас детка, - буркнула я, проходя мимо. - Какой ярус? – поинтересовался, сомнительно поглядывая на закрытое окно. - Высокий, так что попытка вылезти в окно для тебя закончится лепешечкой, - ответила, даже не удостоив его своим взглядом.       Я предпочла заняться более важным занятием: распутыванием густой копны волос, взяв деревянный гребень и усевшись напротив зеркала. Моя память отчетливо помнила одиночество, в котором я засыпала вчера ночью и новых персонажей на горизонте ничто не предвещало. Неужели праздник Белтайн настолько волшебен, что вместо подарков незамужним эльфийкам здесь дарят по утрам мужчин? Странно, прошлые годы все проходило чинно и благородно. «Может у меня по расписанию черная полоса по фен-шую зебринного зада?»       Поднявшееся солнышко потихоньку скользнуло своими светлыми лучами в моё не зашторенное окно, начиная заливать комнату светом. Освещая мечущегося из угла в угол растерянного эльфа. Видимо, и его немало удивил утренний сюрприз. - Что ты предлагаешь? – спросил он, вопросительно вскидывая бровь. - Сейчас все эльфийки отправятся на поляну по традиции умываться утренней росой, и я должна быть в их числе. Поэтому не переживай, я просто выставлю тебя за дверь. - Но все мужчины остались во дворце, как и стража, предлагаешь мне провести остаток вечности здесь? - И что с того, меня это не касается. - Если меня увидят, выходящим из твоих покоев полуголым, нашу репутацию смешают с грязью, от которой не отмоешься даже в священных источниках Нимродэли. - Кажется, ты забыл, так я напомню. Благодаря кое-кому, слово честь не может употребляться вместе с моим именем, а тебе – что ж, сочувствую, и добро пожаловать в блудливые ряды! Соплеменник! - злорадствуя призналась я, пожав плечами, мол, «что тут теперь поделаешь». - Не указывай мне! - он вглядывался в мое лицо и видел, что я отвечаю на его вопросы машинально и бесстрастно. Его это задевало не меньше, чем равнодушие, с которым я относилась к его бедственному положению. - Ладно, хочешь я дам тебе свой плащ, накинешь капюшон на голову и отправишься восвояси? Хотя, плащ будет изрядно коротковат, учитывая ощутимую между нами разницу в росте, где-то чуть ниже колена... А вот, если ты жаждешь меня в качестве сопровождающей... Тебе придется надеть под плащ платье. - Что?! – задохнулся он от возмущения. - По правилам этикета, обнажение ног девы считается унижением, не так ли!? Хочешь сверкнуть своими стройными голыми волосатыми ножками, привлекая к себе излишнее внимание? - Поэтому ты и стоишь предо мной в чрезмерно короткой ночной рубахе, что мне приходилось видеть? – эльф быстро скользнул любопытными глазами по стройным красивыми ногам, а все благодаря халату, который я по глупости забыла подвязать пояском. - Хватит! – возмутилась я, запахнув наспех халат. - Меня не интересуют твои сексуальные похождения!!! – но моих возражений никто не слушал. – Лучше у Олорина исповедайся! Старик - отличный собеседник, все твои грешки отпустит! Да может опытом поделится или кого поопытнее посоветует! - этот сноб пришел в такую ярость, что перечить было абсолютно бессмысленно... - Безнравственная девчонка, я ни за что не соглашусь на этот балаган! - рассердился он, и больно щелкнул меня по лбу. Метаясь по комнате, негодующий эльф пытался взять себя в руки, что у него бесспорно не получалось. - Вы сами просили меня найти решение проблемы, и я его нашла!       Он ничего не ответил. С одной стороны понимал, что должен быть благодарен эльфийке за то, что та вызвалась помочь ему, а с другой - ему невыносимо было осознавать собственную слабость, почти беспомощность. Сколько себя помнил, он всегда был сильным, всегда находил выходы из самых тяжелых ситуаций, где казалось, и нет никакого подступа. Но это обстоятельство могло стать его собственным позором. В его гудящей голове никак не укладывался вопрос: «Как он оказался в ее спальне?»       Было лишь два варианта, и оба они имели одно объяснение - магия, но разных действующих лиц.             Олорин, седой чудак и фокусник, мог сыграть с ним эту злую шутку, но у него не было с ним никаких распрей. Он почитал и уважал традиции всех народов, населяющих Средиземье. Соблюдая все правила, хоть и нарушая некоторые незначимые порядки.             Тиалас - Дикая магия. Ее магия спустя двадцать лет значительно возросла, но вряд ли она смогла овладеть таким сильным заклинанием, но почему именно в ее постель ему довелось угодить? - Ты еще не оделась? - всплеснул руками эльф. Простыня слетела к его ногам. Трандуил в несколько шагов пересек комнату и выхватил у нее из рук предложенные вещи. «А может, ну их, эти вещи? подумала я, снова лицезрея тело Апполона.»        Взрослому, почтенному эльфу эта затея казалась оскорбительной, но учитывая, под какое наказание он теперь попадает, разум шел на уступки. Ибо, если эльфийка заикнется о проведенной вместе ночи, у него будет как минимум два выхода: либо жениться, что для него было равносильно смерти, либо позорное изгнание, что вовсе неприемлемо. Последнее было в тысячи и миллионы раз страшнее первого. - Хорошо, - согласился он после пяти минут раздумий, вынуждено признавая план подходящим. - Мое платье тебе будет очень узко в плечах, а вот его нижняя часть отлично прикроет ноги, учитывая длину. Так что тебе придется слегка потерпеть!