Медвежья Долина

Пока Саша обрабатывала рану на голове, я пыталась привести в чувство пленника. Ох зря моя напарница огрела его ещё раз. Я брызгала на него водой и шлёпала его по щекам. Спустя минут десять он всё-таки сфокусировал свой взгляд на мне. - Привет, сладкий, не знаю твоего имени, - я улыбнулась ему. - Как спалось? - Спасибо. Хорошо. Чет, - выпалил он и подёргался, проверяя крепость пут. - Ты, сучка, хоть знаешь, что тебе не жить? - Конечно, - у меня было хорошее настроение. - Но вот только ты сдохнешь первым. - Почему ты сразу меня не пристрелила? - Хотелось познакомиться поближе, - хмыкнула я, - давай поиграем в вопросы и ответы. Начнём с первого: где ваш лагерь? - Лучше сразу пристрели – я ничего не скажу, - Чет размял шею и уставился куда-то в сторону. - Ох, ни хрена себе! Так это с вами? Я проследила за взглядом и увидела безмятежно намывающегося Дикса. - Ага. Это мой питомец. Могу попросить его тебя съесть живьём. Хочешь? - Да как-то не. - Тогда, может быть, ответишь насчёт лагеря? - Неа. - Ну как знаешь, - я повернулась к кугуару. - Хэй, иди сюда. Зверь с ленцой подошёл и присел рядом со мной. Мужчина нервно сглотнул. - Ты чё, серьёзно? - Серьёзней некуда, сладкий. Будешь говорить или нет? Меня интересует: где ваш лагерь, сколько у вас человек и какого хрена вы напали. Чет молчал. Он думал, как бы выпутаться из этой ситуации. Выходило, что у него нет шансов. Он безоружен и связан. Если сумеет вырубить бледнолицую собеседницу, то его пристрелит негритянка или разорвёт пума. Шах и мат. - Блять, - выругался обречённый пленник. Жить хотелось, как никогда. Он озирался вокруг и видел все краски ярче. Воздух казался слаще, чем прежде. Он знал ощущение, когда смерть хлопала по плечу и участливо заглядывала в лицо, типа, пора, мол, дружок, пора. Не раз и не два смерть обнимала Чета своими костлявыми загребущими ручонками, но как-то же он выворачивался… Саша точила ножи и копалась в своих ощущениях. Думала, кто же Кэрол для неё. Друг? Названная сестра или мать? Боевой товарищ? Для девушки женщина становилась загадкой. Такая простая поначалу, тихая, понятная Кэрол куда-то ушла, на её место пришло нечто иное. Это было что-то чуждое. Холодное, сухое, яростное... Как солнечный свет в заснеженных горах. Девушка видела отблеск этого света в глазах женщины. Она считала, что неплохо разбирается в людях, стоит только заглянуть им в глаза. Но глаза Кэрол, раньше такие теплые и добрые, стали чисты. Никаких эмоций. Ни добра, ни тепла, ни радости. Ни горя, ни жалости, ни зла. Только ясный рассудок – холодный, опаляющий своим холодом. Раньше она могла улыбаться одними глазами, Саша помнила это, сейчас улыбаются только её губы. А сама Саша? Изменилась ли она? Что сейчас можно прочесть в её взгляде? Девушка уже не помнила, когда в последний раз смотрелась в зеркало. С некоторых пор ей стало страшно приближаться к амальгаме. Вдруг она увидит тоже самое, что и в глазах женщины, то есть не увидит ровным счётом ничего, никаких чувств… Ловила себя на мысли, что может испугаться своего отражения. Она ведь помнила себя прежнюю, улыбчивую, с озорным огоньком в глазах. И боялась, что этого в ней уже нет и больше никогда не будет. Ничто больше не зажжёт огонь… Со стороны, где находились пленник и Кэрол, послышался крик. Девушка повернулась туда, но увидев, что делает женщина, тут же опустила глаза. - Ну, теперь говорить будешь? – Кэрол вытащила нож из левого бедра мужчины и теперь крутила его в руках. - Ты почувствовал, что я не просто вонзила в ногу лезвие, но ещё и прокрутила пару раз? Теперь рана не затянется - и ты истечёшь кровью. - Почему ты такая тварь? – Чету было больно, но он и не такое терпел. Он разглядывал в общем-то симпатичное лицо своей мучительницы и гадал, что же с ней случилось. Ему ещё не приходилось видеть таких отстранённых глаз. Обычно, причиняющие боль хоть как-то были заинтересованы в процессе. Они могли окидывать сочувствующим взглядом: "мол, не хочу, но надо". Либо получали удовольствие. Либо испытывали злость, гнев, ненависть. Глаза женщины, сидящей перед ним, были абсолютно равнодушны. Даже обидно как-то, что он не вызывает у неё никаких эмоций. - Чет, я из-за вашей банды почти не спала… Давай я тебе помогу сейчас начать рассказ, а ты его дополнишь, - Кэрол картинно зевнула в ладошку, - и я, наконец, пойду прилягу. - Ну-ну, начинай, - пленнику стало интересно, что же она может знать. - На тебе, как и у твоих ныне покойных дружков, армейская одежда: от ботинок до кепок. Оружие также из запасов нашей доблестной армии, - она сделала паузу, выжигая взглядом глаза мужчины, - но вы не военные. Не та выправка. Не так держите оружие. Не так бьёте. - А ты-то откуда можешь знать? - Из личного опыта, - женщина улыбнулась. - Допустим, вы нашли склад или военный лагерь, да? Вы там обосновались? Или просто утащили всё, что не приколочено? - Не знаю, это ты сама решай, - Чет поёжился от пристального взгляда, казалось, что собеседница умеет читать мысли. - Первое или второе – не суть. Важно то, что лагерь находится неподалёку, да? Вы же пешочком до нас дошли, так ведь? Засмотревшись на лицо Кэрол, мужчина непроизвольно кивнул, и она ослепительно улыбнулась. - Так что, Чет, сколько вас? Ты же всё равно умрёшь, и только от меня зависит как это будет: медленно или быстро. Снова крик. Женщина копается ножом в правой ноге. Ни один мускул не дрогнул на её лице. - Блять, сучка! Ну давай, убей меня! – Чет попробовал плюнуть ей в лицо, но она уклонилась. - Сначала ответь - потом убью, - спокойно и просто сказала Кэрол и запустила свои тонкие пальцы в загривок своему ручному зверю. - Ну что, Дикс, сожрёшь этого дядю? Что?.. Я понимаю, что воняет, но ничего не поделаешь. Зверь хищно потянул носом, почуяв свежую кровь, и ощерился. Затем он встал и вплотную подошёл к связанному мужчине. Нечаянно или нарочно, пума наступила на рану на ноге, выпуская когти. Боль снова белой вспышкой прошлась по сознанию пленника. - Тридцать два! С нами - тридцать два человека! Убери эту тварь с меня! Кэрол нежно похлопала зверя по бежевому боку, заставляя его отступить в сторону. - От вашего лагеря у реки вперёд по дороге, мили три. Потом вправо, через лесополосу, миля. Там был режимный объект… Чет ненавидел кошек. Никогда не знаешь, что у них на уме. То ли дело собаки, настроение которых можно понять с первого взгляда. А такая огромная кошка, как у этих двух больных на всю голову, внушала первобытный ужас стоит только посмотреть на неё. Мужчина знал, что для него всё уже закончилось. Весь грёбанный конец света для него окончен. Тушите свет. Последнее, что он почувствовал – резкий укол острого ножа в основание черепа. Тугой треск рвущейся кожи. А дальше - темнота… *** День тянулся словно патока. Мы с Сашей слонялись по поляне как неприкаянные, разговаривали о ничего не значащей ерунде, избегая говорить о прошедшей ночи и утренних событиях. Челюсть нещадно болела после ночного удара. Хорошо, что кости целы, а ушиб быстро пройдёт. Надо только немного потерпеть. И снова спасительная темнота перевернула эту страницу, закрасив словно маркер этот непростой день. Я не знаю, что со мной творится. Что стало со старой доброй Кэрол… Я сначала мучила, а потом хладнокровно убила человека. Плохого, с дурными мыслями… Но это, чёрт возьми, был человек! Саша видела уже десятый сон. Я лежала в поле под мириадами звёзд и рассеянно перебирала шерсть Дикса. Кажется, он понимал моё состояние и решил не ходить сегодня на охоту. Смотря на тёмное небо, я чувствовала свою беспомощность. Что за зверь поселился во мне? Что во мне разжигает слепую ярость и отключает все остальные эмоции? Я же смирилась со всем. Я же приняла все свои потери. Я же была не такой. Не такой. Не такой!.. А какой? Безвольной? Безропотной? Слабой? Но если вместе с силой и желанием жить приходит ярость и равнодушие, то я не хочу. Не хочу быть сильной! У меня давно пересохли слёзы... Когда я в последний раз плакала? От горя или радости, тоски или жалости… Не помню. Кажется, это было миллиард лет тому назад. Не в этой жизни. Не в этой вселенной. Я лежала на тёплой земле, разводя руки в стороны и вырывая чахлые растения. То бодрствовала, то проваливалась в пустоту. Мне не снится моя дочь. Я забыла, когда в последний раз меня посещали кошмары. Может, это избавление? Долгожданное отпущение грехов? Я закрываю глаза и вижу то, что не должна. Вижу незнакомого человека. В глазах его мудрость не одного поколения. Он знает, что я сделала, но не винит. Только шепчет что-то. Я прислушиваюсь. Я пытаюсь прочесть по губам. «Там мои сыновья. Спаси…» Солнце нагло лезло мне под веки. Я очнулась и поняла, что земля оказалась лучшей периной – я давно так хорошо не спала. Я встала с земли и размяла плечи. В голове созрел дальнейший план действий. Мне надо во что бы то ни стало наведаться в лагерь напавших на нас людей. Там… Смутное предчувствие, что там я могу выручить кого-то и искупить тем самым часть моих грехов. Может быть, у меня вновь появятся слёзы. Слёзы радости или печали, счастья или боли. Хоть от чего-нибудь, лишь бы снова мои сухие глаза омылись спасительными каплями. Тошнота внезапно закралась мне в горло. Я подышала ртом – немного помогло. Не спеша я направилась будить свою спутницу. - Саша, как ты думаешь… А мы сможем вдвоём взять армейский лагерь с неотёсанными мужланами? – я разливала приготовленный на костре чай и спросила между делом, чтобы посмотреть, как среагирует девчонка. Глаза девушки округлились, а челюсть непроизвольно отвисла. Её состояние прострации нарушила выпавшая из рук банка консервов. - Кэрол… Объясни, пожалуйста, - Саша медленно, словно обращаясь к идиоту, выговаривала слова, - зачем это нам нужно? Мы же можем их просто объехать. Я и сама не знала. Кроме сумбурных предчувствий и странного сна, у меня не было больше причин захватывать чей-то дом. Но ведь этого же не скажешь своей напарнице, иначе она и правда уверует, что я сошла с ума. - У них есть оружие. Еда. Медикаменты, - я взглянула на Сашу и продолжила более уверенно. - А самое главное, я не хочу воинственно настроенных соседей. До Медвежьей Долины меньше семисот миль… Да, это может показаться огромным расстоянием… Но если они тоже решат поехать вглубь штата? Вдруг, они всё разрушат, как Губернатор? Вспомни Терминус… Таких людей надо сразу убивать, пока они не всадят тебе нож в спину. При упоминании Терминуса Саша болезненно сжалась. Я знала, чем её можно зацепить, чтобы она мне доверилась и пошла за мной. - И какой план? – она подняла на меня глаза. - Их… Сколько? Тридцать два, да? Минус пять, с которыми мы встретились. - Да. Сейчас там двадцать семь человек. Можно попробовать действовать как в Терминусе. Но для начала нужна разведка. Не знаю, согласишься или нет, но я хочу сходить одна. Так будет безопасней. - Думаешь? – Саша задумчиво повертела в руках кружку. - Может, пойти сразу туда и устроить импровизацию? - Хм… Как вариант... Но если нас схватят на подходе? - Тоже самое могу спросить: если тебя схватят на разведке? - Ладно, - дурнота снова захотела овладеть телом, но я ей не поддалась. - Давай проработаем несколько вариантов. Посмотрим, что у нас есть из оружия. И взвесим наши шансы. - Если поймают, то нас ждут вещи пострашнее смерти. Мы видели их, как они себя вели и что говорили о женщинах… - Знаю. Знаю, - я потерла лицо, - но с ними надо что-то делать, чтобы они не подкинули нам потом сюрприз. - Кэрол… - А? - Тебе не плохо? Как самочувствие? – девушка заботливым жестом потрогала мой лоб. - Ты какая-то бледная совсем. - Да нет, всё нормально. Просто тяжёлые мысли. Тяжёлая ночь. - Иди полежи. Ты правда неважно выглядишь. - Хорошо. Я расстелила себе покрывало под деревом, кинула худенькую походную подушку и прилегла. Надо сосредоточиться на плане захвата.