Тринадцатый номер

Слушая внутренний гул аэрокара, Мария старалась не вспоминать, как задирал ее Вега, подбирая броню. В итоге, подобрали по принципу "лишь бы сидело" и "броня - она и в Африке броня", банальный защитный костюм относительно небольшой массы и нестандартного размера (что поделать, если "Мадам Сижу" была у нее не в пример выделяющейся). Напоследок, отметив, что вскоре она похудеет и броню, все равно, придется менять, Джеймс сунул ей какой-то пистолетик и, никак не реагируя на заявления о "нецелесообразности данного предмета в ее руках", в принципе росших явно из той же "Мадам Сижу", запихнул в уже готовый к вылету аэрокар. К тому моменту там уже о чем-то спорили Гаррус и Лиара. Но девушка не успела вникнуть в суть спора, поскольку в шаттл лихо заскочил командор, и они тронулись. У нее начался тремор. Неужели они прилетят, а там... Она пыталась до последнего отбрасывать эти мысли о том, что окажется в центре боевых действий. И, похоже, то самое последнее наступило. К горлу подкатил колючий ком, и она заметила, как ее ногти впиваются в собственные ладони... Лишь бы не сорваться в приступ. -Ну, как самочувствие, новобранец? - Джон, ухмыляясь, что-то правил в инструментроне, каким-то чудом умудряясь не падать на поворотах аэрокара. Когда он посмотрел на ее лицо, ухмыляться, почему-то, перестал. Вероятно, выглядела она, мягко сказать, не очень. Он подошел поближе и похлопал ее по плечу: - Мария Сикорски, я доверяю выбору адмирала Хакета. Если он счел тебя готовой к подобным мероприятиям, значит, ты готова. Нам ничего не известно о сущности протеанского артефакта, найденного Цербером, так что, ты можешь нам очень пригодиться. Девушку словно окатили холодной водой. Побелев еще сильнее, она внезапно вскочила: - Цербер?! Там Цербер?! Сказать, что командор был огорошен такой импульсивной реакцией на слово "Цербер" - ничего не сказать. Выходя из задумчивости, он отметил, что у девушки подрагивают губы. Растерянно помотав головой, она села. Шепард спросил: - Мария, что такого в том, что это Цербер, а не, например, Жнецы? Ведь ясно же, если на задание отправляются военные, сопротивление ожидаемо. Для тебя это неожиданность? На ее лице снова проскользнул страх, словно что-то пугающее было и в этом вопросе. - Нет, командор. Не неожиданность. Это было-бы совсем глупо, - ее голос звучал неестественно вяло. - Тогда что такого в этом факте? Радовалась бы, что не Жнецы. - Я мало наслышана о Жнецах, командор, а вот о Цербере - предостаточно. - Странно, что ты не наслышана о сути нашей миссии. Вообще, принято это выяснять до того, как на инструментрон придут подробности перед самой высадкой. Снимай свою информационную блокаду, Сикорски. - Хорошо... то есть... Так точно. Постараюсь. Он окинул нервным взглядом ее сникшую фигуру: - И, безопасности ради, не верти оружие в руках, пока мы не высадились. - Он кивнул на "Хищник" в ее руках, и она, неожиданно для самой себя, обнаружила, что все еще держит его в дрожащих пальцах, - Вообще, лучше не используй его без особенной надобности. Твоя задача - не попасть под обстрел. И все. - Эй, ты хоть знаешь, как снять его с предохранителя? - Вставил свое Гаррус. Маша повернулась к нему и лишь с обреченным видом помотала головой. Турианец на мгновение "завис", а затем напряженно ответил: - Вообще-то, это должно было быть шуткой... Раз уж все так плохо, давай покажу. Надеюсь, после этого ты никого из нас случайно не пристрелишь?

***

Иден Прайм оказался на редкость красивой колонией. Под ногами, влекомые слабым ветерком, почти бесшумно колыхались травы, а справа, на фоне почти по-земному синего неба, как диковинные грибы или граны тилакоидов в хлоропластах, стопками были сложены белые жилые контейнеры, прорежаемые небольшими площадками, оснащенными, в основном, лестницами и небольшими клумбами. И это было бы прекрасное место, если бы ни одно "но": было тихо. Так тихо, словно во всей колонии не было ничего живого. Даже насекомых, коих, обычно, всегда в обилии на планетах-садах. Они немного прошли вперед, с тихим чвяканием ступая по упругой увлажненной земле, подошли к краю уступа. Пейзаж был достоин хорошего художника. Зеленые луга, прерываемые участками с грубой землей, серебристая лента реки... и древние протеанские руины. - Только посмотрите, - проронил Шепард. - Куски протеанских технологий торчат из земли, как старые кости. Гаррус усмехнулся: - Так, Лиара. А тебе доводилось откапывать... как же люди их называют? Динозавров? - Нет. Динозавры и другие ископаемые - это к палеантологам. А я археолог. Я изучаю артефакты, оставленные разумными расами, - с легким раздражением ответила азари. - Два поля совершенно различны и... ты шутишь. Гаррус со своим фирменным обаянием в голосе засмеялся: - Немножко. Но хоть удалось тебя подловить. Они, о чем-то уже тише болтая, направились дальше, а Мария замерла на краю уступа. Протеанскую архитектуру, как и вообще все, кроме единственного почти бесполезного маяка, ей еще не доводилось видеть вживую. На сердце что-то заскрежетало. Как вписывались эти руины павшей 50 000 лет назад цивилизации с этой гробовой тишиной! Дернувшись от внезапно нахлынувшей тревожности, девушка побежала догонять группу. Она подбежала к ним как раз, когда Лиара что-то набирала на панели возле подъемника. Доктор выглядела не то что удивленной, но и как-то воодушевленно-пришибленной. Похоже, произошло что-то совсем из ряда вон выходящее. К ним с характерным скрежетом и шипением поднялась платформа с каким-то... саркофагом? Гаррус подошел ближе к Лиаре: - Как Коллекционеры? Или как те тела, которые мы нашли на Илосе? Девушка пыталась вникнуть в суть происходящего. Пока получалось, определенно, не очень... Лиара, не меняя ошарашенно-счастливого выражения лица, повернулась к турианцу: - Как тела, которые мы нашли на Илосе... только этот жив. Кто жив? Теперь настал черед удивляться ее спутникам. По тому, как округлились их глаза, она поняла, что ситуация довольно серьезная, и теперь изрядно корила себя, что опоздала, и не понимает, о чем идет речь. А вдруг она теперь так и не поймет? Тревожность скользкой змеей поползла вверх по трахее. Но смелости спросить и, тем самым, обратить лишний раз внимание на свою "тормознутость", у нее не нашлось. Командор, возвратив, наконец, способность говорить, кашлянул, и постарался придать голосу больше обыденности: - Ты права. Это просто невероятно. - Ты же видел протеанские стазис-капсулы на Илосе. Они не сработали лишь из-за нехватки энергии. - Лиара удивительно медленным шагом двинулась к "саркофагу". " Погодите, - взволнованно подумала девушка, - протеанские стазис-капсулы? То есть... Неужели..." Ее охватил легкий трепет от невероятной догадки. Доктор начала что-то изучать в своем инструментроне: - "Цербер" нашел это в подземном бункере. Энергия там еще есть... Он находился в стазисе 50000 лет. Дожидался нас. Только представь, сколько мы можем узнать. От трепетного ощущения близкого чуда сперло воздух. Подумать только! Здесь, под сантиметрами какого-то черного материала лежит легендарное существо легендарной эпохи. И... неужели им правда выпадет шанс... пообщаться с ним?! - Хорошо, что с нами эксперт по протеанам. - заметил Шепард. - Надеюсь, я смогу помочь. Гм. "Цербер" повредил капсулу в процессе извлечения. Жизненные показатели нестабильны. - Надо его оттуда вытащить. Лиара, казалось, в ужасе помотала головой: - Нет, грубо открыв капсулу, мы убьем его. Нужно найти командный сигнал, который выведет капсулу из стазис-режима. Также нужно узнать, как физически открыть капсулу, не нанеся еще больший ущерб. "Цербер" захватил лабораторию, чтобы узнать, что они нашли в ходе раскопок. Думаю, стоит начать оттуда. - она отключила инструментрон. "Цербер" - судорожно напомнила себе Мария - А ведь они, скорее всего, еще где-то здесь..." И, словно в ответ на ее мысли, в небе засвистел транспортник. Дерзко проурчав над их головами, он приземлился чуть поодаль, выпустил десант, и снова скрылся в синей глади. В воздухе засвистели первые пули, когда, замершая в панике, девушка была за плече оттянута Гаррусом в ближайшее укрытие, и там же тоталитарно придавлена к земле его, без сомнения, тяжелой рукой. Она закрыла уши руками, тщетно пытаясь не слышать грохота выстрелов. Тело ее разрывалось от одновременного желания вскочить и бежать и как можно сильнее вжаться в землю, на которой лежала. Паника широким обручем сжимала горло и, казалось, если она не будет тяжело и очень часто дышать, то сойдет с ума от всего этого или, в конце концов, просто задохнется. Но, в какой-то момент, ужас возрос до своего предела и, едва не повергнув девушку в беспамятство, оборвался на высокой ноте. Маша внезапно осознала, что больше не боится, не вздрагивает от звука выстрелов... вообще не испытывает никаких эмоций. Зато она вдруг поняла, что земля, на которой лежит ее подбородок, пахнет, как пах ее родной город после грозы. Только вот к этому запаху свежей влажности примешивался едва заметный запах окисляющегося железа. И, почему-то, это показалось ей сейчас настолько интересным, что, отняв руки от ушей, подгребла к себе немного земли, пытаясь, сняв верхний выветренный слой, прочувствовать весь букет ее ароматов. Она настолько увлеклась, что едва не пропустила момента, когда стрельба закончилась. Джон, опустив оружие, сплюнул. Гаррус, продолжая всматриваться туда, где только что был противник, бросил ей: - Цела? Она нервно кивнула, заторможенно осознавая, что турианец не видит этого жеста. И, все таки, в этом запахе есть что-то необычное... - Мария Сикорски, в порядке? - это Шепард подошел ближе и навис над ней. Девушка закивала, как китайский болванчик, и, машинально вытирая лицо, заметила, что оно все залито слезами. Гаррус, наконец, обернулся и, увидев это неподобство, как-то грустно вздохнул. Командор опустился рядом и ободряющее похлопал по плечу: - Продолжать сможешь? Я мог бы отправить тебя обратно в шаттл к Кортесу, но есть вероятность, что твоя помощь нам еще пригодится. -Да... Да, я просто... Просто немного... Не привыкла к такому. Да, я могу продолжать. Одно "но", Сикорски, - проворкотал турианец и, дождавшись, когда она посмотрит на него, добавил: - Больше так не делай. Увидев некоторую озадаченность в ее глазах, он уточнил: - Я про твое неудержимое стремление покончить с собой, не покидая линии огня.

***

В первом же здании, в которое они вошли, им повстречался труп. Маша, запоздало его заметив, отшатнулась, и налетела на Лиару. Извинения застряли в горле. Азари успокаивающе улыбнулась, и пошла вперед. Во первых, стало понятно, почему тут так тихо, а, во вторых - где подевались все мухи... По полу были рассыпаны листы бумаги и всякие мелочи, всюду разруха, потрескавшиеся прозрачные стены оранжереи, шум текущей в ней прямо на пол воды... Дальше им постоянно встречались тела, терминалы, с которых командор что-то списывал и куда-то отправлял, и солдаты "Цербера", высаживающиеся из транспортников и незамедлительно идущие в бой. Мария, по предусмотрительному указанию Шепарда, "пасла задних" вместе с Лиарой, в уме возводя двойку в последовательные степени, чтобы успокоиться. Азари куда-то указала командору. Расчистив путь, Джон вошел в тускло освещенное помещение, подошел к располагающейся в центре панели, и что-то на ней нажал. Спустя несколько мгновений на экране сквозь белые помехи прорезалась запись. Она снова видела еще живых протеан. Видела, как они сражались с Жнецами, как отступали, терпя поражение за поражением, видела сокрушенность и искреннюю горечь командира, осознавшего, что "треть его народа" погибла в поврежденных капсулах... - Думаю, я смогу это воспроизвести, чтобы открыть капсулу. - Ты это понял? - почему-то, удивилась Лиара - А ты - нет? - Нет. Я видела только помехи. "Цербер" пытался что-то расшифровать, но... ничего не вышло. - Я тоже видела. - подала голос Мара, словно пытаясь подтвердить, что командор не свихнулся - Похоже, это можно объяснить влиянием на вас в былое время протеанских артефактов. У вас остался шифр, позволяющий воспринимать образы по протеанской системе. Вы видели нужный сигнал. Командор шагнул вперед: - Да. - Сможешь ввести его для открытия капсулы? - Думаю, да.

***

По пути, при более детальном обшаривании базы, им повстречалась еще одна запись. На сей раз Марии удалось отсеять всю "лишнюю" информацию и выделить фрагмент из последних записей с тем же самым предводителем, что и в прежней записи. Он приказывал ВИ срочно закрывать бункер с капсулами, но они не успели. В помещение ворвались Коллекционеры (кажется, это были именно они), и на этом моменте запись оборвалась. Перебросившись парой фраз, в которых командор уже более убедительно заметил, что знает, как отключить эффект стазиса, они второпях направились к капсуле. Запоздало заметив только что десантировавшегося врага, попали под обстрел. Маша, уже по привычке, вжалась в заборчик и, закрыв уши, пыталась производить в уме какие-нибудь вычисления. Она уже поняла, что такой десант в принципе не является достойным оппонентом Шепарду и его группе, что не могло не радовать. До моста они добрались относительно быстро. А вот дальше возникла проблема: церберовцы опустили мост, из-за чего пришлось идти в обход. А "в обход" по-шепардовски - это скалолазами по крышам. Благо, на столь открытом месте, некому оказалось их расстреливать, пока Маша, мысленно ругаясь на свою судьбу и сокрушаясь о собственной бесполезности, не без помощи Гарруса преодолевала все сопутствующие преграды. Ладно, она ведь никуда не напрашивалась. Ее прислали, ее порекомендовали, ее взяли на миссию... На ней нет ответственности за все это нелепие. Открыть капсулу тоже оказалось не совсем простым делом. Командор ввел сигнал, а затем за дело взялась Т'Сони и сообщила, что для открытия потребуется еще некоторое время. Девушку все еще трусило, то ли от страха, то ли от воодушевления, которое, похоже, единственное и держало ее до сих пор в сознании. Будет неприятно отключиться в столь исторический момент. Успокоится она так и не успела, хотя, казалось, что для этого ей теперь и суток будет мало. Затишье было недолгим. Когда снова началась перестрелка, она, сгибаясь и вздрагивая от каждого звука, забежала за капсулу и постаралась стать как можно мельче. Она могла только ждать. Ждать, слушая выстрелы, биотические хлопки и взрывы, ждать, наблюдая одинокие пули, пролетавшие мимо, ждать, судорожно вжимаясь в черный корпус, ждать, пытаясь отвлечься на числа, чтобы только не сорваться в приступ. Внезапно что-то особенно сильно громыхнуло, так, словно откуда-то выгрузили кучу металлолома. В борьбе между страхом и любопытством ожидаемо победил страх, и Маша решила не высовываться. Ситуация прояснилась, когда где-то неподалеку прозвучал испуганный голос Лиары: - Тяжелый робот! Нельзя подпускать его близко! А дальше стало совсем страшно. К звукам выстрелов примешались взрывы, звуки металлических ударов и запах сернистой гари. Затем послышалось, как бьется стекло, и последовал особенно мощный взрыв. И все затихло. И тишина эта была ужаснее всего. Ведь как понять в ней, кто одержал верх? Наконец, послышались чьи-то шаги. Подумав, что это может оказаться "Цербер", девушка остро захотела сорваться с места и сигануть вниз с подъемника. Уж лучше на тот свет, чем к ним. Уж лучше... Но, вовремя оборвав это стремление, она лишь резко встала, и в два быстрых широких шага отошла к краю. К капсуле подходила ее команда. Гаррус, слегка хромающий на одну ногу, заметил: - Сейчас даже моего цветовосприятия достаточно, чтобы понять, что ты явно не в порядке. Мария попыталась что-то ответить, но заметила, что язык слушается... вернее сказать, вообще не слушается. Шепард, устало закидывая на плече винтовку, бегло взглянул на нее, и констатировал: - По возвращению на Нормандию зайдешь к Чаквас за успокоительным. Он подошел ближе к саркофагу, открыл на нем какую-то панельку, что-ввел в нее... Капсула за шипела, раскрывая створки. - О Богиня! - пробормотала азари, всматриваясь внутрь. Мария осторожно подошла ближе. На дне капсулы лежало... существо гоминидной формы. С болотной кожей (или что там у него было), множеством непонятного назначения рытвин на "лице", необходимых, вероятно, для обоняния, мощным сростносегментированным уплотнением на голове, напоминающем модифицированный карапакс членистоногих, и двумя парами глаз. Существо было облачено в алую массивную броню, чем-то отдаленно напоминающую снаряжение древних самураев. От всего это образа веяло покоем и... мощью. - Должно пройти время, прежде чем он полностью придет в себя - взволнованно сообщила Лиара. Но тут, так и не удосужившись взять это самое "время", существо открыло глаза. Янтарные, с двумя спаренными зрачками, недоуменно-... напуганные? Оглядев всех, нависших над ним, он издал какой-то звук и, резко приподнялся. Маша заметила, как его тело охватили зеленые искры, после чего почувствовала удар в грудь, невесомость, и столкновение своего тела с землей. Звук при этом был такой, словно на пол выгрузили груду какого-то барахла. Опасно отлетев к тому самому краю платформы, девушка, держась за живот и пытаясь снова вдохнуть, немного приподнялась. Протеанин стоял на четвереньках возле капсулы. - Осторожно, у него шок. - сообщила Лиара, поднимаясь на ноги. Пробудившийся встал, попробовал бежать, упал, снова поднялся и, наконец, как-то сокрушенно замер, воззрившись на обветрившиеся протеанские руины. - Помни, для нас прошло всего 50 000 лет, а для него это было только... - Лиара не договорила. Шепард широким шагом сблизился с протеанином и положил руку на его плече. Затем внезапно выдохнул, покачнулся, и ошарашенно помотал головой. Существо же снова упало на колени и, опершись руками о землю, на чистом галактическом спросило: - Сколько еще осталось? Его голос словно вибрировал и двоился, оттого звуча как-то завораживающе, дышал какой-то глубинной мощью и величием. От такого вопроса Джона передернуло, что не удивительно, учитывая ответ на него. Собравшись с силами, он выдохнул: - Только вы. Он не стал хвататься за голову, бить кулаками землю, кричать или еще хоть как-то выражать эмоциональную реакцию на этот чудовищный факт. Мария не могла представить, что чувствует это создание, осознав, что, кроме него, никого не осталось, что все, ради чего он жил и сражался, безвозвратно кануло в пучину пятидесятитысячелетнего прошлого, что он остался лишь тенью, не могущей уже ничего исправить. Но он лишь очень сдержанно приподнялся и несколько более безинтонационным голосом ответил на пропущенный задумавшейся девушкой вопрос командора: - Да. Я считал вашу физиологию и вашу нервную систему. Достаточно, чтобы понимать язык. - То есть, вы читали меня, пока я смотрел... - Наши последние моменты. Нашу гибель. - древний воин поднялся, и уверенно посмотрел на Джона, обошедшего его, и повернувшегося лицом. - Ваши бойцы сделали все возможное. Они никогда не сдавались. Нам поможет такой настрой. Командор что-то принял по устройству связи. Протеанин тем временем развернулся и осмотрел всех присутствующих. Маша буквально ощутила на себе его скользнувший поверхностно, но, от этого, не менее остро, прожигающий взгляд. Он констатировал: - Азари, люди, турианец... Меня окружают примитивные формы жизни. Шепард, не услышав этой реплики, либо сделав вид, что не услышал, закончил с передатчиком и повернулся к пробужденному: - Здесь неспокойно. Присоединишься к нам? - Деретесь с Жнецами? - Да. Он развернулся: - Тогда посмотрим. Командор торжественно протянул протеанину руку, но тот лишь задумчиво посмотрел на него, и отошел. Да уж... Контакт предстоял трудный...