Нас называют "прозрачные". За гранью.

Таня задыхалась. - Кто с ней останется? - наконец, нарушил тишину Дэн. - Лина, она же свет - вылечит, - решила Риц. - Без скорости нам не успеть, - покачал головой Лис. - Ты нас просто испепелишь, но с другой стороны... - Она задыхается! - пересилив себя, сказала я, глядя на подругу. Секундная пауза. - Я останусь, - подал голос старичок, невесть когда застывший меж этих полок. - Можете бежать, не беспокойтесь... - И как довериться старику, который нас тут чуть не угробил? - почти хором выпалили мы все. - Читатели - явление редкое, а готовящие читатели - на вес золота. Единственная, кто с праздником поздравил, кстати. Если не поторопитесь, она тоже умрет... Старец склонился над задыхающейся Таней и, подняв девушку, словно та ничего не весила, уложил на ближайшее кресло. Что-то тут не так... - чужие мысли пронеслись у меня в голове. Этим замечанием действительно не стоило пренебрегать, так что я оставила адаптер с возмущающимся Саем рядом на тумбочке. Он, если услышит что, начнет рассылку через Лиса. Не теряя ни минуты, мы кинулись к выходу. Я напоследок оглянулась на Танино бледное лицо. Дышала она через раз. Мы успеем. Должны успеть. Но едва мы оказались на улице... происходящее напоминало, скорее, ночной кошмар. Лес, что был виден с любой точки школы, сейчас был больше похож на черный живой организм, откуда выходили редкие валькирии самых разных размеров. По небу метались огромные тени непонятных уродливых птиц, с диким ревом петляющие над всей школой и грозно пикирующие прямо над землей. Огромные чудовища. - Ну, - нетерпеливо произнес Лис, и я послушно построила четыре петляющих "дорожки" над землей, и в следующий миг мы сорвались с места в сторону общежития. Шейла должна быть где-то там. - Осторожно! - крикнула Риц, и вовремя: прямо перед нами на огромной скорости пронеслось подобие птеродактиля, угрожающе клацнув зубами в том месте, где должен был оказаться Дэн, но, быстро вывернувшись и рванув кто вверх, кто вниз, мы обогнули препятствие. Общежитие уже было близко, от волнения перехватило дыхание. Стены кишели валькириями: те, облепив здание, пытались просунуться внутрь, выламывая стекла и двери, сдирая дерево кто зубами, а кто когтями, оставляя после себя лишь груду развалин, и я правда порадовалась тому, что животных упекли в непонятном направлении: они едва бы остались живы при таком раскладе. Не дожидаясь, пока штурмующие корпус нас заметят, я отправилась в одно из открытых окон, уворачиваясь от всего, что норовило оторвать хоть какую-то конечность. Мы оказались внутри, попутно разбегаясь от волны огня, направленной как раз в нашу сторону. Да что тут творится?! - А, наши! - крикнул кто-то, и в этой девушке, измазанной в жиже от валькирий, я узнала одногруппницу Рибон. Столп огня на мгновение погас, и мы успели проскочить к линии обороны, которая очень неплохо сдерживала натиск. - Где Шейла? - перекрикивая визг валькирий, крикнула Риц. - Кто? Водяная, что ли? - нахмурилась девушка. - Да. - Она на крыше, где много снега. Там все водники и ветряки, - едва удавалось перекричать какофонию, что творилась вокруг. - Риц, ты огонь, - начала Рибон. - Мы уже потеряли двоих, брешь в защите... - Поняла, - кивнула малая. - Тут есть кто-то, ставящий барьер?... Дэн, услышав последнее, понял, что и на его присутствие тут рассчитывают, потому как от его "магии" этот самый барьер и был нужен: яд поражал и своих и чужих, а контролировать выброс едва ли получалось. Одно он знал точно: те валькирии, которых он травил, не вставали. Мы с Лисом, переглянувшись, метнулись вверх по лестнице, а оттуда через окна, еще не охваченные монстрами, забрались на крышу. Повсюду была черная слизь, пачкавшая белоснежные сугробы и лужами оседающая на кровле. Несколько магов упорно сдерживали натиск, поднимая в округе снег, превращая тот в воду и кипятком выплескивая в приближающихся чудищ, что только клацали зубами, разлетаясь под водным натиском, а иногда и вовсе рассыпаясь на части еще в воздухе стараниями ветряков. - Где Шейла? - я отдернула незнакомого парня, пока тот собирал очередные литры уже с земли - ресурс снега в округе постепенно подходил к концу. - Кто? - Блондинка такая, еще с синей головой ходила, - Лису тоже приходилось кричать, потому что гул стоял что от криков, что от напора воды. Закрыв глаза, можно было легко представить, что ты на водопаде. - Она была где-то тут... эй, синяя! - крикнул парень, и из толпы выбралась девушка практически во рванье, частично покрытая синяками и с кровоточащей губой. Глаза у неё горели злобой, а пальцы, еще красные от кипятка, ходили ходуном и собирали остатки снега в очередной шар. В ней я едва могла узнать искомую девушку. Гора беспокойства свалилась с плеч, и я с облегчением вздохнула. - Чего? Где Таня? - она не отвлекалась от взбирающихся по стене валькирий, оставляющих после себя глубокие следы от когтей. - Она в библиотеке, в безопасности, - едва удавалось перекричать шум. - Тебя... - Ложись! - крикнул тот самый парень, и Лис быстро пригвоздил меня к земле, не позволяя подняться. Моя рука, тянущаяся к подруге, схватила лишь воздух, и когда я подняла голову, чудовище уже уносило Шейлу, чье лицо исказилось гримасой ужаса. Поляна взорвалась визгом девушки, а я было рванулась за ней, но парень снова не позволил мне встать - и над нашими головами пролетел еще один стервятник, клацнув длиннющим клювом где-то совсем близко. Я подорвалась, попытавшись вырваться из мертвой хватки блондина, но тот упрямо не хотел меня отпускать, лишь сжимая пальцы на запястьях. - Пусти меня! - еще один рывок под холодным взглядом янтарных глаз, смотрящих в упор. Меня передернуло, но пылкости не убавилось ни на йоту. - Это опасно. Ты легко попадешь в клюв и тебе перекусят шею. Не будь мы связаны, ты бы лишилась головы в первый же день, так что не подвергай ни мою, ни свою жизнь опасности. - Научись доверять своему напарнику, - еще один бесполезный рывок. - Я там не умру. И ей не позволю. Трясись за свою шкуру сколько угодно, - я топнула ногой, образовав под нами обоими печать, - но жертвовать кем-то ради личной безопасности не стану! И мы взмыли вверх, где он, наконец, ослабил хватку, позволив выскользнуть из цепких рук. Я долетела доверху, уверенная, что кто-нибудь из воздушников его поймал, а сама отправилась на поиски. Шейла не заставила себя долго ждать - волна крика оглушила, и девушка в клюве пронеслась прямо над моей головой. "Почему он её не прокусил?" - незаметная мысль мелькнула в уголке сознания, но я тут же бросилась за девушкой, немного уступая птице в скорости. Но ветер явно быстрее. Сформировав поток в ладонях, я направила его прямо в птицу, и та, выворачивая крылья и переворачиваясь в воздухе, камнем полетела вниз, поднимаемая еще одним чудищем, прокусившим тело первому, и уже несущему часть шеи вместе с истошно вопящей Шейлой. Я повторила маневр, и - о чудо! - Девушка оказалась освобождена, пусть и летела вниз. Печати замедлили падение, и вот она уже летела рядом, опираясь на платформу. Чудища же, завидев неудачную попытку схватить девушку, полетели в сторону леса... нет, к нам, окольцовывая нас, не давая выбраться. Чутье подсказывало: ринемся вниз - спикируют за нами всей стаей, но попробуем прорваться через верх - они все устремятся следом, по пути отрывая все, что было только можно. Птицы летали кругами, и все на большой скорости. И самой разумной идеей разорвать этот круг оказалось... Просто поставить стенку барьера где-то в кольце, пусть и ощущая вибрацию от столкновения чудищ по рукам, едва удерживая и без того хилый щит. Птицы, не успевая затормаживать, врезались друг в друга и тут же беспомощно падали вниз, истошно вопя и колотя крыльями, попадая по союзнику и еще больше путаясь в общей куче. Я отдышалась, смахнув со лба пот - первый раз так долго в воздухе. Черт, даже голова кружится. Сфокусировав взгляд, оглядела Шейлу на наличие повреждений. Небольшой след зубов от птицы, на шее - пара синяков, как от пальцев, на лице... на что она уставилась? Её губы только приоткрылись в беззвучном крике, как я почувствовала клыки, медленно пронзающие кожу и входящие все глубже в рану, разрывая плоть на куски. Печать под ногами быстро исчезла, заставив безвольно повиснуть в клюве чудища. Руки не слушались. Черт возьми, как больно. Дышать не могу... Словно не желая довершать начатое, птица раскрыла клюв, отправляя в свободное падение. Как далеко до земли. Ветер безжалостно хлестал по щекам, пытаясь привести в чувство, но я так и летела вниз, оставляя позади кровавый след. Наверняка. Кофта уже мокрая и впивается в рваную рану. Весь мир сузился до одной точки. Закрыла глаза, не в силах ничего противопоставить прокушенному плечу. Взмах ресниц. Шелест листьев. Я не успела понять, когда падение перевернулось в полет, когда ледяные руки, стараясь не прикасаться к следу от укуса, бережно обхватили, не давая снова упасть в эту пустоту. Больно. Сквозь закрытые глаза нельзя было увидеть, как окружившая парня тьма покрыла и меня своей черной дымкой, обволакивая и избавляя от боли. Я съежилась - когда успело стать так холодно? - Эгоистка, - хмыкнул Лис. - Я говорил, что тебя тут быстро прикончат. Понадеялась только на себя, слепо твердя о доверии. Ты бесполезная. Беспечная. Жалкая. Трусиха. - Ну спасибо, - выдавила я, чувствуя, как боль уходит. - И если ты еще раз сунешься куда-нибудь... - Мы сейчас в этом "куда-нибудь" по самое не балуй. Что предлагаешь? - Устранить помеху, - просто пожал плечами Лис и, сверкнув недобрым янтарем глаз, продолжил. - Массовое убийство. Нужно устроить бурю, а, ветряк? - Силенок не хватит, - я тоже пожала плечами. Что он задумал? - Я подхвачу, - он легко перехватил мою руку. Мы, наконец, перестали лететь вверх и сейчас балансировали где-то в невесомости, казалось, очень далеко от валькирий, людей... от всего. Для меня существовал только Лис, удерживающий на тонкой проволоке полета и являющийся единственной причиной тому, что я еще дышу. Закрыла глаза, представляя, как в небе собирается тяжелое облако, заволакивающее собою солнце и не оставляющее шанса ни одному лучику света пробраться сквозь. Крохотные холодные снежинки, в медленном вальсе спускающиеся на землю, хлопья снега, все ниже, беспечно кружа около валькирий и медленно клоня их в сон, превращая накопленный гнев в лед, который медленно, как вирус, заполоняет их тело, отравляя и ослабляя волю. Сладкая дремота сковывает, лед пробивается наружу, превращая нечистого в глыбу льда, которая тут же раскалывается на сотни маленьких осколков. Им уже не собраться вновь. В иллюзии собственного заклинания я не заметила, как покрылась тьмой совершенно и как отчаянно бился затухающий свет за право дарить тепло. Отдавшись ледяной колыбельной, разразившейся в настоящую бурю, я едва ли заметила вновь кровоточащие раны и белые, как снег, руки. "Нет, так не должно быть!" - пронеслось в голове, и я, рефлекторно отступив назад и выскользнув из рук сосредоточенного Лиса, снова сорвалась вниз, на этот раз - в бурю сковавшего холода, ненадолго заменившую мне мою пустоту.