Лондонский мост падает вниз

26 октября Общежитие Freadbear’s Family Diner 21:00 вечера

Неровная бумажная поверхность. Ластик, лежащий где-то рядом, по правую руку. И грифель карандаша, который прочерчивает на этой самой бумаге какие-то линии, едва заметные мазки и штрихи. Яркий свет настольной лампы по левую руку отлично помогает, не отбрасывая тени, и помогает сосредоточиться. Должен помогать. Вот только работа не задалась с самого ее начала. С того самого момента, как Элли вообще взяла карандаш в руки. На рисунке толпа детей сгрудилась на палубе корабля – того самого, что был в Пиратской Бухте. Девочке пришлось как следует напрячь память, чтобы вспомнить самые мельчайшие детали, от шкот и веревочных лестниц, уходящих на мачту, и до рисунка на досках под ногами. Кто-то из детей разворачивал подарочные коробки, в нетерпении срывая оберточную бумагу, кто-то этими самыми лентами пытался украсить корабль, повязывая их на перилах. Но большая часть детворы столпилась вокруг человека в пиратском камзоле. Он раскинул руки… руку и крюк в стороны, приветствуя их, и радостно… нет. Не понятно, что за эмоции у него на лице в этот момент. Потому что лица-то как раз у пирата и не было. Уже несколько раз Чика проходилась ластиком по этому месту, стирая неудавшиеся глаза и улыбку, пытаясь сделать так, как нужно, но раз за разом терпела неудачу. В глазах застыли слезы, они мешали сосредоточить взгляд и ненароком срывались с ресниц, капая на бумагу, еще больше размывая рисунок и уничтожая лицо. - Нет… Нет! Не так! Все не так! В отчаянии девочка почти отбрасывает карандаш в сторону и единым рывком сминает листок в комок, отбрасывая подальше в угол. Не выходит… опять не выходит. Она не может заставить себя нарисовать лицо, которое не показало улыбки. Так почему она должна уродовать рисунок этой фальшивой имитацией? «Почему?... почему так все получилось?...» Девочка ложится на столешницу и тоскливо смотрит в окошко. Дождь. За окном льет почти целый день, так что их плановая вечерняя прогулка по территории отложилась на неопределенный срок. Из общежития сегодня не выходил никто – после конца рабочей смены все мечтали только об отдыхе. Лишь Фридрик и Брайан что-то обсуждали в своей комнате, причем явно что-то неприятное, судя по доносящемуся возмущенно-усталому голосу аниматора-кролика. Лис тоже не выходил сегодня, но о его судьбе цыпленок не сильно беспокоилась. Ей было все равно. Чуть отойдя от эмоций, девочка вытирает слезы коричневым клетчатым платком. Тем самым, что дал ей Фридрик в конце первого рабочего дня. Ловит себя на мысли, что обещала его вернуть, и тут же забывает про нее. Не сейчас… - Чика? Черри забежала в комнату в привычной манере, слегка хлопнув дверью, и подошла прямо к подруге. Элли поспешила вытереть слезы с лица и спрятала платок в карман передника. - А?... Черри, ты? – поворачивается к подруге лицом. Розововолосая внимательно ее осмотрела и слегка забеспокоилась. - У тебя все хорошо? – спросила она, положив руку подруге на плечо. - Да, конечно! – нарочито радостно ответила Чика и выдавила улыбку. - Все просто замечательно. Правда. - По твоему лицу не скажешь… - с сомнением протянула девочка, но придираться не стала. Оглядев стол, она заметила следы от ластика и неубранный карандаш. - Ты что-то рисовала? – на лице девочки отразился интерес. - Покажешь? Элли непонимающе смотрит на поверхность и с опозданием вспоминает, что забыла убрать все за собой, как обычно. - Извини, - она торопливо убрала мусор от ластика и карандаш. - Я… ничего не получилось. Вдохновения нет. - Жалко, - протянула Черри, вздохнув. - Я хотела бы взглянуть. Все равно так рисовать не умею. - В следующий раз, ладно? – пообещала Чика, пряча чистые листы в стол. - Пойдем лучше на кухню. Ты ведь за этим тут? - Да, точно! – розововласая хлопнула себя по лбу. - Поможешь мне сделать ужин? – она с надеждой посмотрела на цыпленка. - А то наш привереда-вегетарианец меня скоро замучает! Из соседней комнаты послышалось возмущенное «Эй!» и тихий смех. Чика с интересом приподняла брови, тут же забывая причину своего расстройства. - Привереда-вегетарианец? Это ты про Бонни что ли? – уточнила она у подруги, понизив голос. - А про кого еще? – фыркнула девочка и нарочно стала говорить громче - И нет бы помочь! «У меня завтра занятия!». Отмазка, блин. В соседней комнате снова послышался сдавленный смех, а потом приглушенный удар. Кажется, Фредди ударили подушкой за то, что не смог сдержаться. - Идем уже, - отсмеявшись, фыркнула Чика. - Помогу. Черри, довольная раскладом, убежала вперед, поспешив пройти комнату мальчиков. Наверняка не хотелось встречаться с Бонни. Оглянувшись напоследок, златовласка внимательно осмотрела помещение, но скомканного листочка бумаги нигде не было видно. «Так лучше…» Выйдя из комнаты, она побежала следом за подругой, не оглядываясь назад. «Никто не увидит этот рисунок…» ***

Пять лет назад Октябрь

Сестра Кейт останавливалась у этой двери чаще, чем у любой другой в приюте. Третья слева от входа. Хотя… раньше у них никогда и не было подобных ситуаций. Порой, она даже порывалась сама удочерить девочку, но положение настоятельницы просто не давало ей этого сделать. Сотрудникам детского дома нельзя было забирать детей. Коротко постучавшись, и тем самым оповещая о своем появлении, сестра заходит в комнату. Она сидела у окна, как обычно. На столе вразнобой лежат цветные карандаши, а пол усеян скомканными листами. Маленькая детская ручка что-то старательно выводила на альбомном листе, а на лице застыло прежнее безэмоциональное выражение. Оно было таким уже почти три года… - Элли? - настоятельница мягко позвала девочку. Та откликнулась и чуть приподняла голову, показывая, что слышит каждое слово. - Да, сестра Кейт? – тихо спросила она. - Детка, к тебе пришли, - с улыбкой сообщила женщина, присаживаясь рядом. - Опять доктор? – девочка отложила карандаш в сторону. - Нет, - сестра покачала головой. - Молодая семья. Хотят поговорить с тобой. Сообщение было встречено молчанием. Полным. Да, златовласка прервала свое занятие, но и вставать со стула не спешила. Вновь сосредоточившись на рисунке, она некоторое время молчала. - А зачем? Сестра Кейт ожидала подобного вопроса и устало сняла с носа очки-половинки, чтобы слегка размять переносицу. Элли было тяжело, это так, но вот ее нежелание контактировать с внешним миром никуда не пропадало и пока лечению не поддавалось. - Элли… - женщина подошла поближе и ласково погладила девочку по волосам. - Ну ты же не можешь тут быть вечно, правда? - Я не знаю, - ответила Элли все тем же бесцветным голосом. - Может… может так будет лучше, если я останусь. Все равно ведь, я одна. Женщина вздохнула. Одна. Как бы ее не пытались переубедить в этом, но это была правда. Она и в самом деле была одна. Родители погибли в автокатастрофе, разбившись насмерть. Младшего брата усыновили в первый же год пребывания в приюте. А лучший друг… что ж, о таком вообще не хотелось лишний раз вспоминать. Дабы отвлечься от мрачных мыслей, женщина переключила внимание на альбомный лист, над которым в данный момент трудилась ее воспитанница. - Какой милый рисунок! – с улыбкой заметила женщина. - Что это? Элли убрала руку, чтобы дать настоятельнице лучше рассмотреть детали. - День рождения. - Да, очень похоже, - она слегка поправила очки. - Шарики, торт, подарки… Под потолком висело большое полотнище с надписью: «С днем рождения!». В центре стоял мужчина – один из молодых аниматоров из пиццерии Fredbear Family Diner, в костюме золотого кролика. Вокруг него резвилась толпа детей, кто-то просто играл, кто-то ел пиццу… А по правую руку был именинник. И у этого ребенка не было лица. Впрочем, там вообще было трудно угадать, кто же это – мальчик, или девочка. - А кто именинник? – поинтересовалась сестра Кейт, внимательно разглядывая туманную фигуру. - Не знаю, - Элли стыдливо спрятала глаза. - Я еще не придумала лица. - А разве ты не себя хотела нарисовать? – спросила настоятельница, внимательно глядя на нее. Девочка только головой покачала. - Нет. У меня же нет ни семьи, ни друзей. А тут ребенок с друзьями, - она показала на прорисованных ребят, рядом с аниматором. - Это точно не я. Женщина грустно улыбнулась и слегка приобняла воспитанницу за плечи. Теплая женская рука нежно провела по щеке, успокаивая. - Когда-нибудь и у тебя будет такая же, дорогая. Вот увидишь. Она решила выйти и дождаться девочку в коридоре. Сама Элли, как только настоятельница ушла еще пару минут смотрела на почти готовый рисунок, с тоской всматриваясь в именинника. «Не будет больше у меня семьи. Никогда… И друзей не будет… Один-единственный и тот погиб…» На бумагу начали капать слезы. Маленькие соленые капельки растекались по рисунку, еще больше размывая лицо, стирая радость гостей и яркие краски праздника. Дрожащие руки нервно сминают листок и отправляют на пол – к таким же отвергнутым наброскам, не ставшими полноценными рисунками. «Как же я хочу однажды отпраздновать свой день рождения…» ***

1984 год. 27 октября Общежитие Freadbear’s Family Diner 19:00 вечера

Чика честно попыталась сосредоточить свое внимание на книге, но когда прочла в восьмой раз подряд одну и ту же строчку, сдалась. Чтение не клеилось. Вынужденная целый день сидеть в общежитии, из-за плохой погоды, она пыталась найти себе какое-нибудь занятие помимо рисования. Но в общей гостиной безвылазно сидел Фокси, готовить на кухне не нужно было, а книга не смогла затянуть надолго. Отложив книгу на тумбочку, Элли с тоской посмотрела на Черри, которая так же как и она лежала на кровати и смотрела на часы. - Черри? - Мм? – розововласка чуть приподняла голову над подушкой. Элли слегка зачесала выбившиеся прядки волос. - Скажи, а у вас всегда так проходят дни, когда смена не ваша? – спросила она подругу. - Ну в смысле сидим в общежитии и никуда не ходим. - Нет, конечно! – Черри фыркнула, но потом слегка смутилась. - Ну я порою да, сижу и тупо бездельничаю. Хотя, могу на кухне что-нибудь поделать, могу с Бонни поиграть… Чика недоуменно приподняла брови. Играть? С Бонни? За то время, что они знакомы, Элли уже успела его немного изучить, и сильно сомневалась, что он увлекается чем-нибудь, кроме своей гитары. А тут такое… - С Брайаном? – после небольшого молчания все же решилась уточнить Чика. - Разве он играет? - Что? – Черри возмущенно посмотрела на соседку по комнате. - Брайан-то? Не-е-е-ет, этот грамотей целыми днями вместе с Фридриком над учебниками сидит, готовится. Перехватив еще более недоуменный взгляд златовласки, девочка спохватилась и хлопнула себя по лбу. - Блин, ну даю… Извини, я не так сказала. Она слезла с кровати и торопливо выбежала из комнаты, сопровождаемая удивленным взглядом цыпленка. Вернулась она минуты через две, неся в руках большую плюшевую игрушку. - Вот он, мой Бонни! – гордо ответила девочка, сажая ее перед Элли. Это был большой, примерно в пятьдесят сантиметров ростом фиолетовый кролик. Большие алые глаза с добротой смотрели на девочку, прямые ушки стояли торчком. На шее был искусно повязан большой алый бант. - Боже, какая прелесть! – воскликнула златовласка, обнимая игрушку и прижавшись щекой к пушистому меху. После она вернула кролика хозяйке, которая тут же обняла его, поглаживая по голове. - Это мне Чарли подарил, - голубые глаза девочки радостно сверкнули. - Я назвала его в честь аниматроника, который раньше был в пиццерии. - Чарли? – переспросила Элли, с интересом глядя на подругу. Имя было незнакомое. - Мой друг, - девочка чуть прикрыла глаза. - Мы росли с ним вместе в приюте. Сейчас он там остался, помогать настоятельнице. Плюс, он ходит в музыкальную школу. - Ух ты! Здорово! Златовласка улыбнулась. Это был, пожалуй, первый раз, когда подруга рассказала ей о ком то другом, из ее круга общения. Заметив, с какой радостью Черри рассказывает об этом пареньке, Чика сделала вывод, что он был ей даже ближе, чем обычный друг. - Ага… - розововласка вздохнула. - Помню, я даже один раз с ним песню сочиняла… это было так давно! – усмехнулась она, слегка подбрасывая Бонни над головой и тут же ловя его. Элли задумалась. Что ж. Про Фридрика и Брайана все было ясно. Ребята были единственными обитателями общежития, кто сегодня выходил на улицу, да и то, потому что они ездили на учебу. А после того, как вернулись, попили чай и снова заперлись в комнате. - Ну а… Фокси? – спросила Чика, изображая полное равнодушие на лице. – Чем он занимается? - Пират-то? – Черри оглянулась на дверь. Из гостиной доносился приглушенный голос лиса, судя по всему, он с кем-то разговаривал по телефону. - А он работает постоянно. Иногда еще и на ночную смену ходит. - Подожди, это как? – не поняла Чика. - Он спит вообще? - Эм… - розововласка слегка задумалась, - тут такое дело… у него со сном ерунда какая-то… Брайан раз в неделю к нему постоянно ходит, при себе всегда держит какие-то таблетки и прибор, которым… ну это… давление мерят. - Тонометр, - подсказала Чика. - Ясно. Черри кивнула, подтверждая догадку. Встав с кровати, она посадила Бонни к себе на тумбочку, слегка поправляя сбившийся алый бант, и снова перевела задумчивый взгляд на подругу. - Ну что еще? – со смешком спросила Элли, спокойно встречая взгляд розововласки. - Слушай, что с тобой? – придирчиво спросила та, хмурясь. - Всякий раз, когда разговор начинается о Фокси, у тебя портится настроение. Чика вздрогнула. Неужели это было так заметно? Поспешно замотав головой, она упала на подушку, прикрывая глаза. - Ничего страшного. Правда, - попыталась она уверить подругу. - Ну-ну… - недоверчиво протянула Черри, но опять не стала придираться. Просто спокойно прошла к столу и, покопавшись в ящиках, выудила еще одну книжку. Правда, почитать у нее не получилось. Идиллию прервал неожиданный робкий стук в дверь, а после в комнату заглянул знакомый обладатель голубых глаз, который в дневное время занимал позицию лидера команды на сцене. - Девочки, привет. Не мешаю? - Фридрик? Чика присела на кровати, приветливо улыбнувшись вокалисту. Из всех взрослых представителей, кроме Фредбера, у нее сложились отношения пока только с ним, поэтому она была рада видеть паренька в любое время. Фредди также приветливо улыбнулся девочкам, слегка задержавшись взглядом на золотоволосой макушке, и вгоняя ее обладательницу в краску. - Что-то случилось? – поинтересовалась Черри, откладывая только что взятую книжку в сторону. - Зайдите в гостиную, - шатен слегка мотнул головой. - У нас общий сбор. Сейчас Фредбер приедет. Заявление было неожиданным. Переглянувшись между собой, девочки нашли в глазах друг друга обоюдное удивление. - А что случилось? – спросила Чика. – Что-то срочное? - Нет, - шатен покачал головой. – Не бойся, ничего страшного. Просто небольшое объявление для всех. - Эм… ладно… Кивнув напоследок подругам, Фридрик покинул комнату. Девочки еще немного посидели, обдумывая сложившуюся ситуацию. - Как думаешь, что случилось? – спросила Элли. - Сама не понимаю, - Черри пожала плечами и вздохнула. - Ладно, пойдем. Не будем тянуть время. Короткий маршрут от комнаты и прямо по коридору. Гостиная с некоторых пор стала не самым любимым местом пребывания. Уже подходя к комнате, Чика заметила знакомые растрепанные алые волосы. Напряжение немного спало, когда она заметила силуэт Фредбера, добродушный мужчина о чем-то увлеченно беседовал с лисом, время от времени жестикулируя. Но в следующий миг девочку оглушил восторженный визг Черри, которая, обогнав подругу, влетела в комнату. - Плюшап! - Привет, Черри! Девочка повисла на шее у нового незнакомца, которого Элли еще не встречала. Молодой парнишка, лет семнадцати-восемнадцати, хрупкого телосложения, с бледным лицом и немного впалыми щеками, чем-то напоминал Фридрика выражением лица. Чуть волнистые золотые волосы были собраны черной ленточкой сантиметрах в десяти от кончиков, а серые глаза слегка затуманены. То ли от усталости, то ли от чего-нибудь еще. Создавалось ощущение, что парень недавно перенес тяжелую болезнь и еще не оправился до конца. Черри, тем временем, довольно отпустила гостя и теперь внимательно оглядывала его со всех сторон. - Ты что здесь делаешь? – спросила она его. - Я думала, ты в больнице! - Я съездил раньше, - объяснил парень и присел, оценивая рост девочки. - Ух! Ты подросла! - Отвянь, я такая же, - со смешком огрызнулась она, скрещивая руки на груди и отворачиваясь. Веселый смех Фредбера и Фокси скрасил обстановку, и Чика сама невольно улыбнулась. Сейчас Черри вела себя как избалованная девочка, которая осталась с любимым другом или братиком. - Не успел я приехать, тут уже радостные встречи, - пошутил Ланс, обращаясь к пирату и несерьезно хмурясь. Несерьезно, потому что в синих глазах мужчины плескались лукавые искорки, а на губах блуждала улыбка. - Не злись, Фредбер! – фыркнула Черри, садясь на боковину кресла, рядом с парнем. - И не думал, - спокойно пожал плечами золотой медведь. Он откинулся на спинку дивана и слегка пододвинулся. – Элли, не стой в проходе, присаживайся. Опомнившись, Чика поспешила воспользоваться приглашением и села рядом, не забыв расправить передник. - Спасибо, ми… Фредбер, - торопливо поправилась она. Ланс сделал вид, что не заметил ее оговорки, подмигнув Фокси. Тот только равнодушно откинул голову и начал насвистывать какую-то мелодию. - Кстати говоря, - Фредбер повернулся к незнакомцу, - Плюшап, познакомься с Элли. Она наш новый аниматор. Юноша внимательно осмотрел девочку, отчего та опять начала краснеть. - Эм… здравствуйте, - выдавила она сквозь смущение. - Здравствуй, - спокойно ответил парень, улыбнувшись, а потом перевел хитрый взгляд на Ланса, - значит вот кого ты взял на место цыпленка? - Она подходит идеально, - спокойно ответил мужчина, и заслужил благодарный взгляд фиалковых глаз. - А я и не спорю, - пожал плечами юноша, вставая с кресла. Подойдя к девочке, он тянет ее к себе, поймав недоуменный взгляд, а потом резко подхватывает ее на руки, немного покружив, и заставив нервно вцепиться руками в рубашку. - ОЙ! - Спокойно, я не уроню, - усмехнулся он, весело улыбаясь. Порозовев от подобного, девочка растерялась еще сильнее и чуть дернула ногами. - П-пожалуйста, поставь меня на землю! – прохныкала она, пока Черри пыталась сделать вид, что не смеется, а чихает. Плюшап понимающе хмыкнул и исполнил робкую просьбу. Почувствовав себя снова на твердой земле, златовласка облегченно выдохнула. - А ты трусишка, как я погляжу! – заметил он, снова садясь в кресло. - Вовсе нет! – возразила собеседница. Волосы описали короткий пируэт, а брови чуть сошлись. - Да брось, - парень махнул рукой, и переглянулся с Черри. - Не злись, хорошо? Я просто так знакомлюсь. - Подтверждаю! – фыркнула розововласка, улыбаясь. – Он со мной также «поздоровался». Только кружил чуть подольше. Чика снова села на диван. Она больше не смущалась, но краска с лица полностью еще не сошла. - Я не злюсь, - спокойно ответила она. - Просто… я высоты немного боюсь, - призналась она, понизив голос. Фредбер понимающе погладил девочку по голове. Она приподняла голову, глядя на старшего и спустя пару минут окончательно успокоилась. - Плюшап работает со мной, - пояснил мужчина, с улыбкой глядя на паренька. - Его второе рабочее имя: «Весенний Бонни». Теперь наступила очередь Плюшапа смущенно прятать взгляд и ловить на себе любопытные взгляды. Новый знакомый оказался еще интереснее, чем казалось вначале. - Так ты тоже со старшими детьми работаешь? – спросила Элли. - Ага, - парень зачесал назад падающую на глаза челку. – Ну, иногда еще и сверхурочно. Как завтра. - Кстати, - подал голос до сих пор молчавший Фокси. - А что будет завтра-то? - А вам что, еще не сообщили? – вопросом на вопрос ответил Фредбер, приподнимая брови. - Эм… - Черри оглядела взрослых вопросительным взглядом. – Фридрик нам сказал, что у тебя есть объявление для нас… Чика кивнула, соглашаясь с Черри. Плюшапа эта ситуация повеселила, а вот Фредбера – насторожила. - Дело в том, что мне позвонил Бонни и попросил приехать в общежитие, - сказал золотой медведь. – А еще сказал, что у них какие-то накладки на завтрашний день и они не смогут работать. - Как это? – ахнула Чика. – Так мы что, не работаем завтра? На этот вопрос ответить Фредбер не успел – в коридоре послышались голоса. Мальчики, наконец, соизволили придти в гостиную сами. Поприветствовав Фредбера и Плюшапа дружеским рукопожатием, они устроились на последнем свободном кресле. - Извините, что задержались, - Фридрик кашлянул. – Я объяснял Брайану кое-какие формулы… - Фридрик, - Фредбер внимательно посмотрел на младшего товарища. - Вы им не сказали? - Пока нет, - отрицательно покачал головой шатен. – Не успели. Короткий вздох со стороны Фокси чуть разрядил обстановку. - Вечно вы оба копаетесь, - проворчал он, отхватив недовольный взгляд со стороны Бонни. - Короче, ребята, - Ланс выпрямился. - Завтра вместо Фридрика и Брайана будем мы с Плюшапом. - Что? – цыпленок удивленно моргнула. – А разве так можно? Брайан поморщился. - У нас в… в колледже будет контрольная, - проворчал парень, - нам нельзя ее пропускать. - Ну и ладно! – Черри слегка подпрыгнула. - Мы справимся. Да, Чика? Цыпленок немного растерянно посмотрела на Фредди. Шатен с самого первого ее рабочего дня помогал ей и поддерживал, и, благодаря этому, она забывала про страх и смущение перед лицами детей и их родителей. Да, Черри и Бонни помогали ей также, но не так, как вокалист. Наверное, Фридрик прекрасно понял эмоции Чики, потому что подошел к ней, слегка присел на колени, взял ее за ладони и поддерживающе улыбнулся, - Не бойся. Это будет обычный рабочий день, как и два других, - заверил он ее, внимательно глядя в глаза. - Я не боюсь, - твердым голосом ответила Чика, вздохнув. «Я просто волнуюсь…» - подумала она, но не стала озвучивать это вслух. - Вот и славно, - Фредбер одобрительно кивнул Фредди. – Мы переночуем в гостевой комнате, это лучше, чем возвращаться домой. - Вам помочь обустроится? – спросил Фокси, вставая с дивана. - Нет, Алекс, спасибо, - Ланс благодарно кивнул. – Мы сами. - Ладненько тогда, - Плюшап тоже встал с кресла и слегка потянулся. - Увидимся завтра, девочки! Черри спрыгнула с кресла и еще раз обняла друга за талию. Чика не стала засиживаться и тоже слезла с дивана. - Пока, Плюшап! – она кивнула парню и получила в ответ кивок. - Спокойной ночи всем! Девочки первые ушли из комнаты. Обернувшись напоследок, Чика заметила, что Фредбер что-то обсуждает с Фредди и Фокси, а Брайан рассказывал Плюшапу что-то интересное. В голове сам собой всплыл далекий образ кролика-аниматора из ее детского рисунка и идеально наложился на бледное лицо парня, улыбающегося едва заметной, даже задумчивой улыбкой. «Весенний Бонни… А ему подходит!» *** Снова этот коридор. Он снится ей довольно часто, когда она сильно волнуется или испытывает страх. Повторяющийся шахматный рисунок на полу забрызган свежей кровью и машинным маслом, огромные борозды – следы волочения – протягиваются вдоль помещения, теряясь где-то во тьме. Все это так знакомо… и в то же время так незнакомо… Где-то за стеной слышится голос. Хриплый от постоянного курения, и полный неудержимой радости. Он перекрывает тихую мелодию граммофона, на котором играла пластинка с детской песенкой и эхом гуляет по пространству, отражается от потолка и вновь теряется. Вот только человека нигде не видно… Капают, капают, капельки крови, Брызгами мелкими стены покрою, Если вошел ты живым вдруг сюда, Обратный ты путь не найдешь никогда… Песня прерывается, ей на смену из глубин памяти приходит туманный облик с горящими белыми зрачками. Ничего не видно. Только фиолетовая рубашка и различается. Ненавистный цвет. Она никогда не любила его, считала слишком холодным и некрасивым. Даже на ее рисунках он появлялся совсем редко. Детский визг перекрывает и это бледное видение, все скрывает кровавая пелена. Могила… Нет, даже яма. Развороченная на скорую руку под черной плитой в углу комнаты, а оттуда слегка видна испачканная голубая бандана. Бурая жидкость, еще свежая, растекается по стенам, касается ладоней, неприятно плещется у колен. Она пропитывает одежду. Запах остается на теле, и теперь вечно будет преследовать… Снова провал. Заевший граммофон вновь начинает крутить пластинку, наигрывая старый-добрый «Лондонский Мост». Сколько лет этой песне? Неважно. Почему-то вспоминается слово «панихида». Почему именно оно? От него идет чувство потерянности, но в то же время и легкое спокойствие, которое помогает спокойно сидеть среди луж крови, разрытой могилы и трупа, который теперь лежит посреди комнаты в старом костюме, с переломанными костями, стертыми в пюре органами и раскрошившимися зубами. Лондонский мост вниз летит, Вниз летит, Вниз летит, Лондонский мост вниз летит, Милая леди… А дальше… а дальше воспоминаний нет, одна пустота и тишь, скрываемая за антидепрессантами и словами психологов. Никакой личной жизни, одна тьма. Тьма, в кторой никогда нет и не было света. И почему-то вспоминается странная строчка, под ту же странную мелодию детской песенки… Убийца на свободе… ***

28 октября Freadbear’s Family Diner 9:00 утра

- Элли? Чика приподняла голову, оторвавшись от сервировки столов. Колпаки уже расположились на своих местах, стулья, отмеченные «счастливой звездой» расставлены. Фокси что-то прибирал на корабле в компании двух уборщиков, а Фредбер и Плюшап накладывали последний грим. В одежде золотого кролика, парень смотрелся не таким бледным и вымученным, да и улыбка была гораздо счастливее, словно костюм дарил ему огромную радость. - Да, Черри? – девочка положила последние столовые приборы и повернулась к подруге. – Что такое? Немного потоптавшись на месте и собравшись с духом, розововласка робко посмотрела на цыпленка. - Слушай… давай зайдем сегодня в Пиратскую Бухту? – в голубых глазах блеснул озорной огонек. - Я хочу полазить по канатам. Элли нахмурилась. Она прекрасно помнила, как Фокси в день их знакомства одернул двух мальчиков, которые занимались этим делом. - Погоди, это же нельзя делать! – с подозрением сказала она, внимательно глядя на Черри. - Ой, да ладно, я тихонечко! – у девочки даже глаза заискрились. - Туда и обратно! Ну пожалуйста! Чика ответила не сразу. Взяв в руки столовые приборы для следующего стола, она прошла мимо Черри, задумавшись. - Сходи одна, хорошо? – сказала она чуть погодя, тщательно пряча глаза. - Я… не хочу… Черри разочарованно посмотрела на подругу. Подергав ее за рукав, она постаралась посмотреть цыпленку в глаза, но та торопливо их отводила. - Элли… - розововласка чуть поджала губы. - Ну я же вижу, что тебе хочется… - Нет, - решительно отказалась Чика, качнув головой. - Я лучше займусь разноской еды и тебя прикрою. - Но… - Так будет лучше. Элли не дала Черри новой попытки себя уговаривать и поспешила уйти на кухню, за едой. Разочарованный взгляд девочки сопровождал ее до прохода и все то время, пока они заканчивали приготовления. И даже когда аниматоры встретили гостей и занялись работой, Чика чувствовала на себе этот взгляд. Но она не могла сделать по иному, один раз что-то решив. «А ведь я и правда хочу на корабль…» В самый разгар смены, когда половина детей убежала на корабль, Чика присела на свободный стул и с тоской стала смотреть на происходящую на корабле игру. Где-то в глубине души скребли кошки. Фокси сновал туда-сюда, развлекая сорванцов, несерьезно ругаясь, когда видел нарушение правил, и изредка катая особо приставучих на спине. Черри среди них не было, но легче от этого не становилось. Только тяжелее. - А ты чего сидишь? Тихий голос со стороны привлек ее внимание, а обернувшись, Чика увидела севшего на соседний стул Плюшапа. - Не хочу играть, - равнодушно сказала она. - Точнее, не хочешь сталкиваться с пиратом? – неожиданно спросил кролик, чем немало удивил Чику. От неожиданности она даже не стала отпираться и придумывать отговорки. - Как ты…? Парень слегка хихикнул и откинулся на спинку стула, поглядывая на бухту. - Знаешь, об этом нетрудно догадаться, - признался он ей. - Надо только на тебя посмотреть. Ты слишком грустная, когда смотришь на аттракцион. Элли со вздохом опустила взгляд и шаркнула ногой по полу. - Я ему не нравлюсь, - пробормотала она. - Я тоже ему не нравился, - спокойно ответил Плюшап, пожав плечами. - Врешь! – проворчала девочка, покосившись на собеседника. - Вовсе нет. - Тогда почему ты ему не нравился? – спросила она, поворачиваясь к кролику лицом. В серых глазах сверкнул озорной огонек, а на бледных губах промелькнула улыбка. - Я был первым работником, которого привел Фредбер, - коротко объяснил он. - С подозрением ко мне относился. - А… ясно… Что ж… вполне нормальное объяснение. Чика снова обняла руками спинку стула, положив голову, и опять стала смотреть на веселую волокиту. Даже желание работать куда-то улетучивалось, хотелось сесть где-нибудь в сторонке и поплакать. - Ну нет… так дело не пойдет! Неожиданно кролик встал со своего места и ущипнул Элли, отчего та подпрыгнула как ужаленная. Золотистые волосы рассыпались по плечам, а убрав их за уши, девочка увидела, что кролик подбрасывает в руке ее заколку в виде кусочка пиццы. - Эй! Отдай! – возмущенно воскликнула она. - А ты догони! – дерзко ответил Плюшап, и даже показал ей язык. Этого уже Элли терпеть не стала. С визгом соскочив со стула, она помчалась за кроликом, который ловко маневрировал среди столов, обгонял ее и дурачил, всячески не подпуская к себе. Привлеченная шумом толпа детей радостно присоединилась к Чике и вскоре золотой кролик был пойман и облеплен толпой ребят, которые радостно смеялись и просили поиграть еще. Цыпленок невольно заразилась их весельем, и теперь вместе с Плюшапом весело бегала, забыв о скуке, волнении и печали. - Так-то лучше. Выловив девочку за руку, кролик ловко нацепил ей на прическу заколку. Хлопнул в ладони, привлекая внимание детей. - Так! А теперь все в детский уголок! Давайте нарисуем что-нибудь новое для пиццерии! Несколько ребят с радостными криками отбежали в специальный угол, где расположился столик с художественным скарбом: альбомами, карандашами и мелками. Отведя к нему удивленную Чику, Плюшап любезно предложил ей свободный стул. - Фредбер говорил, что ты хорошо рисуешь, - он протянул ей чистый альбом. – Продемонстрируешь мастер класс? - Пожалуй, - легко согласилась девочка, со смешком глядя на кролика. – Скажи, а украсть мою заколку было частью плана, или импровизацией? Золотой кролик только усмехнулся. - Мы делаем все ради детей, Элли, - туманно ответил он, тем самым отвечая на поставленный вопрос. - Все ради них, верно? Взгляд упал на веселые лица. На руки, которые торопливо разбирали мелки и сияющие глаза, в которых светилась радость. Дети были счастливы, и не скрывали этого. - Да, - Чика улыбнулась. - Ты прав. Первая линия легла на белый лист. *** Тонкие пальцы сжимают край жилетки, прощупывая пуговицу у воротника. Она не мешает. Это просто рефлекс. Белесые глаза внимательно осматривают детские лица, этих маленьких созданий, которые пришли на сегодняшний праздник и теперь спешат сохранить свои эмоции на бумаге. Среди них, она выделяется особенно ярко. Уже старше, чем любой из присутствующих детей, но все же тоже ребенок. Слегка растрепанные золотистые волосы, наскоро прихваченные заколкой, обрамляли худое личико, а яркие фиалковые глаза подчеркивали невинность. «Элли Роднер…» Настоящее имя, скрываемое днем под смешным прозвищем некогда популярного аниматроника-курицы. Странно, что на это место взяли ребенка, а не взрослую девушку. Да еще и такого ребенка. «Я помню это имя…» О да. Это имя ему было знакомо. Оно лелеяло душу, когда она болела. Помогало оставаться в трезвом уме и делать то, что ему так ненавистно… но теперь все это неважно. Он видит ее. Видит живую и здоровую. Не тот размытый снимок, который удалось найти… «Восемь лет прошло, девочка… а ты совсем не изменилась…» Где-то внутри просыпаются ростки желания. Того самого желания… Оно сопровождало его все время, с тех самых пор, как узнал о ней и увидел фото. А теперь, это желание будет крепнуть и расти. Но нужно время… и он потерпит… «Я буду рад поиграть с тобой. Золотой цыпленок…»