Вспомни меня...

Глава 20 – Кхуши! – тихо зашептала Паяль, помогая девушке пролезть в окно. – Быстрее! Если кто–нибудь услышит или заметит, нам не поздоровится… Кхуши спрыгнула с подоконника в комнату и с облегчением выдохнула: слава Богине, она дома! ¬¬¬ – Тетя ничего не заподозрила? – спросила, снимая с плеча сумку и отбрасывая ее на стул. – Нет, конечно! – хмыкнула старшая. – Иначе она бы тебя лично здесь ждала с одной из своих кос наперевес! А теперь рассказывай, что господин Райзада от тебя хотел? – Я очень устала, сестра, – Кхуши, уже надевшая старую, но горячо любимую и удобную пижаму, широко зевая, забралась на кровать. – Давай завтра! – Ну уж нет! – возразила Паяль, запрыгивая к сестре и выдергивая из рук последней одеяло, в которое та успела укутаться. – Одна Богиня знает, с каким трудом я уговаривала тетушку не будить тебя! Она так и норовила напоить тебя травяным чаем. Даже Шьям джи заходил… И не раз, к тому же… – лукаво подмигнув, добавила девушка. – Тебе не кажется, что ты ему приглянулась? Кхуши закашлялась, мигом подскакивая в постели. Перед глазами услужливо замелькали картинки недавних событий. Шьям касается влажными губами ее руки… Вытаскивает впившийся в кожу осколок… По телу прокатился озноб, а к горлу подступила тошнота. – С чего ты взяла такую глупость, сестра?! – выкрикнула девушка. – Ты что творишь, сумасшедшая! – зашипела Паяль, зажимая ей рот ладонью и бросая испуганный взгляд в сторону двери. – Веди себя тихо, хорошо? – и, дождавшись виноватого кивка, помрачнела: – А теперь расскажи мне все. Я же вижу, тебя что–то тревожит. – Ох, сестра, – выдохнула Кхуши, прижимая колени к груди. Плечи ее как–то сразу поникли, а глаза печально сверкнули в темноте. – Я не знаю, что делать. Совсем не знаю… Зазнайка – Демон! – хочет, чтобы я работала на него, в его фирме! И я не могу отказаться. Иначе он расскажет все тете… Паяль испуганно ойкнула и приобняла сидящую рядом девушку. – Как так можно? Неужели Шьям джи был прав, и в этом господине нет совсем ничего человеческого! «Есть! – хотелось закричать Кхуши. – Он умеет сопереживать и любить…» Но она промолчала. Слишком загадочным и непонятным казался ей этот мужчина. Слишком жестокими были его поступки и угрозы, чтобы те редкие минуты заботы могли отменить их. «Я забочусь обо всех своих работниках», – сухо сказал он ей сегодня. Вот кто она для него – безликий сотрудник в его чертовой фирме, и не более того! А ведь она даже не дала своего согласия… Кхуши грустно улыбнулась: а он и не спрашивал. Великий Райзада ни на миг не сомневался в том, что кто–то посмеет ослушаться его приказа. – Не переживай, милая, – Паяль накрыла ладонь сестры своей и успокаивающе сжала ее. – Мы что–нибудь придумаем. Тебе не придется идти туда. – Я уже придумала, ди! – Кхуши чуть ли не подпрыгивала на месте от нетерпения. – Я ему такое устрою, что он сам меня уволит! – Ох, глупышка! Смотри только, чтобы потом это не вышло тебе боком… – Не выйдет, сестра! – отмахнулась девушка, с улыбкой падая на кровать. – А теперь спать. Завтра будет очень тяжелый день… для Зазнайки! *** – Чоте, ты же ничего не съел! – воскликнула Анджали, недовольно поджимая губы. – Ты же знаешь, тебе необходимо питаться правильно. – Сестра права, дорогой, – подхватила Девьяни. – Поешь. Еще слишком рано. Куда ты так торопишься? – Здравствуй и пока! Ты скоро совсем исхудаешь, племянник! Вот у моего Акаша отменный аппетит! Как же повезет будущей невестке… О, черт! Как его все это достало! Каждый день одно и то же. Одни и те же слова, разговоры. Одни и те же лица, черт возьми! Похоже, все вокруг гораздо лучше него самого осведомлены, как и что он должен делать. Порой Арнав чувствовал себя мальчишкой, нуждающимся в постоянной опеке. Диабет, в конце концов, не приговор в современном обществе. Он взрослый мужчина и вполне сам может разобраться со своей жизнью и своим здоровьем. А в этот день чрезмерная забота родственников раздражала его много больше обычного. Всю ночь он проворочался в постели без сна. И причиной этому была отнюдь не удушающая жара, от которой не мог полностью избавить даже работающий кондиционер. Странное предвкушение и нетерпение не оставляли его ни на минуту. Сегодня он укажет одной строптивой девице ее истинное место. Сегодня он сможет снова увидеть ее… – Я не голоден, – Арнав поднялся из-за стола и бросил вопросительный взгляд на брата. – Ты идешь? – Да, конечно, ¬– рассеянно кивнул погруженный в свои мысли Акаш и поспешно допил ароматный травяной чай. – Невероятно, – пробурчал Арнав, до хруста сжимая пальцами шариковую ручку. – Просто невероятно… Поверить не могу, что она смеет опаздывать! Минутная стрелка на настенных часах плавно перетекла на середину циферблата. Половина девятого, черт возьми! Неужели она осмелится ослушаться и не прийти? Дверь с оглушающим стуком распахнулась, и в кабинет ворвалась разъяренная Лаванья. – АСР! Она заявляет, что ты сам ее позвал! – указала она небрежным кивком головы в сторону смущенно топчущейся за ее спиной девушки. Планка стремительно падающего с самого утра настроения поднялась на несколько делений вверх. Пришла… – А я ей говорю, что ты никогда бы не принял на работу такое чучело! Арнав на мгновение прикрыл глаза. От визгливых криков ассистентки начинала неимоверно болеть голова. – Помолчи, Ла. Я, действительно, сам нанял ее. Густо подведенные глаза сузились от гнева. – Ты шутишь! Она же… она же… – и, тряхнув копной длинных густых волос, Лаванья кинулась к выходу. Но остановилась у самой двери и прошипела, обернувшись к застывшей Кхуши: – Ты долго здесь не продержишься… Чамкили! – Кхуши Кумари Гупта, – протянул Арнав, откидываясь на спинку кресла. – Ты опоздала. – Я уже давно пришла! – возразила она, возмущенная необоснованными обвинениями, и уже собралась было рассказать о мисс Кашьяп и еще двух девицах в таких же вопиюще откровенных европейских нарядах, которые никак не хотели пропускать ее. Но неожиданно замолчала, осененная и вдохновленная внезапной догадкой: – Значит, вы… уволите меня? – Это было бы слишком просто, – его пристальный задумчивый взгляд прожигал ее насквозь даже через те несколько метров, что разделяли их, словно притязая на нее, клеймя, как свою собственность. Грудь девушки тяжело вздымалась от сбивающегося дыхания, сердце колотилось так громко, что ей казалось, будто и он должен слышать этот бешеный стук. «Успокойся, Кхуши! Что за странные сравнения? Довольно глупостей. Ты сотрудник, а не рабыня!». – Так легко тебе не отделаться, – он наклонился вперед, облокачиваясь о стол. Темные глаза прищурились, полностью сосредоточившись на своей жертве. – И запомни, Кхуши: дашь мне хоть самый малейший повод тебя уволить, я выполню свою угрозу. В ту же секунду. – Зачем вам это? – снова задала Кхуши мучающий ее вопрос. – Почему вы не можете просто отпустить меня? – она медленно, словно опасаясь подвоха, приблизилась к нему, отчаянно заламывая руки. – Обещаю, я больше не побеспокою вас… никогда! – Хорошая попытка! – усмехнулся Арнав одним уголком губ. Но в глазах не было и тени улыбки. От мысли, что она может уйти, что он никогда не увидит ее, его бросило в холод. Он резко вскочил и, обогнув разделяющий их стол, стремительно приблизился к ней. ‒ Но я не могу тебя отпустить! – воскликнул, хватая ее за руку и притягивая ближе к себе. Теряясь в аромате ее кожи, волос… Ощущая тепло, исходящее от ее тела. Слишком долго он жил в холоде и во тьме, промелькнуло вдруг в голове, чтобы лишиться единственного лучика света. «Ты освещаешь мне путь в ночи. Ты мой свет, моя Луна…» ‒ Пустите, мне больно! ‒ огромные испуганные глаза в панике смотрели на него. Длинные мужские пальцы медленно разжались, выпуская из захвата девичье предплечье. Кхуши тут же отдернула руку и принялась энергично растирать ее. «Проклятье! Я снова потерял контроль!» ‒ думал Арнав, не в силах оторвать взгляда от синих отметин, стремительно проступающих на бледной коже. ‒ Кхуши, я… ‒ неуверенно начал он. Слова застревали в горле. Что он должен говорить? Извиниться? Но АСР никогда не умел просить прощения… И что-то подсказывало ему, что его извинения – это последнее, что ей сейчас нужно. – Я не хочу ничего слышать! Вы думаете, что имеете право издеваться над людьми! Но Бог… «Черт возьми! Опять она со своим Богом… Неужели она не чувствует этой связи между нами?» – Довольно, Кхуши! – резко оборвал он ее. Гнев снова закипал в нем, мешая связно мыслить. – Заткнись и принеси мне кофе!