be near, please

Дверной проём пустеет пару секунд, а после любопытные глаза замечают красную одежду и короткую бороду. Хёнвон валится с ног и бежит вниз по огромным ступеням. Этот ребёнок встаёт напротив мужчины, несущего праздник для детей (и не очень) в каждый дом. Улыбка не сходит с лица и в глазах появляются слёзы от одного лишь запаха. Он запомнил. Это Вонхо. Шатен, что положил себе поролона в пузо, нацепил этот жаркий костюм и пришёл ещё с какими-то подарками. И обязательно набрызгал на себя своего Lacoste. Несмотря на разоблачение, он прикрывает дверь, становится поудобнее и смотрит на блондинистое дитя напротив, совсем близко, не выходя из роли. Тишина нарушается уверенным «Хо-хо-хо» из уст мнимого рождественского старичка. Че Хёнвон смеётся громче и не может успокоиться. Однако артистичный Вонхо Клаус продолжает: — Малыш Че, ты хорошо вёл себя в этом году? В ответ слышен звонкий смех Хёнвона. Это было так уморительно видеть Вонхо под таким количеством костюма Санты. И всё совершенно идеально, от очков до манеры разговора. Но смешно видеть его так, представлять, как он залезал в эту огромную шубу. Че кладёт руку на это острое плечо и продолжает смеяться, махая головой, мол Да, Санта, я вёл себя хорошо. — А ты развесил носки на стены для подарков, испёк имбирное печенье и готов угостить Санту зелёным чаем? Хёнвон выдыхает и вроде приходит в себя. Разводит рукой на висящие зелёные и красные носки и пытается избежать ещё одного контакта глаз. Он уважительно провожает Санту в гостиную и намеревается приготовить рождественский чай. В это время Клаус ловко раскладывает четыре подарка по местам и исчезает через огромное окно на террасу, прячась там за стеной. Блондин с прежней улыбкой несёт поднос, однако удивляется пропаже своего Санты. Осмотревшись, Че не видит никого. Он даже сокрушается от пропажи, но продолжает смеяться. Подняв глаза, он всё-таки замечает запрятанные подарки. Прямо над головой Хёнвон находит диск. Совсем не подозревая о содержимом, он вставляет его в проигрыватель. Закусывая губу, блондин коряжится над управлением с этой странной техникой. После всех попыток, он садится в кресло, заявляя о своём проигрыше в этой ситуации. Но вот тишину разрушает неожиданный звук колокольчиков, а дальше — музыка. Мелодия, несравнимая с другими, такая необычная и волшебная. Хёнвон улыбается и прикрывает глаза. Создаётся впечатление, будто это не диск, а что-то сказочное. Там собраны все звуки зимы и Рождества, кажется, что ещё и запахи, и чувства, и эмоции. Начиная с этой бессонной ночи двадцать пятого, как за окном ложится снег, согревая не только землю, но и людские души. В эти дни прохожие чаще обнимаются, а время становится вспять. И Хёнвон слышит это в музыке. Звучат звуки, будто маленький мальчик карабкается на подоконник, который всё ещё очень высоко, желая лишь посмотреть на новые сугробы и огоньки города, что видны лишь отсюда, с высокого этажа дома в центре Сеула. И вот — победа. В его глазах отражаются все цвета, растворяясь в его душе на всю жизнь. А следом такая счастливая улыбка детства. Эти отголоски сливаются в музыке с дальнейшим взрослением. Теперь этот мальчик вырос, а Рождество до сих пор просится в его дом. Все готовы не замечать этих стуков детства зимой, но лишь этот серьёзный парень рядом с дверью ставит точку на дурацких формальностях и снова окунается с головой в волшебство. В этой мелодии слышны цвета разных лампочек и треск дров в камине, убаюкивающих взрослого мальчика. Он совсем забывается, засыпает, а в это время проворный Санта появляется рядом и кладёт в развешанные по всему дому носки заветные подарки. И эта композиция заканчивается, а следом, совсем быстро, начинается следующая. Там, разбавляя волшебную мелодию, слышен самый знакомый голос. Тут он поёт совсем известное «All I want for Christmas is you» в своей высокой тональности, но чувствуется ещё больший уют, чем от чего-либо. Открывая глаза, Хёнвон рад находить себя здесь, и он поворачивает голову налево, ищет новые подарки, замечает самый важный — за окном. Там довольный Вонхо следит за происходящим и не успевает опомниться и по-настоящему исчезнуть. Счастливый Хёнвон идёт к окну и настигает шатена. Беспрекословно возвращает его в дом и в свою жизнь. Переступив порог, Вонхо оказывается в любимых объятиях, по которым он скучал особо сильно, ради которых он был готов продать всё. И Хосок прижимается сильнее к тёплому блондину, совершенно растворяется в нём. Он по-прежнему пахнет корицей. И этот момент невозможно разрушить, пока не настигает мнимая тоска по родному лику. Хёнвон ослабляет хватку, чтобы увидеть своего Вонхо, его уверенные карие глаза… И вот худые ладони пускают пальцы в мягкие волосы шатена, направляют лицо напротив… Наконец Вонхо так близко. И теперь никуда не денется. Хёнвон, этот маленький сентименталист, плачет от счастья, но, не взирая на слёзы, прикасается своими сладкими губами к любимым губам другого парня. Совсем мокрый поцелуй неопытного мальчишки перерастает во что-то немыслимо приятное. Солёный от извечных слёз язык проникает к горячему нёбу шатена, в этот момент слабые губы обволакивают почти всю кожу, что была рядом. Блондин окончательно остаётся в этом поцелуе. Нелепое начало сулит углубление, переход к более страстному поцелую. Кончики пальцев будто впадают в Вонхо. Хёнвон не хочет просыпаться. Он прижимает своего парня к стене и готов целовать его вечно. Это наконец обретает форму самого приятного занятия в жизни. И, добравшись до высшей точки наслаждения, когда вся кожа покрывается мурашками, Че решает возвращаться. Всё слабее и слабее; он пытается открыть глаза, но даже веки дрожат от наслаждения. Блондин отходит с безумным эндорфином в крови, а в конце получает эту добрую улыбку Вонхо и приговорку: — Ты представить не можешь, как я скучал!

***

Шатен присоединяется к распаковке подарков для Хёнвона. Следующий был весьма потерянным, но в момент осознания блондин снова плакал. Это были совсем настоящие билеты в Канвондо на тридцать первое декабря. Резкий взгляд на улыбчивого парня рядом, Че снова налетает на него в порыве огромной любви. Так сильно смыкает свои худые руки вокруг сильного тела шатена. Он настоящий волшебник. И теперь Че не может перестать улыбаться. Его мышцы давно устали и изрядно ноют от стольких улыбок. Вонхо счастлив внутри, осознавая всю удачную завершённость своей мини-миссии — сделать Че Хёнвона счастливым, словно ребёнка. Последующая игрушка единорога и теплый свитер, ношенный Вонхо, вызвали не меньший всплеск счастья. И этот блеск глаз мальчика, который верит в волшебство, навеки сохранил Шин Хосок в своей памяти. И вот он, сам, рядом с одним из драгоценных людей его жизни, сидит на старом диване в его доме. Вонхо молчит, закрыв глаза. Сейчас парень слышит сердце Хёнвона. Оно твердит о жуткой привязанности, но теперь Шин Хосок хочет научить Хёнвона любить, а не быть зависимым. Он рядом с блондином чувствует себя совершенно свободным, поэтому спустя всего пару минут шепчет ему на ухо: — Я переезжаю к тебе!

***

Наверное, никто на свете не знал столь улыбчивого Че Хёнвона, который видит все вещи Шин Хосока у себя в доме. Следом, этот ответственный взгляд при небольшой экскурсии по большому дому, что навеки сохранит в себе двух одиночек, которые однажды, совсем по ошибке, нашлись. И весь этот день проходит в приподнятом настроении за размещением вещей нового сожителя, нового и последнего спутника в жизни блондина. Вонхо поражён размерами и красотой, что таилась в кирпичном доме. Высокие потолки, светлые комнаты, тёплый пол на втором этаже. Этот дом намного лучше тесной квартирки, что теперь ищет нового одинокого человека-хозяина. И даже в таком большом месте поместился нужный уют и тепло, которые обычно появляются в узких проходах квартир забытых районов. Здесь Шин Хосок чувствует себя дома. Любой дух посторонних людей прошлого совсем выветрился, тут совершенно приятно находиться. И с этого момента пропало любое отчаяние Шин Хосока, его больше ничего не тяготит, а глаза внезапно открылись для новой жизни. И, правда, начинать жить с чистого листа рядом с прекрасным блондином, в этом огромном доме — прекрасный расклад. За оставшиеся два дня Вонхо хотел бы хорошо подготовить почву для абсолютно нового. С этого момента шатен очень аккуратно изучал столь пугливого Хёнвона. За последние дни к его качествам, застенчивость и сентиментальность, добавилась непредсказуемость. Дальше — только интереснее. Блондин же рядом с Вонхо чувствовал себя окрылённым. Парень будто нашёл наконец кого-то очень близкого. Вонхо тот, что всегда утрёт его слёзы, кто знает, как разрядить ситуацию, и тот, что самый настоящий волшебник. И шатен разучился болтать без умолку, понял, что зорко лишь сердце. Он даже полюбил сидеть рядом с блондином и просто молчать, глаза в глаза. Все эти дни становились насыщеннее, чем вся жизнь этих парней. Вместе никогда никому не хотелось уйти в тень или побыть в одиночестве. Вонхо водил Хёнвона по городу, знакомил со своими чудесными местами, куда по-прежнему желал вернуться. С каждой секундой они становились ближе, а с каждой маленькой ссорой — внимательнее друг к другу. И этих дней хватило, чтобы научиться понимать какие-то нюансы характера другого. Они навеки влюбились и полюбили друг друга. Хёнвон без стеснения мог целовать и спать рядом с Вонхо, а шатен не боялся говорить о себе.

***

31.12 20:00 Парни сидят напротив друг друга, наслаждаясь моментом. Их дни слились в один прекрасный миг, от которого не хотелось избавляться. Но совсем-совсем скоро исполнится последнее желание прошлой жизни Хёнвона. Опомнившись, они ехали в поезде в Канвондо. Пейзаж за окнами, даже в темноте, был красивый. Окна запотевали в моменты, когда губы Хёнвона и Вонхо смыкались в сладком поцелуе. Они много улыбались и молчали. С другой стороны вагона разыгрался мороз и налетали крупные хлопья снега. Красота, которую описать невозможно. Грязный, но праздничный Сеул оставался где-то позади, занесённый неожиданным снегом. И дети выходили на шумные улицы, чтобы ловить ртом холодные осадки зимы. В такие моменты даже взрослые и серьёзные мужчины в душе желали повторить любимую забаву. Они, как обычно, садились в свои дорогие машины, но уезжали не домой, а к родителям. Туда, где взрослые ещё надолго дети. От такой детской чистоты души, спрятанной под накрахмаленными пиджаками, хотелось улыбаться и быть счастливым, потому что такой день, раскрывающий настоящих детей, ещё числится в календаре. Под стук колёс хотелось засыпать. Засыпать в уже родных объятиях. Но поезда настроены на раздельный сон, поэтому в обнимку парни продолжали наблюдать за редкими огоньками в окнах. Хёнвон намного медленнее моргал и очень скоро склонил голову к сильному плечу Вонхо, погружаясь в очередной сладкий сон. Шатен не отпустил парня. Он стал охранником любых снов этого мальчишки. Сильнее смыкал руки вокруг рёбер блондина. Вся ночь прошла в бодрости Вонхо, потому что это и правда было очень важно для него. Ранним утром им объявили об их остановке. Аккуратно целуя горячие щёки Че, Хосок возвращал его в реальность. Он помог одеться своему сонному парню, закутывая его в очень тёплый шарф. Сам Вонхо начинал часто чихать, и горло напомнило о своей слабости. Но шатен не взирал на это, так как сегодня праздник. Мысленно улыбаясь, он будто прогнал противную болезнь. Будучи на улице, в нос пробрался влажный воздух моря, безумно бодрящий. Стоило поспешить, чтобы увидеть рассвет. Укрывая Хёнвона от пробирающего холода, Шин Хосок искал попутчика с машиной. Это не составило большого труда. В тёплой и тесной машине они ощутимо едут по неровным дорогам, прямо к морю. Под старые мотивы, которые слушаются в теплых объятиях, смыкаются веки. Счастье совсем рядом. Вдыхая каждую крупицу пыли и запахов, Хёнвон придаёт огромную важность «здесь и сейчас». Он снова смотрит на сонного парня рядом и улыбается. Вонхо пытается не заснуть, засмотревшись на бесконечные дороги, что в последствии обретают вокруг очень живописные пейзажи. Ощущение чего-то нового почти рядом. Шин Хосок готов забыться, раствориться и ожить вновь. Хватает всего получаса, чтобы запах моря окружал их повсюду. Они приехали к зимней детской мечте. На часах половина седьмого. Время ещё есть. Щёки обжигает морозный ветер, а глаза не готовы верить. Вот оно, море! Волны разбиваются о берег. Такой приятный шум прибоя, совсем одни Хёнвон и Вонхо. Длинные ноги медленно преодолевают путь по камням к песку. Оба садятся рядом и улыбаются. Вонхо осматривает румяное лицо Хёнвона. Мятые волосы торчат из-под шапки, а глаза светятся счастьем. Шатен слышит это чувство и внутри сердца Че. Искренне. Эти глазки прячутся за морщинами детской радости, а с краёв плывут новые ручейки. Вонхо ещё ближе наклоняется к Че Хёнвону и вытирает тёплым большим пальцем слёзы неподдельного счастья — в тот же момент блондин хватает в свои резкие объятия шатена, всё крепче и крепче. Цепляется пальцами за скользящую куртку и кладёт голову на левое плечо. Шмыгает носом, плачет сильнее и совсем дрожащим голосом вторит: — Ты волшебник! От этих слов сердце Вонхо бьётся чаще, он улыбается и повторяет, что это волшебство лишь для такого как Че Хёнвон. Выбравшись из сильной хватки, шатен кладёт два больших пальца под глаза блондина и растирает слёзы. Снова смотрит в эти ребяческие глаза, которые греют душу. Он снова весь дрожит, опять как ребёнок. Этот Хёнвон. Вонхо улыбается пуще прежнего и, прикрыв глаза, приближается к горячей коже парня. Сухие губы прикасаются к мягким и пухлым устам в лёгком и нежном поцелуе, не от страсти, а от большой любви, что родилась так неожиданно и быстро, вскружив голову и мир Шин Хосока. Он снова чувствует ещё незабытый привкус счастья Хёнвона, когда он безумно смущён и не пытается это даже скрыть. Такое чудесное время доверия. В голове Вонхо возникает желание, что совсем скоро он озвучит вслух солнцу. В нём не был только чудный блондин, а весь грядущий год в общем. Он так убедил себя, что эта мечта может родиться и у влюбленного по уши Вонхо. Но точкой отсчёта изменений был, непременно, Че Хёнвон. Вспомни лучик, вот и солнце. Небо озаряется совсем немного, окрашиваясь в бледно-розовый, так сравнимо с ярким смущением блондина. Медленно растекаясь, оттенок обретает яркие краски. И с каждой минутой светлее и светлее, а на воде четко проявилась оранжевая дорожка солнца. Это всё, безусловно, красиво, но пропустить такой шанс можно в другой день. Выпрямляя ноги, парни стоят, ёжась от морского ветра, пробиравшегося уже под пальто. Глаза младшего смотрят прямо за горизонт, на первое солнце нового года, перебирая желания; Вонхо давно определился. Ни шагу назад, только вперёд, навстречу удаче и счастью. Вот такое желание загадывает любой Шин Хосок. Совсем скоро первые очертания горячей звезды проявляются над морем. Время пришло. Вонхо смотрит на взволнованное лицо в профиль блондина. Он глотает воздух и очень боится пожелать в такой момент что-то не то. С его губ даже срывается потерянное мычание… И вот первые звуки слышны из его уст. Он кричит очень громко, а Вонхо всё больше улыбается с этого. Голос звучит очень уверенно, однако продолжает дрожать. Че заканчивает с очередными слезами счастья. Я хочу раскрыть сердце и жить близко с самым дорогим мне человеком, Шин Хосоком. Он не ошибся. И сердце сокращается очень быстро, блондин смотрит на улыбку шатена. Он точно прав в желании. Шин Хосок спокойно выкрикивает свою задуманную цель. И совсем взрослые дети обнимаются и прыгают от исполнения этого, уже казалось, невозможного желания. Хёнвона редко увидишь таким свободным и открытым. Поймав момент, Вонхо оставляет его в памяти фотографии. И как бы блондин теперь ни придумывал, что это выглядит так глупо, это воспоминание будет всегда лежать в кармане у сердца, решено. В следующее время они носятся по пляжу с телефоном и делают очень много фотографий, таких глупых, но счастливых, самых настоящих. Ещё долго продолжался чудесный новый день. Вокруг зажигались внезапные огоньки, дающие свет вокруг. Сердца озарялись любовью. Незабываемое начало. Держаться за тёплую руку Вонхо и ощущать биение огромного сердечка Хёнвона — лучший подарок во всём мире. Новый год пришёл для блондина. Он счастлив. Не кричит об этом, не повторяет каждую секунду, а счастлив. В утреннем кафе, на берегу моря, в его голову приходит новое изменение, которое точно спасёт голову Хёнвона от любых воспоминаний. Он думает о доме. Если бы избавиться от противной мебели, где находились «люди прошлого», то ничего никогда не начнёт пытаться заставить усомниться, вернуться к прошлому. Хёнвон запомнил эту идею. За завтраком блондин озвучил её и получил одобрение. Следом очередные мурлыканья под спокойную музыку прибоя, что вдохновляет Вонхо исполнить самые тайные песни о любви, написанные ещё в прошлом, Хёнвону. И снова чарующий голос, чуть слышное перебирание дыхание и сосредоточенность, не мешавшая чувствам. Нашлись люди со стороны, вдоволь оценившие утренние песни шатена. Он был польщен, потому что не привык к популярности. Почти до полудня парни обходят самые красивые пейзажи Канвондо. Обрывистые скалы, бывшие поля, наполняемые запахом душистой лаванды летом, такое голубое море и чистейшее небо, белый песок но, к сожалению, совсем не тёплый; глубокий лес с чистыми родниками, что вряд ли замерзнут, и вода даже не обжигает холодом горло – всё, что можно найти и увидеть здесь было чудесно и неописуемо. Однако ни одной мысли о переезде, потому что, если бы так случилось, то эти детские мечты и бескрайнее наслаждение надоели бы спустя полгода. Канвондо — город воспоминаний и счастья, куда ещё не раз заедут юные мечтатели, Че Хёнвон и Шин Хосок. Сейчас они уже на перроне. Осматривая близ лежащие пейзажи, кто-то загадывает ещё желаний и наслаждается столь свежим воздухом. Прощай и спасибо!

***

В Хондэ не менее уютно, но именно то, что называют домом. Парни согреваются тут моментально. Новая жизнь началась, пора строить планы и загадывать новые желания. Вонхо даже спешит пролистать статью о первых двенадцати днях нового года и предрасположить будущее себе. Он уверенно идёт к чёрному дивану в гостиной и готовиться устроиться поудобней, но прежде слышит неожиданное замечание, сопровождаемое улыбкой: — Этот диван обязательно стоит заменить! Теперь самое отвратительное из памяти должно быть на помойке.