be near, please

Молочные щеки обожгло сильным морозом. Лицо Хёнвона заиграло новыми красками зимнего румянца. Парень осмотрел район, который наблюдал с тыльной стороны дома. Тут значительно тесно, много спешащих людей. Нужно было вливаться в бешеный поток мегаполиса. Худощавый парень пронырнул к главной дороге, шоссе ещё было оживлённым, хотя уже почти стемнело. Осмотрев эти улицы снизу вверх, юноша нашёл старый фонарь, рядом с которым разместился. Толпа будто стремилась отойти от столба света, поэтому там Хёнвон решил уединиться. С другого ракурса улочка выглядела бесконечной. И всё вокруг напоминало о грядущем празднике, значимость которого блондин потерял еще неделю назад. В наушниках унылые песни о неудачной любви. Хёнвон и не стремился вернуть свет в своих глазах. А мороз окутывал костлявого парня с головы до ног. Че стоял, а как будто не присутствовал. Жизнь текла словно без его участия. Снег кружил, пытаясь остаться на мокрых улочках Сеула, огоньки на домах придавали улыбку прохожим, радостные мысли были где-то рядом. Все вокруг казалось счастливым фильмом, в котором Хёнвон никогда не примет участие. Вдоль реки Хан ходили с бенгальскими огнями, обнимались, целовались, а парень завидовал. Все Рождественские дни он проводил в окружении мамочки, а в прошлом году решил уехать из родного дома к Кихёну. Вдруг на плечо парня легла чужая рука, растворившая одиночество. Слева оказался какой-то парень с довольной улыбкой. Мол, я весёлый, а ты грустишь, ну и грусти. Он не вызвал одобрения в глазах Хёнвона. Юноша освободил левое ухо от музыки, намекая на начало разговора. –Парнишка, что с твоим лицом? – громко подметил нагловатый парень, как будто привлекая всех к разглядыванию Хёнвона. –Что Вас не устроило? –Кукла! Живая кукла! – переигрывает незнакомец, закатываясь смехом. Приподняв бровь Че слушал насмешки мужчины, но прикосновения чужих рук не потерпел. Как только они сжали пальто Хёнвона, он недовольно фыркнул, дёрнулся назад и, развернувшись, ушёл к переходу дороги. Смысла находиться там, где все запомнили твоё лицо, как "кукла!" , не стоило. В неширокую спину донеслось: –Счастливого Рождества! Это я пытался тебя развеселить! Не принимай близко к сердцу, ты красивый! Окинув взглядом того парня, Хёнвон агрессивно прищурился. Он весело махал рукой, как школьник, а после уходил в паре с девушкой. "В таком счастливом положении только к другим приставать..." Хёнвон был в нескольких метрах от сеульской реки. Он остановился перед велосипедной дорогой, пытаясь понять, что его привело именно сюда. Вокруг было же очень много людей. Это било по самооценке парня. А потом он вспомнил, что мечтал съездить на Рождество в Канвандо, на Восточное море, с Кихёном. Но... всё фатально сорвалось. Деньги, отложенные на поездку, у другого парня. Не исключено, что он может быть там сейчас. У Хан закат, конечно, не увидишь во всей красоте. Но на то это Хёнвон, чтобы быть не таким, как все. *** Вонхо нуждался в переменах. Он крутил телефон с пропущенным. "Неужели, он перезвонил мне, а я не взял, потому что вспоминал былое..? Пора уже избавиться от прошлого!" – растерялся Хосок. Уверенно взглянул на тёмный экран, пытаясь вспомнить голос собеседника. Сложно. Ничего не вышло. На часах уже было заветное время для музыки. Проследуя к синтезатору, Вонхо привёл его в режим работы. Сегодня парень поставил инструмент напротив окна. Было красиво и недосягаемо. Пальцы легли на клавиатуру, а указательный нажал 22ю ля. Перехватило дыхание. Что-то знакомый звук... Сложно вспоминать не значимые (пока что) моменты, хотя мозг требует. Сонливая квартира уже давно не давала вдохновения, последнее время улица тянула. Понажимав ещё на бархатисто звучащую ноту, как в гипнозе, Вонхо выключил музыкальный инструмент, пришёл к забытому комоду, 10 минут, и он не понимает, как случилось, что Хосок стоит у перегороженной двери, одетый. Очнувшись, парень убрал мусор, повернул ключ и вышел в декабрь, спустя год. "А он изменился... Потеплее будет!" – размышлял Хосок навстречу летящим хлопьям. Тело окутало мурашками. Снова тот день, только позже, через год. Хотелось вернуть время вспять, не давать глупых обещаний и не встречать никого. Однако каждое Рождество несёт новую сказку, которую не стоит бояться, исходя из предыдущих. "А что если сегодня станет счастливым началом? Не стоит даже думать о негативе, Шин Хосок!" – убеждал себя парень, проходя перекрестки. Один. Второй. Вокруг так много людей, что для Вонхо, живущего одному полгода, казалось парадоксальным. Привычных стен было больше, но снова парадокс - тут заметно просторнее. Темноволосый Вонхо зарылся в шарф, влился в толпу. Рядом с яркими магазинами и фонарями, среди счастливых и одиноких. Хосок "сошёл" у детского магазина. Он выделялся тут больше всех. Вонхо поднял свои живые глаза, там – все цвета радуги. С крыши прилетел мягкий снег прямо на холодный нос парня. Он встрепенулся и зашёл внутрь. Поклонившись консультантам, Вонхо пошёл на поиски какого-нибудь оленёнка, чтобы раскрасить чей-то сегодняшний день. Однако юноша нашёл лишь маленького щенка, будто настоящего. Точнее он сам словил любопытные глаза Хосока. Улыбка и желание потискать стали предлогом для траты денег. И вот счастливый Вонхо на улице Хондэ снова. Почему-то здесь он становился спокойнее и улыбчивее. Закутанный в шарф, он осмотрел шоссе, Хан, толпу. Выбор пал на реку. Он мечтал однажды наблюдать солнце в отражении воды, загадывать желание на Рождество, просто очутиться на зимнем пляже. В Пусан не было времени и денег ехать, поэтому привычная река стала на 24 часа заветным морем. Легкомысленно преодолев дорогу в неположенном месте, целый Вонхо стоял на траве, скрывшейся за слоем снега. Хосок окинул оценивающим взглядом близлежащие места и приметил одинокую фигуру, что сидит у воды одна. С улыбкой и позитивным настроем Вонхо оказался рядом за пару шагов. Аккуратно присел позади и осторожно коснулся левого плеча незнакомца. Через секунду на него смотрели испепеляющие глаза. Как бы неправильная реакция незнакомца не смутила Вонхо, он был заинтересован подарить хорошее настроение одиному парню с кукольным личиком. Искренне растягиваясь в улыбке, Хосок вынул из-за спины игрушку, демонстрируя ее парню без слов. Два наушника извлеклись из ушей бледного юноши, следом мышцы лица заметно сменили агрессию и с пухлых губ упали по-детски наивные слова: –Это мне? – бархатный голос Хёнвона идеально подходил к аккуратной внешности. –Конечно! Этот щенок тебе, если ты один. Пускай он будет спасать тебя от подобных случаев! – протянул свою покупку незнакомцу. –А что ты тут один делаешь? – с несходящей улыбкой поинтересовался Вонхо. Глаза парня напротив были, словно изо льда. Однако улыбка на розовых губах была такой же теплой, как солнце. Хёнвон был рад встретить кого-то. Незнакомец сам нашёл его, творил добрые вещи без просьб, и что-то казалось в нём знакомым. Забывая о грусти, блондин пригласил Вонхо сесть рядом и разделить предрождественскую ночь. Они пару минут находились в молчаливой изоляции. Каждый обращал счастливое лицо в небо. Хёнвон, поглаживая нового спутника-щенка, повторял просьбу о том, чтобы этот незнакомец никуда не пропал. Вонхо же наслаждался моментом сделанного добра, однако это первый человек, рядом с которым он правда хотел быть дольше, Хосок был готов заставить и навязать себя этому одинокому кукольному мальчику. Шин опустил глаза на искристое лицо юноши. В него вдруг вселилась жизнь, что обрадовало Хосока. Парень аккуратно провёл по мягким волосам другого и, поймав внимание, повторил вопрос с широкой улыбкой: –Что ты тут делаешь? –Акхм... – смутился Хёнвон, но вскоре уверенно сказал. –Всю жизнь мечтал побывать в Канвандо! –Но это река Хан! – с улыбкой напомнил Вонхо. Однако ему нравилось смотреть на растерянного парнишу. В такие моменты он становился наиболее милым. –Уф, давай не об этом, – окончательно потерялся Че. –Как прошёл твой день? Вонхо вслушивался в каждое слово бархатного голоса. 22я ля взялась отсюда. "Неужели..?!" – глаза музыканта округлились. –Я? – с уверенной улыбкой начал Хосок. –Как всегда. Встал, сделал доброе дело, и сейчас. Кстати, думаю, я попал два раза! Говорил же тебе, не грусти, Рождество на носу! – довольно улыбнулся Хосок навстречу удивлению Хёнвона.