be near, please

–Ты проведёшь это Рождество со мной? –Да, – без лишних слов откликнулся Вонхо. Лицо Хёнвона растянулось в улыбке, что заметил Вонхо и быстро среагировал. Старший неожиданно оказался ближе, обвив сильными руками скованное тело Хёнвона. Он замер. Такие родные объятия. Че аккуратно обхватил сильного Вонхо. И снова тепло. Мир будто исчезал в эти моменты. Вонхо же улыбнулся и, повернувшись к чувствительным ушкам Хёнвона, произнёс: –Что там с твоей историей? Я никуда не спешу, а у тебя полчаса для грусти. После… я устрою тебе незабываемое Рождество! Хёнвон вздрогнул от таких слов, и мурашки покрыли его с ног до головы. Мягкий снег редко начал кружиться вокруг, что вызывало улыбки прохожих, а теперь и у Хёнвона. Запах праздника ощущался чётче, каждое явление зимы приносило спокойствие. В детстве это не выглядело так волшебно. Ослабив хватку, Хёнвон и Вонхо вновь оказались друг напротив друга. Старший смущенно улыбнулся, что продублировалось на лице собеседника. Отняв бездельные руки, Вонхо вновь взял запястье молчаливого парня. –Начинай же! Я рядом… – сжав худую руку, произнёс Хосок, заглядывая в сонные глаза Хёнвона. –Чувствуешь? Младший опустил голову и прочистил горло. Мысли вмиг потерялись. Бессмысленная улыбка. Поправляя серьёзность на лице, Хёнвон поднял лицо и тихо начал: –Я не такой, как все. Моя внешность, мой мир и мой характер. Ещё в университете я повстречал… Кихёна. Я представил его родителям. “Это мой друг!” – повторял я, но люди обсуждали нас по-другому. Сам вскоре тоже понял, что влюбился. Мы сбросились и заработали на квартиру. Нашу. Я тогда все деньги отдал. Кихён родителям нравится, поэтому к переезду они отнеслись положительно. Конечно, они и не догадывались, что мы пара. И до сих пор не знают. Я сказочник, пишу сказки. Кихён поёт. Здесь мы смогли самореализоваться, жить вместе, и я стал его принцем! Однако Кихён еще учится, а я забрал документы. И вот на это Рождество, наше первое, он снова уехал на учёбу. Кихён часто начал уезжать… Я каждый раз пишу ему письма в путь о том, как я люблю своего рыжеволосого мальчика. Но сегодня он не приехал в обещанное время. Я чувствую себя обманутым, хотя не уверен до конца… Я правда люблю его всем сердцем, а сегодня дописал нашу сказку про принца и волшебный мир Хондэ. Это один из подарков на грядущее Рождество. Также тёплый шарф, обозначающий мои объятия, и его любимый альбом Michael Jackson'а… Мы должны были поехать в Канвандо, загадывать там желание. Я хочу быть счастливым… –Я хочу быть счастливым вместе с тобой! - перебил его Вонхо. Беспрекословно и уверенно брюнет с очаровывающей улыбкой вторгнулся в жизнь Хёнвона. Сердце второго сжалось от такой громкой фразы, однако… кажется, он хотел это услышать. –Я всё понял, Хёнвон… Как думаешь, стоит тебе услышать мою историю? Хёнвон беззвучно кивнул. Он пытался прийти в себя после сказанных слов. “Я кому-то нужен…”. Стук сердца учащался, а щёки заметно горели. Жаль, что эти слова не сопровождаются детской улыбкой с ямочками под глазами… Однако, Вонхо не был настолько плохим. “Ещё пару часов и Я буду сходить с ума от него,” – в голове блондина. Он пристально смотрел в глаза Хосока, но тут энергичный голос вернул его разум в реальный мир, что с виду таким не казался. Вонхо начал свою историю, которая потрясла Хёнвона. Он представил Кихёна в чужом доме, в чужой одежде… Хотелось плакать. Но младший пытался разогнать такие мысли, пытаясь найти надежды на лучшее. Как ты ошибаешься, Че Хёнвон. –...Где же прежний трепет, нежный взгляд и искренняя улыбка? – Вонхо сглотнул слёзы. Он не хотел плакать перед Хёнвоном. Набрав полную грудь воздуха, он вытащил руку из крепкого кулака Хёнвона и быстро заслонил слёзы ладонью. Не заметить сентиментальность Хосока было трудно. Любопытные глаза нырнули под опущенную голову. Че перекинул свою теплую руку к противоположному плечу Шина и сжал. От таких объятий Хосоку правда стало лучше. Он давно не ощущал защиты рядом. Вонхо замер. Тяжесть и ком… их нет. Может ли это значить, что Хёнвон и есть судьба Хосока? Протерев слезы вокруг носа, Вонхо снова улыбнулся, приводя дыхание в норму. Продемонстрировал время, которое означало начало Рождественского дня. –Оставляй все переживания во «вчера»! Я тоже! – прокричал Вонхо. –И останься со мной в грядущем году. Пожалуйста~а! Хёнвон широко улыбнулся навстречу предложению. После настала тишина. Парни, вскинув головы вверх, шептали самые заветные желания. Я не хочу остаться один. Пускай моя музыка подарит энергию моему району Хондэ. Я хочу закончить череду звонков, остановившись на своей второй половинке. Я не хочу больше плакать. Я хочу видеть улыбку Кихёна и ощущать рядом Вонхо. Пускай моя жизнь превратиться в настоящую сказку с интересным сюжетом. В унисон они закончили и осмотрели друг друга. В глазах горели новогодние огоньки. Вонхо шире раскрывал рот, пока Хёнвон не засмущался. Разрушив беззвучие энергичными хлопками по острым плечам, шатен агитировал блондина на счастливое Рождество. Оказавшись оторванным от холодной земли, Хёнвон дёрнулся в сторону от желания Вонхо. Они убегали от реки, от одинаковых компаний, наперекор пушистому снегопаду. Однако Хосок резко остановился на середине парка, восторженно открыв рот для ледяных снежинок. Хёнвон не отказал себе в этом же удовольствии. Два парня, как мальчишки, ловили снег ртом, что смешило ещё больше. Дальше Вонхо без слов позвал Хёнвона дальше. Глупышки, не видавшие мир долгое время, бежали, куда глаза глядят. Главное вместе. Они наслаждались тишиной, установившейся между ними. Она веяла добротой и доверием. Только так можно услышать голос сердца. Юноши топтали девственный снег и были счастливы. Справа, через дорогу, были взрослые жители Хондэ. Но сегодня они выглядели все как дети. Вонхо сбавил скорость. С отдышкой и широкой улыбкой он вновь обратился к своему спутнику: —Что ты загадывал на Рождество? —Собаку! Ты уже выполнил мое желание, Санта ~ —Это, наверное, не всё, – подхватил Хо. —Я знаю! Пошли. Снова Хосок вел за собой блондина. А Хёнвон по-настоящему доверял. В голове разразился беспорядок. «О чём я мечтаю, и об этом догадался Вонхо?!», «Что хочет Вонхо?», «Я точно не сплю?». Ринувшись через дорогу, в секунду парни стояли напротив магазина одежды. Душа вижуала Хёнвона была в ожидании. Вонхо окинул взглядом блондина и пообещал прийти через пару мнгновений. Там Хосок нашёл две шапки. Одна была безумно детской и очень милой, а вторая напоминала медвежонка, точнее Вонхо в ней. В комплект к первой шапке быстро нашлись перчатки, а после шарф для “косолапого Вонхо”. С довольной улыбкой старший спешил натянуть всё на Вонни. Младший даже не возразил. Так, слабый иммунитетом Вонхо защитил себя и ближнего, что принесло ему удовольствие. Парни двинулись вперёд по ярким улицам. Оба в молчании пытались уловить заветные мечты. Хёнвон вдруг сорвался у тусклого книжного. Помешкав у полок с тетрадями, нашёл нотные. Обозначив это прекрасным подарком, блондин не ошибся. Вонхо правда не хватало этого. Выбрав удобных ручек, довольный вышел на улицу, вручая не очень праздничный пакет. Хосок был очень восторжен. Он вцепился в младшего, будто там не нотная тетрадь была, а дорогая говядина. Хёнвон же был рад угодить загадочному Вонхо, «жителю на другом конце провода». Второй всё думал, что могло бы принести спутнику столько же эмоций. Они вышли к широкой дороге, где заметал снегопад. В глазках маленького Хёнвона зажглись искорки. Он очень любил зиму. Встал и смотрел в чёрное небо, когда можно в доли секунды разглядеть форму почти каждой снежинки. Вонхо наблюдал на это с преогромной теплотой и удовольствием. Быстро окинув взглядом вокруг, Хосок передумал идти прямо. Рядом таилось тёплое кафе, что сейчас было бы в пору. Но отвлекать Хёнвона от созерцания прекрасного не стал. Пока блондин не замёрз, они находились в уютной (хоть и холодной) зиме. За час снега упало столько, что под ногами он слегка хрустел. Опомнившись, Хёнвон смущённо улыбнулся. Вонхо взял ледяную руку блондина и повёл в деревянное уютное место, где Рождеством веяло ещё больше. Внутри играл лёгкий джаз в виде “Ella Fitzgerald – Have Yourself A Merry Cristmas”, что стало тёплым дополнением этой ночи. Там стояла мохнатая живая ель, украшенная яркими огоньками, а столики перекликались в красном, белом и зелёном. Парень потащил второго к огромному окну, выходившему на оживлённую улицу Сеула. “Два тёплых Капучино и имбирное печенье”, и они снова наедине. Вонхо с улыбкой осматривает острые и элегантные черты Хёнвона. Так красив. А когда он смущается, то по всему телу будто током счастья ударили. Безумно искренний. “Как его могли оставить?”. Хёнвон мотал головой и тихо отбивал ритм ступнями. Он до сих пор стеснялся встретиться с глазами Хосока. —Хэй, Вон~ни, – сладко донеслось с уст Вонхо. —Что ты ещё ждёшь от грядущего года? —Уф… Ммм… – задумался блондин. —Я жду тебя каждый следующий день, – усмехнулся и снова покраснел. —… и, наверное, сказки?! Вонхо вновь улыбнулся и отвёл взгляд мимолётно в сторону. Он хотел удивить маленького душой и сердцем Хёнвона. Вдруг краю глаза стали заметны необычные стеклянные шары. Хосок резво сорвался с места, чтобы не просто рассмотреть, а купить. Внутри этой тесной капсулы были национальные домики, на которые будто струился снег. Вонхо замер. Всё выглядело так по-детски, наивно и загадочно. Долго всматривался в каждый «зимний мир», который вскоре оплатил. В руках теперь тот парк, где они встретились, с возможностью создания очень любимого Хёнвоном снега. Белоснежные блестки быстро оседали вниз, стоило только потрясти. Довольный Вонхо убрал руки назад и уверенно зашагал к уютному месту, где примостились парни. Хёнвон очнулся при виде старшего. Хосок сел напротив, но за спиной всё также находился подарок. Без слов Вонхо прикрыл глаза и положил руки на стол. В больших ладонях была «вечная зима». Теперь замер от восторга Хёнвон. Каждый год он ждал снежную зиму, но климат редко соответствовал пожеланиям блондина. —Ты волшебник! – сорванным голосом пробормотал Хёнвон, после Вонхо открыл веки. Перед ним, кажется, сидел самый счастливый человек. Вонхо очень смутился от такой огромной радости. Дрожащими руками Хёнвон принял подарок. Младший взгляда оторвать не мог. Хосок вновь покорно и тихо наблюдал за этим, а внутри него всё горело. Кажется, раньше его никто так не волновал. Ему нужен был этот человек всю жизнь, и он добьётся этого. Вонхо уже не сможет просто так отпустить Хёнвона. Им принесли бодрящий напиток, который отвлёк этого малыша от наслаждения подарком. Когда Хёнвон поднял глаза, то заметил снова тихого Вонхо. “Он никогда не мешал мне, не привлекал внимание…”. Это дорогого стоило для блондина. Однако, от неожиданности Хёнвон громко выдохнул смущённый смешок и коснулся горячей чашки. —Что? —Ты так пристально наблюдаешь за мной, – вновь смутился Хёнвон. —А.. Ты просто неописуемо искренен в такие моменты! Хёнвон промолчал. Глаза снова были направлены тупо в стол. Но в голове он перебирал слова. Их было очень много, но застенчивость дала о себе знать. Хёнвон чувствовал на себе такой родной взгляд Хосока, отчего почти по всей площади тела образовывались мурашки. Руку обжигала чашка. Вонхо не нравилась это застенчивость. “Такими темпами ты никогда не будешь мне доверять, Хёнвон!” – думал он. И снова смело положил свои пальцы на горячие пальцы блондина. Заметно было, как он дернулся от очередного прикосновения. —Прекрати стесняться! Я тебя не съем! – иронично подметил Хосок вслед испуганным глазам Хёнвона. —Рассказывай что-то, говори. Хватит молчать. Мне нравится твой бархатный тон. В горле и правда скопилось много слов. Хёнвон начал и сразу же запнулся. Он снова опустил голову, но вдогонку получил оговорку, чтобы продолжал. Младший тихо начал рассказывать про своё детское Рождество, что ему снилось такое двадцать пятое декабря. Разговор затянулся, что очень обрадовало Хосока. В отличие от начальных тихих и неуверенных фраз Хёнвон уже говорил свободно на отдалённые темы. Парни допивали сладкий напиток и увлечённо общались. Внутри разлился комфорт. Хёнвон даже перед Кихёном никогда не мог отпустить стеснение. Из головы уже вылетел его образ. Всю жизнь будто наполнил Хосок. Печенье закончилось, осадок кофе таился на дне кружек. Вонхо вытащил пару сотен вон, и парни продолжили разговор на улицах Хондэ. Ещё долго расхаживали под тёмным небом, скрываясь в тёмных парках. Было очень хорошо. За 3 часа они изучили друг друга почти с ног до головы. Но улицы опустели, энергия износилась, а расставаться после такой ночи не хотелось. После минутной паузы и осознания этой мысли первым повернулся Хёнвон и грустно сказал: —Я не хочу уходить домой… Вонхо обнял его, шепча на ухо столь заветную фразу: —Переночуй в моём мире со мной. Хёнвон снова улыбнулся и прижался к Вонхо сильнее. Такой счастливый. Он вцепился в тёплые руки Хосока, и парни направились в знакомый квартал. Хёнвон поразился, как близко жил этот человек, и он не замечал его раньше. Однако, несмотря на близость нахождения квартиры, из чего должна была следовать схожесть, за металлической дверью появился большой холл и три тесные комнаты в дверных проёмах. Они будто вываливась из стен наружу. Несмотря на небрежные и мятые постели, все выглядело более чем уютно. Здесь хотелось жить. Справа тесная гостиная, в которой был только синтезатор, диваны и аппаратура для звука. По середине — спальня, где только большая кровать, смятая но белоснежно новая, и комод. И всё на фоне большого окна, из которого видно почти весь город. Слева — кухня с таким же застеклённым углом, маленьким столом вдоль стены и кухонной панелью в другом углу. Прикосновением вся квартира осветлела. Вонхо устало скинул зимнюю одежду, незаметно для самого себя демонстрируя свои контуры тела. Шаркнул пару шагов до среднего проёма и развернулся. Хёнвон проследовал тому же алгоритму и встретил этот добрый взгляд. —Ты хочешь кушать? —О, нет! – улыбнулся Хёнвон. —А мы… будем спать на одной кровати? —Имеешь что-то против? Я могу спать в гостиной! —… – Хёнвон с улыбкой потупил в пол. —Не стоит, я согласен! Достигнув кровати, они завалились на белоснежную простынь. Вонхо уже засыпал, но у Хёнвона появился новый вопрос, когда он наткнулся на блокнот. —Что это? —О, это наш повод познакомиться! Я, после расставания, поставил себе условие – никогда не выходить на улицу. Там коллаборации номеров, чтобы поддерживать связь с внешним миром и… людьми! Короче говоря, я специально ошибаюсь номерами. —Ошибки не случайны, хён… Не ошибайся больше, пожалуйста! Вонхо понимающе кивнул и был готов кануть в объятия Морфея, но его вновь разбудил встречный вопрос от младшего: —А мы пойдём смотреть рассвет? —Если ты хочешь… – Вонхо нашёл телефон рукой и установил будильник через несколько часов. С улыбкой оба погрузились в сон, неосознанно обнимая тёплое тело рядом. *** Дверь просторной квартиры за 2 перекрестка отсюда отворилась. Кихён пропустил Его вперёд и громко хлопнул ей. Ни души, кроме них. Неужели Че Хёнвон был прав, представляя Кихёна в чужих объятиях..?