Однажды в куче пейрингов

Реджина не помнила, сколько дней они провели в Камелоте… Может, неделю, а возможно и две. Она почти не спала, на еду времени тоже не было, в голове крутилось только одно – как спасти возлюбленную от тьмы. Мерлина вся честная компания нашла день на пятый, и после долгих обсуждений тот предложил переместись их назад в Сторибрук, к бывшему Темному. В итоге Румпель вернулся к прежнему ампула и счастливо зажил с Белль… Эмма же вновь стала Спасительницей. Когда помятая, уставшая, но уже не Темная Эмма очнулась в доме своих родителей, заботливо укрытая одеялом, первой, кого она увидела, была Белоснежка. Эмма аккуратно поднялась с постели и обняла маму. Та, на удивление уже-Спасительницы, не плакала – наоборот, счастливо улыбалась. Потом Эмма обнялась с отцом, и только Реджина стояла в стороне. Бывшая Злая Королева не любила показывать свои эмоции на публике, даже в кругу семьи. Она тоже радовалась, но ее явно смущало присутствие Прекрасных. Когда Реджина покидала дом своей падчерицы, она одними губами шепнула Эмме: «В шесть. У меня». Та аккуратно кивнула и закрыла дверь. Эмма придет, обязательно придет. И Реджина будет ждать. Время до шести показалось Реджине мукой. Она надела свое лучшее платье, сделала укладку, накрыла на стол – Генри в этот вечер решил переночевать у бабушки с дедушкой. Вскоре она услышала, как в дверь стучат. Сорвавшись с места, Реджина распахнула дверь и увидела Эмму. Ее любимую Эмму. Та переминалась с ноги на ногу, поправляла неаккуратно уложенные светлые кудри – она была одета обычно, в отличии от Реджины, абсолютно не по-праздничному, но мэру такой образ был мил больше всех остальных. Вот она – Эмма, которую Реджина полюбила: рассеянная, всегда улыбающаяся, в своей любимой красной куртке. Вот она – спасительница Реджины. Та зашла в дом и закрыла за собой дверь. – Эмма, – прошептала Реджина и обняла возлюбленную. Невольно, видимо, от переизбытка эмоций по ее щекам потекли слезы. – Я… – Молчи. – Эмма крепче обняла Реджину, которая зарылась носом в ее волосы. Они ждали этого момента две недели – две недели, показавшиеся им вечностью. Реджина выпустила Эмму из объятий и с любовью посмотрела на нее красными от слез глазами. – Я очень скучала по тебе. – Прошептала Реджина. – Ну же, что ты. – Эмма широко улыбнулась и стерла тыльной стороной ладони слезы с щеки возлюбленной. – Я здесь. С тобой. – Может, пойдем, сядем за стол? Я приготовила много чего вкусного. – Реджина наконец успокоилась. – Да, поесть было бы неплохо. – Спасительница помыла руки и села рядом с мэром. Она взяла бутылку красного вина, что стояла на столе, и открыла ее. – Может, по бокальчику? Реджина кивнула, и Эмма разлила вино по бокалам. Улыбнувшись, Реджина подняла бокал и посмотрела на возлюбленную. – Я хочу выпить за тебя, Эмма. Ведь все, что ты сделала, включая становление Темной, ты сделала ради своей семьи, чтобы она была счастлива. Но поверь мне на слово, твоя семья – Генри, Прекрасные, я… Все мы счастливы только тогда, когда с нами ты. Настоящая Эмма. И поэтому мы верили, что в глубине тех холодных жестоких глаз прячется вечно неуверенная в себе Эмма Свон, иногда совершающая глупые ошибки. Эмма, которая доверяет нам, та, которой доверяем мы. Ты сказала, что не позволишь мне в очередной раз лишиться счастливого конца. Но для меня счастливый конец – это быть с тобой. – Эмма тоже не скрывала улыбку. – За мой счастливый конец, то есть за тебя. – Их бокалы встретились с коротким звоном, и женщины пригубили вино. – Знаешь, Реджина, – начала Эмма. – В отличие от тебя я не умею красиво говорить и поэтому скажу немного. Ты права, я часто совершаю глупые ошибки, и мой недавний поступок – яркий тому пример. Да, было довольно эгоистично с моей стороны надеяться, что вы пойдете за мной и победите тьму во мне. Но вы справились. И я хочу спросить, – Эмма началась рыться в кармане брюк и в итоге достала бархатную коробочку. – Реджина Миллс, согласна ли ты стать моей женой, провести вместе со мной всю жизнь и ругать за глупые ошибки? – Она открыла коробочку и Реджина увидела маленькое серебряное кольцо, на ободке которого бриллиантовой крошкой переливался лебедь в короне. - Я согласна. – Прошептала Реджина, и Эмма надела кольцо на палец возлюбленной. – А ты, Эмма Свон, в свою очередь обещай больше не отправляться куда-либо без меня, наивно полагая, что я смогу найти свой счастливый конец без тебя. – Обещаю, – рассмеялась Эмма и прильнула к губам возлюбленной. До еды в тот вечер дело так и не дошло.