Однажды в куче пейрингов

| Реджина любила плести венки, Дэвид — примерять их, а Джеймс — шутить над братом. Познакомились они, когда Реджине было неполных семь лет. Юная принцесса в тот день пережила первую в своей жизни потерю: умер ее любимый конь. Да, для коня он прожил довольно длинную жизнь, но Реджина, увидев утром в конюшне бездыханное тело любимца, долго задыхалась в рыданиях и весь день сидела у двери в конюшни, поджав под себя ноги. — Смотри, Дэвид! — услышала она голос рядом с собой. — Неужели перед нами принцесса этого королевства? Само очарование, я уверен в этом, хоть и не видел ее лица! Реджина подняла заплаканные глаза на двух мальчишек, стоящих рядом — если бы говорящий не обратился ко второму, она была бы уверена, что в ее глазах двоится. Не считая того, что братья —, а в том, что они братья, Реджина не могла сомневаться — были по-разному одеты, внешне их невозможно было различить. — Погоди, Джеймс, — отозвался второй, — смотри, какие у нее красные глаза! Может, что-то случилось? Второй, по-видимому, Дэвид, присел на корточки перед Реджиной. — Вы… вы кто? — опешила она. — Мы жители соседнего королевства. Вернее, принцы. — произнес Джеймс, и Реджина подняла глаза. — Отец отправил нас прогуляться, и мы решили познакомиться с… соседями. — Вы братья? — Реджина задала вполне очевидный вопрос. — И сколько вам… — Девять, — перебил ее Джеймс и присел на корточки рядом с братом. — Знаешь, я бы с удовольствием сказал, что Дэвид всего лишь мой двойник, нищий крестьянин, решивший вкусить королевской жизни… Но да, мы братья. Непонимающая шуток Реджина начала часто моргать, чтобы осмыслить сказанное и в бессилии посмотрела на Дэвида. — Не обращай внимания, он самый настоящий шут и паяс, — выдохнул Дэвид, на что Джеймс хмыкнул улыбнулся. — Как тебя зовут? — Реджина. Дочь Генри Миллса, наследная принцесса. Она более-менее успокоилась и произнесла эти слова с уверенностью. — Действительно наследная принцесса, — рассмеялся Джеймс. — Приятно познакомится. — Он пожал ей руку. — Сколько тебе? — Да, и что с тобой случилось? — добавил Дэвид. Реджина начала рассказывать о своем горе, и закончилось все тем, что она почти что целый день плакала, уткнувшись носом в плечо Дэвида, в то время как он обнимал ее за плечи, а Джеймс гладил по голове. Они быстро сдружились. Несмотря на то, что дружили они уже лет так десять, Реджина так и не научилась их различать. Не носи они разную одежду, принцесса бы вмиг запуталась. Только вот один случай помог ей научиться различать друзей. Однажды, гуляя по лесу, Реджина наткнулась на невесть откуда взявшихся поддатых шерифа Ноттингема (однажды она уже видела того в лесу, только в более приемлимом виде) с тремя еще хуже соображающими дружками. Шериф начал приставать к принцессе, наплевав и на ее социальный статус, и на самое обыкновенное приличе. Сначала Реджина осмелилась дать охамевшему пощечину, но тот был сильнее и вмиг прижал принцессу к дереву. Когда Реджина уже не знала, куда деваться, не в силах слушать то, как шериф шепчет что-то пошлое и несуразное, над их головами пролетала стрела и попала в дерево. Шериф обернулся, а принцесса поднялась на цыпочки, чтобы хоть что-то разглядеть. За шерифу стоял Дэвид, сжимающий в руках стрелы и лук. — Не отпустишь Реджину — это стрела с легкостью может попасть тебе в голову. — О, принц, где ваши манеры? — махая руками, шериф хотел изобразить что-то вроде поклона, но собственные ноги того отказались слушаться. Что было позже, Реджина помнила плохо. Едва способный драться, житель Ноттингема сумел зарядить Дэвиду камнем и попал куда-то в районе левой брови — рана мигом начала кровоточить. Принц уже собрался нанести ответный удар, но оклемавшийся дружок шерифа быстро оттащил того в сторону и с остальными мужчинами поплелся дальше. Реджина, опомнившись, подбежала к Дэвиду, даже не зная, чем помочь. — Спасибо тебе, — прошептала она, когда они сели на срубленное рядом дерево. — Я даже не знаю, как помочь тебе с твоей раной. — Реджина провела пальцем по месту ранения, пытаясь остановить кровь. — Пустяки, поверь, — Дэвид рассмеялся, наблюдая, как она суетится. — Мне приятно, что ты обо мне заботишься. Они переглянулись. Долгое время молчали, любуясь друг другом. В голове Дэвида что-то щелкнуло, и он накрыл губы Реджины своими. Робко и неумело тона ответила, обхватив его лицо руками. — Я… Я люблю тебя, — Прошептала принцесса протяжно, будто пробуя столь важные слова на вкус. — И я люблю тебя. Представить не можешь, как долго. — Не дольше, чем я тебя, — улыбнулась Реджина. В день ее восемнадцатилетия Кора, мама Реджины, за ужином попросила дочь внимательно ее послушать. После очередной прогулки с Дэвидом и Джеймсом принцесса светилась от счастья, и, казалось, никакая новость не могла ее расстроить. — Сегодня, дорогая, ты стала совершеннолетней. И мне нужно кое-что тебе рассказать. — Я внимательно слушаю тебя, мама. — Мы с королем Георгом и его женой заключили союз. Если у меня родится дочь, а у него сын, наши дети поженятся, когда девочка достигнет совершеннолетия… Сердце в груди Реджины на время замерло, а потом заколотилось еще сильнее. Все будет так, как она мечтала — они с Дэвидом поженятся, устроят скромное и тихое венчание, где будет присутствовать только самые близкие родственники, а потом построят маленький домик с конюшней рядом с дворцом, будут навещать родителей и Джеймса, который наверняка тоже когда-нибудь женится. Она родит любимому ребенка, достойного наследника или наследницу, объединят королевства и заживут лучше всех в мире… — …Но так как жена родила ему близнецов, мы решили, что ты выйдешь замуж за старшего из них. Реджина задержала дыхание. — За Джеймса. Идеальное представление о будущем рухнуло так же быстро, как и представилось. — Погоди… Почему я не могу выбрать, за кого мне выходить? Какая разница, выйду замуж я за Джеймса или за Дэвида? — Реджина, милая, не будь эгоисткой, — прервала недовольство дочери Кора. — Ты думаешь, что Георг не найдет, принцесса какого королевства выйдет замуж за Дэвида? — Внутри все похолодело. — К сожалению, все уже распланировано до тебя, и, поверь, этот брак поможет нашим королевствам… Кора еще что-то говорила, долго и мучительно, но Реджина уже не слушала маму. Она, бледная словно смерть, покинула стол и заперлась в комнате вплоть до венчания. Ей хотелось рассказать обо всем Дэвиду и Джеймсу — да что уж, она была уверена, что им все давно известно! —, но было настолько плохо и больно, что не хотелось вставать с кровати. Первые два дня она пила воду, которую ей заботливо приносили служанки, потом начала есть пару ломтиков хлеба, за неделю она сильно похудела, настолько, что пришлось перешивать свадебное платье. Когда портные спрашивали, какого цвета и какого фасона она хочет свадебный наряд, Реджина лишь безразлично пожимала плечами. Ей было все равно, что будет на ней, что будут готовить, и поэтому всем руководила Кора. В день венчания никто не смог узнать принцессу — когда она, в безупречно сидящем на ней белоснежном платье, с идеально уложенными волосами вошла в зал, почти все, включая жениха, удивленно ахнули. Она выглядела невероятно, но совсем не походила на себя — совсем исхудавшая, бледная, с холодной безразличностью на лице… Не обращая внимания на происходящее, она не заметила, что Джеймс, стоящий у алтаря, на удивление радостный и не может налюбоваться своей невестой. А Дэвид, стоящий рядом с Георгом, матерью и Корой, так же не скрывал улыбки. Принцесса вместе с королем Генри подошла к алтарю и встала рядом с братом возлюбленного. Священник начал речь. — Согласен ли ты, Джеймс, взять в жены Реджину? — Да, — с лучезарной улыбкой ответил тот. Невесте стало не по себе. — А ты, Реджина, согласна ли взять в мужья Джеймса? — Да, — произнесла она хриплым голосом. — Если среди присутствующий есть кто-то, кто против этого брака, либо скажите сейчас, либо молчите до конца своих дней. С мольбой в глазах Реджина посмотрела на Дэвида. Но он молчал, и выглядел счастливым. — Тогда я объявляю вас мужем и женой. Жених может поцеловать невесту. Джеймс повернул Реджину к себе и накрыл ее губы своими, обняв за талию. Она не успела опомниться или начать как-то сопротивляться, но перед тем, как оттолкнуть Джеймса и разобраться в этом балагане, заметила шрам над левой бровью. — Дэв… — прошептала она, разомкнув поцелуй. — Т-сс, — одними губами произнес Дэвид. — Но как вы… — Потом, все потом, — ответил ей Дэвид и снова поцеловал. На этот раз Реджина ответила, вложив в поцелуй всю любовь, нежность и радость от сложившейся ситуации. Родители Реджины и Дэвида были крайне удивлены переменам Реджины — буквально пять минут назад ей хотелось прекратить существование, а сейчас она буквально светится от счастья! Но то, что их дети все-таки счастливы вместе не могло печалить. Джеймс так же с удовольствием наблюдал за братом и его новоиспеченной женой. Они обменялись кольцами и обнялись. Позже Реджина задумалась и испугалась, что же будет, когда обман раскроется? Неужели она всю жизнь будет скрывать, что замужем за Дэвидом, а не за Джейсом? Но, собственно, в тот момент лишающего рассудок счастья ей было все равно.