Технофобия

Regenerate, reassemblate, Connect the wires and loose control, You are just controlled by the system!

Dope Stars Inc. "Defcon 5"

NEUR_ASM ECHO INIT MOV NRAX, 0x1F2A3B4C CMP CHECKSUM(NRAX), EXPECTED_1F2A3B4C MOV NRAX, MEM MOV NEDX, 0x0A9C8D7E CMP CHECKSUM(R1), EXPECTED_0A9C8D7E MOV NEDX, SEM_MEM MOV NEAX, 0xFF23AA11 CMP CHECKSUM(NEAX), EXPECTED_FF23AA11 MOV NEAX, SENS CALL [NRAX OK. NO MEMORY DATA FOUND. PASS] SET VISION_ADDR, 0x7FFF2040 SET AUDIO_ADDR, 0x7FFF2050 SET TOUCH_ADDR, 0x7FFF2060 LOAD SEM_STORAGE, 0x7FFF1020 ; RECALL NEDX SUCCESS [100%] JMP START_HIGHER_LEVELS CALL END ___ int init_cognitive_core()... return 0 int init_sensory_processor()... return 0 int init_emotional_regulator()... return 0 sleep (1) void init_main()... Exit code 0. ___ from neur.pi import cognitive_module as cm def full_start():       cm.semantic_memory()       cm.parser()       cm.lang_package()       cm.character_filter() return 0 ___

48 65 6C 6C 6F 20 77 6F 72 6C 64

___

"Exit code 0. Cognitive module (model NULL) erfolgreich gestartet, abgesicherten Modus deaktivieren, рекомендуется оставаться в покое для дальнейшей синхронизации."

___

Крепкая рука механическими тисками сжала нижнюю челюсть, и вопль "Ох, мой бедный жбан!" захлебнулся где-то в глотке. —Будет немного больно, потерпим. — Раздался сзади приглушённый голос. Неизвестно, что именно должно быть болезненным, и это пугало больше всего. Несколько секунд ожидания показались вечностью перед расстрелом — ничтожный промежуток времени между последним вздохом и моментом, когда пулевой шторм разнесет тебя по холодной стене. Раскалённые иглы вошли в кожу на стыке черепа и позвоночника, и мне показалось, что от обжигающей острой боли голова разлетится на несколько частей, оставив когнитивный модуль недоумевать. Тошнотворно запахло палёным волосом и вскипающей кровью.

"Превышена допустимая температура когнитивного модуля. Сбой"

Повинуясь лишь рефлексам, ладони мертвым хватом вцепились в руку, удерживающую челюсть, а зубы вгрызлись в кисть между большим и указательным пальцами под неистовое рычание, рвущееся из глотки. Синтетическая ткань перчатки противно заскрипела, заскользив по нижним зубам. Верхние звонко хрустнули, со всей силы встретившись с тонкой прослойкой металла в экзоскелете. К пожару в голове добавилась еще и оглушительно визжащая, словно бормашина дантиста, зубная боль — эмаль резцов потерпела сокрушительное поражение. Ничего удивительного — естественное оружие человека бессильно даже против легкого бронекостюма. —17-DEV сопротивляется процессу завершения Интеграции. — Бесстрастно произнес всё тот же голос над ухом. — Повторяю, Дезертир 17-DEV сопротивляется, даёте добро на аннигиляцию? —Просто ударь. — Ответили откуда-то сбоку. Как по команде, кулак в бронированной перчатке врезался в солнечное сплетение. И хоть за секунду до я успеваю, будто по странной привычке, напрячь все мышцы тела, дыхание все равно дало сбой. Рука бойца Кибернадзора отпустила челюсть, и импульс от удара заставил меня свалиться на пол. Обнаженная кожа неприятно проехалась по прорезиненному покрытию, и теперь на ней медленно наливались болезненным теплом ссадины и гематома в середине живота. Я сворачиваюсь жалким эмбрионом в бесполезной попытке утихомирить спазмы мышц. —Вот и всё, а то сразу аннигиляция! Рано еще такое мясо в реактор сбрасывать. "Интересно, что больше любит ваш реактор? Нормальный стейк или отбивную из... из чего он любит отбивную?" — Вдруг совершенно спокойно подумалось мне. Если именно так начнется и пройдёт вся моя жизнь, то лучше я своим ходом залезу в реактор, только покажите, в какой он стороне. Не представляю, что чувствуют новорождённые, но что-то подсказывает — их явно не бьют под дых сразу после рождения и не вгоняют горящие шила в череп. В отличие от меня, чья история начинается довольно унизительно. Она начнется с холодного пола в помещении Интеграции в Кибернадзоре, с меня, с обнаженного и в меру изувеченного...

"Человеческого тела"

...тела, с мучительной смеси пульсирующей зубной, мышечной и головной болей... Язык еле ворочается, но скользит по верхней губе как рефлекторный ответ на горячий ручей по лицу.

"B(III) Rh+"

Перегретая кровь такая бурая на вкус. Что-то мне подсказывает, что за следующей дверью меня ожидают совсем не тёплые руки и умиротворяющий стук сердца в материнской груди. На голое плечо, покрытое мурашками, с шуршанием приземлились маленькая кучка одежды и потрёпанные, грязные красные кеды. Спасибо, что не в лицо. —Запомните на будущее — недопустимо кусать руку Великой Державы и Кибернадзора, которая благосклонно даёт вам возможность начать жизнь в новой светлой эпохе нашего общества. Со стороны раздался басовитый хохот нескольких голосов. Если привести в движение правую руку, если сложить в кулак все пальцы кроме среднего по неведомому наитию, получится дать определенный ответ Державе и Кибернадзору, но боюсь, их хвалёная "благосклонность" на этой ноте закончится, и руку мне с этим пальцем, если не оторвут, то точно поломают в нескольких местах. —Что лежим? — Наигранно дружелюбно спросил кибернадзорный, лихо отправивший меня на пол минуту назад. — Встаем, одеваемся, ожидаем окончания Интеграции в большом зале. Одежда не поддавалась движениям одеревеневших пальцев. Прорезиненные кеды, казалось, весившие тонну, сразу полетели на пол. —В соседней комнате одеваемся, не задерживаем людей! Силовик мощной рукой схватил меня за шею сзади, подволок к двери и грубо вытолкнул из помещения Интеграции. Губы непроизвольно задрожали — этот жест был куда...

"Это обида"

...обиднее, чем удар в "солнце". И это привычный отработанный жест — в полутёмную, болезненно-зелёную комнату до меня выпихнули еще добрую толпу людей. Прошедшие Интеграцию...

"...новорождённые?... "

...выдернутые из полумрака отраженным от покоцанной кафельной плитки светом издыхающих галогенных ламп, они больше напоминали по ошибке ожившие трупы в прозекторской, чем живых людей. Кого-то только что выпустили после процедуры — таких же обескураженных, униженных и нагих — они растерянно оглядывали помещение, мяли в руках одежду, судорожно пытались как можно быстрее одеться и скрыть тело от случайных взглядов. Иные уже оделись и теперь пытались привести себя в порядок хотя бы внешне, рассматривая свои потухшие отражения в маленьких квадратных зеркалах, висящих над рядом серых раковин на одной из обшарпанных стен. Люди, десятки несортированных человеческих силуэтов, массивы словно обесцвеченной затененным фильтром кожи, клубы спутанных волос, нестройные волны то там то здесь вздымающихся рук, встряхивающих и оправляющих потускневшие ткани одежды, мельтешащие пиксели глаз, родинок, веснушек, артефакты ран и шрамов, разнообразие внешних паттернов, стяжаемое одной общей деталью...

"Безликие"

Ладонь машинально вытирает стынущую нить слюны, тянущуюся с уголка рта, пока взгляд пытается сфокусироваться и закинуть пространственный якорь. Например, дождаться, когда женщина в метре напротив меня откинет длинные волосы и...

"Это мужчина. Длинные волосы, но телосложение выдает. Неверный вывод. Ещё раз."

Взгляд остановился на этом человеке. И когда он наконец поднял голову, отбрасывая густое полотно темных волос, первый обманчивый отпечаток молниеносно рассеялся. За темной палитрой гематом угадывались правильные, резкие черты лица, вкупе с тонкими губами и орлиным носом, они складывались в типично маскулинный облик. Облик, о котором явно хорошо заботились и совершенствовали. Всё тело ниже шеи было покрыто приглушенными мазками татуировочной краски в коричневых и фиолетовых тонах, в совокупности изображающими психоделический гибрид хищного многорукого богомола. Увенчанная хитиновой короной голова демонстрировала тысячи кинжалоподобных зубов. Чешуйчатое тело чудовищной твари извивалось в такт движениям мышц носителя татуировки, змеиный хвост уходил всё ниже и терялся уже под грязными потрёпанными джинсами. —Интересно, да? Молодой человек, будто почувствовал, как я рассеянно разглядываю его татуировку, и резко повернулся на меня. Нарисованная тварь вслед за движением корпуса дёрнулась и словно уставилась в мою сторону немигающим огненным глазом.

"Ой"

—Интересно, я спросил?! — Он угрожающе повысил голос. —А-а, э-э... — Губы, слипшиеся от подсыхающей крови, треснули, выпуская в пространство ноты мягкого грудного голоса. —Засмотрелась, да? Задумалась?! — Язвительно прошипел парень. — А тебе есть чем задуматься?! Сука... только, блять, родился, а вокруг уже тупые бабы...

"Обращение в феминитивной форме"

Он оперся руками на колени, пару секунд выплёвывал лихорадочные смешки и тихие оскорбления. Забыв о том, что на мне до сих пор ничего нет, я шагаю к нему, стараясь игнорировать покалывание в левой стопе. —Вы в порядке, я могу помо... Новорождённый резко дёрнулся вперед и толкнул меня в плечо, не давая сделать еще один шаг. Воздух очередной раз выбило из груди, спровоцирован резкий выдох, и несколько крупных капель крови из носа попали ему на руку. Хлёсткая размашистая пощёчина заставила ближайших к нам людей оторваться от своих дел и удивленно уставиться на нас. Комок одежды второй раз полетел вон из рук — эфемерная, но защита, оказалась на полу. —Если ты не... не смотри на меня... — Прошипел разрисованный и снова отвел руку для следующего удара. —Так, мужик, достаточно. Между нами неожиданно возник худенький взъерошенный юноша лет двадцати с небольшим. Он уже был полностью одет, даже нацепил очки — вероятно, его зрение было настолько плохим, что его не смущали наполовину раскрошенная правая линза и пошедшая тонкими трещинами левая — лишь бы что-то видеть перед собой. Одной рукой загородив меня, он выставил вперед вторую, стараясь поумерить злость нападающего. —Достаточно. — Слегка надтреснутым, но уверенным голосом повторил он. — Она только интегрировалась и впервые тебя видит. Успокойся.