Все псы попадают в рай

Усталый путник поднял воротник пальто и попытался устроиться удобнее в кресле. Поезд уносил его в ночь с континента обратно на острова. Пока купе было пустым, можно было расслабиться и забросить ноги на противоположное сидение. За окном давно исчезли любые искусственные источники света, но он продолжал вглядываться во тьму ярко-синими блестящими глазами. Когда же он переводил внимание с мелькания невнятных теней за окном движущегося вагона на внутренность купе, то непременно упирался взглядом на лежащую на его коленях книгу — тяжелый кожаный потертый переплет, громоздкий размер, желтые страницы в пятнах. Антиквар запросил за нее немалую цену, но он купил бы ее и втридорога. Так сильно нужна была эта книга. Поезд качнуло, руки машинально обхватили том, защищая его, нет, скорее будущее, ставшее возможным после нахождения книги. Он столкнулся глазами с собственным отражением в стекле и грустно улыбнулся, скорее оскалился. — Ты возвращаешься обратно, мистер Сириус Блэк.

***

Острова встретили Сириуса толпами туристов и спешащими на работу горожанами, запахом влаги и неизменными лужами. Солнце выбралось из-за туч, туман уже расползся по углам улиц, день уверенно входил в свои права. Сириус запахнул плотнее пальто, жалея, что забыл шарф в своем номере отеля в Варшаве три недели назад, и махнул рукой свободному таксисту. Ехать к дому ему предстояло недолго, по идее можно было пройтись пешком, но тогда он бы не успел встретиться с хозяйкой дома. Через десять минут стоя у входа в двухэтажное здание, он усмехнулся с болью, скрывавшейся в уголках губ. Почти восемь лет прошло с тех пор, как ведомый Судьбой он нелепо умер в Отделе Тайн. Было ли это сделано по собственному желанию или неосмотрительности, уже сложно разобраться. Но в следующий миг он оказался здесь, в этом мире. Скитаясь в образе пса, раненный и грязный он упал у этого порога и просто не смог подняться. На часах было без четверти восемь, когда Сириус нажал кнопку дверного звонка. Прошла минута, никто не ответил. Сириус хмыкнул, украдкой достал из внутреннего кармана палочку и, оглянувшись по сторонам, прошептал «Алохомора». Он прекрасно успел изучить порядки и нравы хозяйки этого дома. Оксель Сайленти, так ее звали, не любила непрошеных гостей, а он не предупредил, что вернется сегодня. Не знал, что поездка будет успешной, да и хотел сделать ей сюрприз. Он проскользнул в небольшой коридорчик прихожей и аккуратно стащил ботинки, стараясь производить меньше шума. Где-то в глубине дома, кажется, в кухне раздавалось негромкое пение. Это вызвало на лице Блэка умилительную улыбку. Оксель всегда пела не в тон, слегка фальшивя, зато с душой. Говорила, что жизнь слишком коротка, чтобы запрещать себе делать то, что хочется. Например, неумело петь во весь голос. Сириус осторожно двинулся через гостиную к кухне, но не прошел и до середины комнаты, как почувствовал чужое присутствие за спиной. Его рука даже не двинулась за палочкой, здесь, в этом мире, не было нужды в таких привычках. Длинный палец ткнул его в бок, коварно прошелся по ребрам, но благодаря пальто попытка пощекотать провалилась. Сириус поднял руки и, как пойманный на месте грабитель, обернулся. Оксель, когда хотела, ходила совершенно бесшумно. — Значит, у тебя получилось? — она искренне улыбалась, мгновенно прочитав по его лицу об удаче. Сириус демонстративно выложил книгу на стол в гостиной и крепко обнял подругу. — Поздравляю, — она хлопнула его по спине, отстранилась и громко вздохнула: — Мне жутко интересно, но… — Первая пара? — Блэк с пониманием покачал головой, между делом скидывая пальто в одно из кресел и включая электрический чайник. За восемь лет он порядком привык ко всем этим маггловским штучкам. — Да, сколько раз просила в деканате не ставить мне пар так рано… Но разве это кого-то волнует? — Она взмахнула руками и принялась длинным шагами из стороны в сторону блуждать по гостиной, подхватывая то конспекты, то телефон, то сумку, мгновенно находя нужные вещи среди творческого беспорядка. Сириус между делом заварил чай и выставил на стол две чашки. — Может, им нравится смотреть, как ты откусываешь студентам головы на первых парах? — Извращенцы, — она тепло улыбнулась, взяла из его рук чашку и на секунду замерла, прижимая горячее тепло к губам и ладоням. Они пили чай, стоя плечом к плечу. Оксель даже слегка склонила голову на его плечо. Любовники? Нет. Родственники? Едва ли. Слишком они непохожи — черноволосый красивый мужчина с синими глазами и темно-русая сероглазая женщина, у них разные черты лица и разные манеры. Друзья? Сириус много думал на этот счет. Особенно этот вопрос стал важным, когда он заметил, что их соседство из года в год не просто не вызывает в нем отторжения, а наоборот, это совместное проживание полно мирных радостей и компромиссов, взаимных утешений и приятных азартных бесед. Он будто еще раз вернулся во времена Хогвартса, окунулся в ощущения дружбы и доверия. Как много времени ему нужно было, чтобы восстановить тепло души после утраты Джеймса и Лилли, после долгих лет в Азкабане? Оказывается, почти восемь лет, проведенных вдали от войны и в мире с собой. — Все, уже опаздываю, — отставила Оксель чашку и поспешила в прихожую. Сириус не удержался и пошел за ней. Он уже привык провожать ее на работу, так же как она встречать его из очередной поездки. Когда она замешкалась у самой двери, он быстро накинул ей на плечи шарф. — Сегодня прохладно, — улыбнулся Блэк. — Я буду к трем, не пропадай, — прощаясь, махнула рукой Оксель и вышла на улицу. Сириус вернулся в гостиную, убрал брошенное пальто в шкаф и восстановил беспорядок в этой комнате до приемлемого уровня несколькими взмахами палочки. Почему-то уборка и другие бытовые мелочи который год не вызывали в нем отторжения, хотя он сам прекрасно помнил ужасное состояние дома на Гриммо и свое безразличие к окружению. Иногда он даже чувствовал злость на того себя за подобное бездействие, но прошлое изменить было невозможно. Блэк подхватил книгу и чашку с чаем и поднялся по лестнице в свою комнату. Когда-то она была гостевой, но со временем стала постоянным для него местом обитания. Она была чуть меньше, чем вторая спальня, хозяйка которой умудрилась даже собственную комнату завалить книгами и смешными и нелепыми, по его мнению, плакатами и фигурками. Впрочем, Блэк признавал, что он тоже недалеко ушел. В маггловском мире нашлось то, чем можно покорить и мага. В его комнате тоже были книги, но большая часть информации проходила через электронные носители. Он долго «сражался» с этим зверем, с компьютером, даже сдавал нешуточные экзамены Оксель, пока та, наконец, не допустила его к своей машине. Потом, когда он понял, как может помочь ему интернет и другие возможности цифровой техники, Сириус на долгий месяц углубился в журналы о технике и технологиях. Теперь смартфон и ноутбук — его самые частые спутники в путешествиях. Сириус нетерпеливо в который раз открыл книгу и опять отложил ее. Время есть, она никуда не денется. Прошло слишком много лет, чтобы он мог считать, что день-второй сыграет какую-либо роль в его возвращении. Блэк сбросил запылившуюся, несвежую одежду и ушел в душ. Спустя час он расположился в забитом бумагами кабинете Оксель, в который она впихнула небольшой диванчик специально для него. Книга была открыта, и теперь ничто не мешало ее читать спокойно. Она действительно была из магического мира, каким-то неизвестным образом заброшенная в этот. Маловероятно, что книги перемещаются так же, как оказался здесь он. Арка, конечно, загадочный артефакт, но вряд ли единственный в своем роде. Когда в три часа после полудня громко лязгнула, открываясь, входная дверь, Блэк уже передвинулся за рабочий стол и, не отрывая глаз от выцветших чернил в старой книге, черкал белые листы размашистым почерком.