So close

Глава 8. Chemical Attraction (Химическое притяжение)

A strange déjà vu

My dreams coming true

In a moment we're lost in passion

The taste of your kiss…

I can not resist…

This struggle to win and lose

(Странное дежавю Мои мечты сбываются В данный момент мы потерялись в страсти

Вкус твоего поцелуя… Я не могу удержаться… Эта борьба, чтобы выиграть и потерять)

М=М Шаг. Шаг. Шаг. Ещё шаг. Надо слушать только ритм своих шагов, а не отчаянно бьющееся сердце. Да, вот так. Ещё, ещё, ещё… Нет, не получается. Успокойся, чёртово сердце! Хватит! Маргарита медленно ступала вслед за Бегемотом, отчаянно пытаясь привести свои мысли в порядок. Но не могла. Теперь даже морозный холод пола не мог причинить ей дискомфорт. Ибо вся она пылала. С головы до ног жарким пламенем, которое даже и не думало угасать. Прикоснувшись к щекам, она вовсю почувствовала жар, исходящий от неё. А потом её пальчики невольно опустились и прикоснулись к губам. И тут вспышка. Огонь сильнее обволакивает её. Тепло чужих губ на ней. Чужих ли? Нет, она совершенно сходит с ума! Эти совершенно непонятные ей чувства. Неужели они все тут играют с ней, хотят чего то от неё добиться, особенно ОН. Почему же он поцеловал её? Или она поцеловала его? Или они оба… Сознание Маргариты до сих пор держало в голове этот момент. Да, точно. Они все испытывают её, никак не иначе. Ну уж нет, у них ничего не получится – она пришла только ради того, чтобы вернуть Мастера и ничто (а, скорее никто) не сможет заставить её свернуть её с этой цели. И всё же… Она не могла выкинуть из головы то, с какой нескрываемой нежностью (или это было что-то другое?) он смотрел на неё. Но что-то также резко сменило его нежность на гнев. Он чуть было снова не… и она бы позволила ему тогда. В этом Маргарита ни на чуточку не сомневалась. Неожиданно она почувствовала, как ткань её плаща соскользнула с неё, обнажая нагое тело. Марго подняла голову и увидела, как перед ней стоят три грациозные кошечки, которые держали в руках её будущее одеяние - корону, платье из металлических пластин, огромную цепь с пуделем в виде огромного кулона, а также маленькие туфли, которые, она была уверена, не были её размера. Какие ещё испытания преподнесёт ей судьба? М=М В это самое время другая обитательница замка Дьявола заканчивала свои приготовления к балу – чёрное обтягивающее кружевное, почти прозрачное платье, туфли на высокой шпильке, украшенные сотнями ярчайших бриллиантов, и, конечно же, её причёска. Ярчайшие рыжие волосы спускались на спину прекрасными волнами, которые переливались при каждом её движении. Она была прекрасна. И она отлично знала об этом. Все будут глазеть только в её сторону, ибо она затмит даже саму Королеву. - Ты слишком много о себе возомнила, Гелла. - Голос Азазелло прозвучал эхом по комнате. - Что ты тут вообще делаешь, Азазелло? Разве ты не должен помогать нашей Королеве готовиться к Балу? - Во-первых, ты прекрасно знаешь, зачем я здесь. А во-вторых, именно ты сейчас должна быть рядом с Королевой. – Увидев, что Гелла пытается возразить, он поднял вверх руку, мгновенно заставляя её замолчать. – Я ещё не договорил. Я не могу понять, почему ты настолько слепа и глупа. Хотя нет, причина мне ясна. Давно я уже заметил твои взгляды в сторону Мессира. Да и не только я, да и все вокруг, включая Королеву Марго. Даже слепой бы заметил. И вот что я хочу сказать по этому поводу – я не позволю тебе разрушить план Мессира. Ибо если он потерпит крах, хоть это и маловероятно – только ты будешь нести ответственность за всё это, ибо гнев Мессира не потушишь ничем, даже твоими «чувствами» - при этом слове Азазелло скривился, - И уже никто тебя не спасёт, даже я. Поэтому в последний раз предупреждаю тебя – не губи себя из-за него. Решения, принятые сгоряча, всегда оборачиваются ужасными последствиями. Гелла даже если и хотела в ответ сказать ему что-то грубое или выставить его отсюда, всего лишь отвернулась обратно к зеркалу и произнесла: - Вот ты как думаешь обо мне. Ну что ж, каждый волен думать по-своему. И поступать по-своему. Так вот запомни, я буду продолжать думать и поступать по-своему. И ничто и никто этого не изменит. – Она взяла расчёску в руки и снова принялась расчёсывать свои локоны. Демон лишь закатил глаза, а затем отвернулся и пошёл восвояси. Уже почти на выходе его остановил голос Геллы: - Обо мне не нужно беспокоиться, милый Азазелло. Всю свою жизнь я заботилась сама о себе и продолжу так делать и дальше. - Не выдумывай глупостей, рыженькая. Беспокойство? Я верно и преданно служу нашему господину, и что бы я не делал, я делаю это только для того, чтобы планы Мессира воплотились в жизнь. В отличие от тебя. - Ты серьё… - она повернулась в его сторону, чтобы одарить его своим очередным гневным взглядом, но его, как и след простыл. Неужели всё это в действительности так? М=М Больно. Как же чертовски больно. Туфли были на несколько размеров меньше, платье – если это можно было назвать платьем – было настолько тяжёлым, как и эта цепь с пуделем, которая так оттягивала ей шею, что практически невозможно было стоять, держа голову прямо. А корона… она настолько впивалась в окружность её головы, что ей казалось, скоро раздавит её. Неужели это всё так необходимо для того, чтобы быть Королевой? Пока она еле шагала по коридору, пытаясь хоть как-то идти, она снова и снова сдерживала слёзы боли. Зачем они причиняют ей столько боли? Мало того, что Мессир и словом не обмолвился о том, что сможет помочь ей спасти Мастера, боль и счастье её души, так ещё и заставляет проходить через невыносимую физическую боль. Голос в голове ехидно проговорил: «Ну вот давай, заплачь сейчас, заплачь! Бедную Маргариту обижают, делают только больно. А ну возьми себя в руки, подними гордо голову вверх и прими свою судьбу, как истинная Королева, а не как жалкая плакса!» Она встряхнула головой и откинула все мысли из головы. Сейчас она не Маргарита, она Алмазная Донна, Светлая Королева на Балу у Сатаны! И теперь она уже не чувствовала никакой боли, только гордость и величественность вспыхнули в ней.

Она - Королева.

И вот уже перед ней открываются двери, и она видит длинную лестницу, которая ведёт наверх, а наверху её уже ожидают Азазелло, Коровьев и Бегемот. Ну что же… Приём гостей начинается… М=М Первым Королеву заметил Азазелло. Ни тени страха он не увидел в её глазах, когда она медленно приближалась к ним. Он заметил, что её одеяние причиняло ей невыносимую боль, но она держала голову прямо, ни на мгновение её лицо не дёрнулось от боли. Хм. Однако это было впервые. Обычно остальных Королев было так легко прочитать. Их чувства и мысли были как открытые книги. И всегда было заметно, что они нервничали. Ведь они всегда нервничали. Но не она. Он не мог до конца понять её. Что-то было сокрыто в ней, что-то такое, что не заметил никто, кроме Мессира. И как Бегемот нашёл её? Именно её, а не какую-либо другую несчастную Маргариту королевской крови? Эта Маргарита - она другая. Она не такая, как остальные. Странно. Сначала ему казалось, что всё будет весьма просто, что она с лёгкостью согрешит ради своего любимого и тогда его Господин победит. А теперь, смотря в зелень её глаз, которые были наполнены величавостью и полной уверенности в себе, он… - Добрый вечер, господа. – голос Маргариты прервал его мысли. Члены свиты резко выпрямились, а затем поклонились, произнеся: - Добро пожаловать, Светлая Королева Марго. - Я уже здесь, а где же гости, позвольте узнать? – спросила она, оглядываясь по сторонам. - Обернитесь и посмотрите вниз, Королева. Гости уже начинают прибывать. – ответил ей Коровьев. Она обратила свой взор назад и увидела огромный камин, скорее напоминавший ей печь. И тут неожиданно из пламени появился скелет, который, пройдя немного вперед, начал обрастать плотью и на нём материализовался смокинг. Следом за ним проследовал такой же скелет, принявший форму прелестной девушки. Абсолютно нагой девушки, не считая красивой ленты с бантом, обвивающей ей шею словно удавка. Маргарита от удивления произнесла: - Однако эффектное появление. - Абсолютно точно, Королева. Пожалуйста, пройдите к пьедесталу и поставьте свою левую ногу на эту подушечку, госпожа. А правую руку на пьедестал, пожалуйста. - Зачем это необходимо? - А как же иначе? Вам нужно поприветствовать гостей, Королева. Всех без исключения. Итак… Вот и наступила череда мучительных приветствий – мужчины целовали её колено, а женщины – руку. Лицо Маргариты оставалось бесстрастным на протяжении всей процессии. Коровьев и Бегемот представляли ей гостей, имена которых она тут же забывала, даже не желая запоминать их. Каждый раз её лицо слегка кривилось от их прикосновений, ибо она чувствовала, как они источали тьму, которая совсем не была приятна ей. Она за всё это время не произнесла не слова, только слегка кивала головой, вместо неё отвечали члены свиты, а Коровьев говорил ей на ухо, что совсем необязательно Маргарите что-либо говорить, если она не желает этого, ведь она сегодня Королева. В тоже самое время недалеко от свиты прогуливалась Гелла, которая время от времени обращала внимание гостей на себя своей красотой. Она уже давно знала их всех, поэтому ей было совершенно не сложно очаровывать их снова и снова. Также она украдкой поглядывала на Марго, которая, как видимо, уже настолько устала, что глаза её моргали настолько медленно, насколько это было возможно. Тут Гелла заметила, как сильно кровоточат её ступни, её натёртая шея, и как медленно по лбу стекает струйка крови. Она улыбнулась. Больно ей, бедненькая. А будет ещё больнее. И Гелла была рада этому. Она наслаждалась тем, как ей было больно. Ага, а вот и Фагот заметил кровь на её лбу и аккуратно вытер её платочком, стараясь не задеть корону. Как они там заботятся о ней, а на неё, Геллу, вообще не обращают внимания. Это слегка задевало её, и она, отвернувшись, продолжала отвлекать внимание гостей на себя. М=М И вот казалось, последний гость подходил поприветствовать Королеву. Очередной поклон, поцелуй и всё, первая часть этого действа завершится. И тут Коровьев снова заговорил: - За эту оказанную нам честь, Королева, Мессир выполнит любое Ваше желание. – Это тут же привлекло внимание Марго. Неужели он всё-таки сделает это? - Но, Королева Марго, только одно желание, не более. – Одно желание. Ей ничего не хочется, только бы вернуть Мастера, только его. Она вытерпит, она справится ради него, и никакое воспоминание о поцелуе с… Она отчаянно пыталась стереть его из памяти, но он прочно засел в её мыслях, не даря покоя ни на секунду. Может быть это показалось бы странным (да хотя тут какие странности – она Королева на Балу у Сатаны!), но она могла ясно чувствовать, что он пристально наблюдает за ней, хотя в зале ещё даже не появился. Всё её естество сотрясалось от ощущений, которых ей раньше не удавалось испытывать. Но ведь она уже всё решила, что не отступит, что пойдёт до конца. Так что же ей так яростно мешает мыслить здраво? Что путает её мысли? Или, скорее, кто? Но вдруг она услышала крик женщины: - Я Фрида, Фрида! Маргарита немедленно повернулась в сторону звука. Перед её взором предстала уставшая, измученная женщина, которая просила вернуть ей какой-то платок. На глазах её сияли слёзы, и они были настолько искренние, что сердце Марго сжалось от жалости. Она решилась спросить у Коровьева: - А что эта за женщина, там, вдалеке? - Ох, да это же Фрида! Скучная женщина, Королева! Каждый Бал приходит и причитает о своём платке! - Но что же с ней произошло? - Это было ой как давно! Хозяин таверны, в которой она тогда работала, однажды зазвал её в чулан, а через девять месяцев на свет появилось прекрасное дитя! А она засунула ребенку в рот платок да и закопала в земле! Вот так вот! - Какой платок? – произнесла Марго, по-прежнему не отрывая взгляд от Фриды. - Да белый с синей каёмочкой платок, но, однако… - тут его речь прервала сама Фрида, которая, заметив Королеву стремглав помчалась к ней, крича: - Спасите, Королева! Меня зовут Фрида, Фрида! - Но где же хозяин этого заведения, позвольте узнать? – с беспокойством в голосе спросила Марго. Тут в разговор вмешался Бегемот, который, хохоча, произнёс: - Так причём тут хозяин таверны, госпожа, он же не душил младенца! Тут выражение лица Маргариты резко изменилось, глаза сверкнули, и она, схватив кота за ухо со всей силы, гневно произнесла: - Если ты ещё раз, сволочь, посмеешь впутаться в разговор… - при этом она сжала его ухо настолько сильно, насколько могла. Кот заверещал от боли: - Да что же вы такое делаете, Королева! Я же с юридической, юридической точки зрения говорю. – Тут она провернула его вокруг своей оси, по-прежнему держа его ухо в стальной хватке. – Ай, ай, молчу, молчу, Королева, только прошу, оставьте ухо! Даже не взглянув на него, она резко отпустила, да так, что кот чуть не упал пол. Он, однако, не стал возле не задерживаться, и скрылся в глубине зала, продолжая причитать о своём миленьком ушке. А Маргарита в то время смотрела, как другие гости Бала издевались над бедной Фридой, истязая её и морально, и физически. Сделав шаг в сторону женщины, она замерла, услышав у себя в голове тёмный голос, не покидающий её уже давно: - Никому… никакого… предпочтения… Слышите, никому… Она не может. Она прекрасно понимает, что не должна этого делать, но её сердце просто не позволяет ей мыслить разумно. И вот Марго уже возле Фриды, которая опустилась на колени перед Королевой, продолжая горько плакать. Марго аккуратно прикоснулась к щеке женщины, стирая ледяные слёзы. - Вы, Фрида, ни о чём не думайте сегодня. Просто напейтесь до беспамятства и… - тут резко подал голос Коровьев. - Что же вы делаете такое, Королева? Вы даёте ей надежду? – и тут Марго поняла, что только что сделала. Она, резко убрав руку, встала, но Фрида схватила её за другую руку и начала снова плакать. Теперь Марго сама убрала руку женщины. Повернувшись в другую сторону, она столкнулась лицом к лицу с Геллой, в глазах которой горело пламя гнева. - Даже не думайте, Королева. – Но Маргарита не собиралась отступаться от своего, и с таким же гневом ответила: - Вот так вот? Хорошо, тогда я… - НЕТ! – вскрикнула Гелла, поняв, что она собирается сделать, но Марго уже было не остановить:

Я обещаю!

В ту же секунду резко заиграл оркестр и Королева услышала уже знакомый ей голос: - Приветствую Вас, господа! Она повернулась в сторону голоса и снова столкнулась со морозным взглядом разноцветных глаз, которые прожигали её насквозь. М=М Отвернув от неё свой взгляд, он медленно подошёл к лестнице, ведущей в бездну, откуда пришли гости Бала. Тут Маргарита заметила, что мимо неё промчался Бегемот, неся поднос, накрытый большой крышкой. Она даже не пыталась догадаться, что находилось там, потому что в тот же миг кот уже стоял возле Мессира и открывал «сюрприз». И это оказалась… голова? Тут в её голове вспыхнуло воспоминание – её разговор с Азазелло про украденную голову литератора. Так вот же она! Она не столько удивлялась виду отрубленной головы, сколько тому, что голова то была живая! Марго чётко видела, как моргали глаза и шевелился рот, пытаясь что-то сказать. Как же это… Тут Воланд взял голову в свои руки и посмотрев на пытки измученного Берлиоза, лишь усмехнулся и произнёс: - Михаил Александрович… Ну вот всё и сбылось, не так ли? – увидев слёзы на глазах у литератора, Марго тут же отвернулся взгляд, а Воланд продолжил: - Каждому будет дано по его вере, не так ли? – Марго расслышала лишь тихий смешок Мессира, и потому снова повернула взгляд в его сторону. Тот, не отрывая взгляд от головы, просто взял да и вышвырнул голову в пылающий камин. И тут, наконец, раздались крики Берлиоза, а спустя пару мгновений они стихли, поглощенные пламенем. Маргарита ещё раз убедилась, где и с кем она находится. А хозяин этого Бала снова оглянул зал и свернул глазами, когда заметил кого-то. Все обернули свой взор туда, где находилась причина интереса Мессира. А это был не кто иной, как… - Достопочтеннейший Барон Майгель! - бедный барон скривился то ли от страха, толи от того, в каком тоне было произнесено его имя. – Говорят, что Ваша чрезвычайная любознательность стала привлекать уж слишком много внимания… Тут же барона со всех сторон окружили гости Бала, пытаясь обыскать его. Тот сию же секунду вырвался из оков рук, и, вытащив маленький револьвер, взявшийся будто из ниоткуда, начал бездумно стрелять по всем гостям. Но пуля за пулей всё пролетали мимо, никого не задев. Поняв, что ему остаётся только бежать, он стремглав помчался из зала. Рука взмылась вверх и Майгель замер на месте, и, медленно развернувшись, попятился в сторону Мессира. Маргарите это очень напомнило то, как она также, под властью тёмной силы, подходила к нему. Она прекрасно понимала, что ждёт бедного барона и уже прикрыла уши, но звук выстрела прозвучал так громко, что она зажмурила глаза. Гелла аккуратно подошла с кубком к Майгелю, который, издавая предсмертный хрип, буквально налил в кубок своей крови. В то время, как несчастного, и уже мёртвого барона уносили гости, вампирша, облизнувшись при виде свежей крови, передала кубок Воланду, который, подняв его вверх, с торжеством в голосе произнёс: - Я пью, Ваше здоровье, господа! – и глоток за глотком почти осушил его, оставив совсем немного для своей Королевы. Он передал кубок Гелле, которая, зная, что не ей предназначено допить его до конца, отвернулась, и с негодованием подошла к Марго, но передала кубок не ей, а Фаготу, который, улыбнувшись, протянул его Королеве. Но она отступила назад, понимая, о чём её просят. Всё её нутро воспротивилось этому безумству. Но сделав несколько шагов назад, её кто-то схватил и остановил, а среди зала эхом пронеслось: - ПЕЙ! И тут Марго поняла, что отступать ей некуда и ей ничего не оставалось сделать, кроме как потянуться, за кубком, который любезно протягивал ей Коровьев. - Не бойтесь, Королева! Кровь давно ушла в землю, и там, где она пролилась, уже давно растут виноградные гроздья! – Но Маргарита уже не слышала его. Стоило ей только взглянуть на содержимое кубка, её глаза вспыхнули таким же красным цветом, как и цвет напитка, и она, буквально отобрав кубок у Коровьева, подняла его вверх и тут же осушила его. Она закрыла глаза от наслаждения, и Воланд, почувствовав это, также закрыл глаза, позволив её чувствам на короткий миг овладеть им. Громкая музыка резко стихла. На пару мгновений наступила абсолютная тишина. И как только вся свита, включая Геллу, которая с большой неохотой, но всё же поклонились ей, заиграли вступительные аккорды танго. Тут же и Воланд и Марго резко открыли глаза. Он чувствовал, как тьма мягко окутывает её, и она находится полностью в его власти. Но Марго по-прежнему не смотрела на него, уставившись взглядом, горевшим адским огнём, в темноту зала. Значит, не полностью. Ну сейчас он это исправит. Заметив многочисленные следы крови на её теле и лице, он подал сигнал своим слугам, чтобы они освободили её от причиняющего ей боль наряда. Маргарита неожиданно почувствовала, что ей становится легче дышать, и что тяжёлый наряд падает с неё. Наконец-то, а то она не знала, сколько бы ещё протерпела эти муки. Однако она вскоре поняла, что вообще осталась без одежды, только лёгкая, прозрачная ткань тоги покрывала её тело. Но ей вовсе не хотелось прикрыться и краска стеснения не залила её лицо. Ведь она не одна такая здесь, чего ей стесняться? Тут чья-то рука аккуратно прикоснулась к её лицу и она тут же закрыла глаза от нежности этого прикосновения. Эти пальцы скользнули к её губам, стирая капельки жгучего напитка. Ей стоило немалых усилий не наклониться вперёд, ближе, и позволить себе окунуться ещё глубже в эти прикосновения. И вот эта же рука взяла её руку и аккуратно повела её в центр зала. Как только её резко притянули к себе, она столкнулась с взглядом разноцветных глаз, в которых пылало такое же пламя, как и тогда, когда он впервые… Но её мыслям не суждено было продолжиться, ибо она была увлечена в водоворот любви и страха, это было танго, которое лишало её разума и позволило жить только чувствами. Время от времени в её голове вспыхивал образ уставшего, но улыбающегося Мастера, но тут же прикосновение других горячих рук по всему её телу моментально стирало этот образ. Её разум был затуманен страстью, страхом, жаждой новых прикосновений. О, как она скучала по этому! По этому сильному желанию, охватившему её. Ей даже казалось, что она никогда не знала такого безумного желания. Если бы он сейчас схватил и овладел ею прямо здесь, она даже бы и не возражала, а лишь с такой же бы страстью ответила, позволив себе погрузиться в эту тьму ещё глубже. Тут она вознеслась ввысь. Точнее, это он вскинул её вверх, позволив ещё выше возвыситься над всеми. И когда он медленно опускал её вниз она, наконец-то снова встретилась с ним взглядом, их лица снова были так близко друг к другу, и она позволила себе провести краешком губ по его губам. Как только она это сделала, она не смогла сдержать громкого вздоха, настолько долго она задерживала дыхание. И именно при этом её вздохе, его глаза вспыхнули ярчайшим красным, и сменили свой цвет на льдисто-голубой. Они продолжали кружиться в танце, и она постепенно приходила в себя от безумного наваждения, освобождалась от этой тьмы. Маргарита всё поняла. Она поняла, с кем танцует. Она вспомнила, всё, что ей снилось последние недели, все разговоры, и тот момент на мосту, когда она увидела, что он был совсем рядом, рядом, но она была ослеплена горем, чтобы заметить его. Этот холодный взгляд небесных глаз, эти черты лица. Всё теперь складывалось в единую картинку. Она поняла, что ей всё это время манипулировали, как игрушкой, и что она, скорее всего, была пешкой в какой-то игре, задуманной им. Вся та страсть, что она чувствовала буквально несколько мгновений назад, испарилась, а эта пустота заполнилась не грустью, нет, а лютой ненавистью. Она больше ненавидела себя, чем его. После того, как она пообещала себе стать сильной и быть в ответе за свою жизнь и свободу, она позволила, чтобы весь этот ужас произошёл с ней. Она позволила это. С силой, неведомой даже ей, она вырвала свою руку из его и помчалась прочь, лишь бы не видеть, не слышать, не чувствовать его. Но тут его рука снова остановила её, крепко схватив её. - Куда же ты собралась, Марго? – он тяжело дышал, так же, как и она не могла успокоить своё дыхание. - Отпустите меня, мне нужно уйти… - но он сжал её руку ещё сильнее. Воланд намеревался не отпускать её? Зачем? Почему? И тут он озвучил её мысли, сам того не зная: - Почему? Почему ты хочешь уйти? - Пустите… - она снова пыталась вырваться, но тщетно. - Ты же ведь знаешь, что если сбежишь, то можешь попрощаться со своими мечтами о Мастере. - Я уже давно перестала жить мечтами, Мессир. Я была так слепа. Сейчас же я прозрела и всё понимаю. Она снова подняла свой взгляд и заметила, что они так и остались голубыми. Она слегка усмехнулась, вызвав удивление на лице у Воланда. - Вам так и не удалось ничего скрыть от меня, Мессир. Ваши глаза выдали Вас. – Он всё сразу понял. Что его глаза поменяли цвет от того, что его сила снова подвела его. Снова. И даже если так, то… - И что же это меняет, Марго? - Это меняет всё. Всё. А теперь… - она взглянула на крепко держащую её руку, она слабо улыбнулась, а затем сказала: - Отпусти меня… Рука Воланда тут же разжалась, и Маргарита тут ж воспользовалась этим и скрылась в тьме зала. Его рука так оставалась протянутой в ту сторону, куда ушла его Светлая Королева. Ну уж нет. Думает, что я позволю ей так просто уйти? Ни одна Королева не смеет вот так сбегать с Бала. Неважно, насколько она, возможно, важна для него. Он должен показать ей, кто он. Пускай даже не смеет недооценивать его власть надо всем, включая и её. Ведь её тело предательски отвечало на его прикосновения, сколько бы ненависти не было в её изумрудных глазах. Он готов на всё, чтобы доказать ей, что он только он будет владеть её душой, ибо как только она согласилась стать его Королевой, её жизнь изменилась навсегда… Его слуги-кошечки мягко накинули на его плечи тяжёлый шёлковый плащ, отрывая его от мыслей. Ну что же… Пройдя несколько метров, он услышал знакомый голос его немногословной музы: - Мессир, можно Вас задержать? Я Вас не задержу надолго, всего лишь пару фраз…