Алгоритм любви

      Сессия осталась позади, а за ними и зимние каникулы. Студенты, разбежавшиеся кто куда, возвращались, многие даже поблагодарить забыли за вытянутые за уши тройки. Выпавший снег придавал городу ощущение сказки. Джеджун любил, когда мороз щипает за щеки и нос, а под ногами громко хрустит снег. Приходилось вставать пораньше, чтобы откопать и отогреть машину. Синоптики диву давались, какой необычно снежной выдалась зима, зато дети были в восторге. Первый рабочий день у учителей выдался относительно свободным — они принимали пересдачу или подготавливали класс к учебе. Джеджун расквитался с «хвостатыми» и, перекусив, принялся чистить компьютеры, изрядно захламленные презентациями и таблицами студентов. Процессор, с которым мучился в сентябре, снова закапризничал. Дже вытащил его из-под стола и вскрыл отверткой панель. Поколупавшись немного, решил, что проще продать на запчасти. Прежде чем уйти домой, Ким написал записку на имя заведующей мат.частью и выбрался из корпуса. Его внимание сразу же привлекло красное яблоко, ярким пятном маячившее на покрытой снегом крыше автомобиля. Джеджун оглянулся, но не заметил рядом своего несносного студента. Цепочка следов обогнула авто и увела прочь, где смешивалась с кучей других. Ким взял фрукт и забрался в салон, где позволил себе улыбнуться приятной мелочи.       Вечер Джеджун хотел провести за просмотром какого-нибудь легкого фильма, но позвонил начальник с подработки, сбросил кое-что на почту и попросил срочно исправить ошибки, которые наделал один из уже бывших работников. Ким просидел всю ночь, прикорнув лишь на час, зато в шесть утра отослал-таки работу шефу. Отчаянно зевая, он побрился и, держась за стеночку, прошел на кухню выпить кофе. Перед глазами плыло от усталости. За окном шел мокрый снег. Плеснув в желудок кофе, Джеджун выбрался на улицу, чтобы откопать машину.       Студенты все как на подбор явились на занятие с таким настроением, будто учитель им торчал по тысяче. Развалившись, они обсуждали свои достижения во время каникул, игнорируя Кима. Дже было пофиг, у него жутко разболелась голова, а таблетка нисколько не помогала. Вяло решив, что старость не за горами и он помаленьку становится зависим от погоды, Джеджун потер лицо. Пары со скрипом завершились, и Ким прошел в подсобку, намереваясь утащить кипу книг, завалявшуюся в шкафу еще, наверное, со времен гражданской войны. Когда дверь отлетела к стене от энергичного пинка, Джеджун подпрыгнул. — Сонбэним! — Юнхо влетел с раскрасневшимися щеками, брякнул рюкзак на стол. — Простите, я опоздал! — Все нормально, — проворчал Джеджун, морщась от громкого голоса парня. — Я так соскучился. — По математике, надеюсь. — Вот еще, — Чон подошел и наклонился. — Как у вас дела? — Хорошо. — Можно мне…? — Нет! — поспешно вякнул Ким излишне громко. — Помоги мне с книгами, я один не унесу. — Только за поцелуй, — решил подшутить над преподавателем игривый наглец.       Джеджун мрачно взглянул на него, не разделяя его веселья, и молча подхватил книги, обошел парня и выбрался в кабинет. Чон выскользнул следом. Как раз вовремя, чтобы заметить, как учителя вдруг качнуло, бросило на стену. Он успел подхватить Джеджуна, когда тот повалился на пол. Книги с грохотом разлетелись по помещению. — Джеджун! — Юнхо не на шутку испугался при виде бледного, как смерть учителя, повисшего на его руках. — Что с тобой?!       Дже силился открыть глаза, его ресницы трепетали, как крылья бабочки. С губ сорвался легкий стон, а потом молодой человек потерял сознание. Юнхо на мгновение растерялся. Придя в себя, он подхватил учителя на руки и, выскочив в коридор, помчался в мед.кабинет, находящийся на четвертом этаже. Медсестра еще была у себя. Она с удивлением воззрилась на парочку, потом указала парню на кушетку. — Что случилось? — Он вдруг упал. — Хм, — женщина потрогала лоб Кима, оттянула веко и проверила зрачок.       Она достала автоматический тонометр и проверила давление Джеджуна. Улыбнулась Юнхо. — Всего лишь низкое давление, все в порядке. — Почему сейчас? Он никогда не отключался раньше. — Причины бывают разные, от депрессии, до болезни почек и сердца. Возможно это всего лишь особенность организма. Либо неправильный образ жизни и питание. — И что теперь делать? — Ничего. Сейчас приведу господина… — Ким, — подсказал ей Чон. — … господина Кима в чувство и отправлю отдыхать домой.       Медсестра приоткрыла окно, впуская свежий воздух в помещение. Потом подложила под ноги Кима валик и принялась рыться в шкафчике в поисках нашатыря. Юнхо погладил Дже по ладони, чувствуя себя распоследним идиотом и безумно виноватым. Рациональность его утверждала, что уж он-то ни в чем не виноват, но парень кусал губы от снедавших его чувств. Может, Дже слишком перенапрягся на работе, устал, а потом еще потащил тяжелые книги. Пока он посыпал голову пеплом, медсестра смочила ватный тампон спиртом и поднесла к носу припадочного. Джеджун дернулся и чихнул, поморщился. Открыв глаза, он с непониманием уставился в потолок. В поле зрения попала встревоженная мордашка студента. — Как вы? — над ним склонилась незнакомая женщина. — Я медсестра, господин Ким. — А… что случилось? — Вы упали в обморок, — хором выпалили медсестра и Юнхо. — Ох, — Дже покраснел чуток от смущения. — Простите за беспокойство. — Это моя работа. С вами когда-нибудь случалось подобное? — Нет, — Юнхо помог Джеджуну сесть. — Но у меня всегда было пониженное давление. — Гипотоник, значит. Ну, ничего, кофе выпейте и все будет нормально.       Женщина, не выявив ничего серьезного, отпустила Кима домой. Чон крутился вокруг, поддерживал под локоть, заглядывал в глаза. Нахмурившись, Ким возмутился. — Со мной полный порядок, хватит кипишить! — Это я виноват. — Совсем дурак? Сказал ведь, это у меня с детства. — Все равно мне надо было взять те чертовы книги. Подождите здесь, я принесу вашу куртку и сумку.       Юнхо припарковал Кима на скамье у вахтерши, а сам кинулся к нему в кабинет. Схватив вещи и вырубив свет, парень спустился вниз, на ходу набрав номер такси. Решив, что садиться за руль Джеджуну опасно, Юнхо вызвал машину на текущее время, назвал адрес учителя. Дже ничего не сказал, только молча головой покачал. Машина приехала на удивление быстро. Чон помог Джеджуну забраться в салон, залез следом. — А ты куда? — захлопал глазами учитель. — С вами. Вдруг опять станет плохо, я буду рядом. — Езжай домой. — И не подумаю. Ачжосси, поехали.       Джеджун пытался возразить, но парень не желал ничего слушать. Аккуратно вытащил из машины, когда приехали к дому, предложил донести до двери на руках. Ким стиснул кулаки, но промолчал. — Держитесь за меня. — Господи, Юнхо, я не инвалид. Спасибо, что помог мне в колледже, но сейчас я справлюсь сам. — У вас глаза блуждают. Если упадете, можете удариться головой. Убьетесь еще, я ведь пропаду один.       Чон вцепился учителю в локоть, довел до лифта, поддерживал его там, обмахивал ладошкой и трогал лоб. Киму стало даже смешно, как тот суетился. А ведь в первые дни знакомства ходил, как сомнамбула, спал на ходу и молчал, а сейчас рот не закрывает. В квартире парень присел и распутал шнурки на ботинках Дже, помог выпростать ноги. Потом размотал шарф, расстегнул молнию на куртке, стянул с плеч. — Проходите и ложитесь. — Какой гостеприимный у меня гость, — усмехнулся Джеджун.       Юнхо пробежал мимо, опередил. Успел взбить подушку на диване. — Переодевайтесь, а я пока разведу аспирин. Где он у вас? В ванной? — Угу. — Я мигом.       Джеджун вздохнул и принялся расстегивать рубашку. Бросив ее на стул, он надел футболку и сменил брюки на спортивки. Едва Дже достал из шкафа постельное белье, вернулся Юнхо со стаканом воды. Устроив учителя под одеялом, он влил в него растворенный аспирин и уселся рядом, глядя преданными глазами. — Спите. — Сначала я закрою за тобой дверь. — Выгоняете? — Тебе что, не нужно сегодня на работу? — Нет. — Я не могу спать, когда на меня смотрят. — Как же тогда вы будете делить койку с любимым человеком? — А вот это, Юнхо, тебя не касается.       Чон не обиделся, улыбнулся даже. — Правда, зачем смотреть друг на друга? Нужно делом заниматься. — Чон Юнхо! — Все, молчу. А вы спите.       Парень наклонился и, прежде чем Дже успел спрятаться под одеяло, запечатлел поцелуй в его щеку. И тут же проворно отполз, избегая удара копытом. Джеджун лягнулся, прошипел ругательство и отвернулся лицом к спинке дивана. Секунду спустя одеяло ему заботливо подоткнули сзади. Ким уснул действительно быстро. А Юнхо тем временем залез в компьютер и принялся копаться в интернете.       Джеджун проснулся в полной темноте. Сперва подумал, что парень ушел, но едва в голове прояснилось, расслышал на кухне бульканье закипающего чайника. Зевая, Дже поднялся и вышел из комнаты. Его студент преспокойно листал журнал и одним глазом приглядывал за луковым супом. — Уже поздно, почему не ушел? — завел шарманку Ким. — Понимаете, я забыл рюкзак у вас в кабинете. — Юнхо почти натурально опечалился. — А там ключи. — А позвонить опекуну? — Мобильный тоже ночует в колледже. Я могу, конечно, наудачу дойти до дома, но, скорее всего, просижу под дверью.       Джеджун залез в холодильник и вытащил коробку с апельсиновым соком. Достал из шкафа стакан и уселся за стол. — Голова болит? — Нет.       Ким налил сок, глотнул. Потом задумчиво провел языком по зубам, поднялся и вернулся в комнату. Отыскав в темноте штаны, он вытащил из кармана мобильный, нажал на быстрый набор и позвонил другу, с которым делил квартиру. Юнхо, тем временем достал тарелки. Услышав голос Кима, он навострил ушки. — Привет, слушай, у меня такое дело… — Джеджун, кажется, был несколько смущен. — Ты весь день пахал, устал, мечтаешь принять душ и завалиться перед ящиком… в общем, я не один. Нет, вы не знакомы… Чисто по-братски, переночуй у друзей, а то стены тут такие тонкие, сам знаешь. Аха-ха-ха-ха, придурок, сам ты стонешь на всю хату! Ну, договорились? Окей, пока! Спасибо!       Джеджун вернулся на кухню и сел за стол с полным покерфейсом. Юнхо поставил перед ним тарелку с супом, сел напротив и с любопытством поинтересовался. — Вы, правда, любите громко стонать?       Джеджун уронил ложку и челюсть, потерял дар речи и с минуту пялился на студента, преспокойно жующего суп. — Я из-за тебя другу соврал, а ты смеешься надо мной?! — отошел немного от шока учитель. — Нисколько, Джеджун-ши, я просто уточнил. — Твоя наглость не знает границ. Сейчас доешь и брысь отсюда.       Юнхо поднялся, обошел стол и прильнул к спине учителя, обнял, уткнувшись носом в шею молодого человека. — Простите, — пробормотал он. — Вы такой… ну, хочется подшутить. — Шути так над друзьями, гаденыш. — Давайте дружить. — Мне нельзя, пойми. Тем более в том плане, в котором видишь наши отношения ты. — Мне с вами хорошо, — упорствовал Чон. — Давайте встречаться. — Так дружить или встречаться? — пробормотал Дже.       Он попытался отодвинуться, но Юнхо прижался сильнее. — Второе.       Ким вздохнул: — Года через три возможно, но не сейчас. — Я не Хатико, я не смогу так долго ждать. — Ты меня уговариваешь нарушить закон и насрать на мораль, — Дже сдавленно сглотнул, почувствовав на шее горячее дыхание парня. — Прекрати, пожалуйста. — Никто не узнает. Мы будем встречаться у вас или у меня. — Не говори ерунды. И не облизывай мне шею. — Но ведь вам нравится. — Юнхо, мать твою! — Джеджун крутанулся на стуле и, рывком разорвав кольцо рук парня, яростно уставился на него. — Не провоцируй меня, я не железный! — Мы испытываем друг к другу симпатию, почему бы не попробовать? — Наивный пацан! Ты испытываешь только мое терпение! С какого хрена ты взял, что нравишься мне?! — Во-первых, вы занимаетесь дополнительно только со мной, во-вторых, нас объединяет совместный ужин и бегство от фараонов, — Юнхо поднял кисть Кима и принялся мягко загибать его пальцы. — В-третьих, в моем присутствии вы сам не свой, материтесь, водите, как сумасшедший, в обморок падаете. — Вообще-то график консультаций один для всех, и ко мне приходят все двоечники. — Но только со мной вы уединяетесь в подсобке, — подмигнул Джеджуну студент. — И я всегда так езжу! — прорычал Ким, вырывая лапу из пальцев парня и поднимаясь. – Вон, комод завален штрафами. А матерюсь я оттого, что вокруг одни идиоты!       Аппетит пропал. Его сменило чувство голода другого толка. У него долго уже не было отношений, и выходки Чона заставляли кровь буквально кипеть. Ему нравились его сильные руки, характер, причудливо смешавший недетскую серьезность и просто детсадовское озорство, голос. Понимая, что безумно жаждет прикосновений парня, Джеджун готов был волосы рвать на голове. Его разрывали желание отдаться во власть страсти, и одновременно нравственность, твердившая, что нужно держаться подальше от подобных авантюр. Минутное наслаждение могло иметь серьезное последствие, и рассудительность и рациональность сковывали Кима покрепче стальных наручников. Скрипя зубами, Дже вошел в комнату и споткнулся в темноте о тапочки. Ругаясь на чем свет стоит, он распинал их по углам. Юнхо вошел следом тихо, как мышка, уставился на учителя, который метался по комнате разъяренным тигром. — Джеджун. — Что? — Расслабься, — Чон вновь оказался рядом, обвил талию молодого человека. — Это неправильно, — пробормотал Дже, жмурясь, когда настойчивые поцелуи начали осыпать щеки и шею. — Поступать правильно всегда — слишком скучно. И невозможно.       Джеджун повернул голову и взглянул в лицо Юнхо. Его глаза блестели в темноте, подобно звездам, и несли в себе столько же загадочности и притяжения. Не в силах совладать с ним, Дже подставил губы для сладкого поцелуя.       Юнхо развернул к себе учителя, целуя его мягкие полные губы. Джеджун помедлил, а потом забросил руки на плечи парня и прижался к его груди. Растущее возбуждение вытеснило разумные мысли. Царапнув ногтями по шее, плечам и предплечьям Юнхо, Джеджун опустил руки и мигом проник под футболку. Его язык выводил замысловатые фигуры во рту студента, а руки гладили подтянутое молодое тело. Парень в свою очередь обхватил его бедра и, скользнув ниже, смял пальцами ягодицы. Обхватив задницу Кима, Юнхо вжал его тело в свой таз, потерся пахом, распаляясь. Дже глухо застонал в поцелуй.       Оторвавшись от губ парня, Джеджун пихнул его на диван, забрался сверху. Юнхо не позволил прижаться, сперва стянул с него футболку, и провел ладонями по животу и груди. Обняв Кима за талию, он прильнул и лизнул впадинку между ключицами. Джеджун выгнулся, подставляясь ласкам, запрокинул голову. Он чувствовал под собой напряженный бугорок, который все наливался силой и твердостью. Закусив губу, Джеджун толкнулся бедрами вперед, заелозил. Музыкой в ушах прозвучал стон Юнхо. А потом его рука стиснула пах учителя. — Юнхо-ооо! — Мм? — мурлыкнул Чон, прикусывая тонкую кожу шеи молодого человека. — Сильнее! Я люблю… а-ааах!       Юнхо послушно сжал пальцы и заставил Джеджун вскрикнуть от иголочек наслаждения, которые пронзили все его тело. Вжикнула молния. Дже, не отдавая себе отчета, забрался в джинсы Юнхо и выпростал из-под белья уже готовое к боевым действиям орудие. Молнией пронеслась мысль, что мальчик действительно вырос. Вновь сцепившись языками с парнем, Джеджун принялся растирать большим пальцем головку, проглатывая глухие стоны любовника. Смазка увлажнила ладонь, и Дже принялся мастурбировать Чону. Юнхо шумно дышал, расслабившись под напором Кима. А потом запустил собственные руки в штаны Джеджуна, цапнул ногтями мягкие булочки, обхватил. Помяв в пальцах, он развел ягодицы и пальцем скользнул между ними, нащупывая анус любовника. — Подожди, — Ким отодвинулся и судорожно выдохнул. — Давай не будем спешить с этим. — Я тебя хочу, — прошептал Юнхо. — Не сегодня. — Я буду аккуратным. — Юнни, — Джеджун прижался ко лбу парня, с каким-то овечьим стыдом признался, — я никогда еще не заходил так далеко. Сейчас я не готов. — Но когда-нибудь…? — Угу, — Дже нежно поцеловал Чона. — Смотри, ты обещал, — включил чайлд-моуд Юнхо. — Ты много болтаешь, — интимно шепнул на ушко Чона учитель, поглаживая его член.       Юнхо как ушатом холодной воды обдали — его милый математик мог быть истинным искусителем. Его лукавые глаза и соблазнительная улыбка действовали, как черпак виагры натощак. Юнхо снял Джеджуна с бедер и опрокинул на диван, стянул джинсы с трусами до колен, чтобы не мешались. Стянув с учителя спортивки, парень развел его колени в стороны и втиснулся меж ног, прижался к его члену своим и стиснул оба в кулаке. Ким прикрыл глаза и спихнул на пол подушку, чтобы не мешала. Юнхо дрочил им обоим, мыча и рыча в шею Дже. Потом, обняв Джеджуна, он принялся двигать бедрами, активно имитируя секс. Его любимый учитель не лежал бревном, хоть сегодня они обходились без проникновения. Он двигался в унисон, жадно изучал тело парня ладонями. Выдержки хватило на пару минут, а потом Юнхо с хриплым воплем излился на живот Джеджуна. Дже догнал его через мгновение, распростерся на диване, восстанавливая на дыхание. — Ты просто нечто! — Ну что за болтушка мне досталась? — с досадой пробормотал Дже. — Молчу, молчу, — парень уткнулся лицом в плечо учителя, но уже через пару секунд вновь вскинулся. — А когда мы повторим? — Юнхо!       Чон спрятал улыбку на груди любовника. Отдохнув немного, Джеджун отправил его в душ. А сам залез в сумку и вытащил влажные салфетки, вытер живот и задумался, прислушиваясь к шуму льющейся воды. Но не о том, что натворил и как держаться с Юнхо дальше, а о том, в какую смену работает его друг в ближайшие выходные.