Какой же на самом деле Шеннон Лето?

***

       — Ты действительно хочешь знать, что было вчера? — прошептал мужчина мне на ухо.        — Да, — еле-еле выдавила я, сглотнув.        — Мы вчера неплохо повисели в клубе, танцевали, пили и общались, но в один момент тебе стало плохо, и мне пришлось нести тебя в женский туалет. Ты мне мои новые кроссовки запачкала, кстати, — на этой фразе Шеннон сморщился.        — Какая мерзость. Прости, — я закрыла руками лицо. Грёбаный стыд и позор.        — Видя твое состояние, я не смог там тебя бросить, — продолжил Шеннон, присев на кровати рядом со мной, — На вопросы, где ты живешь, ты только хихикала в ответ. Я повез тебя к себе.        — Почему я голая? — недоумевая, спросила. Снова попыталась вспомнить вчерашний вечер, но всё это было безуспешно. Я только почесала свой затылок.        — Потому, что когда мы приехали ко мне домой, ты отрубилась, и мне нужно было тебя раздевать, чтобы ты не спала в грязной одежде, — мужчина зажмурил глаза.        — Это всё? — моё лицо всё горело. Черт побери, у меня всё тело горело! Гормоны в крови зашкаливали просто.        — Нет. Когда я тебя раздевал, ты стала приходить в себя и начала ко мне приставать, в отрез отказалась надевать мою футболку. После этого, ты опять заснула. Я уже не пытался тебя разворошить и одевать, поэтому просто укрыл тебя одеялом и сам рядом лёг спать, — я не могла понять реакцию мужчины. Вроде бы его всё злило, но вёл он себя довольно спокойно и сдержано. Я бы на его месте уже бы убила себя.        — Прости меня, дуру. Мне очень стыдно за свое поведение. Я обычно так себя не веду. Я не знаю, что на меня нашло в тот вечер, — я стала оправдываться, виновато опустив голову.        — Не оправдывайся, все мы взрослые люди, — Шеннон взял меня за руку и улыбнулся.        — Иди оденься. Я собираюсь сварить кофе, тебе сделать? Лично мне он всегда помогает при бодуне, — Шеннон рассмеялся.        «Как же мне нравится его смех», — подметила я и невольно улыбнулась сама себе.        — Да, я не против, — мой организм требовал свою утреннюю дозу кофеина.        Пока я ждала Шеннона с кофе, быстренько пособирала все свои вещи, переоделась и даже успела немного осмотреть его спальню. Она была просторная и светлая, с большим окном и видом на зеленую буйную растительность. Стены в доме были белого цвета. Кровать, на которой я сидела, была низкой и двуспальной. По бокам от кровати были две тумбочки, на правой красовался светильник в виде пистолета и электронные часы, а на другой — декоративный череп. Я аж вздрогнула от неожиданности. Позади кровати висела огромная картина рыбы (узнала работу английского художника Дэмьена Херста, недавно получилось попасть на его выставку в Лос-Анджелесе). На полу с двух сторон лежали два ковра: один коричневого цвета, другой — черного. Они были странной формы, похожи на шкуры медведя. Чуть дальше от тумбочки с черепом стоял стол с креслом, на котором лежала какая-то мягкая игрушка, похожа то ли на собаку, то ли на медведя (я улыбнулась и подумала, что слишком много всякой тематики на медведей). На столе был, так сказать, творческий беспорядок в виде ноутбука, лопатофона, ещё одного светильника в форме пистолета, разных бумаг, книг и барабанных палочек, на которых было написано «Шеннон Лето». Напротив кровати висела огромная плазма, рядом стоял маленький журнальный столик, большое кресло, которое было накрыто тёмно-коричневым пледом. Странный интерьер для спальни, но как-то всё вместе придавало необыкновенный уют. Не успела я всё толком разглядеть, как вернулся Шеннон с двумя чашечками ароматного кофе. За это время он успел одеться в широкие бежевого цвета штаны и белую майку со странными узорами. Домашнего уюта придавали его коричневые тапочки. Улыбка нарисовалась на моем лице.        Я не знаю рецепта, по которому делает кофе Шеннон, но это был самый вкусный напиток в мире. После него мне действительно стало легче.        — Это самый лучший кофе в моей жизни, — озвучила я свою мысль вслух, отпив глоточек и машинально облизнув губы.        — На здоровье, — мужчина кивнул и отпил со своей чашки.        Нашу идиллию нарушил звонок мобильного телефона, который в тишине прозвучал слишком громко и неожиданно, от чего мы одновременно резко дернулись, и в этот момент кофе Шеннона облил его штаны и майку. Мужчина, выругавшись, быстро снял с себя майку и штаны, предстал предо мной в одних трусах-боксерах. Моё сердце замерло от этой прекраснейшей картины. Я тут же засмеялась. Насладилась последним глотком кофе и пустую чашечку поставила на тумбочку, рядом с декоративным черепом.        — Тебе смешно? — Шеннон поднял бровь, облизнул губы и куда-то ушел, не дожидаясь моего ответа. Вдалеке я услышала журчание воды и мне стало не по себе. Моя интуиция говорила делать ноги. Через пару минут Шеннон вошел в дверь с ведром в руке, полным воды.        — Молилась ли ты на ночь, Дездемона? — он ухмыльнулся и пошел на меня. Я встала с кровати и начала отходить к спасательной двери.        — Нет, не молилась, — я стала придумывать план побега, но все пути к отступлению были отрезаны.        — Тогда твой конец близок, — мужчина рассмеялся, как смеются злодеи в Голливудских фильмах.        — Ой, боюсь-боюсь, — я закатила глаза и отмахнулась, делая вид, что мне всё равно.        — Бойся, ибо пришел твой смертный час, — и он вылил на меня всю воду из ведра, от чего я сразу же промокла до ниточки, и меня можно было выжимать, как мочалку. Вода, хочу подметить, не была теплой, от чего я сразу же продрогла и меня трясло, как осиновый лист. Шеннон подошел ко мне, положил мою тушу на свое плечо и понес в непонятном направлении. Я вдыхала запах его тела и наслаждалась этими минутами безумия. Мои попытки ударить его рукой или ногой заканчивались полным фиаско. Надо было же мне показать свое возмущение, хотя в душе я уже кричала: «Делай со мной, что хочешь!» Очень скоро оказалось, что нес он меня в ванну. Поставив меня в джакузи, он включил воду. Благо, в этот раз горячую. Я удивилась, когда он снял с себя единственную часть одежды и залез в ванную. Меня одолевало желание провалиться сквозь землю и взять этого мужчину прямо здесь и сейчас.        — Ты так и будешь стоять под душем в одежде? Раздевайся! — он сказал приказным тоном, и хищный взгляд барабанщика бродил по моему телу, точно так же, как в тот вечер. Да, я вспомнила этот момент и тот самый взгляд.        — Ты издеваешься? — мои глаза были, как пять копеек.        — Как хочешь, но не думаю, что стоять в одежде под водой очень приятно, — мужчина засмеялся.        — Я в этом не виновата, — недовольно фыркнула я.        — Не нужно было меня дразнить, — взгляд Шеннона скоро пробуравит во мне дыру размером с Галактику.        — Ты всех так девушек заманиваешь к себе в постель? — мое терпение уже было на исходе, я была уже готова взять и ударить его шлангом от душа.        — Нет, только тебя, — Шеннон опять рассмеялся и в следующий момент взял меня за талию и прислонил к себе, одарив меня страстным поцелуем, на который я просто не смогла не ответить. Я почувствовала жар его тела. Мне этого хотелось два дня. Я просто слабая девушка, у которой уже нет сил сдерживать свой порыв страсти. Он быстро избавился от мокрой одежды, выкинув её куда-то в неизвестность.        — Что ты делаешь? — мой тон был похож скорее на стон, чем на внятную речь.        — Кристин, а ты разве не хочешь? — как же он эротично выговорил моё имя… Продолжив поцелуй, Шеннон скользнул своей рукой по ключице, опустился вниз и впустил в ход свои умелые пальцы, от чего мои ноги подкосились и тело обмякло. Я припечаталась к стене ванной комнаты. Он играл со мной, как на музыкальном инструменте, от любого его прикосновения я издавала новые звуки и движения.        — Твое тело ответило на мой вопрос, — с довольным по-кошачьи лицом, мужчина продолжил свои ласки. Мой разум затуманился, и я отдалась этой бешеной страсти. Я уже была готова его умолять, чтобы он оказался во мне, я чувствовала его агрегат, упирающийся в мое бедро, но он не спешил, и его губы одновременно то нежно, то грубо целовали мою шею, соски, оставляя засосы в самых разных местах. Наши тела были как единое целое, мы чувствовали, угадывали эрогенные зоны, чем доводили друг друга до полного безумия. Если бы не вода, которая лилась на нас, мы бы сгорели от желания. Капли воды медленно проделывали влажные дорожки по его идеальному телу и скатывались вниз, что возбуждало меня еще больше.        — Пожалуйста, сделай это, — не сдержалась я и стала умолять. В следующий момент я почувствовала, как Шеннон коленом развел мои бедра и толчок, от чего по моему телу прошелся электрический ток, и я застонала. Он дал привыкнуть моему телу к его размерам и стал двигаться быстрее, срывая с моих губ то поцелуи, то стоны. Мое тело было ватным, и не давали мне сползти вниз только сильные руки барабанщика. Я поцеловала его в ухо, отчего он зарычал и стал двигаться ещё быстрее и глубже. Мои губы стали изучать его тело, пальцы обводили татуировки, и это доставляло Шеннону огромное удовольствие. Он мурчал, как котяра, и шептал мне всякие пошлости на ушко, от чего я ещё больше заводилась и двигала своими бедрами навстречу члену мужчины. Я была где-то далеко, в экстазе. Моё сердце бешено стучало. И вот этот момент, который принесет нам такую долгожданную разрядку, но Шеннон остановился и вышел из меня, от чего я хотела зарыдать от отчаяния.        — Подожди, у меня есть одна безумная идея, — его глаза хитро зажмурились, он взял шланг и направил струю воды прямо в мою промежность. Потом он резко вошел в меня, не отводя шланг от моего клитора. Я уже не просто стонала, я кричала и царапала своими пальцами широкую спину мужчины. Волна дикого оргазма настигла меня, но Шеннон не останавливался. В моих глазах уже плыли звезды, и я чувствовала, что ещё немного — и я потеряю сознание. И вот я слышу рык Шеннона, он делает последний толчок и резко выходит из меня. Наше тяжелое и прерывистое дыхание нарушало идеальную тишину в доме. Отдышавшись, мы направились в спальню, где быстро провалились в объятия Морфея, вплоть до того момента, пока наш сон не нарушил звонок мобильного телефона.