Наглые

      Девушка с необычными волосами, сочетающими в себе все цвета радуги, сидит в гостиной на бежевом кожаном диване и увлеченно пялится в экран телевизора. Ну, еще бы — сейчас транслируется в прямом эфире Эквестрийский чемпионат гонок на мотоциклах, и команда, вышедшая в финал, будет представлять страну на чемпионате мира.       Хоть девчонка сейчас и молчала, ее лицо выдавало полный калейдоскоп эмоций. Оно и неудивительно — Рэйнбоу просто обожала мотокроссы, да и сама, по её скромному мнению, «офигенно», как ей самой нравится говорить, каталась на мотоцикле, что вполне могла бы обогнать ту же самую Спитфаер из Вондерболтов. Ну, по крайней мере, ее смелости хватило бы хотя бы попытаться.       Да, отваги и храбрости этой девчонке было не занимать. Помимо того, стоит отметить, что она могла добиться высот почти в любом виде спорта. И ее давней, но, казалось бы, самой недостижимой мечтой было попасть к Вондерболтам. Она всегда считала, что самые искренние мечты должны быть именно такими — или совершенно безумными, как мечта Пинки замесить тесто в стиральной машинке (хотя, если уж быть совсем откровенными, подобных желаний, как это, у нее уйма), или на грани возможных, как мечта Твайлайт попасть в Книгу Рекордов Хуффиса по самому быстрому поиску книги в библиотеке. Да, там реально есть такое! А Спаркл недавно все пересортировала так, что, по ее словам, она теперь может найти необходимую книгу на 0.8 секунды быстрее. Но, если возвращаться к мечтам, то, по мнению радужноволосой, они должны быть как можно сумасброднее и масштабнее. Все прочее — простые незаурядные потребности.       Если рассказывать историю Дэш вкратце, то ничего особенного не получится — в детстве Рэйнбоу жила в Клаудсдейле, родине эквестрийского спорта, но впоследствии переехала в прекрасную столицу — Кантерлот, и теперь учится в Высшей Кантерлотской Академии со своими друзьями. И она ещё ни разу об этом не жалела.       Ну, а если возвращаться к происходящему, то школьница лишь завопила во весь голос:       — Давай, Флитфут, давай!!! Газу-у-уй!       Из соседней комнаты вышла девочка с лиловыми волосами, лет эдак четырнадцати, и посмотрела на сестру*, подпрыгивающую от переполняющих ее чувств на диване. И кто тут, интересно, младшая?.. Э-эх, с этими радужноволосыми чудовищами проблем не оберешься…       — Диван, главное, не разбомби… — скучающим тоном протянула Скуталу, а ее глаза забегали по странице учебника.       Поскольку родители уехали в командировку, и сестры остались дома на неделю одни, за помощью с домашними заданиями теперь приходится подходить к старшей, у которой временами глаза чуть ли не вываливаются от этих задачек по алгебре. «Мы такого сто процентов точно не проходили! Ну, или я не проходила…». Что уж поделать, с математикой у нее отношения натянутые. Впрочем, главное, деньги считать научились, делим-умножаем-вычитаем-складываем, дроби знаем, а вот все эти заморочки с теориями да теоремами оставьте, пожалуйста, себе. Зато, кто бы мог подумать, но именно физика, благодаря ее спортивным увлечениям, идет у девушки просто потрясающе. Хоть это снова и подтверждает факт, что она тот самый «человек практики».       Вообще, стоит отметить, что этих двоих с огромным опасением оставили без нянек, перебрав всевозможные: «А что?», «А вдруг?», и после каждой причины, почему их не стоит оставлять одних, старшеклассница все время то и дело уверяла: «Да не парьтесь, все будет чики-пики!», и озвучивала прочие слабо обнадеживающие отмазки.       А после того, как девочки проводили родителей, Рэйнбоу разве что отчасти риторически уточнила у Скут, заметили ли они, что она хочет «слить» их на эту неделю, и ответом послужило: «Думаю, заметили». И вот, это второй день, когда сестры были одни дома.       — Молчи, мелкая. Иди садись, будем мотокросс смотреть, — наигранно-приказным тоном ответила на такое замечание Дэш, присаживаясь обратно на диван.       — А кто в заезде от Вондерболтов выступает? — поинтересовалась фиалковоглазая, взглянув на экран телевизора.       — Флитфут.       — Чего-то она сегодня не очень едет, вон, как ее Тандерлейн обгоняет! — хмыкнула девчушка, прищурив сиреневые глаза.       — Да, знаю, — печально буркнула Рэйнбоу, и тут Скуталу вспомнила, для чего пришла, исключая алгебру, на помощь с которой она даже особо и не надеялась.       — Погоди, Рэйни, я хотела спросить… — немного замялась девочка, помедлив задавать свой вопрос.       Радужноволосой ее тон не понравился, судя по тому, как она нахмурила свои брови.       — Ну-у, дерзай, мелкая… Кстати, ты какая-то бледная. Да и вообще, какая-то сама не своя. Где былой огонь, азарт? Стареешь, что ли? — нетерпеливо отрапортовала Дэши и дала погрустневшей сестренке щелбан в лоб.       — Ай… Чего, так заметно? — негромко спросила лилововолосая, потерев покрасневшее место, по которому и пришелся удар.       — Еще бы, ты же так мямлишь, — фыркнув, заявила школьница, подперев рукой щеку. — Чего случилось?       — Ничего серьезного.       — Угу, ты всегда так говоришь, когда все как раз таки «серьезно»… А спросить-то чего ты хотела? По домашке что?       — Да, это тоже, только вот сначала я хотела спросить кое-что более важное… личное, что ли, — пробормотала девочка, несколько съежившись. Рэйнбоу вдруг почувствовала напряжение, повисшее в воздухе, и подумала, что если ее младшая сестра так ведет себя, то это значит, что сейчас будет реально непростой разговор. И сестринское седьмое чувство не подвело.       — Кхм… Ладно, потом в интернете досмотрю, — кинула спортсменка, нащупав рядом пульт и нажав на красную кнопочку. — Что случилось?       «Только бы не про пчелок и цветочки, только бы не про пестики и тычинки, только бы…» — молилась про себя Рэйнбоу, из-за чего даже слегка вспотела. Хотелось скрестить пальцы, но ее проницательная сестричка точно бы заметила подобный жест.       — Послушай, Дэши… Я спросить хотела, эм, — начала тянуть резину Скуталу, но все же, глубоко вздохнув, продолжила: — Ты, ну, это… влюблялась когда-нибудь?       «Срань Господня, это как-то слишком близко! Небесная Канцелярия меня не слышит. Если я прошу, чтобы разговор не пошел о пестиках и тычинках, то все эти сопли, вроде «влюблялась-не влюблялась», туда тоже входят!» — метались в голове девушки подобные мысли. Ей совершенно не хотелось отвечать на вопрос сестры такого характера, поэтому радужноволосая решила блокировать Скут и самой пойти в атаку, ответив вопросом на вопрос:       — Стоп, с чего такие вопросы? Ты что, в кого-то втрескалась?       — Нет!!! — проорала девчушка, отчего весь дом встал на уши. Худшие опасения малиновоглазой сбылись. «Значит втрескалась…», — мелькнуло у нее в голове. Ну, единственный плюс в этой нелепице — так это то, что ей не пришлось говорить о своей не такой уж радужной личной жизни, которой и нет вовсе.       — Кто? — старшеклассница пусть и была немногословна, но её проницательный и азартный взгляд был весьма красноречив.       — Да никто! — лилововолосая заметно раскраснелась. Ох, какая же она милашка, когда смущается!..       — Ты знаешь, чертовка, у меня нюх на вранье! Говори.       — Просто мальчик, одноклассник… И я не влюбилась, он мне просто симпатичен! — после того, как ситуация начала просветляться, Рэйнбоу расплылась в улыбке, готовая захохотать в голос от того, как ее сестра выглядела нелепо. Но потом до нее как-то дошло, что положение критическое. Ее младшая сестра влюбилась! Боже, стоит это осознать, как ситуация кажется просто ужасающей.       — А родители знают? — поинтересовалась старшая, с легким закадычным прищуром.       — Нет… Мне с тобой неловко обсуждать подобное, а с ними я там вообще задохнусь.       — О-о-о, черт, эта ситуация определено победит в номинации «Милость года»… — девушка реально ощутила несколько противоречивые чувства. С одной стороны, тот факт, что Скуталу предпочла обсудить это все с ней — умилительно, даже для Дэш. С другой стороны, Господе-Иисусе, ее сестра влюбилась! Это же просто космический отстой!..       

***

      Рэйнбоу топала в школу ко второму уроку, ибо идти на геометрию ей было, как она сама сказала: «Что-то как-то не алё». Поэтому сейчас она шла без сестры, ведь той хватило совести пойти к первому занятию.       Девочки учились в одной школе, правда для старших и средних классов были разные корпуса, но на деле некоторые уроки ребят помладше все равно проводились в главном здании, из-за чего они в основном и коротали свободное время между уроками там.       Вчера, после попыток выяснить, в кого же влюбилась ее сестра, Дэш поняла, что Скуталу такая же упертая, как и она сама. Однако, остаток дня Рэйнбоу почему-то только об этом и думала. Наверное, если бы рядом были родители, то она бы особо и не забивала себе голову, но, поскольку в ближайшие четыре дня их не будет, если не дольше, ибо командировку могут внезапно продлить, девушка ощущала себя ответственной за все, что происходило в жизни сестры, и за это в том числе.       Тем временем, она уже вошла в школу и пошла к своему шкафчику. Там спортсменку ждали две подружки — для окружающих было довольно-таки странно, что они вообще могли терпеть друг друга, а еще страннее, что они дружили, ибо девушки являлись истинными противоположностями. Радужноволосая подошла к Рэрити с Эпплджек, когда вторая активно записывала в синюю тетрадку то, что диктовала ей первая.       — Снова не сделала историю? — хмыкнув, спросила малиновоглазая.       — Просто. Ничего. Не говори, — отрывисто выявила блондинка, продолжая дописывать продиктованное предложение. — У нас на Яблочной Аллее свинья вчера рожала. Процесс долгий и далеко не самый приятный.       Фэшионистка скривилась, но все-таки удержалась от комментариев.       — …Привет, Дэши. Как дела? — как бы не услышав предыдущей реплики, поздоровалась фиолетововолосая с гонщицей, пока ЭйДжей энергично все записывала.       — Все отлично, — бодрым голосом ответила Дэши, прильнув спиной к шкафчикам. — Ну, за маленьким исключением. Я тут хотела у вас кое-что спросить… Девчонки, а вы не знаете случаем о том, влюблялись ли уже Эппл Блум и Свити Белль?       — …Рэйнбоу, с чего это такие вопросы? — недоуменно вопрошала зеленоглазая, оторвавшись от тетрадки.       — Довольно необычно, — вставила модница, заинтересованно посмотрев на подругу.       — Скуталу, кажется, в кого-то влюбилась, — быстро призналась девушка, чтобы не вызывать лишних вопросов.       — Во те на, — разинув рот, выдала Эпплджек, удивленно распахнув травянистого оттенка глаза. — Ну, думаю, если бы моя сестра в кого-нибудь втюрилась, то мне бы сказала.       — О личной жизни Свити Белль я тоже ничего не знаю…       — Да какая личная жизнь? Им по тринадцать-четырнадцать лет! — даже несколько возмущенно заявила радужноволосая, вскинув руки в воздухе.       — Любви все возрасты покорны, — мелодичным голосом ответила Рэрити. — Я тоже влюбилась в этом возрасте.       — Зуб даю, она была тогда влюблена в какого-нить актера, — негромко произнесла сельская красавица, на что они с Рэйнбоу Дэш синхронно захихикали.       — Ох, ничего вы не понимаете, — наигранно-обиженным тоном возразила синеглазая. — Это самый талантливый актер на планете.       — Слушай, дело вовсе не в этом! — продолжала возмущаться Рэйнбоу. — Моя сестра влюбилась! Влюбилась, понимаешь?! И не просто в какого-то там актеришку или поп-звезду, а в мальчика! Мальчика! Из их класса! Это же просто катастрофа! Теперь она будет ходить сладкая, как сахарная вата, станет мямлей, и…       — КТО-ТО СКАЗАЛ САХАРНАЯ ВАТА?! — выскочила из ниоткуда неугомонная Пинки Пай, взорвав хлопушку.       — …Пинки, у тебя хотя бы иногда бывают моменты, когда тебе не хочется перебивать, визжать, орать, прыгать, бегать, баловаться, играть, сходить с ума, жрать сладости~       — Не-а, — снова перебила свою подругу голубоглазая, лучезарно улыбаясь. Та, в свою очередь, лишь закатила глаза, снисходительно усмехнувшись. «Неисправимый малиновый монстр», — промелькнуло у девчонки в голове.       — Рэйнбоу, я не вижу во влюбленности Скуталу ничего сверхъестественного. У нее переходный возраст, бушуют гормоны, она будет даже эмоциональнее, чем обычно, если тебя это беспокоит. В такие моменты очень важна поддержка близких, чтобы рядом был тот, с кем можно поделиться своими переживаниями, чувствами… — тирада Рэрити бы продолжилась, если бы она не заметила, как спортсменка вскинула одну бровь и смотрела на нее несколько отчужденным взглядом. — Ну, в общем, ты поняла.       — Поняла, поняла… Я ее не брошу. Однако, с чего ты решила, что до этого, мол, она была ребенком, а тут «ПУФ!» и она подросток? — скептически нахмурив брови, поинтересовалась старшеклассница, зарываясь пальцами в радужные волосы.       — Все просто — раз она влюбилась, значит, процесс пошел.       — Ну, а ты что думаешь? — каким-то усталым тоном спросила Рэйнбоу, глядя на Эпплджек.       — Я согласна с Рэр. Тебе нельзя оставлять Скуталу, если она дорога тебе. Вы все же сестры. И если она влюбилась сейчас, значит пришло время. К тому же, не советую тебе сильно с этим заморачиваться — уверена, что она, как и любой другой подросток ее возраста, постесняется рассказать о своих чувствах предмету симпатии.       — От тебя, ЭйДжей, я таких речуг не ожидала. От Рэрити — само собой, но от тебя я ждала более простого ответа. А вдруг она влюбилась в какого-нибудь ботаника?! Или разболтанного хулигана?! Многим хорошим девочкам нравятся плохие мальчики, если ты не в курсе. Впрочем, я даже не знаю, можно ли назвать такую как Скут «хорошей» девочкой, но, в общем, это не суть важно…       — Я чего-то не догоняю! Скуталу влюбилась?! — громко произнесла Пинкамина, а на ее возглас обернулись практически все ученики в коридоре.       — Пинки… — в один голос выдохнули девочки.       — Кхм, и вообще — всего три года назад мы были такими же, как они, — ностальгируя, пробормотала фиолетововолосая. Тут прозвенел звонок на урок, сейчас у девчонок должна была быть история — Эпплджек сразу закопошилась, ибо не дописала работу, однако, сложив тетрадь в рюкзак, она быстро об этом забыла. Большую часть ведь списала? Списала. Это главное.       Девушки стали собираться, дабы успеть ко второму звонку подойти к классу — Луна хоть и не была прямо наисвирепейшей «училкой», но опозданий не любила, была доброй, оставаясь строгой. Потому этого преподавателя и любили ученики. В общем-то, девчонки подоспели как раз вовремя и сели за парты, вытаскивая из сумок учебные принадлежности. Примерно через минуты две подошли ещё Сансет и Твайлайт, а за ними со вторым звонком в кабинет зашла и профессор Луна.       — Привет, Сан, — тихонько поприветствовала Рэйнбоу подошедшую девушку, которая сидела с ней.       — Привет, — так же шепотом поздоровалась Шиммер, сев за парту. — Тебя чего не было на геометрии?       — Да-а, влом было… Я все равно в этих синусах нифига не соображаю, — фыркнув при упоминании своего нелюбимого предмета, ответила радужноволосая.       — Девочки, я вас не отвлекаю? — холодно спросила Луна, хотя вопрос был скорее риторическим. Подруги сразу же замолчали, но когда замдиректора отвернулась, то Дэш негромко, совсем тихо, в шутку ей ответила:       — Ну, разве что совсем чуть-чуть…       Сансет еле сдерживала смешок. Но, взяв себя в руки, девушка открыла тетрадь с домашним заданием. На уроках Луны нет места паясничеству.       — Итак, ребята, — начала учительница, развернувшись спиной к доске. — Я хочу вам представить ваших новых одноклассников.       По классу пошел гул, состоящий из перешептываний, каждому было интересно такое заявление. Все спрашивали, кто это будет — парни или девушки, красивые или не очень, кем они являются. И, раз Луна сказала «одноклассников» в множественном числе, то сколько ребят к ним перешло. Все были заинтригованы, и женщина, прождав тридцать секунд бурного обсуждения, понимая подобную реакцию учащихся, хлопнула два раза в ладоши, что означало, что пора закрыть «варежку» и обратить на неё внимание. Как по волшебству, все замолчали.       — Кхм-кхм… Спасибо. Итак, я уверена, что большинство из вас знает личности этих ребят. Они являются школьниками по обмену, и проучатся с вами весь оставшийся год. Ребята, проходите, — довольно-таки торжественно произнесла синеволосая, и школьники обратили внимание на дверь, в которую вошла тройка легендарных учеников. Тут уж все как один буквально «офонарели», завидев, кто к ним вошел, а Дэши так и вовсе просто готова была лопнуть.       В класс прошествовала рыжая девушка с непослушными волосами по плечи, а ее челка, которую она, походу, отращивала, была заколота назад невидимками. Оранжевого цвета глаза блуждали по неизведанной территории. Она подзатянула потуже голубую куртку с желтыми молниями вдоль рукава, что была повязана на поясе. Рядом с ней встала платиновая блондинка с фиалковыми глазами, поверх рубашки которой была накинута на плечи такая же куртка, как у рыженькой. Ну, и на десерт для девочек оставался симпатичный парень с ярко-зелеными глазами и иссиня-черными волосами, который сейчас поправлял рукава своей куртки, выполненной в том же дизайне, что и у его подруг.       — Поздоровайтесь с вашими новыми одноклассниками, ребята.       — Меня зовут Спитфаер, — первой подала голос рыжая девчонка, неизменный лидер этой бравурной троицы.       — Я — Флитфут, — улыбнувшись, сказала беловолосая.       — Всем привет, я — Соарин, — за всех поздоровался зеленоглазый юноша, сразу заинтересовавший женскую половину аудитории.       — После урока вы со всеми познакомитесь, а сейчас проходите на свободные места, я потом вас пересажу, — проговорила преподавательница, и ребята прошли на задние парты. Да она издевается! И ведь понимает, что сейчас все внимание будет приковано к новым одноклассничкам. Дэш развернулась на 180 градусов, но ее сразу одернула классная руководительница: — Я, конечно, все понимаю, но будьте добры подождать со знакомствами до конца урока.       Эй, тут вообще-то на задних партах сидят ее кумиры! Ай, неважно… Доводить Луну — себе дороже.       Вполне себе внезапно в дверь кто-то постучал, и, после несколько недоброжелательного «войдите», в проеме показалась голова с нежно-розовыми волосами. Постояв так за дверью секунд пять, скромная девчушка с бирюзовыми глазами зашла в кабинет.       — Д-добрый день, миссис Луна… Извините, пожалуйста, за опоздание, — тихонько сказала стеснительная Флаттершай. Все одноклассники устремили на нее свои взгляды, отчего девушка еще больше замялась. Пока розововолосая ждала, что ей скажет учитель, она разглядела на задних партах, мало того, на ее привычном месте, новые, но, как она позднее поняла, знакомые ей лица, а еще ухватила сочувствующие взоры подруг.       — Флаттершай, будь добра, объясни, из-за чего ты опоздала?       — Меня задержала учительница по биологии…       — …Ладно, садись за последнюю парту, — строго произнесла Луна, а девушка, поняв, что говорят не об ее месте у окна, а о том, что у стены, пошла к парте, при этом от прикованных к ней взглядов споткнулась и развалилась между рядами. Откуда-то послышались смешки, кто-то уже хихикал, а кто-то еле сдерживал улыбку.       Кто уж не смеялся, а сочувствовал девушке, так это ее друзья. Флатти, в свою очередь, будто парализовало, она только сжалась. Что уж тут, ей просто хотелось уменьшиться до размеров атома, чтобы ее больше никто и никогда не увидел. Рэйнбоу же одарила смеющихся убийственным взглядом, полным злобы и ненависти, которого невозможно было не испугаться, затем поднялась с места и подошла к трясущейся Флаттершай, протянув руку помощи. Розововолосая медленно подняла голову и увидела ясную улыбку старого друга. Девушка просияла и сразу приняла помощь. Поднявшись, обе девчонки прошли на свои места.       Урок проходил не очень гладко, так как Луна вечно ругалась за болтовню, засекала передаваемые записки, школьники постоянно оборачивались назад, к главным представителям, элите нового поколения лучшей команды мотогонщиков в мире — «Вондерболтам». Однако, прозвенел звонок, и, на счастье ЭйДжей, домашнюю работу по истории не проверяли. Все сразу же, как только вышли из кабинета, окружили Вондерболтов, мало того, не только их новые одноклассники, но и все другие ученики. Рэйнбоу поначалу тоже пыталась прорваться сквозь бесчисленную толпу людей, но попытки оказались тщетными.       — Ребята, мы бы с вами пообщались, правда, но сегодня мы на протяжении дня будем возиться с документами насчет перевода, поэтому давайте в другой раз, — громко сказала Флитфут, однако…       — Флитфут, распишись на моей футболке!       — Спитфаер, дай автограф!       — Мы любим тебя, Соарин!!! — прозвенело из толпы в унисон несколько девичьих голосов.       — Вау, Рин, да ты еще и дня не проучился тут, а у тебя уже есть свой фан-клуб, — насмешливо шепотом прокомментировала Спитфаер последний визг.       — Круто, конечно, но я бы предпочел добраться до туалета в одиночестве, — иронично ответил парень коллеге на ухо, на что рыжая лишь хихикнула.       — Я совсем не хочу расстраивать тебя, Дэши, но сегодня ты вряд ли доберешься до них… — немного опечалено сказала Эпплджек, когда семь девчонок отошли в сторону.       — Поверь, ЭйДжей, я это прекрасно поняла, — не выдавая того, что она все же расстроилась, ответила Рэйнбоу, буравя огромную толпу взглядом. — Однако, я не пойду туда не только из-за этого — просто не хочу становиться частью этого стада.       — Я думаю, что это правильная позиция, Рэйнбоу. Ладно, девочки, давайте пойдём в раздевалку — у нас сейчас физкультура и нам нужно успеть переодеться за перемену, — предложила Спаркл, а ее подруги сразу согласились.

***

      А знаете, забавная картина — директор Селестия пытается пробраться к новым ученикам, при этом ее придавливают школьники, и она в итоге просто кричит во весь голос, нынче растерявший свою былую мелодичность:       — НЕМЕДЛЕННО РАССТУПИЛИСЬ!!!       Каким-то образом женщина все же добралась до Вондерболтов и сказала:       — Я ожидала всякой реакции, но чтобы так… — на это ребята только пожали плечами, тогда как женщина решила обратиться к школьникам: — Итак, мои дорогие ученики. Я понимаю, что вы все хотите познакомиться с Вондерболтами, однако, у них еще много дел, поэтому сейчас, пожалуйста, идите все туда, куда собирались.       Поскольку ослушаться Селестию никому особо не хотелось, точнее… как не хотелось? Ослушаться хотелось всем, но каждый понимал, что их могут ждать за это неприятности. Так что все пошли своей дорогой, приняв решение, что еще будет возможность пообщаться с Вондерболтами.       — Это сравнимо с магией… — восхищенно проговорила Спитфаер, оглядевшись — можно было вздохнуть спокойно.       — Да, я применила заклинание послушания, — в шутку ответила Селестия. — Что же, насколько я помню, у вас сейчас физкультура. Раздевалка на первом этаже, коридор, вторая дверь слева — для девочек, третья — для мальчишек.       — Спасибо, миссис Селестия, — поблагодарил Соарин, и ребята направились к месту назначения.

***

      Семь девушек, переодевшись, вышли из раздевалки и порысили к запасному выходу, через который можно было пройти сразу на стадион. Выйдя на улицу, всех школьников встретил крик физрука — Балка Бицепса:       — Всем встать в строй!!!       У каждого прозвенел в ушах голос мужчины. Черт, ну вот зачем надо так орать?       Ученики быстренько встали в единую шеренгу.       — Итак, РОВНЯЙСЬ! СМИРНО! ЗДРАВСТВУЙТЕ, ДЕТИ!!!       — Здравствуйте!!! — в унисон поприветствовали учителя ребята.       — У меня так скоро не только барабанные перепонки лопнут, но и голос сорвется, — пожаловалась Рэрити подругам, стоящим рядом. Все одним взглядом показали, что абсолютно согласны с фиолетововолосой. Ну, почти все…       — Да ты о чем вообще?! Это же так ВЕСЕЛО!!! — громко высказала свое мнение Пинки, сделав акцент на последнем слове. Блондинистый мужчина, в свою очередь, в один миг оказался напротив Пай.       — РАЗГОВОРЧИКИ?! НЕ БОЛТАТЬ!!! — проорал в лицо голубоглазой Бицепс, отчего та, не на шутку испугавшись, пропищала так, как, наверное, могла только Флаттершай:       — Е-есть, сэр, т-так точно, сэр!.. — мужчина двухметровыми шагами прошел на прежнее место, после чего Пинкамина могла только с облегчением выдохнуть, и снова заголосил:       — Сегодня вы будете бегать на время!!! Поэтому сейчас делаем разминку, которую проведет, хм-м… — мужчина оглядел присутствующих и остановился на ЭйДжей. «Только бы не я, только бы не я…», — вертелось в голове блондинки. — Эпплджек!       «Черт…». Фермерша неохотно вышла из строя и объявила:       — Разминаем шею…

***

      После зарядки физрук громко приказал подопечным:       — РАЗБИЛИСЬ НА «ПЕРВЫЙ», «ВТОРОЙ», «ТРЕТИЙ»!!!       — Первый!       — Второй!       — Третий!       — Первый!..       Когда ребята рассчитались, Бицепс немногословно пояснил:       — Сейчас будете сдавать легкую атлетику на время! Бежим 400 метров! ПЕРВЫЕ ВЫХОДЯТ НА СТАРТ!       В команду «первых» вошли Рэрити и Флаттершай, помимо них еще и Флитфут, Дерпи, Тайм Тернер, Флэш Сентри и другие.       — Вместе побежим, Флатти? — дружелюбно поинтересовалась фиолетововолосая, посмотрев на подругу.       — Я только «за», — улыбнувшись, ответила бирюзовоглазая. — Но если я буду отставать, то ты беги вперед.       Рэрити лишь снисходительно усмехнулась. Девушка знала как никто другой, что Флаттершай не любит оставаться обузой или предметом неприятностей. Но для модельерши она не стала бы таковой ни при каких, даже самых серьезных обстоятельствах.       Девчонки подошли к старту. Услышав «Приготовились!», ребята встали в стойку, а когда раздался свисток, молниеносно отскочили от белой полосы и побежали. Синеглазая не очень-то жаловала спорт, ибо испорченная прическа, маникюр, пот, мозоли, плывущий макияж… поэтому и ходила на физ-ру через урок. Однако, девушка временами посещала фитнес-центр, дабы держать себя в форме, и бегала на твердую четверку с плюсом, а если постараться, то и до пятерки не далеко. Флаттершай же бегала хуже, гораздо, кое-как дотягивая до четверки с минусом, и ей совершенно не хотелось, чтобы из-за нее Рэрити получила неудовлетворительную оценку, поэтому она решила выложиться по полной.       Итак, в конце концов, первой пришла Флитфут, что, в общем-то, оправдано, но кто уж составлял ей конкуренцию, так это Флэш. Рэрити с Флаттершай, в свою очередь, получили заслуженные четверки. Следующими бежали Сансет, Твайлайт и Пинки, вместе с остальными одноклассниками. В третьем же забеге участие приняли Рэйнбоу, Эпплджек, Соарин и Спитфаер, что, конечно, не могло быть неинтересным, ибо лучшие атлеты класса бежали вместе. Правда вот, Эпплджек все же отстала от Соарина с Рэйнбоу, но бежала наравне со Спитфаер, у которой так не вовремя развязался шнурок, что она все-таки не смогла нагнать остальных. В итоге они пришли вместе после Рина с Дэши, но все равно получили свои пятерки. Однако, до этого…       — Быстро бегаешь, — похвалил Соарин свою новую одноклассницу.       — Я знаю, — усмехнувшись, ответила Дэш, которой явно было безумно приятно получить подобный комплимент от своего кумира. — Ты тоже быстрый, впрочем… я была бы разочарована, если бы было иначе.       — Хорошая физическая подготовка! Это всегда здорово, — одобрил синеволосый. — Мало кто может потягаться в спортивных состязаниях с Вондерболтами.       — И проигрывать я тоже не собираюсь!.. — с уверенностью заявила малиновоглазая, тяжело дыша во время бега. Разговоры сбивают равномерное дыхание. И молодой человек явно это знает. Но он-то уже привык к тому, что во время пробежки иногда приходится общаться, в отличие от его новой одноклассницы.       — Что же, тогда меньше болтай! — бросил парень и ускорился, идя в обгон. Девушка удивилась, ибо думала, что быстрее двигаться просто невозможно, однако зеленоглазый сумел ее приятно удивить. Рэйнбоу тоже постаралась набрать скорость, и вот уж вроде как финиш, а она идет вторая… Юноша пересек финишную черту первым, и остановился, в попытках восстановить дыхание. Малиновоглазая, в свою очередь, придя секунды на две позже, схватилась за коленки, согнувшись пополам, и тоже старалась отдышаться. В свою очередь, ее соперник, пока осматривался, кинул взгляд на кучку наблюдающих за его действиями девушек, которые сразу же завизжали в мнимом восторге. Такая реакция заставляла его чувствовать себя неловко, поэтому, отыскав глазами радужноволосую девчонку, он решил подойти к ней.       — М-м-м… Заполученная большими усилиями победа — просто восхитительная штука, не думаешь? А еще просто обалденный запах, хм… Кажется, это что-то ванильное, — улыбнувшись, как бы случайно обронил Рин, вставая напротив приходившей в себя старшеклассницы. — Думаю, у меня теперь такая победа будет ассоциироваться именно с этим ароматом.       — Надо же, таким образом ты оценил духи, половину флакона которых на меня вылила Рэрити. Однако, ты точно ничего не путаешь? Лично я за все свои победы заметила, что они у меня обычно вызывают ассоциации лишь с жутким потом парней, оказавшихся в пролете из-за моих успехов. Впрочем, было бы примерно процентов на двадцать круче, если бы я пришла первой, — отдышавшись, стала ехидничать Рэйнбоу Дэш. — Тем не менее, мои поздравления — следовало догадаться, что я потеряю здесь былой статус «лучшей в спорте» после прихода Вондерболтов.       — Ладно, если отбросить весь сарказм и издевки, которые я, если бы хотел, мог употребить, скажу, что ты все равно очень круто бегаешь, — изрек синеволосый, слова которого, пусть она это и скрывала, очень льстили девушке. — Я кое-как смог набрать скорость и обогнать тебя.       — Что же, спасибо. Кхм, ну, я, пожалуй, пойду к подругам, — с фальшивой невозмутимостью на лице ответила мотоциклистка, которая, пока шла к девчонкам, кое-как удержалась, чтобы не заорать «ЕС!» на весь стадион. Друзья девушки, сразу заметившие ее особенно высокое расположение духа, сразу поинтересовались, о чем же Дэши говорила с новеньким. — Он сказал, что я офигенно бегаю.       — Это же просто СУПЕР, — сказала Пинки, и они с Рэйнбоу вдвоем начали танцевать их особенный ультра-мега-альфа-макси-шмакси-супер-пупер улетный победный танец. Остальная пятерка лишь снисходительно улыбнулась, наблюдая за подружками.       — Надо просто позволить им оттянуться, — негромко произнесла Рэрити с доброй усмешкой на губах.       — Итак, желающие могут пойти играть в мяч до конца урока!!! — проорал физрук, когда все ученики пробежали необходимую дистанцию.       — Пойдешь? — девчонки вопросительно взглянули только на радужноволосую подругу. Сами-то они точно не горели желанием идти играть и, после высокой нагрузки в забеге, хотели бы отдохнуть.       — Пошла бы, но я выдохлась. Идем на скамью, — вздохнув, буркнула старшеклассница, и подружки все вместе пошли к лавочкам. Присев, девочки стали обсуждать незамысловатые вещи, вроде лака для ногтей и домашки по литературе. Радужноволосая же, повернувшись вполоборота и закинув ногу через скамью, шутливо дразнила Твайлайт, потому что той прописали очки из-за плохого зрения.       — Дэши, прекращай издеваться над Спаркл. Она так эти очки и не наденет в жизни, будет щуриться все время из-за того, что постесняется своих проблем! — с укором отчубучила Эпплджек, обращаясь к спортсменке.       — Ну, я же любя! Ты видела ее лицо? Ради такого зрелища я бы вечно тут сидела и подтрунивала над ней!.. — незамысловато ответила малиновоглазая.       — В любом случае, не любя над ней подтрунивать никто не будет — я ей подобрала такую оправу, что народ будет видеть в ней стильную деловую чику, да и только, — с обворожительной улыбкой произнесла Рэрити, накручивая локон на палец. — За такие очки любая готова будет посадить себе зрение.       — Главное, не перестарайся. А то, зная тебя, Рэр, на моих очках может оказаться бессчетное количество страз и прочей мишуры, — проговорила Твайлайт, и подруги беспечно захихикали, ловя недоумевающий взгляд фиолетововолосой девушки.       — Ха, не беспокойся — они будут очень лаконичными, без особых заморочек,  — молвила на подобное модница, рассматривая аккуратные и ухоженные ногти, окрашенные пастельно-лавандовым лаком. Ух, как она разозлилась, когда Эпплджек сказала, что это просто фиолетовый… Фиолетовый! Уму непостижимо!       — Тогда я рассчитываю на тебя, — подмигнула Спаркл, посмотрев на юную фэшионистку.       — Ты могла просто начать носить линзы. По-моему, это удобнее, — вставила Дэш, глядя на подругу.       — Если бы я была спортсменкой, то да, было бы удобнее. Но у линз есть много минусов, да и это сплошной дискомфорт… Все же с очками надежнее. К тому же, у меня не постоянное ношение, а только за компьютером, на уроках и при чтении книг, — объяснила девушка радужноволосой, на что та, пожав плечами, наигранно ответила:       — Вот и посадила зрение за своими книжонками, больно мозговитая стала, что глаза не выдержали. А вот у меня зрение как у ястреба, жаловаться не на что.       — Однако, это не мешает тебе читать Дэринг Ду, — чуть ли не нараспев проговорила синеволосая. — Да и, вроде, ты ей ограничиваться не стала, другие приключенческие истории тоже тобой читаются стремительно.       — Дэринг Ду — это совершенно другое… — мечтательно произнесла девушка, поболтав ногами, намеренно проигнорировав высказывание подружки о ее новой страсти.       — Уверена? — с усмешкой спросила фиалковоглазая, хотя вопрос был в целом риторическим.       — Абсо… Ауч!!! — шипя, вскрикнула Рэйнбоу, когда поняла, что у нее жутко болит правое полушарие головы.       Зажмурившаяся девочка открыла глаза, в которых все расплывалось, пестрели темные точки и рябили цветные пятна. Она распласталась в нелепой позе, а вокруг неё столпилось множество людей. Постепенно, радужноволосая таки стала приходить в себя, и, стараясь сфокусировать зрение, пыталась оценить ситуацию. Голова будто стала неимоверно тяжелой, все кости ослабели, невероятно хотелось опустить веки и так не до конца раскрытых глаз, и погрузится в сон. Но Дэш знала, что нужно делать в таких случаях — не сдаваться и пытаться пересилить себя. Отдаленно старшеклассница слышала сквозь некий «ультразвук» в ушах голоса одноклассников, что-то вроде: «Дэши, ты как?» или «Эй, очнись!». Глубоко вздохнув и вновь зажмурившись, Рэйнбоу инстинктивно зарылась рукой в волосы и ощутила что-то липкое, жидкое, и даже в какой-то степени противное. «Кровь», — мелькнуло у той в голове, и она не ошиблась. Снова приоткрыв глаза, девушка посмотрела на руку с красной жидкостью на пальцах.       — Мать моя Селестия, сахарок, ты как?! — раздался взволнованный голос Эпллджек.       — Дорогуша, ты в порядке?! — прозвучал не менее беспокойный мелодичный голос, явно принадлежащий Рэрити. Потом послышались еще встревоженные реплики не только ее подруг, но и остальных одноклассников, собравшихся вокруг.       — Нормально… вроде бы, — с некоторым сомнением ответила радужноволосая хриплым, несвойственным даже ей голосом. Будто это говорил кто-то чужой, но не Рэйнбоу Дэш. Девушка потерла друг об друга пальцы, на которых была кровь.       — Дэши, тебе нужно в медпункт… — проронила Флаттершай и, вытащив влажные салфетки из рюкзака и вытянув оттуда парочку, отдала малиновоглазой, чтобы та вытерла руки, а сама теми же салфетками стала заботливо легонько прикасаться к голове подруги, к тому месту, откуда было кровотечение. Когда радужноволосая поняла, что она вроде бы может нормально думать, то осмотрелась — вокруг нее было столпотворение, сама она лежала на асфальте, при этом одна нога была закинута на скамейку, на которой она сидела до неизвестного ей происшествия. Отметив это, девушка старалась аккуратно спустить ногу и принять более или менее удобное положение. Вроде получилось, правда вот набитые синяки и царапины безбожно заныли. Сама она немного приподнялась. «Черт возьми, что произошло вообще…», — подумала Дэш и заметила поодаль себя футбольный мячик. Так, кажется, она догадалась. Но стоило бы убедиться.       — Извини, пожалуйста. Я попал тебе мячом в голову, а ты ударилась об угол скамьи. Ты как себя чувствуешь? — послышался рядом с ней мужской знакомый голос. Узнав его, разум Рэйнбоу, ни с того ни с сего, затуманила некая ярость. Однако та, попытавшись взять себя в руки, просто ухмыльнулась и сказала все тем же чужеродным сиплым голосом:       — А ты у нас косячный, оказывается, или специально в меня целился…       — …Ты о чем?       — Да еще и тормоз… —  процедила школьница, попытавшись встать, сначала сев на корточки, а дальше, уже не без помощи подруг, поднялась. Остальные одноклассники, которые сидели поодаль нее, тоже встали.       — Это была случайность! И я вообще-то помочь хочу, так что прекращай хамить, — возмущенно сказал Соарин, глядя на девушку, отряхивающую запятнанную футболку. Та одновременно осознавала, что сейчас ведет себя грубо, но и понимала, что теперь ее будет не остановить. Наверное, тот факт, что она продула ему в забеге, все же на подсознательном уровне достаточно сильно ее задел.       — А что мне еще делать? Заметь, не ты только что валялся почти под скамейкой и не у тебя сейчас кровища в волосах!       — Отлично! Я свою вину принимаю, потому и извинился, но ты ведешь себя как минимум дерзко!       — Круто! Ты мне сейчас открытым текстом, даже не намекая, говоришь, что я — дерзкая!.. Ну отлично, что уж тут, сначала сбиваешь со скамейки, словно в тире, а еще хочешь, чтобы тебе перестали~ — договорить раздраконенной Дэш не позволил свист, раздавшийся почти над ухом.       — ОТСТАВИТЬ ГУЛ! — командующим тоном заявил Балк Бицепс. — Соарин, ведешь Дэш в медпункт!       — Прошу прощения, мистер Бицепс, но я вполне в силах дойти до туда сама! Не нуждаюсь в бесполезном сопровождающем! — ощетинилась Рэйнбоу и, демонстративно развернувшись, потопала в сторону школы. Брюнету, несмотря на то, что от его сопровождения отказались, повторять дважды не пришлось — парень, схватив гневный взгляд преподавателя, порысил за радужноволосой. Подруги тоже хотели пойти за спортсменкой, но их физрук быстро затушил этот вольный порыв.       Девушка, в свою очередь, уже шла по коридору школы, когда за спиной послышался даже несколько задумчивый баритон:       — Дэш, значит… Сомневаюсь, что это имя…       — Я вроде говорила, что обойдусь без бесполезного сопровождающего — если ты настолько тугодум, то скажу тебе прямо — речь шла о тебе, — раздраженно отрапортовала радужноволосая, развернувшись на пятках к гонщику.       — Пф, ну, а мало ли, вдруг ты сейчас где-нибудь грохнешься на ровном месте, со своей-то поврежденной головушкой, и тебе понадобится какой-нибудь отважный герой, чтобы тебя спасти, — притормозив, с неким сарказмом ответил на подобное заявление Соарин.       — Герой? Где? — поинтересовалась девушка.       — Смешно, смешно…       — Герои не сбивают мячиком благородных дам, — ехидно усмехнулась спортсменка, глядя на парня.       — Где благородные и где дамы? — в той же манере, не менее язвительно ответил мотоциклист, разглядывая девушку, стоящую напротив. А все-таки она была бессовестно привлекательна. Впрочем, ровно настолько же, насколько горда, упряма и непосредственна…       Ну, еще бы. Прямые волосы всех цветов радуги хоть и казались на первый взгляд непослушными, было даже с его места видно, что на деле они шелковистые, блестящие и густые. Малиновые глаза, с неизменным огоньком, задоринкой… и куражом. А телосложение вообще было просто превосходно — небольшие плечики, подтянутая фигура, подкаченные ноги, а пока та была в коротеньких спортивных велосипедках, еще и виднелись коленки…       — Глаза из орбит не вылетят? Прекращай глазеть! — такая потрясающая снаружи, и такая… такая внутри. Возможно, было неправильно так сразу, за каких-то полчаса судить о человеке, ведь парень действительно вообще ничего не знал о своей новой однокласснице, но все равно начал делать для себя гнусные выводы о ней. Однако, посмотрев на миловидное лицо девушки, он, на собственное удивление, заметил розоватый румянец на щеках строптивой Рэйнбоу Дэш, который выглядел на той противоречиво, но безумно ей подходил. И как-то поневоле сам начал отчаянно краснеть, что радужноволосая даже отвела взгляд. — Ладно, проехали… Однако, могу поспорить, что ты даже не знаешь, где находится медпункт.       — На что спорить? — неожиданно для девушки с насмешкой спросил темноволосый.       — …Это просто фраза такая, не в прямом же смысле, — растерявшись, бормотала малиновоглазая, недоуменно глядя на Соарина.       — Не отвечаешь за свои слова-а?.. — у него просто потрясающе получалось ее провоцировать.       — Еще чего! Но… это просто глупо! Во-первых, на что это ты вдруг собрался спорить, а во-вторых  — это вообще не честно. Ты-то, раз берешься за спор, уверен в своей победе, а я — нет!       — Тогда не кидай слова на ветер! Спорим на желание, и я отвожу тебя в медпункт, а ты в это время закроешь глаза.       — Закрою глаза? Я не буду закрывать глаза перед тем, кому не доверяю.       — А ты доверься, — незамысловато ответил парень, отчего Рэйнбоу снова вспыхнула. Он вообще за собой замечает, что на деле говорит какие-то смущающие вещи?       — Ну, тогда на счет приза. Желание — знаю я, что у вас, кобелей, за желания!..       — Ты совершенно не аккуратна с собственным языком. Я вовсе не кобель, а достаточно приличный парень. Думаешь, какой-нибудь лодырь стал бы гонщиком мирового уровня и попал бы к Вондеролтам? Это раз. Два — желание, собственно, в пределах разумного.       — Я это делаю лишь потому, что не хочу оказаться той, кто «кидает слова на ветер», — недовольно цокнув языком, пояснила Рэйнбоу Дэш, закрыв глаза и протянув правую руку вперед. Парень же бережно обвил длинными пальцами ее запястье и повел одноклассницу. Радужноволосая не знала, почему у нее возникло такое чувство… чувство безопасности, но заморачиваться на этом она не стала.        Ребята прошли на второй этаж и по коридору, после чего остановились. Услышав негромкое: «Прибыли…», девушка открыла глаза и увидела то, что, впрочем, и ожидала увидеть — бледно-зеленая дверь с табличкой «Медпункт» и графиком работы.       — Так какое желание? — решив перейти сразу к делу,  спросила Рэйнбоу, посмотрев на зеленоглазого парня.       — Имя.       — Имя? — обескураженно переспросила девушка. От нее так и веяло скептицизмом и ванилью. Странное сочетание.       — Имя, — повторил Соарин, с абсолютной уверенностью глядя на озадаченную таким поворотом событий одноклассницу. — Я знаю только вторую его часть — знаю, что Дэш.       — Чува-а-ак, узнать мое имя ты можешь у кого угодно в этой школе, ибо меня здесь знают абсолютно все! Ты правда решаешь потратить желание от меня, пусть и в столь сомнительном споре, на то, чтобы узнать первую часть имени? —  поинтересовалась радужноволосая, а ее припухшие губы застыли в недоуменной усмешке.       — Хах, даже так. В любом случае, я и трачу свое желание на это, чтобы услышать полное имя именно от тебя, — авторитетно ответил на подобное заявление Рин.       — Хм… Руби. Руби Дэш, — хмыкнув, девушка решила схитрить, дабы хоть небольшим развлечением скрасить свой сегодняшний проигрыш. Вот уж что-что, а она просто обожает делать три вещи — побеждать, косить под дуру, и упиваться чужими эмоциями.       — Руби, значит… — протянул Рин, словно пробуя это имя на вкус. Кажется, он ожидал чего-нибудь другого. А радужноволосую просто забавляла эта ситуация.