Наглые

      — Твою за ногу, да где же они?! —  вслух размышляла Дэш, копаясь в рюкзаке, который теперь уже был серым, черным, коричневым, но никак не бело-голубым. «Точно же, пенал! — вспомнила радужноволосая и снова открыла отдел, в котором лежал вытянутый синий пенал округлых форм с ручками, карандашами и ластиками внутри. — Когда профессор Луна мне их дала, я сунула в пенал…». Девушка нашла свою кладезь канцелярии и расстегнула молнию, после чего увидела между карандашами небольшую связку ключей, которых в ней было всего два. — Отлично, наконец-то!       Рэйнбоу быстро встала с корточек и выбежала из кабинета со своей находкой, как вдруг увидела, что по коридору скорым шагом идут двое пожарных. Встрепенувшаяся малиновоглазая сразу же зашла назад и прижалась к стене за шкафом. Сердце девчонки бешено заколотилось от испуга и неожиданности. Если ее сейчас «спалят», извините за дурацкий каламбур, то тогда вряд ли удастся помочь Свит. Радужноволосая глубоко вздохнула, что сделала зря, так как вместо свеженького воздуха ей и так слишком долго приходилось дышать дымом. Дэш уже пробивало на кашель, однако она всячески себя останавливала. Еще и ее бедная голова, на которую итак вечно приходятся различные удары судьбы, мячей и лавок, начала кружиться. Школьница снова поднесла влажную тряпку к лицу. Толком не помогало.       Вдруг, кто-то вошел в кабинет — это были те два пожарника. Вот уж тут девушке стало совсем наплевать на воздух, и опьяненный смрадом разум внезапно протрезвел.       — Хм, странно, кто-то здесь уже, походу, поработал, — произнес один из них — высокий и худощавый, но жилистый мужик с вытянутым носом.       — Хотя это, вроде как, наша область… Ладно, давай дотушим и пойдем дальше, — ответил «дылде», как мысленно назвала его Рэйнбоу (после чего, собственно, также мысленно и раскаялась — спасатели ведь, как никак, пожарные), низкий, слегка полноватый чернокожий мужчина. «Вот черт! Пора давать деру!», — сведя брови к переносице, подумала радужноволосая и, пока пожарные стояли спиной к шкафу, рядом с которым она стояла, быстро метнулась к двери, а потом и вовсе выскочила из кабинета.       — А? Хэй, Робби, ты слышал это? — спросил плотный мужчина у своего друга-коллеги, оглядываясь назад на дверь, через которую только что выбежала спортсменка.       — Ты о чем? — поинтересовался некий Робби, проследив за взглядом товарища. — Я ничего не слышал.       — Ну, наверное, показалось. Пора увольняться, дым точно не действует мне на пользу, — проговорил полный мужик, продолжив тушить огонь, который не успела устранить Дэш.       — Пхахах, Джаилс, ты говоришь мне это на протяжении пяти лет, — рассмеялся худощавый спасатель.       Старшеклассница, в свою очередь, зря времени не теряла и уже бежала по лестнице на первый этаж. Правда вот, спустившись вниз, Дэши сразу же увидела вокруг себя только огонь, плюс — целый отряд пожарников, которые тушили разбушевавшееся пламя, и им стоило лишь обернуться, как нашу авантюристку бы мгновенно засекли. Однако, девушку это толком не останавливало, и она, стараясь оставаться незамеченной, скорым шагом двинулась к кладовке уборщика, в которой, по идее, должна была быть Свити Белль.       Но, как только десятиклассница оказалась в том крыле здания, в котором как раз и была подсобка, она поняла, что находится в тупике, поскольку вокруг ничего другого, казалось, кроме пламени-то и не было. Да и пожарных тоже нет. Девушка снова приложила майку к носу, после чего огляделась, и сразу же заметила туалет. Открыла кран, однако вода не полилась. Ну, конечно, если бы была вода, то уж огня-то точно уже не было бы… Малиновоглазая только и прошипела себе под нос: «Черт! И что теперь?!». Но школьница вовремя вспомнила про то, что здесь, в восточном крыле школы, на первом этаже, как раз кабинет директора, в котором точно должен быть огнетушитель, после чего сразу же побежала по коридору к новому месту назначения. Когда она оказалась рядом с кабинетом и открыла дверь (кстати, здесь огонь был потушен — похоже, чтобы сохранить документы, тут постарались в первую очередь), глаза девушки сразу забегали по весьма знакомому помещению.       Стоит ли говорить, что была она здесь не раз? Весь кабинет оформлен в довольно нежных тонах: бледно-розовые обои под покраску, ламинат цвета слоновой кости, секция из ясеня во всю стену, на полках которой была куча всяческих папок, книг и прочей дребедени. На полу лежал прожженный ковер, имитирующий окрас зебры, посередине комнаты стоит стол с кожаным креслом, а напротив белый опаленный диван. И теперь, после пожара, здесь было все настолько ужасно, что таким потрепанным интерьером можно было с легкостью запугивать Рэрити в ее ночных кошмарах. Однако, сейчас здесь было пусто — из людей никого не было. Рэйнбоу стала искать огнетушитель и поняла, что на виду его нигде нет, после чего стала заглядывать за углы и смотреть в шкафах секции, и, о, удача! Малиновоглазая увидела огнегаситель в горизонтальном положении на самой нижней полке одного из шкафов, после чего схватила его и выскочила из кабинета. Когда она прибежала обратно, то стала по уже старой отработанной схеме тушить пламя, расчистив себе путь к двери в кладовку, за которой, по идее, как раз и должна была быть Белль. Старшеклассница начала дергать за ручку и ее предположения оправдались — дверь реально была заперта. Ну, как заперта, ее просто заклинило — она была уже третий день в непригодном состоянии, и, насколько знала радужноволосая, в пятницу ее должны были бы уже заменить. Поэтому все время нужны были ключи, которые обычно давали дежурным по уборке — вчера наступила очередь Дэш и ее группы людей, разделяющих эту участь, посему Луна дала ей ключики от кладовки, чтобы они могли взять швабры, ведра, и прочие бытовые штукенции. Девушка достала из кармана джинс заветные ключи, после чего сунула нужный в замочную скважину и повернула дважды. Когда она открыла дверь, то увидела дрожащую Свити Белль, которая знатно потрепалась и сейчас, казалось, была в отключке, однако иногда покашливала. Рядом валялся сиреневый смартфон, который надрывался от звонков какое-то время. Рэйнбоу подставила под дверь огнетушитель, чтобы она не захлопнулась. После чего молниеносно метнулась к Свит.       — Свити, Свити! Очнись, мелочь!!! — теребила Рэйнбоу Дэш зеленоглазую девчушку. — Ну, Свит, ну проснись, пожалуйста!       Попытка не дала особого результата, поэтому радужноволосая стала несильно бить Белль по щекам.       — Ох, да ну! Я тебя не донесу! — стала возмущаться перед полуживой Свити Белль радужноволосая. «Ладно, она вроде не тяжелая — скорее всего, будет даже полегче Скуталу…», — подумала девушка и постаралась приподнять девочку с пастельными волосами. — Не, не выйдет.       Оглядевшись, старшеклассница наткнулась взглядом на пластмассовую бутылку минеральной воды, которая, судя по всему, принадлежала уборщику — обычно работники, у которых профессия связана со шваброй, оставляют свои личные вещи в кладовке с остальными предметами инвентаря. «Думаю, он уже будет не против… Прости, принцесса, — спортсменка схватила бутылку, которая стояла на полке, открыла крышку и стала выливать содержимое на бледное личико зеленоглазой, во время чего та сначала зажмурилась, потом откашлялась, а после, на счастье Рэйнбоу, открыла глаза. — Отлично».       — Что… что происходит? — растерянно спрашивала охрипшая Белль, окончательно очнувшись, после чего стала непрерывно кашлять. Бедная девочка была с ожогами на руках, на коже оставались рубцы, а сама она была вся мокрая из-за только что вылитой на нее воды. Ну, ладно, Рэрити быстро приведет кожу, да и в целом всю внешность младшей сестренки в порядок, а сейчас стоило выбираться из этой пылающей школы. Главное, что Свити была жива. — Рэйнбоу?       — Рэйнбоу, Рэйнбоу. Давай сначала сдрапаем отсюда, а потом поболтаем, хорошо? — отмахнувшись, бегло произнесла малиновоглазая, после чего Свит, не без помощи лучшей подруги своей сестры, поднялась на ноги — девочка, похоже, повредила коленный сустав. Дэши, заметив это, сразу же закинула ее руку себе за шею, при этом поддерживая девчушку, после чего дала ей один из лоскутов мокрой материи.       — Прикрой нос и рот, чтобы не дышать этой дрянью.       Девочка покорно следовала указаниям Рэйнбоу Дэш, после чего они вместе двинулись в вестибюль, дабы выйти через главный вход — пусть там все было перекрыто, однако, как-никак, выйти — это не войти, в нашем случае это было сделать гораздо легче. Свити Белль шла на одной ноге, что, благодаря радужноволосой, в целом оказалось просто. И вот, когда они уже вошли в холл, их заметил пожарный отряд.       — Девочки! Похоже, это дети, которых как раз ищет отряд Джоша, — выдал один из пожарных, после чего двое мужчин подбежали к девчонкам — один из них взял Свити Белль на руки, как только заметил, что она хромает.       — Как вы? Нет серьезных повреждений? — спросил второй.       — Более менее, — ответила на это Дэши, покачав радужной головой.       — Благодаря Рэйнбоу, все отлично — она меня спасла, — негромко произнесла Свит, мягко и признательно улыбнувшись радужноволосой, на что она сразу залилась румянцем и неловко усмехнулась.       — Хорошо, давайте тогда мы вас отведем в безопасную зону, — проговорил пожарный, и они все двинулись к выходу, где на довольно приличном расстоянии от учебного учреждения стояли друзья Рэйнбоу и Свити вместе с классными руководителями, директором школы и ее заместителем, а помимо того их поджидали и множество других учеников школы. Радужноволосая заметила, что сюда прибыли люди с телевидения. Вот уж чего не хватало, чтобы девушка в одном лифчике попала в прямой эфир. Поэтому она сразу же, как увидела своих лучших подруг, метнулась к ним, а за ней подошёл и пожарный со Свити Белль. Вообще, только когда школьница приблизилась к девчонкам, ей все же пришлось заметить, как все бурно ее обсуждают.       — Рэйнбоу, Свити! — как-то в унисон называли имена этих двух их подруги, после чего сразу же стали обнимать «бродящих».       — Я не думала, что в обнимашках можно умереть, но теперь сомневаюсь… — пролепетала задыхающаяся в объятиях друзей Рэйнбоу Дэш, на что все искренне рассмеялись.       — Ну, задохнуться в обнимашках куда лучше, чем в пожаре, — выявила Свити Белль, и всех подруг с их сестрами накатила новая волна смеха.       — Как же я рада, что с вами все хорошо! — негромко произнесла Флаттершай, у которой глаза аж блестели от нахлынувших чувств.       — Мы так волновались! — заявила Пинкамина, которая единственная продолжала обнимать Дэши, и только когда послышался хруст ее позвоночника, радужноволосая все-таки отрывисто проговорила:       — Йа-я, я же зады-задыхаюсь… Задыхаюсь я, Пинки! Ща помру…       — Ой, оё-ёй, прости-прости, — извинялась Пай, после чего отпустила бедную школьницу, которая стала разминать спину после буквально убийственных «обнимашек».       — Свит, милая!.. — Рэрити, в свою очередь, также моментально заключила младшую сестру в персональных нежных, искренних объятиях. — Как же я сильно за тебя переживала, как я боялась, что больше не увижу тебя, дорогая!..       — Рэрити… — пробормотала Свити Белль, после чего на ее травянистые глаза нашли соленые слезы. Сейчас каждая понимала, в чем заключается счастье — пока твои близкие и любимые люди живы и, что даже более важно, здоровы, мы можем сами продолжать жить с улыбкой на лице.       Фиолетоволосая посмотрела сестре в ее сияющие глаза, после чего вытерла наступающие слезы и поцеловала в лоб. Но потом модница приподнялась и подошла к Рэйнбоу, устремив свои синие очи в ее малиновые. А после наградила ту звучной оплеухой.       — Какая же ты все-таки стерва, Рэйнбоу Дэш, — радужноволосую словно парализовало, а сама она буквально онемела. Щека безбожно горела, и кожа сразу приобретала красный оттенок на месте удара. Рубеллитовые глаза, в которых всегда искрился азарт и экстаз, сейчас выражали лишь недоумение, а в голове только крутился вопрос, как назойливая муха: «Что происходит?..».       Сейчас на них переключили свое внимание абсолютно все присутствующие, и девушка даже как-то забыла смутиться того, что она здесь стоит разве что не топлес. Ну, пусть все смотрели на эту сцену с разными целями, люди наблюдали молча. После чего фэшионистка в итоге сдалась и крепко обняла спасительницу своей сестры.       — Зачем ты всегда лезешь в самое пекло, Рэйнбоу Дэш?.. Ты хотя бы подумала о чувствах тех людей, которые тебя бескорыстно любят? Мы все извелись тут из-за тебя… Дура. Дура-дура-дура!..       — …Прости… — растерянно ответила на такое старшеклассница, которая уже успела расплакаться. Стоит ли указывать, что она до этого плакала перед народом только один раз? Да, позволяла себе дать волю чувствам максимум перед своими подругами, но чтобы так, при всех… Выглядело противоречиво. Окружающим происходящее казалось как минимум странным. Однако, это никого сейчас, в столь сильный момент, уже толком не волновало.       Спортсменка тоже обняла свою синеглазую подругу.       — Прощаю… — успокоившись после еще одного всхлипа, сказала фиолетоволосая, немного отстранившись, снова вытирая слезы и размазывая уже итак давным-давно расплывшуюся угольно-черную тушь. — Спасибо, что спасла Свити.       — Я просто была единственной, кто мог бы это сделать, — проговорила Дэш, после чего девушки разомкнули объятия.       — Дэши! — на радужноволосую снова кто-то накинулся с объятиями, и на этот раз это была никто иная, как Скуталу, которая до возвращения сестрицы сидела на бордюре вместе с Рэр. — Господи, ты жива!.. Я так счастлива!       — Мелкая, я не могла умереть, — важно сообщила Рэйнбоу, после чего продолжила шепотом лилововолосой на ухо: — Пс-с, я же еще даже не успела познакомиться с этим твоим Рамблом, ему еще предстоит выслушать мою на все сто процентов крутую, и очень красноречивую тираду! Рано мне помирать.       — А теперь напомни, за что я тебя люблю… — улыбаясь, саркастично продолжила Скут.       — За то, что я самая охурменная сестра на свете… недолюбливать меня можно только за то, что я слишком много знаю! — последнюю фразу девушка произнесла очень тихо, после чего сестры тоже прекратили период объятий.       — Рэйнбоу, мы все правда очень беспокоились, поэтому сейчас очень сильно счастливы и горды за тебя, однако, проясни одно дельце… — начала Эпплджек, причем как-то угрожающе… что действительно насторожило радужноволосую. — Какого сена ты ваще туда сунулась?! Почему бы не предоставить дело профессионалам?! У тебя ваще есть чувство самосохранения?! Ты больная, ты знала?! Я здесь просто нереально как изнервничалась, испсиховалась и испереживалась!!! Проблемная бестия! Черт бы тебя побрал!.. Да ты сама как чертовка, черт возьми!       — А вот это вот было сильно… — прокомментировала всплеск эмоций блондинистой подруги Рэйни. — …Дело в том, что дверь кладовки, в которой сидела Свит, неисправна, и ее можно было открыть только снаружи и лишь ключом, который дают дежурным, а эти три дня дежурными была группа, в которой состою я, а поскольку из нее первой заметили меня, то и ключи дали мне, а я их положила в пенал, и, знаешь, пожарные бы вряд ли вычислили мой пенал, ибо он один из тысячи, а к этому моменту Беллька бы уже там кхе-кхе и все, поздняк метаться, поэтому я решила, что если не я, то никто, и пошла в это огневище, помяни моё слово Пинкамина, которая его придумала, между прочем было пипец как ссыкотно и страшно, если уж грубо говоря!.. Тьфу, Пинки, общение с тобой вообще плохо влияет на мою речь. Теперь я тараторю и похлеще твоего.       — Эу, супергерл, ты конечно хиро года, но я тут как бы не при делах! — забавно ответила малинововолосая, после чего девчонки снова засмеялись.       — Пхахаха, Кейденс моя мать, Пинки, твой жаргон просто, пхахах… — пыталась сквозь смех, свой и подруг, донести мысль друзьям Сансет, но запнулась и продолжила хохотать.       — Чу-у-ума, йо, — продолжила за Сансет Пай, при этом вновь всех развлекая, и за этим опять последовал звонкий смех подруг.       — Моя Пинкусичка, конечно, офигенная, но никто просто не слышал наш совместный репчик! — вдруг заявил возникший из ниоткуда Чиз.       — Нет-нет-нет-нет, сырчик, ты че, их психика этого не выдержит, они еще не готовы! — выдавила из себя голубоглазая, после чего стала, откровенно говоря, ржать.       — Пинки, да это же будет новый хит! Вот прямо отвечаю! — влез во все это сумасшествие Флэш Сентри. Девушки, в свою очередь, просто с жалостью смотрели на это «трио психов», рассчитывая на то, что однажды они перебесятся. — Я открываю холодильник — там есть колбаса…       — Йо, я открываю хлебницу — беру два куска… — подхватил Сэндвич, а Пинкамина, в свою очередь, просто продолжала хохотать.       — Бутер, бутер, бутер готов, детка, — продолжил Сентри, после чего присоединился Чиз, и парни прочли вместе в унисон: — Ем аккуратно, над столом и над тарелкой…       — Боже, вы идиоты… — вставила Шиммер, приложив ладошку ко лбу, пока Пинки пыталась отдышаться от своего оглушительного смеха.       — У нас уже есть продолжение! — заявил шатен, на что ребята только скептически взглянули на него.       — Спасибо, не надо, — пробубнила ЭйДжей, потерев переносицу. — Я бы предпочла сгореть, чем выслушивать эту наркоманию.       — Ребята, правда, что вы курите? — шутливо задала вопрос Сансет Шиммер.       — Гелий шариков слишком сильно действует на психику… — с серьезной наигранностью проговорила Твайлайт, положив руки на пояс.       — Не-не-не-не-не, ты че, я с гелием завязал… — также шутя, ответил ей на подобное заявление Сэндвич.       — Ребя-я-ят, хоть немного серьезности, тут школа горит так-то, — все же включив свой неизменный «режим зануды», произнесла Спаркл, после чего к ней подошел Флэш и приобнял за плечи.       — Твайлайт, они будут паясничать где угодно. В том же самом раю, я думаю, ничего бы не изменилось, — вымолвила Флаттершай, на что подруги снова захихикали.       — Не уверена, что они бы попали в рай после исполнения такого «хита», — улыбаясь, сказала Эпплджек, поправив свою шляпу.       — Ну да, их уже ждет Аидушка с распростертыми объятьями — для них в аду он подготовил отдельный котелок, — вставила свои пять копеек Рэйнбоу, на что ребята только продолжили смеяться.       — Да ладно тебе, Дэши, — усмехаясь, выявил Сентри, после чего положил вторую руку радужноволосой на плечико, из-за чего девушка раскраснелась и инстинктивно дала синеволосому парню кулаком прямо в бок, на что он скорчился и выдавил приглушенный вопль: — За что-о-о…       — Руки не распускать!!! — громко заявила Рэйнбоу. — Извращенец!       — Да какой нафиг извращенец, мы с сада друг друга знаем, я тебе сто раз руку на плечо по-дружески клал! — буркнул голубоглазый, держась за бок, в который ударила подруга. — Всегда нормально переносила, а теперь вдруг кулаки в дело вмешала…       — Ну ты и сравнил — всегда и сейчас! Во-первых, одного аргумента, что я — девушка, и ты тут своими ручищами ко мне полез при своей пассии, может хватить! Так ты уже вообще охурмел, Флэш Сентри, хрен знает куда ты еще кроме плеча к подругам лазаешь! Но во-вторых, сейчас вовсе не как «всегда», так как мы стоим под воспламененной школой! Ну, а в-третьих, вообще самое главное, так как все мои прелести сейчас кроме лифчика ничего не прикрывает, а ты тут меня еще при своей девушке залапал в таком виде! Бесстыжее существо… — выпалила Дэш, красная, как рак, и от возмущения, и от того же самого смущения, при этом как-то сжавшись и стараясь прикрыть оголенные части тела руками.       — Да не думал я ни о чем таком!..       — Флэ-э-эш… — не предвещая ничего хорошего, устрашающе протянула Твайлайт, после чего синеволосый только взглотнул и повернулся к своей девушке. Спаркл подставила два пальца сначала к своим фиалковым глазам, а потом указала ими на парня, мол, «я слежу за тобой, голубчик».       Но вдруг сзади подошел тот самый полицейский, через тушу которого ранее пыталась пройти Рэйнбоу в школу, и сказал:       — Так ты, значит, Рэйнбоу Дэш… Подойди в ближайшие пять минут к вон той большой полицейской машине, будешь давать показания. А еще тебя, местная героиня, хотят в сюжет к новостям впихнуть, так что поторопись.       — Хе-хе, мистер Дэск… Упс, — единственное, что выдала девушка, после чего громоздкий мужик сначала заговорил с коллегой по рации, который призывал подойти темнокожего к его машине, после чего ушел. — Черт, ребят, прикройте меня, а я пока сольюсь.       — Рэйнбоу, ты просто дашь показания — ничего сверхъестественного, — утверждала Рэрити, приобняв подругу.       — Ага, ничего сверхъестественного! Они меня по ТВ показать хотят! А я как-то не так представляла свой дебют на телевидении… — сразу же ответила малиновоглазая, почесав затылок. — К тому же, я сейчас не в состоянии говорить на камеру — мало ли какой шок я перенесла!       — Дэши… — в унисон выдохнули ребята, снисходительно поглядывая на радужноволосую девчонку.       — В общем, меня здесь не было, у мистера Ди-Ди галлюцинации, вы не видели никакой привлекательной радужноволосой девчонки с потрясной внешностью и офигенной фигурой… — беззастенчиво говорила малиновоглазая, конкретно отвлекаясь от темы. Она уже произнесла такие «скромные» восхваления себя, в которые сама не верила.       — Кхе-кхе, — закатывая глаза, намеренно откашлялась Эпплджек.       — Ты не простудилась, ЭйДжей? — поняв тонкий намек подруги, парировала Рэйнбоу, «закосив под дурочку». — Так, о чем это я… а, да, итак, вы не знаете никакой Рэйнбоу Дэш.       — Ты преувеличиваешь… — проговорила Твайлайт Спаркл, глядя на радужноволосую.       — Пока-пока, — обделив фразу фиолетовоглазой подруги вниманием, попрощалась Дэш и скорым шагом пошла в противоположную сторону от друзей. Останавливать девушку никто не собирался, так как все понимали, что идти в данное полицейским место назначения радужноволосой совершенно не хотелось, хотя бы потому, что Дэш тяжело говорить на камеру — это был ее собственный страх, в последствиях которого девчонка решила, что когда-нибудь она его преодолеет и сможет спокойно показаться на ТВ. И, похоже это «когда-нибудь» — не сегодня. И не в ближайшие несколько лет.       Забавно, ведь самой-то съемки на камеру она не боялась — уже не раз и танцевала, и пела, и играла в спортивные игры, и каталась на мотоцикле — и все на камеру, однако, когда дело доходило до того, чтобы ей приходилось просто говорить свои даже по сценарию написанные слова — всегда лихорадочно тряслась от страха. Да, были моменты, когда ее речь записывали на камеру, но тогда она не знала, что идет съемка, поэтому могла нормально говорить, не пережевывая слова. Сейчас же школьница прекрасно понимала, что объектив будет прямо перед ее лицом. А все из-за чего? Из-за травмы детства, когда ее провальную речь со школьного выступления засняли и выложили на официальном сайте школы. Чтоб он был неладен.       И сейчас она просто решила сбежать. Вот, Рэйнбоу почти пересекла территорию школы, как вдруг сзади ее отзывает знакомый задорный мужской голос:       — Пс-с, Рэйнбоу Дэш, — распознав говорящего, девушка остановилась и неспешно развернулась, как вдруг поняла, что ей в руки летит сине-желтая куртка. После чего, благодаря своим отличным рефлексам, школьница ее словила и недоуменно посмотрела на прилетевший предмет одежды, а потом подняла глаза и увидела привлекательного зеленоглазого парня с иссине-черными волосами, торс которого, ну это так, между прочем, был оголен и можно было рассмотреть прекрасное телосложение. «Сплошная головная боль…», — мысленно сокрушалась та. — Не думаю, что люди правильно поймут, если ты будешь разгуливать в лифчике по городу.       — Хах, Соарин… — пробормотала малиновоглазая, снова посмотрев на куртку — между прочем, это была фирменная куртка Вондерболтов, которую девушка всегда мечтала носить. — Зато у людей такая возможность, а ты отнять её у них собрался.       — Небось заметила, как жадно на тебя парни пялятся, — усмехнувшись, проговорил гонщик, отжав от воды свою мокрую черную футболку с фоткой солиста группы, о которой Рэйни ничего не знала. На его слова щеки девушки снова вспыхнули ярким красным румянцем.       — А ты думаешь, мне есть дело до этих похотливых сперматоксикозных животных? Поверь, я не до того испорчена, чтобы оголять свое тело и выставлять его на показ каждому встречному-поперечному, — тоже с усмешкой выдала радужноволосая, надевая куртку. — Однако, думаешь, что если ты выйдешь в таком виде в люди, то народ это воспримет правильно? Подумай о своей репутации, чувачок-благодетель.       — Как мило, что ты беспокоишься за мою репутацию, однако, по случаю, я могу надеть футболку, пусть и мокрую. Кстати, тебе говорили, что ты влиятельная? Каких-то два слова заставили раздеть около половины учеников школы, — насмешливо выявил для девушки Рин, даже с неким упоением глядя на то, как она надевает куртку, которая была ей слишком велика.       — Не буду скрывать, что говорили. Тем не менее, ты жесток, раз собираешься лишить своих фанаток, которые итак постоянно раздевают тебя глазами, такого удовольствия, — саркастично ответила Рэйнбоу, застегивая куртку на молнию, после чего стала закатывать длинные рукава, которые даже прикрывали ей ладони. — И, это… за куртку спасибо.       Рину это зрелище нравилось. Она была невероятно милой и казалась очень маленькой, утопая в его куртке.       — Не за что. Человечество, будем надеяться, не пострадает, если народ не сможет пожирать тебя глазами. Кстати, ты же вроде должна показания давать, а сама драпаешь. Нтцы-тцы-тцы, не хорошо, — процыкав языком, произнес парень, закинув футболку на плечо.       — Подслушивать тоже не хорошо. Как ты вообще узнал, что сейчас я должна идти давать показания? — парировала радужноволосая, поправляя кофту, которая почти прикрывала даже ее шорты. — Думаю, некоторым людям будет и без ушей хорошо.       — Спешу тебя огорчить, что до твоих разговорчиков с подружками мне дела как-то не было, — ответил на такое заявление синеволосый, после чего наблюдал за тем, как выражение лица девушки сменяется на недоверчивое. Да, у этой девчонки любое выражение лица имело особый шарм, как бы сказала Рэрити. Если упускать разглагольствования о том, что её внешность в целом имела «особый шарм», конечно же. — Я только что сам давал показания, после чего вошел мужик-пожарник и стал глаголить о твоем офигительном героическом поступке. У тебя решили взять показания и задать тебе несколько вопросов для новостной передачи. Между прочем, когда пожарный описал твою внешность, то Дэвид сразу удивился, и сказал, что догадался, о ком он. Ну, Дэвид — это шериф, если что.       — Мистер Ди? Он шериф, значит… — пробубнила Дэш, почесав затылок.       — Ты его знаешь? Клевый чувак, очень прикольный мужик. Кстати, мне тоже сейчас идти к ним. Конечно, они предпочтут снимать для новостей звезду мотокросса, чем тех же самых учителей, — скептически закатил глаза спортсмен. Неизвестно почему, но девушке показалось, что он немного волнуется. Наверное, у нее еще после удара головой об угол скамейки на физкультуре стала шалить фантазия… она же даже стала залипать на тело этого парня, значит с мозгами точно что-то не так. Либо с гормонами… все в порядке, наверное, с гормонами.       — Хах, а тебе, наверное, только на руку сняться для телевидения с оголенным торсом. Мол, поклонниц поприбавится, — проговорила красная, как томатная паста, Рэйнбоу. Хоть речь ее сейчас была уверенной и четкой, внутри все переворачивалось от того, что девушка вечно отвлекалась.       — Признай, тебя это беспокоит, — едко парировал ее Соарин, и, заметив, что та так сильно раскраснелась, сам начал заливаться румянцем. Эта девчонка казалась такой неоднозначной. И мнение о ней складывалось тоже крайне… неоднозначное. Однако, если Рэйнбоу неловко пыталась скрыть тот факт, что залипает на зеленоглазого, то Соарин вполне себе умело разглядывал внешность Дэш, при этом оставаясь незамеченным. Вот они, годы тренировок.       — Могу признать лишь то, что ты меня уже бесишь, Соарин, — усмехнувшись, выдала радужноволосая, с легким прищуром посмотрев в лицо Рину.       — Даже не допускай мысли, что твои чувства не взаимны, — намекнул юноша, сложив руки на груди. И она правильно поняла намек. — Так ты идешь, проблемная?       — Ну уж нет, я туда не сунусь… — немного встревоженно пробормотала Рэйнбоу, попятившись назад. — Стоп… проблемная?..       — Ну да. Заметь, ты же невероятно проблематичная девчонка, — выдал гонщик, почесав темно-синюю макушку. — Тебе прекрасно идет такое прозвище — «проблемная».       — А если я с этим не согласна?! — подойдя к собеседнику ближе, возмущенно, и как-то даже угрожающе задала вопрос Дэш. — Тебе говорили, что ты безумно прррри-ивле-е-е-э-э… противный, вот!       — Ты точно хотела сказать что-то другое.       — Вот и нет.       — Вот и да. В любом случае — нет, не говорили, — ехидно пояснил Соарин, глядя на девушку сверху вниз. — Хм, чего же ты боишься, Рэйнбоу Дэш?..       — Ровным счетом ни-че-го, — отрывисто проговорила Дэши, демонстративно отвернувшись от своего недокумира. Почему «недокумира»? Потому что он невероятно талантливый и умный козел — вот почему. Либо в радужноволосой проснулась женская логика?..       — Если бы ты ничего не боялась, то тогда бы не бежала. Неужели трясешься при виде объектива камеры? — предположил Соарин, дав девушке легкий щелбан в лоб, на что та снова порозовела, а малиновые глаза стали с планету от удивления.       — Ай! — выдала Дэш, сразу схватившись за голову из-за щелбана. — Как ты узнал?       — Похоже, догадался! А вообще до того, как я стал Вондерболтом, я тоже сильно боялся камеры.       — Я камеры не боюсь... Я боюсь на неё говорить, — признала Дэши, отводя взор малиновых глаз в сторону, лишь бы только не столкнуться им с зелёными.       — Только говорить? Интересно. Но я спорить готов, что ты и сейчас не решишься, — провокационным тоном продолжил Рин, на что радужноволосая мгновенно встрепенулась. — Испугаешься.       — Берешь меня на «слабо»? — уточнила Рэйнбоу, скрестив руки на груди и совсем немного прогнувшись вперед, при этом азартно глядя в лаймовые глаза симпатичному брюнету.       — А это не очевидно? — саркастично ответил вопросом на вопрос парень, тоже прогнувшись к очаровательной девушке, которая была на голову с лишним его ниже. И тут до обоих дошло: близковато как-то. Так они, оба пунцовые, и отпрянули в разные стороны. — Ну так как? Спорим? Ты туда наверняка даже не сунешься и… с тебя будет очередное желание.       — Спорим! Я пойду туда и тогда точно утру тебе нос, недалекий! — проговорила строптивая радужноволосая и только потом поняла, что натворила. Парень протянул руку для рукопожатия, и Дэш уже куда более неуверенно подала свою ладонь. «Я — идиотка, — крутилось в голове у Рэйнбоу. — Как я вообще могла согласиться?! Я боюсь говорить на камеру больше, чем огня. Буквально».       — Это ты сейчас так говоришь, а когда окажешься под объективом, сдрапаешь оттуда, как только оператор скажет «три», — утверждал юноша, сложив руки на груди. — Хотя, я в целом не понимаю — ты не побоялась пойти в школу, которая сейчас вся трепещет в огне, но ты боишься болтовни на камеру. Ты странная, Рэйнбоу Дэш.       — Я уже и не отрицаю… — отчужденно ответила девчонка на последнюю фразу, но все же взбодрилась. — Однако, я не пошла бы туда, если бы не чувствовала себя обязанной. Но сейчас я не сбегу, понял меня?       — Раз не сбежишь, то идем — дашь показания, пока я снимусь для новостей, а потом я полюбуюсь, как ты сливаешься оттуда!