Скучная жизнь моей чокнутой миллионерши

«Все на самом деле не так, правда?» - фраза, что вертится у него на языке, по-прежнему не способна прорваться наружу. - «И та бомба, что отсчитывает последние секунды в моем школьном шкафчике – неправда. Этого просто не может быть. Девять, восемь, семь… Это просто чья-то шутка. Сердце должно грохотать, как сумасшедшее, а оно наоборот замедляется с каждой этой гребанной секундой. Конченые ублюдки. Пусть лучше я услышу их траханный смех, чем разлечусь ошметками по стенам». Все, что Джон мог сейчас делать - продолжать беспомощно смотреть на связку тротиловых шашек, обмотанных скотчем, проводами и увенчанных детонатором. «Прямо подарок от Санты». В нагрудном кармане продолжает вибрировать трубка мобильника. «Кто бы ты ни был, ты выбрал подходящее время». - Рена? Три, две… Непроизвольно он закрыл глаза, до хруста сжав зубы. Ничего. Ничего! Ничего!!! Колени подогнулись, он обессиленно рухнул на пол, дрожа всем телом. - Можешь смеяться, худшее для меня уже позади, - устремив неверящий взгляд в пол, Джон продолжал прижимать трубку к уху. - Уверен? - Кто это?! - Убирайся из ее дома, иначе следующая моя посылка сработает, - приглушенный, прерывающийся треском голос заставил парня сильнее стиснуть трубку. - Кто… - Она не должна даже воздухом одним с тобой дышать, грязный паразит, - шумное дыхание из трубки заставило встать дыбом волосы на затылке у парня. – То, что ты увидишь перед тем, как начнешь собирать вещи, станет дополнительным стимулом. Короткие гудки отбоя заставили его с яростью швырнуть мобильник в стену. Страх. Бешеный, всепоглощающий страх разлился по желудку кислотой. Мягкие шаги большого парня в тяжелых ботинках заставил его шарахнуться в сторону на все еще непослушных коленях. - Ты напугал меня, - попытка подняться кончилась неудачей, что вызвало прилив истерического смеха. – Знаешь, этот день не был удачным. Подняв с пола его разбитый мобильник, Грэм небрежно закинул его в задний карман джинс и приблизился к открытому шкафчику. Присвистнув, провел кончиками пальцев по детонатору и отлепил скотч, крепивший бомбу к стенке. - Я хочу сегодня же уехать, - голос Джона сорвался в ожидании своего приговора. - Ты останешься, - подняв с пола его рюкзак, Грэм аккуратно разместил туда свой убийственный трофей и устроил за своими плечами. Протянув Джону свою ладонь, он легко поставил его на ноги. - Я сбегу. - Он не щадит ни тех, кто ее предал, ни тех, кто находится к ней слишком близко. Можешь выбрать любой вариант. Но если бросишь ее сейчас – я сам вскрою тебя и отправлю твоей мамочке суповой набор. - Зачем я вам?! – снова начав сотрясаться до дрожи, он почувствовал близость подступающих слез. - Убожество, - с отвращением словно выплюнул это слово Грэм. – У тебя с Равенной ничего общего. - Думаешь, я хочу иметь с ней что-то общее?! – сорвался на крик Джон. – Я просто хочу убраться от нее и от всех вас подальше! - Останешься, - тихо ответил он. - Что? – сморгнув упавшую на ресницы каплю пота, Джон неверяще повторил. – Останусь? - Если уйдешь, все равно сдохнешь. Рена ходит по краю… - недоговорив, Грэм резко отвернулся от него и зашагал к выходу, оставив Джона смотреть в его спину. Выпустив клокотавший в нем ужас и безнадежность, он что есть мочи заорал, оглашая криком пустые коридоры. «Во что она втравила меня, Боже?» Полчаса спустя он умостился на сидении рядом с Грэмом, втягивающим в себя сизые клубы какого-то курева. Попытавшись отнять у него самокрутку, он уперся в рассредоточенный взгляд его голубых глаз. Передав Джону желаемое, он не без злорадства наблюдал, как тот, сделав затяжку, тошнотворно закашлялся. - Надеялся на сладенькую марихуану, Джонни? – выжимая до предела педаль газа отремонтированного Хаммера, поинтересовался Грэм. – По вторникам Рена не одобряет. - Только по вторникам? – поинтересовался Джон. - Верно, малыш, - подмигнув ему, мужчина усмехнулся. - Но с некоторых пор я установил мораторий на все остальные дни. Вторник был единственным вариантом. - Ублюдок. - Даже не представляешь, насколько ты прав. - Тогда мне нужно выпить. - Твоя сестра не захочет, чтобы ты превратился в алкоголика за этот месяц. - Твои яйца у нее под каблуком, ты в курсе? – цепляясь за ручку двери на очередном повороте, прошипел Джон. - Даже не представляешь, насколько это может быть приятно, если взаимно. - Только не говори мне, что у нее под юбкой есть что-то, о чем я не знаю. - Всегда будет что-то, о чем ты не знаешь, Джонни, я прослежу за этим. - Чтоб ты сдох. - Можем поспорить на то, кто из нас быстрее сыграет в ящик. - Ты сказал месяц. Что должно произойти за этот месяц? – проигнорировав предложение, спросил Джон. - Армагеддон? Апокалипсис? Второе пришествие? У тебя есть свои варианты? - Не хочу чувствовать себя овцой на заклании. - Могу отдать тебе тротил, - коротко хохотнул Грэм, полыхнув на него полубезумным взглядом. Снова почувствовав дрожь, Джон отвернулся к окну, в то время как мужчина прибавил громкости в динамиках. Шорох гравия на подъездной площадке был последним звуком, который они оба услышали прежде, чем раздался оглушительный хлопок со стороны гаража. Замерев на мгновение, в следующую секунду Грэм уже бежал туда. Столб дыма ненадолго затормозил его движение, стоило ему отодвинуть искореженную створку ворот, как он сразу протиснулся внутрь. Сработавшие разбрызгиватели, обрушивающие на все вокруг свои потоки, скоро затопят все, что не было разрушено взрывом. Выругавшись сквозь зубы, Джон сбросил с себя морок и ринулся следом. Бетонный пол усеивали осколки битого стекла и зеркал, истошно орали сигнализации машин. Присмотревшись, он увидел, как Грэм пытается вытащить из-под обломков неповоротливое тело Рета. - Он жив?! – расшвыривая покореженные куски металла, он почувствовал, что еще немного, и он рухнет где-нибудь рядом сам. Мужчина был залит кровью и покрыт порезами. Вода, до нитки промочившая их одежду, превращала растекающуюся вокруг кровь в розовые потоки. - Не время закатывать глазки, щенок. Лучше ухвати здоровяка за ноги и тащи, что есть сил. Вдвоем они кое-как вынесли его наружу, а затем внесли в особняк. Стоило им водрузить Рета на кровать, как тот пришел в себя, вызвав необоснованную вспышку веселья у Грэма. - Беги за бинтами, Джонни, - приказал он, не прекращая хохотать. – Черт тебя дери, Мастерс. Не думал, что у тебя настолько толстая шкура. Как ты умудрился выжить? - Изобразил Капитана Америку, закрывшись снятой с кадиллака дверью, как щитом, - прохрипел, еле шевеля губами, здоровяк и, усмехнувшись, схватился за ребра. – Где заслуженная бутылка скотча, мои гребаные бинты и заботливая медсестра? - Я натяну на Джона стринги и самую короткую юбку Равенны, если он не явится сюда через минуту. - Ты жестокий сукин сын.