Шесть плодов инжира

Северус не сразу внял советам старушки. Он пытался узнать, рассчитать, поменять. Но вскоре плюнул на все и начал причинять это самое счастье себе и Поттеру соответственно. Первое, что они сделали — это не стали прятаться. На торжественное мероприятие, посвященное победе, они пришли, крепко держась за руки, и свалили всех наповал. Только непонятно было, что особенно шокировало присутствующих — нежно воркующая пара бывших врагов или улыбающийся Снейп в зеленой мантии и виднеющимися из-под нее джинсами. Первые полгода Гарри пребывал в шоке. Он не понимал, как может этот ядовитый человек быть таким нежным, предупредительным и любящим. Нет, Северус не перестал язвить и подкалывать Поттера, натуру - ее никуда не денешь, но теперь все эти слова были окрашены теплотой и необидным юмором. Все друзья и знакомые ходили вокруг них на расстоянии, но постоянно. Это - как у клетки с хищниками: близко — страшно, а уйти совсем - невозможно, потому что очень интересно. Но как ни странно, змей не шипел, а лев — тот вообще добрый. И потихоньку в дом Снейпа начали заходить друзья Гарри, знакомые Гарри, однокурсники Гарри, соратники Гарри, и в конце концов, когда Снейп улицезрел давящегося чаем и бледнеющего Лонгботтома на своей кухне, он понял, что теперь точно принят всеми. В свою очередь Северус с удовольствием проводил вечера у камина с коньяком и сигарами за неспешными беседами с Люциусом Малфоем и получал удовольствие от жизни, как и завещала старуха. Гарри, как и в той жизни, спас всех, как он считал, невиновных, и поначалу нацелился на аврорат. Но Северус подкинул ему книжку про редкие артефакты и вечерами частенько рассказывал про неведомое для него волшебство артефакторики. К концу лета Гарри чуть не плакал от раздирающих его внутренних конфликтов. Ему хотелось пойти вместе с Роном по стопам отца и крестного, и в то же время он начал грезить магическими сплетениями и новыми возможностями. Вовремя подкинутая в пачку газет брошюра факультета ритуалов и артефактов стала огромной гирей на весах решения. А что? Северус же делал свое счастье. А кому было бы приятно, когда родной супруг ежедневно рискует жизнью? Северус вспомнил и о свадьбе. В апреле он сделал предложение. В отличие от прошлого раза, все прошло с точностью до наоборот. Теперь САМ Северус выбрал ПРОСТЫЕ СЕРЕБРЯНЫЕ кольца с РУНАМИ ЛЮБВИ И ДОЛГОЛЕТИЯ на внутренней стороне, СПОКОЙНО, без лишней суеты ПРИГЛАСИЛ Гарри на УЖИН и в ШИКАРНОМ ресторане предложил соединить их жизни МАГИЧЕСКИМ НЕРАСТОРЖИМЫМ браком. Гарри тут же сказал «Да» и озарил весь зал счастливой улыбкой. Поттер стал совсем другим. Ему некогда было переживать поствоенный синдром, некогда было убиваться по погибшим, невозможно было взять всю вину на себя и выгорать по ночам, терзая себя за все грехи человечества. Рядом с Северусом его злость и горе переросли в грусть и благодарность за будущее, которое близкие ему люди подарили ценой своей жизни. У них с Северусом завелся обычай: ходить на гору памяти через несколько дней после официальных празднеств и просто молча отдавать должное ушедшим героям. Гарри вообще стал более спокойным и уверенным в себе. Он перестал смущаться, прятаться, закрываться. Его популярность не мешала ему жить, так как рядом с ним всегда был его Северус, которого обходили журналисты, уважали чиновники и боялись поклонницы. Все-таки зельевар с мировым именем — отравит и глазом не моргнет. Но вот что касалось любви - здесь Поттер стал просто одержимым. Он любил жарко, порывисто, громко. Ему всегда было мало. По сравнению с тем спокойным, мудрым, осторожным Гарри, который буквально укрощал своего любимого ядовитого супруга, этот Поттер испил яду и понял, что он не смертелен. Секс варьировался от нежного, спокойного, многочасового марафона до жаркого, страстного, короткого боя. После окончания первого курса в академии волшебства Северус повез своего супруга в путешествие по местам, которыми бы он хотел поделиться с ним. Через месяц осмотра старинных Европейских улочек и исторических зданий Северус вспомнил наказ старухи и решил отправиться туда, где хотел бы побывать сам. Очарование Марокко плавно перетекло в экзотику Перу, а потом Гаити закончил их отпуск пьяным маревом и безудержными плясками на берегу океана. И только ночами картинка повторялась, но совсем по другому сценарию. Северус вскакивал посреди ночи и хватался за Гарри, с силой притягивая его к себе. Он потом еще долго не мог уснуть, вслушиваясь в ровное дыхание, гладя упругий живот, целуя макушку и отсчитывая в голове годы, месяцы, недели, дни, часы…