misfits

ДЕНЬ ПЯТНАДЦАТЫЙ — ПРИКЛЮЧЕНИЕ

— Господи, чёрт возьми. Я застонала и с трудом открыла один глаз, прикрывая лицо рукой, чтобы немного оградить себя от яркого света, заливающего комнату. — Стеф? — произнесла я. — Ты в порядке? — Ох, всё просто замечательно, Вики. Хорошо слышимый сарказм в её голосе заставил меня сесть, игнорируя тупую боль во всём моём теле. Я потёрла глаза, отгоняя сон, и убрала от лица руку, чтобы увидеть, в чем была проблема. Стеф стояла рядом со своей кроватью, глядя на что-то. Она медленно отошла от кровати, позволяя чему бы ни беспокоило её, попасть в поле моего зрения. Мои глаза расширились от удивления, и я ещё раз потерла их, на тот случай, если это все мне только померещилось. — Это что..? — Да, Вики, это чёртов кролик на моей кровати. Она была права. На её кровати был кролик. Сидел, будто там было его место. Его уши были навострены, так как мы разговаривали достаточно громко. — Как, во имя Иисуса, кролик мог оказаться на твоей кровати? — поинтересовалась я, потирая виски. — Итак, я проснулась, ладно? И я села и бум — кроме меня на моей кровати сидит ещё и кролик! — Стеф драматично помотала головой, будто не могла этого перенести. — Ага, но как кролик оказался у тебя на кровати? — Понятия не имею, Ви. Мне раньше даже в голову не приходило, что по больнице могут бегать кролики! — она вздохнула, убирая упавшие на лицо пряди волос. Я как раз собиралась ответить, но в тот момент дверь отворилась, и к нам в комнату вошёл мужчина. Я никогда раньше его не видела, но мне он показался психотерапевтом или каким-то другим доктором. Он посмотрел на нас со Стеф обеспокоенным взглядом. — Ни одна из вас двоих случайно не видела... э-э, кролика, — он неловко почесал затылок. Никому из нас не пришлось говорить; Стеф просто немного отошла от своей кровати и позволила мужчине забрать не совсем приятную находку. Его лицо смягчилось, когда он увидел кролика, и он быстро подошёл к кровати Стеф. Он осторожно взял животное, крепко держа его в руках. Тихо нас поблагодарив, он уже было собрался уходить, но я решила заговорить. — Чей это кролик? — спросила я. — Моей пациентки, — ответил он мне с мрачной улыбкой на лице. Мне не пришлось спрашивать, какой именно пациентки, потому что девушка сама появилась в дверях. Я должна была понять, что это был её кролик, с того самого момента, как только увидела его в постели Стеф. — Ох, Снаффлс! — Кэт взял кролика из рук мужчины. — Ты больше никогда не убежишь снова, не так ли? Потом она хихикнула и посмотрела на нас, широко улыбаясь. — Пока, Стеф, пока, Вики! — попрощалась она с нами, прежде чем мужчина положил свою массивную руку на её хрупкую спину и увёл девушку к двери. Это было незадолго до того, как Стеф нашлось, что сказать по этому поводу. — А теперь давайте разберемся. Эта девушка находится в том же здании, что и я, подчиняется тем же правилам, что и я, но в то же время она может иметь домашнего кролика, а я даже не могу оставить в своих ушах обычные серьги? Я молчала, размышляя над тем, что бы сказать. Я желала знать, почему у Кэт было особое лечение. Почему она могла держать домашнее животное, а я, наряду со всеми остальными, не могла? Или, может быть, мы всё же могли иметь домашнее животное. Может быть, никто никогда об этом не спрашивал. — Ну... — начала я, но Стеф успела поднять руку вверх и перебить меня. — Я знаю, что ты собираешься сказать: «Но, Стеф, если бы тебе разрешили оставить свои серьги, то, потенциально, ты бы могла вынуть их и использовать их острую часть для того, чтобы наносить вред своему телу, пока не истечешь кровью и не умрёшь!» Я закрыла глаза, смеясь. — На самом деле нет. Это не то, что я собиралась сказать. Я лишь имела в виду, что да, ты могла бы навредить себе с помощью серёжек. Но кролик же, вроде как, безвредный, ты так не думаешь? — Думаю, да, но ты ведь знаешь Кэт. Она наверняка знает, как, чёрт возьми, манипулировать кроликом и в итоге превратить его в какую-то машину для убийства, и, знаешь, заставить бедное животное убить её. Будто самоубийство с помощью кролика. Довольно интересный метод, — кивнула Стеф. Я засмеялась, хотя и не должна была этого делать. Стеф просто была невероятно смешным человеком, даже в серьезных ситуациях. Даже в полусерьёзных полувеселых ситуациях, которые включали в себя зайчиков и девочек с розовыми волосами. — Знаешь, что мы должны сделать? — сказала Стеф, подвигаясь ближе к моей кровати. Она села; её пальцы постукивали по её бедрам, а ноги подрагивали. Это лишь значило, что у неё в голове зародилась идея, и эта идея просто не может быть плохой. — Что? — ответила я, в то время как ехидная ухмылка появилась на её лице. — Мы должны выяснить местонахождение Кэт в этом здании, и разузнать все её секреты. Вроде как, устроить себе некого рода приключение? В стенах больницы? Интересное предложение, как минимум. Сказать, что я хотела принять участие в так называемом приключении Стеф, — ничего не сказать. Я просто очень сильно хотела выбраться из этого места, и так как я не могла этого себе позволить, — моим последним развлечением стало исследование мест, в которых я ещё не была в стенах этого учреждения для психически больных. — С удовольствием. Но у меня есть один маленький вопрос: когда именно мы будем это проворачивать? — спросила я. Врачи были повсюду в дневное время, и всё равно большая часть дня тратилась на занятия групповой терапии и школьные уроки. Отбой был в девять тридцать. Стеф поднял глаза к потолку, будто глубоко погрузившись в раздумья. Она погладила свой подбородок, и прикусила нижнюю губу. — Как насчёт одиннадцати часов вечера? Мы оденемся во всё чёрное, разрисуем лицо чёрной краской или сделаем что-то подобное, убедимся, что коридоры являются пустыми, осторожно направимся на нужный нам этаж, и будем скрытными, как ниндзя. Я улыбнулась, кивая. — Таков план.

***

Я уставилась в потолок; в уродливый, пастельного оттенка потолок. Часы на стене показывали 10:57, и оставалось всего три минуты до того, как наш большой план начнёт действовать. Мне не удалось хоть немного поспать, и я, на самом деле, не очень на это надеялась. Я была слишком взволнована, — или, может, нервная? — перед нашим приключением. Мы собирались узнать все секреты Кэт, и наряду с этим выяснить все остальное, что нужно было знать о больнице и чего мы ещё не знали. Будильник на тумбочке начал звонить в 10:58, в ту же минуту, что Стеф и сказала, когда он зазвонит. Она быстро выключила его, прежде чем он разбудил кого-то еще. Моя подруга села на кровати одновременно со мной, и мы улыбнулись друг другу. — Ты вообще спала? — спросила она, и всего на минуту мне показалось, что она обеспокоена. Я покачала головой, прикусив нижнюю губу. — Хорошо, потому что я тоже не спала, — улыбнулась Стеф, сбросив с себя одеяло и спрыгнув с кровати. Она приложила палец к губам, давая понять, что я должна вести себя тихо. Я кивнула, тихо вылезая из постели и следуя за Стеф в ванную комнату. Она уже включила свет, и искала что-то в своей сумке. Я стояла рядом с ней, глядя на наше отражение в зеркале. Мы обе были одеты в черное, как и сказал Стеф. Для того, чтобы сделать это более официальным, разве не все люди, которые пытаются куда-то прокрасться в фильмах, одеваются в таких ситуациях во всё черное? Вдруг Стеф улыбнулась и вытащила что-то из сумки, из самого её дна. Это была подводка для глаз; простая, жидкая подводка для глаз. — Я не взяла с собой никаких черных глаз, так что вот наш последний вариант. — Стеф открутила подводку и начала рисовать толстые линии вокруг своих глаз. — Разве подводка для глаз не входит в число запрещенных предметов в стенах подобного заведения? — усмехнулась я себе под нос, в то время как она продолжала разрисовывать своё лицо. — Я не знаю, и, в любом случае, разве это важно? И мне просто кажется, что накрасить глаза чёрной подводкой будет правильно, тогда мы будем выглядеть как настоящие шпионы или кто-то вроде этого. — Она закончила подводить свои глаза, и перешла ко мне. Быстро разделавшись с этим, она бросила подводку для глаз на полочку над раковиной. — Хорошо, пойдем, — она схватила меня за руку, явно больше не заботясь о правиле, запрещающем это делать, и потащила меня к двери. Стеф немного приоткрыла дверь, и просунула голову в образовавшуюся щель. Коридор был погружён в кромешную тьму, и полностью безлюден. И это было хорошим знаком. За исключением того, что там было невероятно тёмно. — Стеф, это... — Она подняла палец, вытащив небольшой фонарик из кармана её джинсовых брюк. — Я думала, что к этому времени ты узнала меня, Вики, и узнала, что твоя старая добрая подруга Стеф знает, как планировать шпионские миссии. Я засмеялась, когда она настежь открыла дверь и вышла в коридор. Она включила фонарик, освещая темный коридор. Мы стояли там некоторое время, не зная, куда идти дальше. — Куда сейчас? — прошептала я, и Стеф вытащила клочок бумаги из своего кармана. — Второй этаж, именно там находится комната Кэтрин, и подтвердила это сама Кэт, — она улыбнулась, будто была горда собой, и засунула бумажку обратно в карман. Я кивнула, и мы пошли в направлении лифтов, но прежде чем нажать кнопку «вниз», я остановилась. Повернувшись лицом к лицу со Стеф, я увидела, что она смотрит на меня, удивленно подняв одну бровь. — Первым делом, позволь мне сделать кое-что, — сказала я, составляя план в своей голове, идя в нужном мне направлении. Я провела рукой по стене, ища дверные проемы. Когда я нашла один, то кивнула Стеф, которая посветила своим фонариком на дверь. Я сделала глубокий вдох и повернула дверную ручку. Дверь скрипнула, и я вошла внутрь. Стеф последовала за мной, постоянно задавая вопросы типа «Что случилось, Вики?» или «Куда, чёрт возьми, мы идем?» Я забрала фонарик из рук Стеф, заставляя её заныть, но я проигнорировала этот её жест. Держа фонарик над двумя занятыми кроватями, я искала кое-кого определённого. Я буквально могла чувствовать ухмылку Стеф, когда она подошла ко мне, забрав фонарик обратно в свои руки. — Ах, я понимаю. Захотела взять своего парня в наше маленькое приключение. — Он не мой парень, — сказала я, посмотрев в её сторону с самодовольной улыбкой на лице. Я подошла к кровати Калума, нависая над ним. Закрыв глаза, я осторожно похлопала его по плечу, надеясь, что этого будет достаточно, чтобы заставить его проснуться. Это было напрасно, потому что он даже не пошевелился. — Дорогая, — сказала Стеф, стоя рядом со мной. — Единственное, что я знаю о Калуме Худе наверняка, так это то, что он спит, как камень. Тебе стоит приложить гораздо больше усилий. И именно поэтому она осторожно оттолкнула меня из пути и опустилась на колени рядом с кроватью. Я отошла с дороги, позволяя ей делать то, что она хотела. Стеф прижала свои губы прямо к его уху, и негромко крикнула: — Калум! Он затрепетал и вскочил с кровати, полностью проснувшись. — Святые потрахушки. Я засмеялась так сильно, что фыркнула, заставляя Калума посмотреть в мою сторону. — Вики? — спросил он, на что я кивнула. — Да, это я. — Стеф тоже здесь! — сказала Стеф, светя фонариком Калуму прямо в глаза. Он быстро прикрыл лицо рукой. — Это я понял, так как ты только что закричала мне прямо в ухо, напугав меня до полусмерти! — Калум покачал головой, проводя рукой по волосам. — Да, ну, не стоит винить меня, это была полностью её идея. — Сквозь тусклое освещение, я увидела палец, который был направлен на меня. Я пожала плечами, улыбаясь. — Я понял, что она ни в коем случае не может обойтись без меня, — усмехнулся Калум, и я бросила на него смертельный взгляд. — Неправда. Я просто подумала, что ты был бы не против присоединиться к нам в нашем маленьком приключении. — Не смогу отказаться. И таким образом, мы рассказали ему обо всём, что планировали сделать, втиснув всю важную информацию в 45 секунд, так как мы хотели поскорее продолжать воплощать в жизнь наш план. В конце нашего объяснения, он кивнул, вылезая из постели. Я едва могла видеть его в столь тусклом освещении, но я точно видела, как он надевает рубашку и черные джинсы. А это значило, что мне только что представился шанс наблюдать за Калумом в одних только боксерах. И я пыталась стереть этот образ из своего ума, чтобы мы могли беспрепятственно двигаться дальше. Но это было нелегко. — Хорошо, пойдемте, — сказал Калум, готовясь выйти за дверь в тёмный коридор. — Пойдемте куда? — послышался голос с другой стороны комнаты. Я обернулась, качая головой. — Никуда, Майкл, — сказала я. Майкл переехал в комнату к Калуму после того инцидента с Джимми, и я не понаслышке знала об этом. Я также знала, что Майкл любил подслушивать. — Ерунда, — ответил он, и я могла видеть ухмылку на его лице через всё расстояние от дверного проема да его кровати. — Хорошо, мы собираемся в небольшое путешествие. Хочешь присоединиться? — В действительности, я не особо хотела предлагать ему идти с нами в разведку, но опять же, именно это я и сделала. Так что мой рот произнёс это прежде, чем я успела достаточно подумать о том, что говорю. — На самом деле, я думаю, что предпочел бы не вылезать из постели, спасибо. — Кэт будет участвовать. — Уже встаю.

***

— Куда? — спросил Майкл, когда мы стояли возле лифта и лестницы. — Мы собираемся на второй этаж, потому что там Кэт, и это и есть весь план, — сказала Стеф, кивая головой. — Ребята, Кэт не настолько странная, вы не должны, вроде как, делать это... — Майкл нервно почесал затылок. — Забавно, но ты лучше скажи это её питомцу — кролику, — которого мы обнаружили в нашей комнате сегодня утром. — Стеф грубо на него посмотрела, прежде чем провести нас вниз по ступенькам. Мы решили, что спуститься на второй этаж по лестнице будет самым лучшим решением, так как поездка на лифте была бы слишком громкой, а мы не хотели разбудить кого-нибудь ещё. Стеф и Майкл плечо о плечо шли впереди, как всегда огрызаясь в разговоре друг с другом. Мы с Калумом шли позади, оставаясь близко друг к другу. Он нежно взял меня за руку, переплетая мои пальцы со своими. Это был первый раз, когда мы на самом деле держались за руки; конечно, раньше мы переплетали мизинцы друг друга и тому подобное, но между нами никогда не возникало реального контакта прикосновения рук друг друга. — Мы уже нарушили, по крайней мере, десяток правил, — сказал Калум. — Почему бы не нарушить ещё одно? Я улыбнулась, сжимая его руку. Он крепко сжал мою в ответ. Нам пришлось остановиться, когда Стеф и Майкл застыли на месте у дверного проёма на втором этаже. — Хорошо, Майкл, какая из этих комнат принадлежит Кэт? — спросила Стеф, светя фонариком прямо ему в глаза. — Я бы тебе сказал, но ни черта не вижу, потому что ты светишь своим проклятым фонариком прямо мне в глаза! — Майкл огрызнулся ей в ответ, и Стеф издала звук, который прозвучал как что-то среднее между рычанием и шипением, убирая фонарик. — Хм... хорошо, вот эта, точно эта. — Он указал на дверь, потирая тыльную сторону своей ладони. — Ты выглядишь неуверенным, — сказала я, на что он закатил глаза. — Я уверен, что это именно эта комната. — Поэтому он сделал два больших шага к двери и медленно её открыл. Он заглянул внутрь и кивнул, молча говоря нам следовать за ним. Мы с Калумом вошли в комнату последними, и я огляделась по сторонам. Комната была совершенно не такой, какой я себе её представляла, — я ожидала увидеть помещение, оформленное по тематике принцесс или чего-то подобного. Но нет, она была довольно простой; те же розовые и голубые стены, одна кровать у стены вместо двух, и в основном эта комната ничем не отличалась от той, в которой жила я. Единственным отличием был кролик — Снаффлс, по всей видимости, — который сидел в своей клетке в углу комнаты. Майкл подошёл к Кэт, которая крепко спала в своей постели. Он опустился на колени возле её кровати и что-то прошептал девушке на ухо. Ей потребовалось некоторое время, чтобы проснуться, но вскоре она начала шевелиться, принимая сидячее положение на кровати. — Господи, Майкл, ты меня напугал. И... чёрт возьми, за мной наблюдают, пока я сплю. Я очень удивилась, когда не услышала того высокого пронзительного голоса, которым она обычно говорила. Её голос звучал, в некой мере, нормально. — Я, э-э... — начала говорить я, но догадалась, что была единственной, кто заметил это внезапное изменение голоса Кэтрин. — Да, да, я знаю, что ты собираешься сказать: «Что же случилось с той безумной девушкой-принцессой, которая любила кроликов и сказки?» Ну, вы бы поверили мне, если бы я сказала, что её никогда не существовало? — сказала Кэт, выгибая брови. Выбравшись из постели, она подошла к нам. Майкл последовал за ней, и, казалось, из нас всех он меньше всего был удивлён всем этим. — Я бы сказал, что это всё чушь собачья, — сказал Калум, нахмурившись. — Калум! — Я строго на него посмотрела и стукнула по руке, и он сожалеюще мне улыбнулся. — Черт возьми, вы, ребята, ведете себя как старая супружеская пара, — сказал Майкл, улыбаясь. Кэтрин вздохнула, продолжая доносить до нас свою точку зрения. — Вот здесь ты ошибаешься, Калум. Та часть меня, вроде как, полностью выдумана. Я закрыла глаза, пытаясь разложить только что полученную информацию по полочкам у себя в голове. Кэт, которую я знала на протяжении всего этого времени, была лишь выдумкой? Она просто играла свою роль, но для чего? Чтобы таким образом иметь возможность держать у себя в комнате домашнего кролика? — Я не понимаю, — сказала я, качая головой. Кэт снова вздохнула, устремив свой взгляд в пол. — Никто не понимает. Давайте просто предположим, что я была такой и вела себя подобным образом, когда мне было около тринадцати лет, а потом это всё ушло, будто это был определённый период моей жизни. Но я всё ещё находилась в лечебнице, и мне не хотелось отсюда уходить, так что пришлось играть. Притворяясь, будто я всё ещё была той Принцессой Кэт, которая жила в замке, верила счастливые концы и тому подобное. Стеф кивнула, понимая, о чём говорит Кэтрин. — Допустим, но почему... почему тебе не хотелось уйти? Покинуть больницу, я имею в виду?.. Кэт прикусила губу, пытаясь найти нужные слова. — Ты бы хотела уйти из безопасного места, если бы увидела, как твоих родителей убивают прямо у тебя перед глазами, и знала, что тебе больше некуда податься? Над комнатой нависла тишина; страшная, удручающая тишина. Никто не произнес ни слова, никто не пошевелился, никто даже не решался нормально вздохнуть. — Именно поэтому я одевалась, как принцесса, — продолжала рассказывать Кэт; её голос дрожал. — Потому что у принцесс всегда есть счастливый конец. Они находят своего принца и живут долго и счастливо. Я думаю, мой мозг решил, что если я стану принцессой, то тоже смогу жить долго и счастливо. И спустя примерно две недели с того момента, как я начала себя так вести, все в приюте начали думать, что я сошла с ума и отправили меня в больницу. И я всё ещё здесь, четыре года спустя. Она грустно нам улыбнулась. — Кэт, — сказал Калум, — я не хочу это говорить, но счастливых концов не существует. Я бросила на него взгляд, который говорил: «сейчас не время», но он только пожал плечами. — Ты думаешь, я этого не знаю? — произнесла Кэт, дрожа всем телом. — Ради Бога, конечно же, я знаю это. Если бы я только могла вернуться назад во времени и сказать это своей тринадцатилетней личности. Жить долго и счастливо, без родителей, без принца, без счастья. Какой замечательный конец. События, которые имели место после этого, удивили меня. Майкл подошел ближе к Кэт, обнял её одной рукой, и поцеловал в висок. Сдавленный вздох слетел с моих губ, заставляя Калума бросить на меня взгляд, который говорил: «сейчас не время», как и поступила с ним я несколько минут назад. — Я клянусь, они могут читать мысли друг друга, — сказал Майкл, в частности, ни к кому. Я издала шум, который прозвучал как что-то среднее между фырканьем и смехом. — Нет, мы не можем, — произнесли мы с Калумом в одно время. Майкл только усмехнулся, как будто мы только что в очередной раз доказали, что он всё же прав. — Во всяком случае, я знала, что между вами двумя что-то было! — сказала я, победно поднимая в воздух ладонь, сжатую в кулак. — Ага, — ответила Кэт, улыбаясь Майклу. Поцелуй в щеку, за которым последовал поцелуй в губы. Но это продолжалось недолго, так как Стеф пробежала через комнату и бросила в них подушкой. — Не самое подходящее время для романтики, сучки, — сказала она, что заставило нас всех засмеяться. — Боже мой, нас ведь поймают, — сказала Кэт, пытаясь сдержать смех. Это было правдой, мы вообще не пытались быть скрытными в данной ситуации. Мы смеялись и разговаривали нормальными голосами, даже не пытаясь общаться шёпотом, — это было бы чудом, если бы мы не были пойманы. — Но это того стоит, так ведь? — спросил Калум, крепче сжимая мою руку. — Да, — ответила я, улыбаясь. — Чёрт возьми, они держатся за руки! — практически прокричала Стеф, указывая на нас. Я закатила глаза, и боковым зрением увидела, что Калум сделал то же самое. — Чёрт возьми, ребята, всюду в этой больнице в воздухе витает любовь, и я чувствую себя брошенной, — она скрестила руки на груди, нахмурившись. Я улыбнулась ей, потому что знала, что она была влюблена. Но её парень был где-то снаружи, вне стен психиатрической лечебницы. И ей было от этого больно. — О, Господи, я так устала, — зевнула Стеф. — Я уже, наверное, пойду, хорошо? Но прежде, чем я уйду, я хочу задать один вопрос. Как тебе удалось раздобыть кролика? Кэт хихикнула, и это было то же самое хихиканье, что и у Принцессы Кэт. — Много просьб и нытья, а также совсем немного обаяния, — подмигнула она. — Буду иметь это в виду. Может быть, таким образом, я смогу выпросить себе хомяка, чтобы он составил мне компанию. Хорошо, но, наверное, будет лучше, если мы пойдём. Вы, ребята, идете или хотите закатить большую вечеринку с обнимашками без меня? — Звучит здорово, — вмешался Калум, и я повернулась к нему лицом, закатывая глаза. — Да шучу я, шучу, — сказал он, ухмыляясь. — Конечно же, он шутит, — прошептал Майкл мне на ухо, и я изо всех сил пыталась сдерживать смех. — Ты нравишься Калуму, и это твой шанс. Я поднял бровь, глядя на него, ожидая от него объяснений. Отпустив руку Калума, я отошла, чтобы поговорить с Майклом. — Сейчас мы не находимся ни под каким контролем, ничего подобного. Ты должна сделать шаг ему навстречу или сделать хоть что-то, потому что это убивает меня, — заныл Майкл, и я вздохнула. Убирая с лица упавшие пряди волос, я задумалась. На самом ли деле оно того стоило? Да, определённо. Было ли во мне достаточно мужества, чтобы сделать это? Нет, я так не думаю. Но это меня не остановит. Я повернулась обратно к Калуму. И я чувствовала, что Майкл наблюдает за каждым моим движением. Остановившись прямо перед ним, я едва могла видеть его карие глаза в темной комнате. — Привет, — выдохнул он. — Привет, — ответила я; мой голос опустился практически до шепота. — Что бы ты сделала, если бы я захотел поцеловать тебя прямо сейчас? — спросил Калум. Я не ожидала этого, потому что именно я собиралась сделать первый шаг. Мысли Калума явно опережали мои. — Я не знаю, — сказала я. — Я бы, наверное, поцеловала тебя в ответ. Это всё, что ему нужно было услышать, потому что он медленно подошёл ближе ко мне, и я могла чувствовать биение его сердца — или, возможно, это было моё собственное сердцебиение, — и закрыл глаза. Я тоже прикрыла глаза и его губы практически прикоснулись к моим, но затем я увидела сквозь маленькие щели между веками, как кто-то включил в комнате свет. — Да, мы только что обнаружили группу детей на втором этаже, которые не спят спустя два часа после отбоя, и да, они все будут соответственно наказаны.