Дважды в одну реку...

5-30 утра 20 декабря 2015 года…

      Небольшая, но вполне уютная, отдельная палата московской городской больницы №*. За окном белыми пушистыми хлопьями падает снег, стараясь уже в который раз укрыть Москву своим воздушным покрывалом. В этот предрассветный час ещё совсем темно и непривычно тихо для суетливого, шумного, казалось, никогда не умолкающего мегаполиса. На прикроватной маленькой тумбочке горит тусклым желтоватым светом ночник, почти не освещая даже такую небольшую по размерам комнатку.       Откинувшись на спинку кресла, молодая девушка сидит у окна, вглядываясь в причудливые узоры красивых больших снежинок, мягко и плавно падающих на асфальтовую дорожку, уже почти полностью заметённую снегом. Ряд жёлтых фонарей хорошо освещает совсем недлинный путь от будки охранника на въезде в больницу до дверей их корпуса хирургии…       Она не пришла…       Томительные и слишком долгие для ослабленного больничным режимом человека ожидания не принесли никакого результата…       Она не пришла…       И не позвонила даже…       Можно было бы и самой набрать уже до боли знакомый номер… Вот только — зачем? Зачем отвлекать человека от такого долгожданного праздника, от столь желанной и честно заслуженной победы!       Потянувшись в своём инвалидном кресле и сморщившись от теперь уже тупой боли в области грудной клетки, Мэрилин устало закрыла глаза.       Ждать больше не имело смысла…       То, что Вика не была у неё вчера, было вполне понятным и объяснимым. Подготовка к финалу, видимо, заняла слишком много времени. Но сегодня…       Мэри так надеялась, что она придёт! Ну хотя бы попрощаться…       Нет… Она уже не плакала больше. Все слёзы давно успели закончиться за этот жуткий для неё месяц после той страшной аварии.       Аварии, в которой она должна была погибнуть…       Но выжила…       Зачем только?       Как ей дальше жить и что, вообще, теперь делать — она толком не знала.       Хотя… живут же другие! Её дар остался при ней… Уже, кажется, вся больница успела перебывать в этой палате за три прошедшие недели после реанимации и комы…       Да. Ей уже никогда не встать на ноги и не покинуть этого чёртового кресла… Хотя, как сказала Таня, изо всех сил желая её поддержать, это был вердикт только одного врача, только одной больницы. Так что, кто знает…       Но даже, если она и не будет уже никогда больше ходить… Ну и что?       Она ведь совсем «не слабая»! Она справится!       Так было всегда, так будет и в этот раз…       Огорчало лишь одно — Вика, исправно приходившая каждый день, последнее время всё чаще прятала от неё глаза, всё больше «закрывалась». Видимо, никак не решаясь сказать правду…       Да нет. Мэри никогда и не строила особых планов после аварии, искренне, совсем по-детски, радуясь каждому мгновению, проведённому рядом с Викторией.       Она прекрасно понимала, что как только в съёмках Битвы будет поставлена последняя точка, когда будет отыгран финал, Райдос уедет обратно в свой родной Питер… Но…       Можно же было зайти хотя бы ещё один раз! Просто попрощаться по-человечески…       «Не придёт она больше, смирись!» — твердил уже в который раз уставший мозг.       «Она не может так поступить!» — кричало в ответ отчаянно бьющееся сердце…       По старой привычке — поправлять длинные волосы — Мэрилин провела пальцами по короткому, смешному ёжику рыжих волос на голове, вновь упрямо повернувшись к окну. Устроив на холодном подоконнике вмиг покрывшиеся мурашками руки, девушка положила на них голову и приготовилась ждать… Столько, сколько потребуется…       Ведь Надежда умирает последней…       Однако, уставший за бессонную ночь, ещё совсем слабый организм мигом подал мозгу сигнал с требованием закрыть глаза… Не выдержав тщетной борьбы со своим вредным и таким немощным теперь телом, Мэрилин уронила голову на руки и крепко заснула, не слыша, как спустя час дверь в палату тихонько скрипнула, пропуская внутрь победительницу шестнадцатого сезона Битвы Экстрасенсов…

***

      Ослепительно яркое солнце нещадно било в глаза, которые совсем не хотелось открывать…       — Просыпайся, просыпайся! Всё равно ведь уже не спишь! — долетел до Мэри сквозь полудрёму родной голос, заставляя буквально подпрыгнуть на кровати, широко распахивая ещё сонные глаза…       — Вика… — выдохнула Мэрилин…       — Господи! Ты чего на меня так смотришь, будто я привидение? — усмехнулась Райдос. — Давай-ка, поднимай свою задницу, красавица. Я договорилась с врачом — нехрен тебе здесь больше делать… Так что, пора собираться!       — Куда? Собираться куда, Вик? — тут же опустила взгляд вмиг погрустневшая Мэри. Сердце сжалось от тоски и отчаяния. Она хотела сказать, что ей некуда идти… Да и зачем? Что она будет делать одна в пустой квартире в этом дурацком кресле?!       — Куда-куда… Маш, ты мне веришь? — заглядывая в глаза, спросила питерская ведьма, на что рыжеволосая тут же ответила уверенным кивком головы.       — Тогда собирайся и не задавай вопросов… Мы сегодня уезжаем отсюда! Совсем уезжаем… Далеко. Заберём Дашку и сразу в аэропорт! Только не спрашивай меня ни о чём! Пусть это будет мой сюрприз для тебя, хорошо?       Керро лишь ошалело пожала плечами.       — Ладно… — быстро согласилась озадаченная девушка. — Не буду спрашивать…       — Ну, Маруся, отомри уже и переодевайся, а то на самолёт не успеем! — ворчала Вика, быстро складывая немногочисленные вещи девушки в небольшую дорожную сумку. — Чего ты так странно смотришь? Тшш, — она приложила палец к губам Керро, — ну ты же обещала не спрашивать!       Но Мэри всё-таки не выдержала. Только её не интересовало — куда и зачем… Слух зацепило совсем другое слово…       — «Мы»?! — испуганно, неверяще… С робкой ещё пока надеждой всё же подала голос эстонка…       — Хм… Мы, мы… — мягко усмехнулась Вика. — И заруби себе на носу — теперь для тебя существует только это слово… Ясно тебе, глупая ты девочка?!       Мэрилин быстро отвернулась к окну, прикрывая глаза то ли от белоснежной яркости наконец-то засыпавшего Москву снежного покрова, то ли от вредных больших капелек, упрямо застилавших ей взор…       Господи, как же часто мы упрямо, без оглядки бежим вперёд к своей, казалось бы, такой правильной и необходимой нам цели!       Абсолютно не замечая ничего вокруг, не чувствуя и не понимая истинных своих желаний, упорно не видя многочисленных знаков, посылаемых нам Судьбой…       По щекам Мэрилин солёным потоком катились слёзы, а на губах играла счастливая улыбка…       Полгода назад она предприняла безумную и отчаянную попытку «войти дважды в одну реку»…       Сама не зная своих целей и реальных мотивов, двигавших ей тогда. Не понимая того, чего ей действительно хотелось бы больше всего на свете, упрямо гналась за чужой и оттого такой призрачной и недостижимой мечтой…       — Марусь, ну очнись уже! Пошли?! — выдернула её из своих мыслей Виктория, берясь за ручки инвалидного кресла. — Нам пора…       Мэри подняла на неё заплаканные, полуслепые от слёз глаза…       — Так и не скажешь куда?       — Вперёд… — ухмыльнулась Вика. — Не стоит постоянно оглядываться в прошлое и безоглядно рваться в будущее, когда в нашем «сегодня» у нас с тобой есть — «МЫ»…       — Так что, вперёд, Марусь, — в наше счастливое «сегодня»…