Покоренный тобой

Потирая ушибленную и зудящую щеку, Тсуна сверлил пол растерянным взглядом. Босс давно уже вышел из комнаты, самодовольно улыбаясь от забавы происходящим. Было жутко обидно, и в тоже время страшно… «Я всегда получаю то, что захочу»… Что же делать? Вопрос, занимавший все мысли Савады, выбил его из привычной для жизни колеи. Теперь все ни как обычно, и зачем он только согласился идти в этот клуб?! Хотя нет, постойте, он ведь не соглашался, он просто смирился. Поклявшись себе, что больше никогда в жизни не сунется в подобное заведение, Тсуна попытался найти выход из сложившейся ситуации, но на ум не приходило совершенно ничего. Понуро опустив голову и обреченно вздохнув, он сделал шаг к рабочему месту, все еще надеясь, что это лишь страшный сон, но в ту же секунду пожалел о том, что совершенно забыл о стоящем рядом боксере. Тяжелая рука с приглушенным хлопком приземлилась на плечо Савады, и тут же огромная звуковая волна накрыла с носом бедного юношу. - Савада! Так ты ЭКСТРЕМАЛЬНО знаком с боссом! – Сасагава выкрикнул фразу, яростно схватив мальчишку за плечо. - Итай… - Выдохнул Тсуна, ощущая тупую боль в одной из своих конечностей. – Д-да, было дело… - Это были мужские разборки! – Казалось, будто Рехей окружен чем-то ослепляюще жарким и в любую секунду может загореться и спалить все, что находится вокруг него, а именно Саваду, который под таким напором не только уменьшился в несколько раз, но и трясся, как осиновый лист на ветру. - Хии! Сасагава-сан, кажется, вы горите! – Воскликнул Тсуна, боясь даже шелохнуться. - МУЖИК! – Рехей все сильнее сжимал плечо Тсунаеши. - Итай! Плечо! – Продолжал молить о пощаде новоприбывший работник. Что можно было назвать мужским в пощечине, Савада так и не понял. В это время в проходе показалась молодая пара, энергично спорящая о чем-то. Дама с ребенком на руках в повышенных тонах доказывала свою точку зрения идущему рядом мужчине, который в свою очередь, кажется, совсем ее не слушал. Он то и дело украдкой бросал на женщину раздраженный взгляд, что-то недовольно бурча себе под нос. Ребенок в руках дамы радостно визжал, дергая ее за кудри и наблюдая, как волосы обратно скручиваются в спиральку. Но вся процессия затихла и замерла на месте, завидев дрожащего шатена, молящего о пощаде, и блондина, кричащего юноше что-то о мужиках. Заметив на рубашках обоих бейджи с именами, женщина по удобнее перехватила сына и, взяв мужа за руку, проговорила: - Сынок, мы купим тебе мячик в другом магазине. - Нет, я хочу сейчас! – Взвизгнул мальчик, сжав кудри матери своими маленькими цепкими лапками и оттягивая волосы вниз. Мать охнула от боли и уже шепотом промолвила: - Нет, сынок, ты же видишь, что мы не вовремя. – Женщина яростно сверлила спину Сасагавы, виноватого по ее мнению в плохом настроении ребенка. - Ну, мама! Хочу! Хочу! Хочу! - Ну, скажи ты ему! - Крикнула дама своему супругу. Тот застыл, начиная удивленно моргать, и, как рыба, беззвучно открывать и закрывать рот. - Что здесь происходит? – Стальной, леденящий душу голос, копьем пронзил все безобразие, что сейчас творилось в помещении, ранив в самое сердце звенящий гул. В ту же секунду весь шум и гам стих, помещение наполнила тугая, как натянутая струна тишина. - Я еще раз спрашиваю. Что. Здесь. Творится. – Делая акцент чуть ли не на каждом слове, парень обвел всех присутствующих раздраженным взглядом. - Эй! Хибари! Что ты тут делаешь? – Крикнул Рехей, наконец, отпустив Тсуну. У Савады от подобного вопроса просто челюсть отвисла. Разумеется, Тсуна был наслышан о местном блюстителе дисциплины - о грозном Хибари Кее, грозе всех воров и нарушителей порядка, работающем в торговом центре Намимори. И, так как он являлся самым большим на всю округу магазином, где можно было купить буквально все, то Хибари знал весь город. Соответственно и боялся его весь город. - Забью до смерти, травоядное. – Прошипел сквозь зубы Хибари, схватив непонятно откуда взявшиеся тонфа. - Ну, ты чего, мы же с тобой ЭКСТРЕМАЛЬНО друз… - Резкий удар в челюсть и Сасагава падает на пол, потеряв всякую связь с внешним миром. - Травоядное. – Обжигающе ледяной взгляд наткнулся на Саваду, который инстинктивно сделал шаг назад. - Хи-хибари-сан! – Взвизгнул шатен, не отводя полных страха глаз с блюстителя порядка. – Я это… Я новенький, Савада Тсунаеши! Приятно познакомится! – Вежливо поклонившись, выпалил на одном дыхании парень. Кея лишь напоследок одарил его раздраженным взглядом и, развернувшись на каблуках, удалился дальше выискивать нарушителей дисциплины. Семья, спорившая о мяче незадолго до явления Хибари, уже давно убежала, сверкая пятками. Шатен облегченно вздохнул, понимая, что весь тот сумасшедший дом, в который он попал, наконец, хоть и ненадолго, но закончился. Вспомнив о лежащем в бессознательном состоянии напарнике, Тсуна подбежал к тому, проверяя пульс. Мало ли чего? Убедившись, что боксер спокойно сопит, и от полученного ушиба ему не горячо, не холодно, Савада облегченно вздохнул. Не хватало ему еще смерти на рабочем месте. Схватив ворот футболки Рехея, Тсуна, упираясь ногами в пол, попытался сдвинуть сопящую тушу с места. Савада не самый сильный человек, далеко не самый… Надежды сдвинуть довольно плотного телосложения парня покинули шатена еще на этапе зарождения, но, как говориться, попытка не пытка… Или же пытка? Что более всего поразило Саваду и в тоже время жутко обрадовало, он сдвинул Сасагаву с места. Именно сдвинул, жутко кряхтя, покраснев от напряжения, но сдвинул на пару сантиметров. Не выдержав нагрузки, Тсуна с жутким грохотом завалился на спину, выпуская майку боксера, и, шумно дыша, распластался на полу. - Ха-ха-ха, а у вас тут весело. – Высокий парень с короткой темной стрижкой, улыбаясь, застыл в дверях. Юноша был облачен в белый передник с огромным лососем в районе груди. – Ты, наверное, новенький? Я продаю суши на этаж ниже. Ямамото Такеши. - Сава… да Тсунаеши, - задыхаясь, произнес парень, - приятно... познакомиться. - Да брось ты его, пусть лежит, - посоветовал Такеши, махнув на боксера рукой, - очухается и будет как новенький. Я такое тут каждый день наблюдаю. - Аааа… - Протянул Тсуна, с немалым трудом поднимаясь с пола и отряхиваясь. – Значит у вас всегда так? – Не без нотки страха в голосе спросил Савада. - Ну, да. – Рассмеялся брюнет. – Но ты не волнуйся, скоро привыкнешь. - Ага, с-спасибо… - Помрачнел Тсунаеши, нервно усмехаясь и уже жалея свою пока еще здоровую нервную систему. От всех событий, произошедших в это утро, у Тсунаеши шла кругом голова. А тут такое каждый день творится… Весело же ему придется. Работа точно не из скучных. Чего больше всего не хотелось, так это снова видеть того брюнета из клуба. С остальным вполне можно смириться. Но судьба частенько подкидывает нам камни под ноги... У входа в отдел заалели горящие от злобы глаза Занзаса. Босс и косвенный организатор всего этого сумасшествия не заставил долго ждать своего присутствия, столь не желанного для многих. Разозленный, с явным гневом в голосе он остановился, сверля взглядом продавца суши. - Занзас-сама! – Воскликнул Ямамото. На губах застыло некое подобие нервного тика, а глаза смотрят с опаской и легкой неприязнью. - Что ты здесь забыл, мусор?! Быстро на свое место! – Рыкнул владелец всея заведения, прожигая жутким взглядом спину Такеши, убегающего в свой отдел. – Мусор… - Он обратился к Тсунаеши, делая шаг навстречу. - Хии! Ч-что вам нужно?! – Савада сделал пару шагов назад, его начинала бить мелкая дрожь. - Что за разговор с начальством? - Я-я... не... - Мусор… - Переступив через лежащего без сознания Сасагаву, Занзас приближался к Саваде, похабно улыбаясь и раздевая паренька глазами, старательно разглядывая каждый сантиметр тела – Сегодня. После работы. Внизу у выхода. - Н-но… За-занзас-сан… - Запаниковал Тсуна, сжавшись в комок и не смея посмотреть на человека, вызывающего у него отвращение и жуткий, какой-то животный, страх. - Тебе ведь не хочется уходить с работы в тот же день, как тебя сюда приняли? Да и город ты свой любишь, и не хочешь из него уезжать. Давить на самое больное, на то, без чего человек не сможет жить, если кто-то попытается отнять… Для Занзаса это было обычным делом. Плевать, что чувствует, о чем мечтает, чего желает, ведь это всего лишь очередной мусор, отброс общества. Каким бы гордым, надменным и высокомерным не был бы человек, любой в случае опасности за свою жизнь продаст родную мать. Ничтожества. Отбросы. Мусор. Занзас был осведомлен об этом с детства и научен жизнью. Да, неважно какими путями, он добьётся этого мальчишки. Он никогда не проигрывал. - Я-я… буду. – Смирившись, Тсунаеши согнулся, будто под какой-то навалившейся тяжестью и обреченно вздохнул. Играть чувствами людей так весело. - Ну, вот и славненько… - Он непристойно облизнул губы, не сводя взгляда с карамельных глаз. – Я с нетерпением буду ждать.