Не зарекайся

- Доброе утро, Билл, - парень суетился возле плиты. - Привет. Надеюсь, ты не против яичницы? – поинтересовался он, кивая на сковороду с поджарившимися яйцами. - Не против. Билл, нам придётся ещё раз пройтись по магазинам, - проходя к окну, начал я. - Это ещё зачем? Тебе что-то нужно? – Каулитц застыл с тарелкой в руках, а я только сейчас заметил, что парень был одет в мои вещи, презентованные ему в день приезда. - Нет, это тебе нужно купить что-то подходящее для свадьбы. Ты приглашён. - К Георгу? Том, я видел его единственный раз в жизни, какого чёрта я должен появляться у него на свадьбе? – Билл с грохотом отставил тарелку и вопрошающе уставился на меня, - К тому же, ты ведь знаешь, каково мне сейчас появляться на людях! Не пойду я ни на какую свадьбу! – он снова взял тарелку и принялся с остервенением выкладывать на неё готовую яичницу. - Помнится, вчера кто-то, глотая слёзы, просил меня разрешить остаться жить здесь и обещал делать то, что я скажу. Не помнишь, кто это был, Билл? – Каулитц застыл на месте, стоя ко мне спиной, - Я сейчас заеду в офис, у меня назначена встреча, а после обеда будь готов, поедем в магазин. Парень ничего не ответил, молча раскладывая столовые приборы, в то время, как я разливал по чашкам кофе. - Том, у меня в кабинете остался комплект для конференции, на которую я так и не попал, он развешен в шкафу. Думаю, для свадьбы подойдёт. Ты ведь собираешься в офис сегодня, привези его и не надо ничего покупать. - Ну, хорошо. У меня останется больше времени на организацию мальчишника, на который, кстати, ты тоже идёшь. - Том! – вскрикнул Каулитц, - Зачем ты так? Я согласился пойти на свадьбу, хотя ты даже не представляешь чего мне это будет стоить, так ты решил окончательно меня доконать, да? Не заставляй меня идти ещё и на мальчишник, пожалуйста, - после этих слов я почувствовал себя каким-то тираном, нагло пользующимся зависимым положением парня. Ещё и шантажирую его тем, что могу запросто от него избавиться. - Хорошо, хорошо! – садясь за стол, я примирительно вскинул руки, - Но на свадьбу ты идёшь, и это не обсуждается. В спальне завибрировал мобильный, вынудив меня подняться из-за стола и несвоевременно закончить с завтраком. Звонили из агентства, напомнить о назначенной встрече. Проект, над которым я неделю трудился дома, выходил на ту стадию, когда присутствие в офисе необходимо. В квартире возможно было лишь разработать идею и набросать некоторые макеты, для остального же мне нужны люди и необходимое оборудование. Незапланированные каникулы закончились. По окончании разговора я всё же решил допить свой кофе и вернулся на кухню. Каулитц неторопливо ковырялся в тарелке, вскинув на меня взгляд, как только я присел на стул. - Том, я хотел тебя попросить, - Билл замялся, как бы спрашивая разрешения продолжить. - Ну и о чём же? - В кабинете, у моего стола, стоит набор для рисования, если тебе не сложно, привези его тоже. - Хорошо. Ладно, я поеду, Билл, время поджимает. Если что случится, сразу звони. Парень проводил меня до двери, запершись изнутри, а мне вся эта ситуация, в купе с приготовленным завтраком, напомнила семейную жизнь, опыт в которой у меня имелся, хоть и не самый положительный. В машине я включил радио, и в скором времени был проинформирован диджеем о сегодняшней дате, напомнившей мне о матче Манчестер Юнайтед, которые прилетели на игру в Лондон. Ничего себе, насыщенный денёк предстоит. Билеты были приобретены ещё несколько месяцев назад и хранились у Фреда. Два дня назад друг напомнил мне об этом в телефонном разговоре, но столько всего произошло, что я умудрился забыть. А я ведь ждал этого матча, и сейчас безумно рад возможности развеяться и пообщаться с друзьями. Телефон снова зазвонил – Фред будто чувствовал, что я думал о нём. - Привет, Фред! Я как раз тебя вспоминал, - настроение по непонятным причинам улучшилось, чего не наблюдалось в последние несколько недель. - Я уже думал, ты забыл, как я выгляжу! – со смехом начал друг. - Сегодня точно вспомню, я в офис еду. - Неужели, Томас, вы соизволите почтить нас своим присутствием? - Соизволю. По поводу вечера, всё в силе? - Конечно в силе, Том! Это я у тебя хотел спросить, ты идёшь? Ты в последнее время так настроен, что я не удивлюсь, если умудришься пропустить матч. - Очень смешно, Фреди, - отвлёкшись на разговор, я чуть не задел крылом вывернувшуюся впереди машину, - Слушай, поговорим в офисе, я буду через десять минут. Если не считать многочисленных вопросов о нападении, на которые приходилось уклончиво отвечать, то моё возвращение на рабочее место прошло неплохо. Фред всё время удивлялся, как я решился на то, чтобы приютить Билла и обещал заехать посмотреть на наш быт, от чего я его долго отговаривал, объясняя это нежеланием Каулитца встречать гостей. Дел так же скопилось немало, поэтому здание агентства я покинул позже, чем планировал, закинув в багажник вещи, обещанные Биллу. Теперь же, перед матчем, необходимо было проехать в закрытый клуб, в котором я планировал организовать вечеринку в честь Георга. Хозяин этого заведения был моим хорошим приятелем, с которым я заблаговременно созвонился, дабы удостовериться в наличии свободных зон. Конечно же, учитывая популярность заведения, на нужную дату таковых не оказалось, но для нашей компании Патрик пообещал что-нибудь придумать. И парень не подвёл – нам было выделено место, предусмотренное непосредственно для хозяина клуба и его друзей, находившееся на верхнем ярусе, с которого открывался обзор на всё происходящее в клубе. Составив меню на вечер и обговорив количество приглашённых, я ретировался, спеша на футбольный матч, до которого оставалось совсем немного времени. В голове промелькнула мысль, что неплохо было бы позвонить Каулитцу и предупредить о том, что дома я появлюсь, в лучшем случае, ближе к полуночи, но позже я отказался от этой идеи. Ещё не хватало того, чтобы я отчитывался перед кем-то. Он взрослый мальчик – поймёт. - Том, мы же договорились встретиться на полчаса раньше! Я не хочу сейчас толкаться в таком потоке людей, - парни ждали меня у выхода со стоянки. - Ну извините, - я по очереди пожимал им руки, - вообще-то я с мальчишником разбирался, на котором все вы будете отжигать послезавтра, так что не надо тут претензий! – со смехом ответил я, а посмотрев на толпу, подтягивающуюся ко входам, и сам упрекнул себя за опоздание. Мы были частыми посетителями центральных английских матчей, поэтому знали по собственному опыту – нужно приезжать как минимум за час до матча, если хочешь без приключений добраться до своих мест. Сегодня вышел конфуз и пришлось пробираться в толпе. Наконец, заняв свои места, мы с нетерпением стали ждать начала матча. На заполненных трибунах царила непередаваемая атмосфера, на девяносто минут уносящая тебя в совершенно другой мир, в котором не существует других проблем, кроме как проигрыш твоей команды. Красно-синее море из людей, одетых в цвета любимых клубов, которые многотысячным хором пели гимны, просто не давало возможности думать о чём-то другом. Здесь все жили футболом. Сегодняшнее зрелище были поистине захватывающим. Такие напряжённые матчи – действительно редкость, и приятно, когда результат на табло в пользу твоей команды. Когда Юнайтед вырвал победу на последней минуте, вся наша трибуна по-настоящему сошла с ума. Мы кричали как ненормальные, позволяя эмоциям взять верх, и ещё долго приветствовали игроков, подаривших нам такую радость, аплодисментами. Когда же всё закончилось, и мы покинули пределы стадиона, было принято единогласное решение отметить победу в пабе. Только сидя за столиком с кружкой пива, после нескольких тостов, я достал из кармана мобильный и был ошарашен надписью на дисплее: десять пропущенных вызов. - Ого, - вырвалось у меня. - Интересно, кому ты мог так понадобиться? – с язвительной интонацией произнёс взглянувший на экран Стефан, явно имеющий ввиду какую-нибудь особь женского пола, контролирующую мои действия. Я и сам терялся в догадках, более склоняясь к кандидатуре Георга, у которого сейчас могло произойти много чего непредвиденного, но, чуть не поперхнулся пивом, когда узнал, кто же действительно мне названивал во время матча. Все десять пропущенных вызовов были от Билла. «У него что-то произошло», - пронеслось в мыслях и я, не замечая ничего вокруг, направился в сторону выхода, где было не так шумно, чтобы, наконец, перезвонить парню. Но делать этого не пришлось, потому что телефон в моей руке оживился – снова звонил Каулитц. - Том, почему ты не отвечал? Что случилось? Ты вообще где? – я лишь открыл рот, но так ничего и не успел произнести, вслушиваясь в поток вопросов, обрушившихся на меня. - Билл, ты звонил, чтобы узнать где я? – со вздохом облегчения задал я встречный вопрос. - Ну да, - как-то неуверенно протянул парень, а затем добавил, - уже первый час ночи, я думал, у тебя что-то стряслось, - последние слова он произнёс еле слышно. - Бл*дь, Билл, знаешь, как я испугался, увидев сотню пропущенных от тебя?! – я совсем не злился, и эти слова прозвучали абсолютно без упрёка, - Ничего у меня не случилось, я в пабе, скоро приеду. А ты ложись спать и не переживай. После звонка Каулитца я понял, что действительно пора собираться домой, потому что я обещал появиться в офисе в девять утра. - Парни, я поеду. Увидимся на мальчишнике, а тебя, Фред, мне ещё и завтра терпеть, - толкнув друга в плечо, произнёс я. - Том, что это за фифа звонила, что ты вот так сразу готов подорваться и лететь к ней на крыльях любви? – вся компания дружно засмеялась, а вот мне было не до смеха. Былая улыбка превратилась в нечто наподобие оскала, и я лишь хмыкнул. - Послушай, давай ещё по одной, Трюмпер! Я вообще тебя последний раз в больнице видел, когда навещал, надо выпить за твою выписку! - Ну ладно, ещё пива, - окликнул я обслуживающую нас официантку и присел на своё место. Из паба мы вышли в третьем часу ночи, довольные и слегка пьяные. Состояние было вполне вменяемым, поэтому я самостоятельно сел за руль, наслаждаясь ездой по пустынным улицам ночного города. Открывая дверь квартиры, я намеренно старался не шуметь, дабы не разбудить Каулитца, но был немало удивлён, обнаружив, что в прихожей включен свет, а из гостиной слышится размеренное бурчание телевизора. Вскоре послышались шаркающие шаги, и в поле моего зрения появился Билл, которому бы явно не помешало выспаться. - Ты почему не спишь? – разуваясь, начал я. - Я не смог заснуть, зная, что тебя нет дома, - пожав плечами, бросил парень, затем мило зевнув. Моё хорошее настроение, в купе с выпитым пивом и таким смешным сейчас Биллом, вылилось в странный порыв. Я обхватил Каулитца поперёк талии и закружил по комнате, удивляясь тому, насколько он лёгкий. Ошарашенный парень возмущённо запричитал: - Том, ты что делаешь? - Мы выиграли, Билл! Юнайтед показал им своё место, ты не представляешь, насколько это было круто! – поставив раскоординированного парня на пол, я продолжил нести всякий бред, восхищаясь прошедшим матчем. - Ты пьян, Том, иди спать, - со смехом протянул Каулитц, подталкивая меня к ванной. Уже у самой двери к нужной комнате, я, остановившись, резко развернулся и увидел прямо перед собой физиономию Билла, который сразу же перестал улыбаться, теперь внимательно вглядываясь в моё лицо. Он такой красивый и так близко сейчас. Мысленно дав себе оплеуху, и назвав извращенцем, я подавил в себе ненормальные желания и, пожелав парню спокойной ночи, скрылся за дверью ванной комнаты. Уже стоя под прохладными струями, я убеждал себя в том, что не нужно подпускать Билла близко к себе и становиться друзьями. У парня явно не дружеский взгляд в мою сторону, и до хорошего это вряд ли доведёт. Грёбаный будильник разбудил меня в семь утра. Билл спал, и я не стал его будить, лишь поднял в квартиру вещи, привезённые ему из офиса, которые переночевали в багажнике машины. Завтракать дома я не стал, опасаясь, что мой жилец проснётся, а играть в гляделки настроения не было. Естественно, в агентстве я максимально загрузил свой день, не желая возвращаться в квартиру, а после работы ещё и встретился с Георгом, с которым нам было, что обсудить. Было уже почти девять вечера, когда я вернулся домой. Билл находился у себя в комнате, и мне показалось некультурным не обозначить своё присутствие. Слегка постучав, я приоткрыл дверь в его комнату, застав парня рисующим. Его щека была измазана чёрной краской, а весь вид говорил о крайней увлечённости процессом. - Привет. Я смотрю, ты рисуешь, не буду мешать, - Билл кивнул в знак приветствия, а когда я уже практически прикрыл дверь с обратной стороны, добавил, - я приготовил ужин, надеюсь, ты не против, что я здесь хозяйничал. - Ты же знаешь, что не против, Билл. Прекрати уже постоянно стесняться по поводу и без! А за ужин спасибо, я очень голоден, - его смущённость конечно и выглядела милой, но иногда это переходило всяческие границы. Такая излишняя скромность уже начинала бесить. Больше за весь вечер мы не пересекались. Ужин, который приготовил Билл, конечно, сложно было назвать шедевром. Парень явно нечасто готовил, но его блюдо оказалось вполне съедобным, и мой сытый желудок был Каулитцу благодарен. Вскоре я пошёл спать, пребывая в предвкушении мальчишника, за проведение которого, безусловно, волновался. Вечером я появился в клубе раньше остальных и остался вполне довольным увиденным. В нашей зоне был накрыт отличный стол, а на стене развешены самые отвязные фото Георга за всю его сознательную жизнь, которые я лично отбирал в своих огромных архивах. Другу должно понравиться. От такой банальности, как стриптизёрши, которые присутствовали практически на каждом мальчишнике, я решил отказаться, но не вышло. Танец этих самых стриптизёрш нам презентовал хозяин клуба, оповестив, что девочки появятся ближе к полуночи. Думаю, бОльшая часть нашей компании обрадуется такому повороту вечера. Количество людей в клубе ежеминутно увеличивалось. Все что-то праздновали: кто-то выкрикивал поздравления с Днём Рождения, кто-то праздновал помолвку, а в ближайшей к нам зоне собиралась компания молодых девушек, на каждой из которой была надета фата – девичник. Удачно мы расположились. Думаю, будет с кем зажечь этой ночью. Из размышлений меня вывели знакомые голоса. Я повернул голову, и увидел, что эти ненормальные, носившие статус моих друзей, несли на руках сопротивляющегося и сотрясающегося от смеха Георга. Споткнувшись на лестничной ступеньке, они чуть не выронили драгоценный груз, которому через пару дней предстояло стать мужем, и теперь мат жениха разносился по всему заведению, заставляя оборачиваться многочисленных посетителей. - Придурки, - констатировал Георг, встав на ноги, а потом ещё долго крыл меня всеми возможными ругательствами, увидев фотографии, которые я не поленился увеличить, чтобы все могли рассмотреть особо конфузные моменты из жизни друга. Мы долго над ними смеялись, а потом понеслось… Море выпивки, бесконечные тосты и пожелания счастливой семейной жизни, стриптизёрши, спустившиеся на тросах с потолка. В итоге половина нашей компании прыгнула в стеклянный бассейн, установленный на первом этаже, и пыталась танцевать стоя по пояс в воде. Я и сам уже был далеко от реальности, выпив лишнего. В какой-то момент мы оказались с Георгом вдвоём за столом. Мой взгляд постоянно обращался к компании девиц, отмечающих девичник. - Том, я даже знаю, на кого конкретно ты смотришь, - хитро начал друг. - Да ну… - Поверь мне, за столько лет нашего общения я изучил твои вкусы. Та шатенка в синем платье, которая сейчас отпила шампанского, я прав? - А она очень даже ничего, - подтвердил догадку друга я. - Так в чём проблема? Судя по её взглядам, она не против знакомства. - Ну, нет. Я обещал Веронике присматривать за собой, поэтому личную жизнь оставим на потом. Вдруг ты напьёшься в хлам, вытворишь что-нибудь, а в итоге, виноватым выставят меня. - Том, разуй глаза! Если здесь и есть пьяные, то это ты. Ты языком еле воротишь, а я как стёклышко! Так что дерзай, Казанова! - А ты знаешь, что ты лучший, Георг? И я бесконечно, просто безмерно за тебя рад, - последнюю фразу удалось выговорить с трудом, - давай выпьем напоследок, и я подойду к той красотке. - Ага, а то она сама сюда подойдёт, Том. Девочка явно запала. Выпив по рюмке текилы, я, пытаясь держаться прямо, подошёл к столику шатенки. Как и говорил друг, девочка запала. Она была не менее пьяной, чем я и, немного потанцевав, мы вызвали такси, отправившись ко мне. Я смутно помню, что происходило в такси, помню лишь, что мы целовались, и я даже пытался её раздеть прямо в машине. Добравшись до нужного этажа дома, я стал ковыряться ключом в замке, но попасть не получалось. Мало того, что в глазах двоилось, так ещё и моя новая знакомая, Дженни, набросилась на меня с поцелуями. Я не слышал звука открываемой изнутри двери, поэтому не был готов, что она распахнётся в тот момент, когда я прижал к ней Дженни. В итоге девушка ввалилась в квартиру, утянув и меня за собой, а вместе мы навалились на Билла, втроём с грохотом приземляясь на пол. - Ни хр*на себе, - всё, что смог произнести я, поднимая с пола девушку, в то время как обескураженный Билл сам вскочил на ноги. Дженни снова полезла целоваться ко мне, будто ничего и не произошло, а я в этот момент увидел глаза Каулитца, отчего даже немного протрезвел. Полный боли и отвращения взгляд ещё долго будет преследовать меня. Зная, что играю на чувствах парня, я сам потянулся к губам девушки, вскоре понимая, что в коридоре мы одни. Уже спустя несколько мгновений мы оказались в спальне, практически без одежды. И снова Билл вклинился в мою личную жизнь, лишая возможности всецело отдаться процессу и получать удовольствие. Я не мог не думать о нём сейчас. В данный момент я отдавал себе отчёт в том, что желаю вот так вот целовать и придавливать к кровати его бледное худое тело, но эти мысли вызывали лишь волны гнева, заставляя с остервенением впиться в шею девушки. Дженни застонала, а я прикрыл ей рот рукой, не желая, чтобы Билл слышал подобное. Я не хотел его ранить и делать ещё больнее. Но внезапно я взглянул на вещи с другой стороны. Пусть он всё слышит. Я заставлял Дженни стонать под собой, просто с остервенением вколачивая её в кровать. Эти стоны были слышны не только Биллу, но и доброй половине соседей. Пусть он, наконец, поймёт, что его чувства так и останутся безответными и отдалится. Потому что мне всё труднее сдерживаться, и боюсь, что я могу сорваться, о чём потом буду долго и упорно жалеть. Вот тогда Биллу станет по-настоящему больно, потому что такой срыв закончится единичным трахом, за который я себя буду ненавидеть. Дженни уснула, а я не находил себе места: мне было противно от собственного поведения. Приоткрыв окно, я закурил. Алкогольный дурман почти полностью рассеялся и теперь в голове засели невесёлые мысли. Перед собой я видел эти разочарованные глаза Билла, перед которым мне уже становилось стыдно за весь этот развращённый спектакль, устроенный этой ночью. А этот секс, наверное, самый ужасный секс в моей жизни. Я вообще ничего не почувствовал.