Фикбук. Построй свой ориджинал.

Фем и миледи Гет устроились на диванчике в общей комнате, где обычно был самый большой проходняк. — И почему я должна помогать тебе в выборе девушки? Я, знаешь ли, в женщинах не разбираюсь, — с нотками недовольства сказала Гет. — Кто мне предложил найти себе кого-то другого? Ты. Так что теперь ты и ответственна за то, чтобы я нашла себе пару, — Фем ткнула подругу указательным пальцем в плечо, и на дальнейшие возмущения не реагировала. — Ладно, уговорила. С кого начнем? — Гет выпрямилась и закрыла глаза, а когда открыла, ее взгляд пал на Джен, курящую вместе со Стих возле окна. — Может, с Джен? Фем посмотрела на девушку чуть неряшливой внешности. Каштановые волосы были коротко острижены на затылке, в то время как вихри челки доставали почти до подбородка, прикрывая левый глаз. Под нижней губой блестел черный камешек пирсинга, да и одежда подходила больше для какого-то сорванца-подростка, нежели для девушки. — Не выйдет. Ты же знаешь, Джен у нас асексуалка. — С неким сожалением ответила Фем и покачала головой. — А, точно. — Протянула Гет, и тут же переключилась на следующую девушку. — А что насчет Стих? Она вроде ничего, хотя мне-то откуда знать. Стих в этот момент что-то сказала Джен и, зажав сигарету между губ, наклонилась, чтобы завязать шнурки на кедах, от чего ее серебристые волосы водопадом перекинулись вниз. Девушка не стала выполнять дешевый трюк «сексуально закинь голову назад, превращая волосы в копну путаной лапши», и лишь собрала волосы рукой, выпрямляясь. — Даже не знаю. У нее странная манера речи, я ее порой не понимаю. Упускать из виду не стоит, но пока давай дальше. В комнату вошла Мат, за которой плелись явно спорящие Стёб и Смена пола, и Гет тут же оживилась, щелкнув пальцами, но даже не успела и слова сказать, как ее перебила Фем: — С ума сошла? С Мат? Ты ее видела? Да ее даже с мужиком в пассивной роли представить сложно, а я, знаешь ли, вроде как доминант. Мат точно нет. — А как насчет Драмы? — поинтересовалась Гет, переключая внимание на девушку, пританцовывающую вокруг стола, за которым Романтика занималась украшением какого-то торта. Черные складки бесформенного платья будто развевались от каждого движения Драмы. Черные и, как всегда, чуть путаные волосы так же подчинялись движениям хозяйки, «танцуя» игривыми кудрями, а уголки ярких красных губ то растягивались в улыбку, то опадали, придавая виду Драмы некую трагичность.* — Она занята, — сказала, как отрезала Фем, тяжко вздохнув, и Гет не стала заострять на этом внимания, тут же снова переключаясь на другой жанр женской особи. — А Романтика? — Она тоже занята. — Да кем, черт возьми, они заняты? — не выдержав, спросила Гет, совершенно не понимая, как Эш определяет степень их «занятости». — Друг другом, вообще-то, — Фем уставилась на подругу, не веря, что есть хоть один человек, который этого не знал. Гет умолкла и так же уставилась на Эш. — Как это друг другом? — шепотом спросила она, и Фем закатила глаза, коснулась пальцами подбородка Гет, и повернула ее голову в сторону девушек. Вот Романтика пытается руками, чуть испачканными в сырой муке, аккуратно перевязать свои волосы. Но на помощь к ней тут же приходит Драма, став позади и отведя руки девушки в стороны, она забрала у нее ленту и, аккуратно собрав длинные золотистые пряди в хвост, перевязала их. Романтика, собрав пальцем с торта немножко крема, обернулась и измазала аккуратный носик Драмы в этот самый крем, поцеловала кончик, слизывая сладкую капельку. Девушки захихикали едва слышно, и Драма, все еще плавно пританцовывая, обняла Романтику за талию. — Объясни мне, как это, блять, можно было не видеть? — прошипела Фем и обернулась к чихнувшей Мат. — Будь здорова. — Я в шоке. — Только и смогла выдать Гет, все еще наблюдая за парочкой. Но потом девушка помотала головой. — Да я что ли разбираюсь в ваших лесбийских штучках? Все, хватит, ищем дальше. Фантастика? — Эта садистка, использующая наивного Экшна, как песика для развлечений? Фигушки. — Фыркнула Фем. — К Психологии и Философии я даже приближаться не буду, не в моем они вкусе. Что думаешь насчет Пародии? — спросила Эш у Гет, и та тут же перевела взгляд на девушку, сидящую в углу комнаты и разговаривающую сама с собой. Гет дернула бровью и, положив ладонь на плечо подруги, сказала: — Знаешь, думаю, ей и без тебя отлично живется. Мистика? Дымчатая девушка, привычно опочивающая на люстре, резко свесила вниз бледную руку, напугав при этом проходящего мимо Сонгфика. Мистика жутко улыбнулась, и темная дымка волос будто зашевелилась. Послышался тихий детский смех. Фем дрогнула, но чтобы не показать своего страха, ответила насмешливо: — Понимаешь, ее того… — девушка сложила указательный и средний пальцы вместе. — Иметь ее не во что. Деталька отсутствует. — Так, подобные разговорчики оставь при себе. А Повседневность или Занавесочная история? — Слишком скучные. — PWP? — осторожно поинтересовалась Гет, хотя мисс Извращение в комнате не присутствовала. — Наша Трах-машина? — Фем на минутку задумалась и представила их отношения. Вот она связанная лежит на кровати и PWP ее нагло использует в сексуальных целях. Вот к PWP заходят ее друзья Групповой секс, Фей фаллоимитаторов Ссипп, Секс с малолетками… Дальше Фем представлять не стала и наотрез отказалась. — Статья? — уже с нотками отчаяния спросила Гет. — Ее хрен разберешь. Она то кирпич ходячий, то истеричка. Нет. — Эм. Зоофилия или Некрофилия? — Издеваешься? — Ага, — хохотнула Гет. — Похоже, быть мне фореваэлоун. — вздохнула Фем, обняв себя руками за плечи. Гет поджала губы, видя не наигранную печаль подруги, осмотрелась по сторонам. — Не может быть, чтобы это были все. Мы точно кого-то забыли. — Только не надо предлагать Смерть персонажа или Смену пола. — Пробубнила Фем. — Я и не собиралась, — начала оправдываться Гет, как в комнату вошла Она. Фэнтези привычно улыбалась, и лиловые глаза будто поблескивали. Тонкие острые кончики ушей были увешаны разноцветными висюльками сережек, а русые волосы были заплетены в косу. Фем схватила подругу за руку, не отрывая взгляда от Фэн. — Ничего не говори. Я уже и так определилась. — Прошептала она и пошла следом за девушкой, оставив улыбающуюся Гет одну. Даже ничегошеньки не понимая в девушках в «этом» смысле, она-таки помогла подруге. И теперь спокойно можно кануть обратно в объятия своего возлюбленного, больше не беспокоясь о том, что при этом чувствует ее подруга. * * * — Вот, меня никто не ценит и никто не любит. Я, видите ли, «мужик», плакать нельзя, любить нельзя, быть эмоциональным нельзя, трахать в зад никого нельзя, свой зад подставлять другим тоже нельзя, это же так «фу, омерзительно». А кто-нибудь о моих чувствах задумывался? Мне же тоже нелегко. Я хочу любить и долбаться с мужиками, я виноват что ли, что женщины не мой конек? — выл, утирая слезы, Слэш, стоя перед комнатой Ангста. Мрачный парень молча понимающе кивнул, жестом предлагая Слэшу войти в его обитель. — Ты обратился по адресу. Будем страдать вместе. — Сказал Ангст и сел на пол и, прижав колени к груди, уткнулся в них лицом, свесив длинные черные патлы. Слэш переступил неловко с ноги на ногу, и сел напротив хронического страдальца Фикбука. Через минуту непоседа Слэш заерзал. Через две выпрямил спину. Снова ссутулился. Поковырял пальцем пол. А Ангст, как замер в той позе, так и сидел все это время не шевелясь. — И это все? — не выдержал Слэш. — А ты ожидал чего-то большего? — не поднимая головы, поинтересовался Ангст. — Ну… а как же резанья вен, биение головой об стол, царапанье стен, сопровождаемые воплями и истерикой? — наивно поинтересовался Слэш, и Ангст наконец-то вскинул голову. — Это такие слухи обо мне ходят? Я, кажется, даже знаю, кто их распространяет. — Уныло отозвался Ангст, представляя, как Стёб в образе Лорда Тьмы, который с невменяемым оскалом и в темном плаще держит на вытянутой руке маленького Ангста. — Нет. Я просто страдаю. Без каких-либо выкрутасов. — Но это же скучно. — Изумился Слэш, снова ерзая затекшей задницей по полу. — Да и к тому же, почему это мы должны страдать, а те, кто нас обрекает на страдания – нет? — У тебя есть какие-то идеи? — с некой настороженностью спросил Ангст, и губы Слэша расплылись в такую сладко-язвительную ухмылку, что мрачный парень невольно сглотнул, почти видя, как на голове местного извращенца появляются дьявольские рожки. — О да. Устроим им разрыв шаблона. Во время затишья на Фикбуке все жанры и предупреждения, так или иначе, разбрелись по своим комнатам. Кто-то спать, кто-то просто отдыхать, кто-то заниматься различного рода извращениями. Поэтому все встрепенулись, когда услышали чей-то крик. Захлопали двери, послышались десятки громких шагов, ругань, и попытки что-то узнать у других. И вот, в темной гостиной, из которой доносился плач, зажигается свет, и все застывают в проеме арки, с ужасом, непониманием и удивлением смотря на открывшуюся им картину. Белый ковер был заляпан чем-то красным, похожим то ли на вино, то ли на кровь. И, также этими пятнами были измазаны два тела, в изломанных позах лежащих на полу, над которыми, упав на колени, рыдала Драма. Девушка держалась руками за окровавленную футболку одного из тел, истерично натягивая пальцами измазанную ткань, и рыдала взахлеб. Темные волосы спутались еще больше, а черная тушь вместе со слезами влажными дорожками измазала щеки. — Как же так? — почти выла она, склоняясь над телами. — Да что… Да какого хуя тут происходит, блять? — первой пришла в себя Мат. — Они… Они… — сквозь всхлипы и шмыганья носом мямлила Драма. — Что они? — закричал E, отводя шокированную R в сторону. — Они… Умерли…— на одной ноте заскулила Драма и бессильно ударила кулаком по кровавому пятну на ковре. — Почему? Почему из этого мира уходят лучшие? — завопила она, вскинув голову и возведя измазанные в красном руки к потолку. — К-как умерли? — тихо спросил Смена пола, выглядывая из-за угла арки. Все стояли, не шевелясь, и не знали, что делать, пока Романтика не вбежала, расталкивая всех, в комнату, и не села рядом с Драмой. Детектив попросил всех расступиться и не подходить к телам. Мужчина закурил, шумно щелкнув зажигалкой, и принялся ходить вокруг тел. — Слэш и Ангст, — тихо сказал он, и все охнули. — А это что еще такое? — тут же в пустоту спросил он, присаживаясь на корточки и что-то доставая из кармана Слэша. Белая записка была сложена в четыре раза, а на уголке листика была едва заметная капля крови. Детектив быстро пробежался глазами по листку и, тяжело вздохнув, подошел к напряженно замершим жанрам и предупреждениям. Протянул им листок. Каждый, кто читал его, изумленно охали, пока очередь не дошла до Стёба. Парень уставился на листок и перечитал его несколько раз, чувствуя на себе взгляды других. — Такого быть не может! — закричал он. — Стёб, ты… — Не смейте мне ничего говорить! Юмор потянулся к записке, но старший близнец ее выдернул из цепких пальчиков. — Я не верю в это. — Прошептал он, и тут же появилась запоздавшая парочка Гет. Мужчина сразу же насторожился и обнял свою девушку, когда все обратили свои взгляды на него. А потом он увидел и тела Слэша с Ангстом. — Блядство, — распахнув глаза, прокомментировал он. — Будь здорова, Мат. Первым не выдержал Экшн. — Это вы во всем виноваты. Вы принесли им такие страдания, что они покончили жизнь самоубийством. А ведь они были так юны! — сказал он и отвернулся, едва не спалившись давящим его ржачем. Фантастика, увидев это, подошла к нему и положила руку на плечо, с силой сдавливая его. — А ну соберись, — шикнула она ему, и сама едва подавила смешок. Добавила уже громче. — Не плачь, Экшн. Кто-то приходит в этот мир, а кто-то уходит. Таков круговорот жизни. — Да что тут творится, им можно чем-то помочь? — спросил Гет, но тут Стёб ему протянул записку, и мужчина быстро пробежался глазами по строчкам. — Да… Да как же такое может быть? Вы издеваетесь? — Вот так. Они покончили жизнь самоубийством, там же все ясно написано. Они ели и ели вишневое варенье, пока их желудки не выдержали, и они не умерли. — Сказал Детектив, макая палец в «кровавое» пятно и слизывая чуть липковатое вещество. В комнате резко погас свет, по полу прошлась дымка. Свет луны, пробивавшийся в окно, осветил лицо Детектива с одной стороны. — И это вы двое виноваты в их смерти. — Загробным голосом сказал он. — Да хуйня это все! Вы сами-то верите в это? — запротестовал Стёб, махнув рукой в бок. — Они притворяются. — Вы виноваты, вы виноваты, вы виноваты. — Протянув руки, все начали надвигаться на Стёба и Гет, монотонно хором повторяя одни и те же слова. — Да вы совсем с ума сошли. — Фыркнул Стёб, но заткнулся, когда полоса лунного света выхватила из тьмы какое-то движение. Рука с темными разводами громко шлепнула по полу, и тело подтянулось за конечностью. Бледный свет коснулся лица Слэша, и тот прошептал, протянув другую руку и посмотрев на Гет: — Это ты виноват в моей смерти… Ты, — протягивая «ы», почти завыл Слэш, но запнулся, громко хрюкнув. Стёб и Гет переглянулись, снова посмотрели на «мертвое тело», которое теперь уже беспрерывно похрюкивало, пока эти самые мерзкие звуки не перешли в ржач. — Слэш, мудак ебанный, ну как ты мог все запороть? — рыча, спросила Мат и с силой приложила ладонью выключатель, переводя его в положение «вкл.», отчего свет снова появился. Слэш мотал головой из стороны в сторону, безостановочно смеясь и измазываясь в липком варенье, почти кувыркаясь по полу. — Сам попросил, и сам сорвал все представление! — всплеснула руками миледи Гет и шало улыбнулась, поймав недобрый взгляд любимого. — Да вы видели их лица? Умора, ой не могу. — Уткнувшись мордой в белый ворс хрипел Слэш, и рядом лежащий Ангст тоже едва заметно затрясся. Детектив ухмыльнулся, сложив руки на груди и расправив плечи. Романтика улыбалась Драме и заботливо стирала потекшую тушь с ее щек. — Так это все был… Наеб? — сорвавшись на истерический вопль, спросил Стёб. И даже не пожелал Мат здоровья, когда та громко апчхуйкнула. — Ребят, а чего вы это так разорались-то? — все обернулись на Злобного Автора, который спустился по лестнице. — Автор, ты такой лошара, — усмехнулась Нецензурная лексика, и все дружно рассмеялись, кроме обозленных Стёба с Гетом и ничего не понимающего Автора. * * * — …Ага, а главными постановщиками были Ужас и Даркфик. Милый, ну согласись, это было так весело! — смеясь, говорила миледи Гет, устроившись на коленях своего парня, мрачно взирающего на веселье всех остальных. Напротив него сидел такой же обозленный Стёб, которого с обеих сторон донимали Юмор и Твинцест. — …Братик, ну не обижайся! Или ты от страха растерял все чувство юмора? — злобно хихикал младший брат, подпинывая старшего локтем под ребра. — А ну-ка пшел отседова, маленький предатель, — прошипел Стёб, но его тут же обняли сильные руки и чуть покачали из стороны в сторону. — Ах, похоже, у меня снова ноги исчезают, — притворно пожаловался Твинцест, хитро лыбясь вместе с Юмором. — Да пошли вы оба. Вы оба предатели, — сложив руки на груди и ссутулившись, обижено гаркнул старший близнец, за что получил два смачных чмока в обе щеки. — …Ну вы даете. Цирк какой-то тут устроили. Ни на минуту нельзя вас оставлять без присмотра. — Причитал Автор, на что Мат его хлопнула по спине и сказала: — Да харе бздеть тут. Ты просто обижаешься, что все проебал. — Да… — А вот нехуй закрываться в следующий раз. — … Драма, ты была неподражаема. Какое искусство игры, высший уровень!— восхищались Повседневность и Занавесочная история, с обожанием смотря на Драму. Флафф же сидел на коленях у Романтики и дул губы на то, что ему ничего не рассказали. Но куда уж впечатлительному Флаффу участвовать в подобном? —… Знаешь, у тебя очень приятный голос, — теплое дыхание, коснувшееся уха, заставило Фем вздрогнуть. Она обернулась и чуть не выплюнула только что съеденный крекер. Фэнтези игриво улыбнулась, наматывая светлую прядь на палец и, скользнув цепким взглядом по Фем, улыбнулась еще шире. — Я бы хотела послушать его в более низкой тональности… — …Слэш, должен признать… Я не помню, когда в последний раз мне было так весело, — обычно хмурый и меланхоличный Ангст едва заметно улыбался, и Слэш похлопал парня по плечу. — Чувак, без твоего профессионального нытья и связей в «Темном углу» ничего бы не вышло. — Это без твоего умелого уговаривания на общую месть говнюку Стёбу ничего бы не получилось. Я бы так не смог. — Короче, чувак, мы друг друга стоим. — Хохотнул Слэш и потянулся, подняв руки вверх, да так и замер в нелепой позе. — Слыш, Ангст… — Мм? — Это кто? — спросил Слэш и все-таки опустил руки, пялясь в одну точку. — Ты о ком? — нахмурился Ангст. — Вон смотри. Слэш указал пальцем на высокого блондина, стоящего в окружении извращенцев, но было видно, что он несколько отличался от них. Мужчина улыбался и смеялся, грозил кулаком БДСМ, когда тот игриво шлепнул его плеткой по заду. Потрепал по волосам Секс с малолетками, и вдруг он наткнулся на пристальный взгляд Слэша, отчего парень тут же насторожился. Но, получив в ответ лишь доброжелательный кивок в паре с едва заметной улыбкой, вздрогнул. — А, это Харт Комфорт. Он один из новоприбывших, — со скукой ответил Ангст и выпрямился. А вот малыш Слэш конкретно залип. Конец. Шутка. Это все озлобленный Стёб. А в нашем проекте еще будет, на что посмотреть. Фикбук. Построй свой ориджинал. * Хотелось бы отметить, что подробнее всего я описал внешность Драмы потому, что потенциальным ее отображением для меня является образ Эдит Пиаф в фильме «Жизнь в розовом цвете».