Как вредно бывает мечтать о смене обстановки

      - Нет. Там стояла очень милая девушка.       Неловкое молчание повисло между двумя мужчинами, стоявшими в этот чудесный день в посреди парка Сабаоди. Колесо обозрения всё крутилось и крутилось.       - Она сразу захихикала, покраснела. Сказала, что, видимо, ошиблась адресом, собиралась к подруге… - по Монто было видно, что ему было стыдно об этом говорить.       - И? Ты сразу напетушился и девка сбежала? – подытожил Зар, глядя на своего друга, приподнимая бровь.       - Н-нет! То есть… Да черт, я понятия не имею, как пропала эта белобрысая!       - Эй, герой-любовник, ты совсем рехнулся? Баб что ли тебе мало в борделях, что ты на всех подряд отвлекаешься?       - Да погоди ты! Я же еще не закончил. В общем… Я, конечно, помнил о добыче и все такое. А девушка сказала, что шла к подруге и немного заблудилась, потому что ужасно ориентируется на местности. Она все так же хихикая подкатила ко мне, хотела, чтобы я ей помог найти дорогу. Типа «Покажите, идёмте со мной, я так не хочу опять потеряться». Ну, а я-то выйти не могу, начал оправдываться, мол, я тут жду людей, все дела.       - И?       - И… И она буркнула что-то вроде «Ой, а что это за карта у вас там?», указала куда-то позади меня. Ну, я обернулся на автомате, а потом получил так смачно по горбу, что сразу звезды в глазах засияли. Да что там звезды, я за миг увидел всех тех девиц, что обрабатывали меня, за всю мою жизнь. Ну, и отключился, разумеется.       Зар фыркнул. Зная своего слабого до женщин друга, он никак не мог поверить, что тот просто стоял как пень и после получил по башке, вместо того, чтобы сразу затащить женщину к себе в койку. Или на стол. Или прямо на пороге нагнуть ее. Странно еще было, что с пойманной девушкой оставили именно его, ведь Монто мог сделать с ней что угодно.       - Ты мне не веришь?       - Нет. Ты, девушка и свободный дом. И ты получил по башке. Более нелепого оправдания так хорошо начинавшейся истории я не мог бы даже придумать.       - Зар, ты можешь думать, что хочешь. Но на этот раз это действительно правда. Девушка так и лезла внутрь, пришла вскоре, как вы покинули дом. Она хотела достать эту девку, вот и пришла за ней.       - Хм… - мужчина со шрамом задумался. Они вдвоем все еще стояли около колеса обозрения. – Если подумать, то к какой подруге она могла идти в лесу, полном охотников и пиратов? Даже если она и плохо ориентируется? Что за бред вообще?       Рассуждая, Зар двинулся вперед, засунув руки в карманы брюк. Сабля тихонько висела у него на поясе.       - Да она однозначно пришла за белобрысой! – бурчал Монто, следуя за ним.       - Почему ты сразу не сказал? Если бы Секитто-сама узнал, что девушку похитили, то он, возможно, не стал бы за ней охотиться. Она ведь уже чья-то, может, это даже ее прежние охотники.       - Ты что несешь вообще? Как бы я мог признаться, что меня вырубила баба?       - Эх… Теперь нам придется ее красть у этих людей. А мы даже не знаем, кто они! Ты хоть запомнил, как эта девушка выглядела?       - Да, она была относительно высокая, у нее светло-зеленые волосы, короткие такие, и большая челка справа. Пушистая вообще была прическа.       - Так, значит, какая-то зеленоволосая курица и тот высокий старик.       - Какой старик?       - Да тот самый, который вырубил Дункана! Да и нас всех сразу после. Он же явно за ней пришел.       - Мда, у нее неплохие охранники, - почесал затылок Монто.       - Мы просто были не в форме. Ну, не ожидали. Что ж, теперь легче будет ее найти. Ведь уже есть ориентир на троих, а не на одного человека.       ***       «Деревянные прибамбасы, инструменты… Ничего интересного».       Вера сумела открыть несколько ящиков, не найдя в них ничего, что могло бы ей приглянуться.       «Хотя чего я, собственно, ожидала? Золото? Я же не на пиратском корабле, в конце концов».       Между тем, в баре появилось еще несколько человек. Кто-то даже спросил у Шакки, что за рабочего она наняла, ведь в баре всегда работала лишь сама хозяйка.       - Не обращайте внимания, - мягко улыбаясь, отвечала она. – Это всего лишь внеплановая уборка.       Барменше самой было интересно узнать, что Вера пыталась найти в этом хламе, который уже несколько лет максимум сверху протирался от пыли. Она знала, что в ящиках были лишь строительные материалы, разобранная мебель и даже светильники с микрофоном.       Было время, когда в баре планировалась большая сцена, стоял этот самый микрофон, сверху и снизу была приделана подсветка. Но Шакки лишь протирала на приборе пыль. Она не хотела работать с кем-то еще, ее вполне устраивало это шумное от посетителей одиночество. Она находила необыкновенный шарм в общении с людьми в баре, которых никогда не видела, а после – и не увидит. И дополнительные работники были ни к чему.       А Вера… Беднягу было просто жалко. Шакки понимала, что навсегда она здесь не останется. В крайнем случае, следовало бы отвести ее к дозорным, чтобы те нашли ей дорогу домой. Но она этого почему-то не делала. Шакки что-то чувствовала, что-то, что не давало ей вмешивать в эту историю дозор. Она безоговорочно верила, что Рейли сможет найти выход сам. К тому же, она была рада, что он нашел себе занятие на некоторое время и теперь не сидит круглосуточно у нее, пока нет работы в доках.       А пока пусть эта девочка побудет у нее. Совсем недолго.       «Ого, даже микрофон тут есть!»       Блондинка держала в руках металлический прибор, похожий на микрофон у джазовых исполнителей. Она никогда не видела таких, даже когда занималась в детстве пением.       «А я ведь в детском саду была золотым голосом четырнадцатой группы!»       К микрофону шла еще и подставка, такая же металлическая, блестящая. Сам микрофон был довольно тяжеловатым. Девушка так и застыла, рассматривая найденные вещи, размышляя о том, как в этот микрофон мог кто-то петь и почему сейчас он хранится в тяжелом старом ящике под здоровым слоем пыли.       Пыль! Точно, первоначально следовало бы убрать все то, что она тут натворила. В конце концов, люди пришли сюда есть, а она заставляет их дышать грязью. Скинув все найденное обратно в ящик, Вера закрыла пыльную крышку и побежала к Шакки, пытаясь попросить у нее к тряпке еще и палку, чтобы помыть пол.       - Ух ты, какая ты испачканная, - протянула Шакки, окидывая девушку взглядом. – Если тебе что-то нужно, иди в кладовку, ты же знаешь, где она, - сказала она, указывая на небольшую дверь около лестницы наверх.       Спустя какое-то время, когда за окном уже виднелось желто-красное небо, Вера закончила протирать пол на сцене, который теперь был чист и даже немного блестел из-за лакированной отделки. Раньше, под слоем грязи и пыли, которые уже буквально въелись в структуру дерева, девушка даже не могла предположить, что он так хорошо отделан. На него даже не стыдно стало ставить микрофон.       - И что же ты тут сделала? – услышала Вера тихий голос позади себя.       Обернувшись, она увидела Шакки, которая как раз выдохнула прямо перед носом девушки большое облако дыма. Брюнетка оценивающе взглянула на чистую сцену и плотно сжатые позади ящики и стулья, её лицо не покидала улыбка.       Вера даже не знала, как перед ней оправдываться. Мало того, что она не могла подобрать слов, она попросту не знала ничего, кроме «спасибо» и «доброе утро», в значениях которых все равно не была уверена на сто процентов. Поэтому она виновато приподняла брови и попыталась жестами объяснить, что ей от нечего делать захотелось убрать грязь и освободить это место.       «Хоть бы она сейчас со злости не выкинула меня на улицу… А вдруг там эти жуткие дядьки…»       Но женщина лишь улыбнулась еще шире, потрепала беднягу по голове и вернулась за стойку, где двое готовых мужчин уже осушили свои бокалы и требовали добавки.       Между тем Вера оценила то, что она сама сделала за день, как… бесполезный труд. И, тем не менее, она смогла неплохо скоротать время, наводя такой ненужный порядок.       Рейли все не приходил, хотя иностранка была уверена, что вечером он точно вернется в бар. Она выждала минутку, когда у Шакки за стойкой не будет много работы, и подошла к ней, спрашивая про старика.       - Эм… Рейли?.. Э-э?.. – неуверенно произнесла Вера, на что женщина пожала плечами. И все так же улыбалась.       «Чего она все время улыбается? Мне начинает казаться, что у нее в этих часиках припрятана наркота».       - Э, простите.. ой… ай, ладно. Буду на русском. Можно мне… выйти?.. Прогуляться? Чуть-чуть?       Смешные и нелепые жесты, которые очень быстро менялись и крайне неуверенно были показаны, насмешили не только барменшу, но и одного более-менее трезвого её клиента.       - Это что за игра такая? – усмехнувшись, спросил этот клиент, держа в правой руке бокал, сверкая огромным зеленым перстнем на указательным пальце.       - Мы поспорили, что она сможет неделю не употреблять знакомые понятные слова, но все равно я буду ее понимать. Развлекаемся, только и всего, - легко соврала Шакки, не желая кому попало объяснять про девушку и её небольшое приключение.       На вопрос Веры брюнетка кивнула, поняв, что она хочет немного подышать свежим воздухом. Шакки есть Шакки. Она знает, что все будет хорошо.       ***       - Фу-у-у-ух, свежий воздух…       Вера пусть и жутко боялась снова попасть в беду, но не могла сидеть взаперти. Она наконец смогла пройтись по необычайно интересному и красивому городу. Или деревне. Или острову. Кто знает, где она на самом деле находится.       Сейчас вокруг было еще немного светло, солнце уже ушло за горизонт, но его лучи на небе все еще окрашивали облака в розоватый цвет. Теплый воздух, совершенно безветренная погода, приятный свежий запах вокруг. Все это навевало еще большее спокойствие, чем вечная улыбка барменши и её старика.       Жаль, что теперь мир опять стал для нее расплывчатым. Незадолго до этого непонятного внепланового путешествия девушка впервые купила себе линзы, и теперь она уже просто не могла без них ходить. Это невероятное чувство, когда видишь каждую деталь окружающего мира, хотя до этого все было лишь быстрым мельтешением огней и смутных красок, так завораживало, что не хотелось терять этот вид. Как наркотик, совсем безвредный и крайне удивительный, линзы отныне носились постоянно.       Теперь окружающий мир очень огорчал своей тусклостью и нечеткостью. Еще больше огорчало то, что все лица были как одно. Что означало полную беспомощность в нахождении своих врагов и попытки вовремя от них убежать.       ***       В это же время на другом конце десятой зоны Рейли прогуливался по людной улице, перебирая в голове все возможные варианты расстановки известных ему фигур.       Благодаря Диско он узнал немного информации о том корабле, который гипотетически мог привезти иностранку на архипелаг. Во-первых, это были не пираты и не известные охотники за головами. Ранее люди с этого корабля никогда на торги не заглядывали. Во-вторых, их никто раньше не видел на самом архипелаге и в его окрестностях, что подтвердили в порту.       Узнать хотя бы приблизительное описание внешности или личностей этих человек оказалось куда сложнее. Даже для Рейли. Для этого ему пришлось напрямую подойти к бедному дрожащему хозяину аукциона и любезно предложить ему рассказать все, что тот знает, взамен пообещав не ломать ему шею. Как ни крути, но договаривался с этими людьми именно Диско, больше ни одного свидетеля не осталось.       На торги заявились трое, на вид обычные матросы. Опыта в торгах у них не было, они вообще не пытались наварить больше денег. Как они сами сказали, «надо было просто избавиться от балласта». Диско на тот момент не особо заботило, где они иностранца взяли, но для поддержания разговора что-то подобное всё же спросил, на что ему ответили, что человека ему просто сбросили на руки левые пираты.       В тот же день ближе к вечеру те трое вернулись и извинились, заявив, что их товар пропал. Скорее всего, он просто убежал или же был похищен кем-то другим. Уходя, они пожелали удачи с делами и сказали, что если кому-нибудь из работников торгов посчастливится найти того, кто не знает местного языка, то это будет небольшой «привет» от них.       Оставив бедного Диско в покое, Рейли попытался узнать что-нибудь об их корабле. Возможно, что-то, что навело бы старика на след, откуда девушка родом или хотя бы из какой части океана. Или же узнать, с кем эти матросы могли контактировать. Но никто в порту о нем почти ничего не помнил. А кто что-нибудь да вспоминал, тот мог сказать только про то, что это было семь-восемь дней назад, корабль был самый обычный, небольшой, без каких-то отличительных черт вроде именного флага или кормы.       Итого: всего лишь еще одна пешка. На доске все еще стояла безликая фигура. И совсем никак не удавалось пролить на нее свет.       Старик остановился посреди улицы, подняв голову вверх. Небо в такое время суток зачаровывало своей потрясающей окраской. Это было то самое время, когда день подходил к концу, но при этом впереди было еще несколько долгих темных часов вдохновения, шарма вечерних видов и тонкой магии ночных приключений.       Кстати о приключениях.       - Уже вечер, - тихо проговорил Рейли, награждая чудесное небо своей улыбкой. – Она уже должна была попасть в беду.