Как же я влюбилась в тебя, Уизли?

Больничное крыло Эмили проснулась из-за шороха. Она открыла глаза и поняла, что рядом с ней сидит Джордж, явно чем-то обеспокоенный. Увидев, что она очнулась, Уизли встревоженно начал расспрашивать: — Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит? Всё в порядке? — Да, — немного охрипшим голосом ответила на последний вопрос Эмили. — А где Гарри? Где он? — О, да не беспокойся так. Вон он, — сказав это, Джордж указал на соседнюю кровать. — Ещё не очнулся. — Что произошло? — спросила Эми, пытаясь восстановить события матча. — Так… — начал Джордж, но тут в больничное крыло ввалилась вся команда. Фред, увидев, что Эмили очнулась кинулся к ней и крепко обнял. Анджелина и Кэти облегчённо вздохнули и заулыбались. — Как себя чувствуешь? Когда тебя выпишут? — начала допрос Белл. Эмили уже открыла рот, чтобы ответить, как… — Мадам Помфри сказала, что уже сегодня ей можно будет уйти, а вот Гарри, похоже, придётся пролежать здесь все выходные, — ответил вместо Блэк Джордж. В крыло вбежали Рон и Гермиона. Грейнджер сразу кинулась обнимать Эми, а Рон только счастливо улыбнулся. С соседней кровати послышался шорох. Все сразу кинулись к Поттеру. — Вид у него болезненный — ска­зал Уизли-младший. — Болезненный? Что ты хо­чешь? Он упал с трид­ца­ти мет­ров, — вмешался Фред. — Да, Рон, иди, спрыг­ни с Баш­ни Ас­тро­номии, на блин бу­дешь по­хож, — хмыкнул Джордж. — И бу­дет выг­ля­деть по­луч­ше, чем обыч­но, — произнес Гар­ри, пробуждение которого не было замечено. Все с об­легче­ни­ем вздох­ну­ли и за­улы­бались. Гар­ри приподнялся на локтях и посмотрел на членов гриффиндорской команды. — Как ты се­бя чувс­тву­ешь? — обес­по­ко­ен­но спро­сила Гер­ми­она. — О, блес­тя­ще! — Гар­ри от­ве­чал бод­ро, несмотря на свое сос­то­яние. — Ты нас очень на­пугал, при­ятель! — ска­зал Джордж. — Что про­изош­ло?  — Ты и Эмили свалились с мётел. Эми подхватил Джордж, а Дамблдор замедлил твоё падение, — кротко объяснил Фред и оглядел согласно закивавших друзей. — Мы думали, ты умер, — Кэти всё ещё била дрожь. Гермиона всхлипнула, глаза у неё были красные. — А как же матч? Будем переигрывать? — хором спросили Эмили и Гарри. Все молчали. Правда наваливалась тяжёлым камнем. — Мы что, проиграли? — прошептала Эмили. — Диггори поймал снитч, — сказал Джордж. — Сразу после того, как вы упали. Он сначала ничего не понял. Посмотрел вниз и увидел Гарри на земле. Тут же попросил не засчитывать им победу, хотел переиграть матч. Но всё было честно. Даже Вуд признал. — А где Оливер? — Эмили только что заметила, что капитана команды тут нет. — В душе, — ответил Фред. — Наверное, хочет утопиться. Гарри, одновременно с Эмили спрятал лицо в коленях и запустил пальцы в волосы, а Эмили застонала. Фред взял их за плечи и легонько потряс. — Ладно вам. Эмили, в этом вообще нет твоей вины. И, Гарри, ты никогда ещё не упускал снитч! — Надо же когда-нибудь и упустить, — рассудительно заметил Джордж. — Можем ещё отыграться, — улыбнулся Фред. — Мы проиграли сто очков, так? Значит, если пуффендуйцы проиграют Когтеврану, а мы у Когтеврана выиграем. Ну, и у слизеринцев… — Пуффендуйцам надо проиграть с разницей в двести очков, — уныло возразил Джордж. — А если они ещё и побьют когтевранцев… — Да нет, Когтевран им не по зубам. А вот если Слизерин продует Пуффендую… — Всё будет зависеть от очков. Как ни крути, сто очков нам придётся набрать… Эмили легла обратно на кровать, не сказав ни слова. Проиграли… Она первый раз проиграла матч. Проиграла… Минут через десять пришла мадам Помфри, выпустила Эмили и распорядилась всем оставить палату. Но Эми с Роном и Гермионой решили ещё поговорить с Гарри. — Мы ещё зайдём, Гарри, — пообещал Фред на прощание. — И не терзай себя, ты всё равно лучший ловец. Такого у нас ещё никогда не было. Эмили, мы ждём тебя у входа! И Кэти, Анджелина, Фред и Джордж, оставляя за собой грязные следы, вышли из палаты. Мадам Помфри с недовольным видом закрыла за ними дверь. Рон, Гермиона и Эмили подошли ближе к кровати Гарри. — Видели бы вы, как рассердился Дамблдор, — прерывающимся голосом сказала Гермиона. — Я никогда не видела его таким. Гарри, ты стал падать, он выбежал на поле, махнул палочкой, и падение замедлилось. А ты, Эмили, начала падать, и уже почти возле земли тебя подхватил Джордж. Так вот, Дамблдор нацелили палочку на дементоров. Из неё вылетело серебристое облако, и дементоров как ветром сдуло… Он был вне себя от ярости, что они вошли на территорию… — Дамблдор наколдовал носилки и положил вас на них, — перебил Рон. — Носилки сами вас несли, а он шёл рядом до самой школы. Все думали, что вы… Рон замолчал, но Эмили его не слушала. Она думала о том, что с ней сделали дементоры, о голосе… Из размышлений её вывел голос Гарри: — А где моя метла? Рон с Гермионой переглянулись. — Где она? Её подобрали? — встревоженно спросил Поттер. — Она, понимаешь… её снесло ветром, — издалека начала Гермиона. — Эмили, не волнуйся! С твоей метлой всё в порядке. Грейнджер отдала метлу её хозяйке. — Гермиона! Что с моей метлой? Гермиона! — начал раздражаться Гарри. — Она упала… понимаешь, Гарри… угодила прямо в Гремучую иву. У Эмили сжалось сердце. Гремучая ива — страшное дерево. Она одиноко высилась посреди луга и крушила всё, что попадалось под удары её ветвей. — И что? — Поттер со страхом ждал ответа. — Ну, ты ведь знаешь её, — ответил Рон. — Она всегда даёт сдачу. — Профессор Флитвик только что принёс твою метлу, — едва слышно сказала Гермиона, нагнулась, подняла с пола мешок и вытряхнула на постель кучу щепок и поломанных прутьев. — Это всё, что осталось от верного «Нимбуса-2000», непобедимого, но в конце концов, всё-таки потерпевшего поражение.

***

Эмили вышла из больничного крыла. Как и сказал Фред, близнецы ждали её. Джордж сидел на подоконнике, а его брат стоял, облокотившись на стену. При её появлении, Джордж сразу же слез с подоконника, подошел и обнял её. От этих объятий Эми сразу стало тепло в душе, как от кружки горячего чая. — Джордж, ты меня опять убить захотел? — прохрипела Эмили. — Что? Ой, извини! — Джордж понял, что перестарался. — Эх, да ладно. Потом с тобой разберусь, — усмехнулась Блэк. Пятница прошла обычно, сплошная рутина. В субботу Эми забегала к Гарри, но была там недолго. Поттер не позволил мадам Помфри выкинуть щепки и прутики, оставшиеся от «Нимбуса-2000». Суббота 21:00. Спальня девочек В спальне были все жившие в ней девочки. Анджелина заплетала Эмили косу из голубых прядей волос, а Джинни и Кэти просто валялись на кроватях. И тут Анджи задала неожиданный вопрос: — Эмили, тебе же нравится Джордж? — Да, — не стала сопротивляться Эми. — Ну так скажи ему об этом, — решила Кэти. — Нет. — Почему? Он же тебе нравится? — недоумевала Кэти. — Да, — не отрицала при этом Блэк. — Ну так встречайся с ним! — воскликнули Анджелина и Джинни. — Нет! — крикнула в ответ Эмили, и увидев, что подруги уже открыли рты, чтобы возразить, быстро сказала им: «Всё вопрос закрыт, все занимаются своими делами!» Девушки, как по команде кивнули. Проболтав ещё часа два, они решили, что пора ложиться спать, завтра они хотели с утра навестить Гарри.

***

— БОЖЕ МОЙ! — Я всего лишь человек. — ДЖОРДЖ, ЭТО НЕ ОНА! — ФРЕД, ТЫ ПРАВ! — БРАТ, МНЕ СТРАШНО! — БРАТ, КТО-ТО ЗАНЯЛ МЕСТО НАШЕЙ МАЛЕНЬКОЙ БЛЭК! — БРАААААТ! … — Я просто отказалась от еды, а вы так орёте, что пол зала на нас уже смотрят, — вздохнула Эмили. Фред и Джордж, казалось, были просто во вселенском ужасе, не говоря уже о «бедном» Ли, застывшим с открытым ртом. У него аж ложка с кашей от оцепенения выпала. — ДА СЕГОДНЯ ПЛАНЕТА ПЕРЕВЕРНЁТСЯ! — Фред был на грани безумства. — ЭТО КОНЕЦ НАШЕМУ МИЛОМУ ВОЛШЕБНОМУ МИРУ, ДРУЗЬЯ! … Ли в притворном обмороке валялся на скамейке, на четверых друзей в шоке уставились ученики со всего зала. — Эх, придурки, — вздохнула Эми, но что поделать, такими уродились. — Если что, я к Гарри пошла. С этими словами Эмили вышла из Большого зала. А ведь утро начиналось хорошо. Эми сегодня ходила с рыжими волосами, просто ей так понравилось, и она решила походить так немного. Эмили зашла в больничное крыло и направилась к кровати Гарри. Мальчик улыбнулся ей. — Привет, — поздоровался он. — Привет! Ну как, все конечности на месте? — усмехнулась Эми. — Ха, ну вроде да, — улыбнулся Гарри, и тут же посерьёзнел. — Эмили, можно тебе кое-что рассказать? Увидев кивок, Поттер продолжил: — Я часто вижу Грима. Уже два раза. Первый раз я чуть не попал под автобус «Ночной рыцарь», теперь вот упал с такой высоты. Похоже, призрак пса не отстанет пока я не сверну себе шею. — Гарри, не волнуйся, мы все, ну по крайней мере я, рядом, — грустно улыбнулась Эмили. — Ещё, Эми, когда дементоры приближаются ко мне, я слышу последние минуты жизни моей матери; она пытается защитить меня от Волан-де-Морта, а тот, убивая её, смеётся… — Прекрати! Гарри, я знаю насколько это ужасно, я тоже всё это слышу, — прервала его Эми. — Ты? Но почему? В больничное крыло зашла вся команда, Эмили была рада её появлению, ведь ещё чуть-чуть и она рассказала Гарри тайну, их тайну… О которой Поттер ещё не знал, но скоро придёт время. Оливер Вуд замогильным голосом сообщил, что ни в чём не винит Гарри и Эмили. Команда ещё некоторое время побыла тут, а потом, попрощавшись Поттером, ушла. Гарри по прежнему был в подавленном состоянии, и Эмили догадывалась, что дело не только в метле и проигрыше.

***

В понедельник Гарри вернулся на занятия. На уроке зельеварения Малфой развлекался тем, что изображал дементора. После взгляда Эмили, содержавшего огромное количество ненависти и злобы, он затих, но Рон всё равно не выдержал и запустил ему в лицо огромное влажное крокодилье сердце. Снейп вычел у Гриффиндора пятьдесят баллов. Из-за этого на обед Эмили пришла злая и раздражённая, и сорвалась на попавшихся под руку близнецов, а потом долго искала их, чтобы извиниться. — Если защиту опять ведёт Снейп, я притворюсь, что больна, и не пойду, — сказала Эми по дороге на урок. — Да. Я тоже! Гермиона, погляди, кто в классе, — сказал младший Уизли, когда они уже подошли к кабинету. Гермиона заглянула в дверь и сказала: — Заходите, не бойтесь. За учительским столом сидел Люпин. Посмотрев на него, у Эмили сжалось сердце, ей стало жаль крёстного. Он осунулся, потрёпанная одежда висела мешком, под глазами синели круги, но, когда все расселись по местам, он приветливо улыбнулся. Ученики первым делом стали жаловаться на Снейпа. — Это нечестно, он ведь только заменял вас, а задал такое домашнее задание! — Мы ничего не знаем об оборотнях… — …целых два свитка! — Нужно было сказать профессору Снейпу, что вы ещё оборотней не проходили. — Люпин слегка нахмурился. Класс загалдел громче: — Да, мы сказали, а он говорит, мы очень отстали… — Он и слушать не хотел! — Я поговорю с профессором Снейпом. А его задание можете не делать. — Ну, вот! — огорчилась Гермиона. — А я уже сделала. Урок прошёл замечательно. Люпин принёс стеклянный ящик с болотным фонариком. Прозвенел звонок. Собрав сумки, все двинулись к выходу. — Одну минуточку, Гарри, мне нужно тебе что-то сказать. И, Эмили, тоже останься. Гарри посмотрел на Эми, та пожала плечами и вернулась. Люпин накрыл тряпкой ящик с болотным чудищем. — Слышал о вашем матче. — Люпин стал запихивать в портфель книги. — Жаль твою метлу. Её можно починить? — Нет… Эмили облокотилась на стену, косой луч зимнего солнца падал на её лицо. Она прикрыла глаза и задремала. — …так что нет ничего удивительного, Гарри, что ты при виде дементоров падаешь в обморок — страшнее того, что ты испытал, трудно придумать. Любой бы на твоём месте упал. И стыдится тут нечего, — услышала отрывок разговора Эмили. — Когда они рядом, — Гарри опустил глаза, — я слышу, как Волан-де-Морт убивает маму. — И я, я тоже слышу крик. Крик Лили Эванс, — сказала Эмили на одном дыхании, и встревоженно поглядела на Римуса, тот кратко кивнул. Рука Люпина дёрнулась, будто он хотел взять Эмили и Гарри за плечи, но передумал. — И зачем только они явились на матч? — нахмурилась Эмили. — Ты ведь прогнал дементора тогда в поезде. — Есть… особые приёмы… Да и потом, в поезде был только один дементор. Чем их больше, тем труднее с ними бороться. — Научите меня этим приемам. Пожалуйста, — попросил Гарри. — И меня. Ну Римус, ну пожа-алуйста, — взмолилась Эмили. — Я вообще-то не мастер сражаться с дементорами… — А вдруг они снова придут на матч? Люпин нерешительно поглядел на умоляющие лица Гарри и Эми. — Ну ладно, — сказал он. — Я вам помогу. Только, боюсь, придётся подождать следующего полугодия, у меня очень много дел. И угораздило же меня заболеть в самое неподходящие время!