and oh, all of your saturdays could end up in woe

      Дни сбиваются в кучу и Луи даже не замечает, как пролетает неделя.       Всё смешалось: обьятия с Найлом, рыдания у Зейна на плече, поддержка Лиама со стороны (порой Лиам поддерживает его в буквальном смысле).       И не то, чтобы он был в депрессии или что-то вроде того. Нет же, ему далеко до клинической депрессии, но это чувство... Вездесущая грусть, печаль вперемешку со страхом, от ужаса ему сложно даже двигаться.       Господи, его спустя всего неделю уже тошнит от четырёх стен этой импровизированного подобия тюрьмы. Он жаждет выйти на улицу, походить, сгонять в паб с Зейном, Найлом и Лиамом, посмотреть фильм в кинотеатре, пошататься по парку, накуриться, хоть что-то поделать, хоть чем-то заняться. Но...       Он так боится, что если покинет это, такое любимое и ненавистное одновременно, безопасное пространство между четырьмя стенами, если выйдет на улицу, то обязательно встретит Мэтта. А если он его таки встретит, то его жизнь покатится как по спирали в вечный страх и безумие, из которого нет пути назад.       (Блять, странно, что он до сих пор не сошел с ума)       Он никак не может преодолеть себя. От одной мысли о Мэтте ему хочется свернуться в клубочек, спрятаться ото всех и рыдать до боли в глазах и полопавшихся сосудов.       (Он снова задается вопросом. Как? Как он до такого докатился? Как так вышло, что он рыдает от одной мысли о своем якобы парне?)       И, очевидно, он уже всех достал. Найл почти что не обнимается с ним, Лиам придумывает отговорки вроде "спортзала", а Зейн... — Бога ради, Луи, слезь наконец со сраного дивана!       Луи вздыхает и высовывает голову из-под одеяла: — Что, Зейн? — устало спрашивает он, — Что ты хочешь от меня? — Чего я хочу? Я хочу заходить в свою, да-да, свою, я плачу за неё, квартиру и не задыхаться от вони!       Луи вымотано вздохнул. Все к тому и шло: эта неизбежная вспышка ярости и разочарования. Зейн всегда был вспыльчивым, но Луи в глубине души надеялся, что в этот раз его пронесет. Например, если бы он не позволял себе столько саможалости, хоть он и заслужил её. — Да, хорошо. Прости, — он усилием воли поднимает свою задницу с дивана и пытается привести кровать в порядок. Он откидывает одеяло и кое-как раскладывает подушки. Удовлетворившись этим, Томмо протискивается мимо Зейна, стоящего в дверях. Блять, похоже, Луи реально завонялся.       Зейн ловит его за локоть: — Да что с тобой такое? Всю неделю ведешь себя странно, — Луи боковым зрением замечает Найла, который жмется в прихожей, не решаясь лезть в конфликт. Умный паренёк, — Ты весь надутый и расстроенный. В чем, блять, причина?       Луи вырывает свою руку из его захвата и отшатывается: — Просто... Отъебись, Зейн, — огрызается он, разворачиваясь и топая назад к своей кровати, под желанное одеялко. — Это из-за Мэтта, да?       Луи широко раздувает ноздри и Найл прошмыгивает мимо них, сразу скрываясь из виду. Умный паренёк.       Луи пытается успокоиться, вдыхает носом, выдыхает через рот, но молчит. — Я прав, да? Он тебя до такого довел? Из-за него ты в таком состоянии? — Зейн, прошу, — хрипит Луи, — Я не хочу... — Надо, Луи, — тут же отвечает Зейн, заставляя Луи обернуться, — Я просто хочу знать, что с тобой происходит. Мы привыкли, что ты всегда такой веселый, что от тебя так и несёт счастьем и всё такое. А сейчас ты... Я, — Зейн вздыхает, — Я думал, что тебе станет легче, если ты не будешь видеться с ним.       Луи прячет взгляд. — Просто... Я больше не хочу быть с ним, не хочу, — шепчет он и плечи Зейна медленно расслабляются. — Это же хорошо, да? — Я... Мэтт меня уничтожил. Уничтожил, Зейн, — продолжал шептать Луи, — И я столько думал. Что мне делать теперь? — Теперь? — переспрашивает Зейн. — Теперь, когда, кхм... После того, как мы расстались, — уточнил Луи, — Я не знаю. что делать. Я привык, что Мэтт всегда всё решал вместо меня, а я... Я...       Луи давится от слез, и Зейн тут же обнимает его, прижимая к своей груди и поглаживая по спине. — Шшш, детка, — успокаивает он его, — Ты у нас сильный, да? Мэтт -- чистое зло. Ненавижу его, блять, ненавижу, — снова начинает злиться он, но затыкается, когда слышит сопение Луи, — У тебя есть мы. Я, Лиам, Найл... — Гарри, — шепотом добавляет Луи. — Да, у тебя есть мы. И ты, дружище, до ужаса смелый. Вырваться из таких отношений — высшее проявление храбрости. Тебе сложно, я знаю, но это того стоит, — говорит Зейн, нежно целуя Луи в щеку. Они немного стоят так, молчат, слышится только сопение, — У меня есть унция шмали, а один я не дую, — Луи тихонько усмехается ему в плечо.

***

      Луи включает свой телефон впервые за последние двенадцать часов. Экран тут же загорелся, сообщая о пятнадцати сообщениях от заблокированного номера.       Луи пытается унять дрожь в пальцах и начинает их читать.       От: Заблокированный номер, 7:33 РМ: Малыш? Ты так давно мне ничего не писал, не отвечал. Я так по тебе соскучился. Да, у нас были трудности, но я поменялся. Люблю тебя. Мэтт х       От: Заблокированный номер, 7:54 РМ:Я так долго не писал потому, что хотел дать тебе немного свободы. Без тебя нет и меня, детка. Я так сильно люблю тебя, прости меня, умоляю. Я буду работать над собой, хорошо? И нам будет хорошо вместе. Я очень хочу, чтоб мы снова сошлись. Я люблю тебя, Лу.       От: Заблокированный номер, 8:57 РМ:Я сходил к психиатру. Ну, насчет агрессии. Мне уже лучше. Прости, пожалуйста, за то, что посмел поднять на тебя руку. Я люблю тебя, Луи. И хочу снова увидеться с тобой.       Луи судорожно удаляет все остальные сообщения, быстро дыша, словно пытаясь успокоить самого себя.       Всё хорошо. Всё в порядке. Мэтта тут нет. Мэтт никак ему не навредит. Всё хорошо.       (Луи обычно не молится, но в этот раз он умоляет Бога дать ему немного сил.)

***

      Луи скурил всего половину косяка, но его конечности уже онемели, так что он оставил Зейна одного на балконе, а сам ушел в комнату, падая на диван, кутаясь в одеяло и выуживая из кармана телефон.       Сначала он хочет написать Гарри смс, но потом решает, что это слишком обыденно. Потому он ему звонит.       В трубке идут гудки. Один, второй. На третьем гудке Гарри отвечает на звонок.       Знакомый глубокий голос... — Лу? — Ай-йо, Гарри, — шепчет в ответ Луи, будто делясь секретом, — Как ты там? Норм? — Хм, — протягивает Гарри, — Ты мне раньше никогда не звонил.       Луи вздрагивает: — Ну да... Время неподходящее выбрал, или что? — Нет-нет, конечно же нет! — тут же оправдывается Гарри, — Просто, ты же мне никогда раньше не звонил. — Не, — усмехается Луи, — Просто ты перешел на новый уровень. Переписки только для запасных шлюшек. — Так что, теперь я главная шлюшка? — Луи даже сквозь телефон видит его улыбку, — Какая честь, — пауза, — Всё хорошо, Лу?       Луи на секунду замолкает, прежде чем сказать: — Мне нужна твоя помощь. — Я не буду помогать тебе прятать труп, сразу говорю, — пытается пошутить он, но Луи не смеется и даже не хихикает, — Что-то серьёзное? — Вроде того, — невнятно отвечает он, — Я просто... Ты как бы... — Лу? Всё хорошо? — Да, всё хорошо, Гарри, — уверяет его Луи, — Просто, ну. Мы же с тобой сблизились, да?       Гарри отвечает спустя долгую секунду молчания: — Да.       Луи фыркает: — Звучит не очень убедительно. — Нет, я не это имел ввиду! Мы сблизились, конечно, — мнётся Гарри, исправляясь, — Конечно же мы сблизились. — Точно, — отвечает Луи, рвано вздыхая, — В общем... Такое дело... — Да ладно тебе, малыш, всё хорошо. Не торопись, мне ты можешь рассказать всё. Хорошо? — то ли дело в глубоком баритоне Гарри, то ли в том, что он назвал его "малышом", но Луи успокаивается и ему удается закончить предложение. — Я знаю, — говорит он на выдохе, — Я просто... Хочу забрать свои вещи из квартиры Мэтта.       Молчание. Луи проверяет, не пропала ли связь. Но нет, всё в порядке, он слышит дыхание Гарри в трубке.       Луи прочищает горло: — Гарри? Чувак, ты тут? — Да-да, я тут, да, — дрожащим голосом отвечает Гарри, — Я тут.       Луи делает паузу: — С тобой в-всё хорошо? — Со мной? — недоверчиво спрашивает Гарри, — Со мной всё хорошо, со мной всё прекрасно. Это же замечательно, Луи. Я очень за тебя рад, — и, стоит отдать ему должное, Гарри и правда звучит счастливо. — Спасибо, — отвечает Луи, — Но мне, как бы, нужна твоя помощь. — Моя помощь? — Типа, — начинает объяснять Луи, — Я же не могу пойти туда один. — Оу, да-да, точно. Это же очевидно, — быстро отвечает Гарри, — Понятное дело, что я схожу с тобой, — снова молчание, — Я так рад за тебя, малыш.       Снова это. Малыш. Луи кажется, что он сейчас расплывется лужицей по простыням. — Так, эм. Что нужно сделать? Что взять? — Ну, я уже всё продумал, — вздыхает Луи, — Я собираюсь сегодня же забрать свою одежду и прочую дребедень. Если Боги будут милостивы, то я уйду оттуда неизбитым, — пытается пошутить Луи, но выходит не очень, потому что Гарри тут же возмущенно вскрикивает: — Луи, — журит он его, — Не смей такого говорить. Он и пальцем тебя не тронет. Понял? Я не позволю такому произойти. — Ага, — согласился Луи, — Не сомневайся, Зейн с Лиамом тебе в этом помогут. — Они тоже идут с нами? — Надеюсь, — сказал он, — Я как раз собирался спросить. Так что, если они согласятся, то мы идём все вместе. — Конечно же, они согласятся Лу, — говорит Гарри тем самым тоном, от которого Луи плавится, словно сливочное масло, — Они твои друзья. — Но это не значит, что они согласятся, — прошептал Луи. Глубоко в душе он просто ждет, пока всем наскучит возиться с ним и его выгонят пинком под зад. Конечно же, Луи полностью уверен, что такого никогда не произойдет, но иногда сомнения всё равно прокрадываются в его мозг. — Они точно согласятся, — настаивал Гарри, — Им на тебя не плевать. — Ну да, — безропотно вздохнул Луи, — Я знаю.       Снова молчание. — Луи? — Да, Кудряшка?       Луи готов поклясться, что Гарри счастливо усмехнулся. — Можно спросить, почему ты только сейчас решился на это? В смысле, как бы... Ты расстался с ним уже как пару месяцев назад... — Два месяца и три дня назад, — прошептал Луи. Не то, чтобы он считал, нет. Это же глупо. — Ага, — продолжает Гарри, — Так, эм. Почему именно сейчас?       Луи мычит под нос, думая. Он начинает ковырять шов на своих джинсах. — Наверное, я просто устал жить в страхе, — мямлит он, — Я так боюсь его... Меня трясет от ужаса, даже не смотря на то, что мы расстались. Даже не смотря на то, что он далеко. Блять, как же это жалко, — он грустно смеется, на что Гарри вздыхает: — Луи, — протягивает он. Его голос полон боли, но Луи только шикает на него и продолжает: — Я не хочу бояться. Блять, мне в следующем месяце исполняется двадцать два года, а я до сих пор боюсь попросить разрешения у своего парня чтоб элементарно увидеться с семьей, — вздыхает он, — Я больше не хочу бояться. — Луи, — шепчет Гарри и это больше похоже на сдавленные рыдания, чем на человеческую речь, — Сочувствую, что тебе пришлось пройти через весь этот ад. Ты... Ты заслуживаешь лучшего. — Гарри... — Молчи, — прерывает он его, — Ты просто... Ты просто замечательный, меня тошнит от одной мысли о том, что кто-то так с тобой поступал. Ты черезвычайно особенный, Луи. Я так рад, что ты наконец-то ушел от него.       Луи одновременно хочется и плакать, и смеяться. Ему хочется, чтоб Гарри был тут, чтоб можно было спрятать улыбку в его нелепые кудри, потому что всего слишком много. Слишком быстро. В его груди теплеет, а щеки краснеют от таких слов. Господи. — Гарри, я не знаю, что... Ты настоящее сокровище, Хаз, — тихо произносит Луи, — Ты так добр ко мне. — Ну, — шмыгает носом Гарри, — Если не я, то кто?       У Луи не получается сдержать улыбки. — Созвонимся позже, хорошо? Просто будь на связи. Если вдруг я наберу тебя и попрошу срочно помочь, договорились? — Конечно, Луи, — отвечает Гарри, — Тогда, всего доброго? — Да, — улыбается Луи, — Я перезвоню, Хаз. — Удачи, малыш, — говорит он, прежде, чем положить трубку.       Луи заблокировал свой телефон и кинул его на кровать, вставая и пытаясь не обращать внимания на тепло в груди.       (Малыш.)

***

— Это что, какая-то семейная встреча? — спросил Найл, когда Луи пихнул его на диван. — Эм, — замялся Луи, вытирая потные ладошки о джинсы, — Сейчас всё объясню. — Всё хорошо, Луи? — спрашивает Лиам, садясь рядом с Зейном и инстинктивно обнимая его рукой, — Ты немного нервный. — Да что ты говоришь! — язвит Луи, — Заткнись хоть на секундочку, ладушки? — Я ничего такого не сказал, — пробучал себе под нос Лиам, а Найл тут же на него зашипел.       На Луи уставились три пары глаз и он сглатывает, борясь с нервами. — Мне, кхм, нужна ваша помощь, — в конце он переходит на шепот. — Наша что? — переспрашивает Найл, наклоняясь ближе к нему, — Нифига не слышу. — Помощь, — громче повторяет Луи, — Мне нужна ваша помощь.       Зейн с интересом вздергивает брови и пододвигается к Луи. — Помощь с чем?       Луи ёрзает на месте и покусывает губу, стараясь ни с кем не встречаться взглядом: — Эм. Я хочу забрать свои вещи из квартиры Мэтта, — опять шепчет он, — И я хотел, чтоб вы мне помогли. Вы же поможете?       Ответом ему послужило гробовое молчание. Он хотел уж было сдаться, но вдруг его потянули со всех сторон в крепкие объятия: — Лу, малыш, — Зейн прижимает его к себе, — Мог бы даже не спрашивать, конечно же мы поможем.       Луи отодвигается от них: — Я просто хочу забрать свои вещи и никогда больше не встречаться с Мэттом.       Все облегченно вздыхают: — О, слава Богу, — восклицает Найл, вставая и присоединяясь к ним, — Мы так рады, чувак. — Я-я устал бояться, — в который раз признается Луи, ёрзая, — Устал бояться сходить с вами в паб, в парк, в тренажерный зал. Устал бояться, что встречу его там и что он сломает мне все ребра или что разобьет мне лицо.       Лиам выглядит так, будто вот-вот взорвется рыданиями: — Луи. — Я больше не хочу существовать в вечном страхе. Я не хочу в свои двадцать два года бояться выйти на улицу. Я хочу видеться со своей, блять, семьёй! Хочу обнять свою маму, — Луи не осознавал, что плачет, пока не почувствовал, как Зейн вытирает слезы с его щек. — Ты обязательно увидишься с ней, — пообещал Найл, — Богом клянусь, когда я увижу Мэтта, этого ублюдка, я ему, сукиному сыну, вырву всё, что вообще можно выр... — Успокойся, Найл, — говорит Лиам, — Мы все хотим ему этого, да? — нежно улыбается он и получает от Зейна ласковый подзатыльник. — Нам, наверное, надо будет поговорить с ним? — спрашивает Малик, но Луи мотает головой. — Нет, — отвечает он и тут же добавляет, — Я сам хочу поговорить с ним. Хочу высказать всё, что во мне копилось. Хочу сам закончить эти отношения. — Без проблем, — соглашается Зейн, — Когда выдвигаемся? — Эм, — шмыгает носом Луи, — Сейчас? — Блять, считай, я уже в пути, — Найл тут же встает и натягивает пальто, — Вперед. — Нет, погоди, — останавливает его Луи, — Я позвал Гарри с нами.       Зейн приподнимает бровь. — Гарри? — Луи кивает в ответ, — Ты попросил у него помощи? — Ну, — пожимает он плечами, — Больше рабочей силы, нам же проще, — пытается пошутить он, но Зейна это не впечатлило, — Он уже помогал мне. И он знает, с чем имеет дело. Он хороший, — шепчет Луи, опустив глаза в пол и мучительно краснея. — А вы с ним сблизились, ага, ага? — посмеивается Найл, играя бровями, за что получает оплеуху от Лиама. — Он хороший, — снова повторяет Луи, — И я хочу, чтоб он пошел со мной. Если вы не против, конечно, — добавляет он в конце. — Разумеется, мы не против, — улыбается Зейн, подмигивая ему, — Напиши ему наш адрес и пусть подъедет.       Луи кивает и разворачивается, чтоб сходить за своим телефоном, но Зейн снова притягивает его в объятия: — Я так тобой горжусь, Луи, — он целует его в щеку, прежде, чем отпустить.

***

      Гарри стоит на пороге их квартиры уже через полчаса. Его кудрявые волосы поддерживает черная бандана, будто подчеркивая важность этого события. Только увидев Луи, он тут же обнимает его и Луи тает, вдыхая запах Гарри: тепло, чай и растения. Как же спокойно.       Гарри разрывает обнимашки и расплывается в улыбке: — Ну, привет, дружище.       Луи не может сдержаться и улыбается в ответ: — Ну, здоров, чувак.       Найл демонстративно кашляет и Гарри отрывает свой взгляд от Луи, обращая внимание на трех парней, с интересом наблюдающих за ними. Лиам оживает первым, протягивая Гарри руку для знакомства. — Здоров, — кидает Найл и Гарри просто кивает ему головой. С Зейном они молча обмениваются доброжелательными взглядами, на что Гарри нервно скалится. — Не переживай ты так, чувак, — успокаивает его Зейн, похлопывая по плечу и проходя мимо к лестничной клетке. — Да-да, конечно, прости, — быстро кивает Гарри и Луи хихикает ему в плечо.       Они покидают здание относительно в тишине. Зейн, Лиам и Найл идут впереди, а Гарри с Луи плетутся сзади.       Ладошки Томлинсона начинаю потеть, его дыхание и становится чаще и поверхностнее, стоит им сесть в машину. Гарри садится следом за ним и берет Луи за руку, от чего тому становится легче и спокойнее на душе.       (И теплее, но он не признается в этом.)       У Зейна маленькая машина: слишком маленькая для трех взрослых мужчин, жмущихся на заднем сидении. Им приходится кое-как втиснуться туда и Малик заводит двигатель.       Чем ближе они к квартире Мэтта, тем нервознее Луи трясет коленкой, но Гарри поглаживает его ладонь большим пальцем и переплетает их руки. Мальчик тут же улыбается и кладет свою голову ему на плечо, оставляя её там до конца поездки.       Сейчас словно затишье перед бурей, но Луи и думать не хочет об этом. Ему так хорошо: его маленькая ручка в большой руке Гарри, его пальцы, рисующие узоры на кулаке Стайлса. И, кажется, будто ничего не может испортить эту идиллию.