От ненависти до любви один километр пешком на юг.

when she was just a girl she expected the world but it flew away from her reach so she ran away in her sleep and dreamed of para- para- paradise*

Два дня льет противный дождь. Уже, вроде как, май, но эй, кому это надо вообще? Природа что хочет, то и делает. И ей посрать, хочет Эван падать сейчас в лужу или нет. В лужу, которая… Которая состоит из слёз всех, кто в этот момент идет в школу, и, о да, это не одна такая лужа. Их миллиарды. Мы наплакали тонны этой воды, разве не круто?       Но не об этом сейчас. Сейчас о том, как молодой преподаватель по биологии Мистер Ривен что-то рассказывает, но слушают его… хоть кто-то вообще его слушает? Ну, кто спит, кто сидит в телефоне, а какие-то девчонки залипают на Ривена, потому что он близок к их идеалу. Вот например у Эва соседка по парте закапала слюнями почти весь стол. — Рокси, если ты уже настолько деградировала, то прошу, умри здесь и сейчас, — проворчал блондин, зевая, откидываясь на спинку стула и закрывая глаза. Он, честно, терпеть не мог эту особу. Знаете, такое чувство, что Розенграфф — весьма неудачный герой такой же неудачной книги. Или бюджетного сериала. Она такая вся из себя принцесса, вроде как красивая и богатая, но кому это нахер надо? Капризная, ужасная тупая п*зда. — О, малыш, прости, я просто засмотрелась, — невинно захлопала глазками она, — А ты ревнуешь? — она неприятно захихикала, на что Хартлэйк только цыкнул. — Ты тупая, тупых не ревнуем, — брюнетка возмущенно посмотрела на Эвана, подняла руку и попросилась выйти, на прощание сонный и злой парень прошептал, — Не споткнись, Рокси, — он победно ухмыльнулся, вновь начиная дремать.

***

День пролетел весьма незаметно, и юноша, выходя из школы, по обычаю пошел длинной дорогой, дабы подольше послушать музыку в наушниках и всё такое, ваниль-переваниль, тыры-пыры… И тут, представьте, видит он свою знакомую, какое совпадение! Криста идёт вместе с Сэм, у которой умер котёнок, хмм, как же это могло произойти, даа, неизвестно.. Девушка вдруг обернулась, и быстро сказав что-то Саммер, подбежала к Эву, та нехотя прошла за девчушкой. — Эви, — сквозь зубы произнесла Хистория, — Это Сэмми. Можешь постоять тут, а мы с этим прекрасным парнишкой поговорим о своём пару минуточек, хорошо? — мило улыбнулась зеленоглазая своей подруге, та вяло кивнула, — Пошли, солнце моё, разберёмся, — уже чуть ли не рыча сказала Райнс, таща за рукав это самое «солнце». По ней было видно, что она очень зла. Очень-очень-очень зла. Сейчас придет смерть парня. — Итак, дружок, — начала девушка, скрещивая руки на груди, — Какого черта?! Почему, скажи, я должна успокаивать Сэм, если ты виноват в смерти этого гребанного кота?! — вскричала она, сверкая глазами. — Почему это я сразу виноват?! — вскидывает руки Эв, — Не я же кота уронил! — и орали они так громко, что Саммер, стоявшая от них на расстоянии чуть больше метра слышала всё более, чем отлично. Девушка бросилась в сторону, кажется, своего дома. Криста заметила это, и, тихо ругнувшись, схватила блондина за рукав. Побежала она так быстро, что Эв едва поспевал за ней. Сэм они нагнали уже у её дома. Она, как было нетрудно понять по её всхлипам, плакала, прикрыв лицо руками. Ребята сели её успокаивать, всячески подбадривать и тому подобное. И они неплохо работали в команде. Отправили почти спокойную Саммер домой они уже тогда, когда стемнело. Эван с Кристой дошли до ближайшей скамейки и одновременно сели на неё. На довольно долгое время повисло молчание. — Слушай, прости, а? — по прошествии этого самого времени попросил парень, протягивая руку девчонке. — И.. Это, ты меня тоже, — попросила прощения в ответ она, пожимая юноше руку, — Ну что, джентельмен, — усмехнулась она, поднимаясь на ноги, — Проводишь? — Эван, усмехнувшись, кивнул, — Останешься тогда ночевать у меня, но спать на диванчике будешь, мудила. — Ну хорошо-хорошо, — рассмеялся Хартлэйк в ответ на «оскорбление» Райнс.

И не дай господибоже, чтобы их застукали.

My heart beats like a drum A guitar string to the strum A beautiful song to be sung…**