The Vampire Diaries. My Damon

Елена тихо входит в дом и вздрагивает от голоса Джены. - Когда ты ушла? - В смысле? – Елена хмурится, - я была у Деймона. - Я помню, - Джена удивлено смотрит на нее, - но ты вернулась час назад. - А… - сердце Елены начинает бешено колотиться, - ну, да… я… я забыла у Деймона телефон, и он привез его. Выходила на минутку. - Ясно… - Джена понимающе кивает и скрывается за дверью гостиной, но через секунду снова выглядывает в коридор, - кстати, что ты там искала? - Искала? - Ну, да, - Джена хмурится, - эй? С тобой все в порядке? - Да… - Елена облизывает пересохшие губы, - все хорошо… напомни, что ты имеешь ввиду? - Ну, ты искала что-то в кладовке. Я подумала, что у часов, которые мы вчера отдали Деймону, не хватает цепочки или еще чего… - А! – волнение становится еще сильнее, - да… цепочка. Забудь, все в порядке. Я пойду к себе, хорошо? - Конечно, - Джена удивленно смотрит на нее, - конечно, иди. Значит, она была здесь. Кэтрин была в доме. Совсем недавно, а, может, она и до сих пор тут. Она искала что-то, и, скорее всего, это были те самые часы, которые теперь-то, уж точно, никто никогда не найдет. Зачем они ей? Она тоже хотела их уничтожить? Почему? Потому что знала, что Деймон хочет этого? Или они и для нее представляют опасность? Неужели все вампиры так боятся, что их обнаружат? И почему охота на эти пресловутые часы началась только сейчас? И откуда все узнали, где нужно искать? Как узнали? И, почему не знали этого раньше? - Только не ори. - Кэтрин… - Не удивлена? - Джена видела тебя, - Елена закатывает глаза и проходит внутрь комнаты, - зачем ты рылась в наших вещах? - Судя, по всему, ты знаешь ответ. Где часы Джонатана Гилберта? - У Деймона. - Ну, конечно… - Кэтрин, зачем они тебе? – Елена внимательно смотрит на нее, - что в них такого особенного? - Я… - Кэтрин величественно проходи к окну и гордо усаживается на широкий мягкий подоконник, - я понятия не имею. - В смысле? – Елена удивленно приподнимает бровь. - В прямом. Я узнала, что они нужны Деймону. А, значит, и мне тоже. - Поразительная логика. - Какая есть. Он уничтожил их? - Да. Повисает молчание, и Елена изо всех сил всматривается в лицо вампирши, словно, надеясь, найти там ответы на миллиард своих невысказанных вопросов, половину из которых, она даже и сформулировать, толком, не может. - Кстати, а куда ты делась? – она скрещивает руки на груди, - где ты была все это время? - Делала то, что лучше всего умею, - Кэтрин равнодушно пожимает плечами, - пряталась. Скрывалась. Убегала. Снова пряталась, подслушивала, подглядывала. Думала. - И, как? - Ты с Деймоном, - в карих глазах появляется злость, - ты с моим Деймоном! - Он не твой. - И не твой тоже! Он ничей! Он никого не любит и никогда не полюбит. Не строй иллюзий… - Я и не строю. - Ага, - Кэтрин слабо усмехается, - я тоже не строила. Просто так вышло. Просто поверила. Просто влюбилась. Меня просто предали. Говорят, твоя подруга-блондиночка теперь вампир? - Да. - Соболезную. Хотя… нет, конечно! – Кэтрин начинает заливисто хохотать, - мне абсолютно все равно! Но у меня вопрос, - она резко становится серьезной, - краем уха слышала, что ты просила Деймона обратить тебя. - Это неважно. - Важно, - Кэтрин пристально смотрит на нее, - ты даже не представляешь себе, как это важно. Так, это правда? - Да. - Что ж… - идеальная линия идеальной брови сгибается в идеальную дугу, - я, правда, удивлена, увидеть умного двойника. Более того, двойника, который меня не бесит. И я хочу убедиться, что не ошиблась в том, что ты не дура. Шаг, резкое движение, хруст шеи, боль, буквально на одну секунду, и все замирает. - Мои мозги были в отпуске, когда я с тобой связался!!!!!! – Деймон сжимает кулаки и с размаху бьет в стену, - какого хрена ты творишь, Кэтрин?! Бездыханное тело Елены лежит на его постели, а Кэтрин с торжествующим лицом стоит рядом. Сто сорок пять лет. Сто сорок пять чертовых лет, он скрывался от нее, а она искала. Искала с таким завидным упорством, что очень здорово осложняла этим его и без того не легкую жизнь. Он ни разу не думал о том, что будет, когда она наконец-то найдет его. Не думал, как посмотрит в глаза девушке, которая почти полтора века жила мыслью о том, чтобы спасти его из заточения, в котором он никогда не был. Он всегда добивался своего. Ему нужно было лишить Клауса возможности освободиться от проклятья, и он лишил. Он хотел сделаться мертвым для всего мира, кроме младшего брата, и у него получилось. Он хотел сбить Клауса со своего следа, и он сделал это. Он не учел только того, что злая, расчетливая и целеустремленная стерва, с единственным, неудержимым и маниакальным желанием выжить, полюбит его настолько сильно, что из раза в раз будет рисковать собственной, хоть и слегка потрепанной, но весьма симпатичной, шкуркой, чтобы спасти его. Он не хотел, чтобы его спасали. Кэтрин была не нужна ему, и он был в шоке от того, что, наконец, осознал, как сильно он оказался нужен ей. - Мисс Пирс… - Деймон стискивает зубы, - то, что я сто сорок пять лет прятался от Вас, не наводит на такую чертовски очевидную мысль… что мне плевать на тебя, Кэтрин?!?! Ты мне не нужна! Больше того, ты все это время мешала мне со своей этой бешеной любовью и одержимостью идеей спасти меня!!! Оставь меня в покое! Брось меня в моем заточении еще на полтора века! Я умоляю тебя! Ты все рушишь! Все, что я планирую, выстраиваю, создаю… ты ломаешь все, к чертям!! Я не знаю, для чего ты убила эту несчастную Елену, но, я тебе клянусь, если она сейчас… - Ааах... – Елена открывает глаза и резко садится на постели, - больно… мне больно!!! - Елена! – Деймон закатывает глаза, а она, сквозь панику и боль, все же пытается разобрать, рад ли он тому, что она очнулась. Ее кожа мгновенно воспаляется, и Деймон, хватает ее на руки, опуская на пол, в тень от кровати, чтобы на нее не попадали солнечные лучи из окна. - Что ты застыла?! – рычит он злобно глядя на Кэтрин, - закрой шторы!!! Кажется, скрип вампирских зубов слышен даже в соседнем городе. Кэтрин, сжимает кулаки, недовольно смотрит на Деймона, но берет себя в руки и грациозно отправляется к окну. - Еще медленней можешь?! - Деймон… - Елена начинает дрожать, - Деймон, я… мне… - Она дала тебе свою кровь? – синие глаза в упор смотрят на нее, и Елена сдается. - Нет. - Ты тайком пила мою? - Да. - Я убью тебя! – Деймон резко поднимается на ноги, - ну, а ты?! – он ловит недовольный взгляд Кэтрин, - ты на хрена это сделала?! - Хотела проверить, умная она девочка, или не очень. - Проверила? – он злобно смотрит на нее, - поздравляю. Теперь это твоя проблема! Громко стуча каблуками, Деймон выходит из комнаты, а, спустя пару минут, возвращается, сжимая в руках пакет с донорской кровью. - Приятного аппетита! – он с размаху швыряет пакет в руки Кэтрин, - будешь сидеть здесь с ней и следить, чтобы все шло так, как должно, а вечером, будь готова отправиться к ней домой и изображать там их драгоценную дочь! - Но… - Я не торгуюсь, Кэтрин! – он сверкает глазами, - если хоть что-нибудь еще сегодня пойдет не по плану, клянусь, я вырву твое сердце, и половина моих проблем само ликвидируется! Это ясно?! - Деймон… - Я спрашиваю, это ясно?!?! - Да. - Первый правильной ответ в твоей жизни. Деймон выходит из спальни, быстро спускается вниз и облегчено выдыхает, увидев там Стефана. Брат. За сто сорок пять лет они, практически, уже стали единым целым. Хотя, когда-то и дня не проходило без новой ссоры или скандала. Все изменилось с обращением, и теперь они даже не в состоянии были толком объяснить, почему. Стефан всегда был, словно, противовесом Деймону. Экспрессивный, нетерпимый, злой… старший Сальватор, как в воздухе нуждался в возможности высказать все, что творится у него на душе близкому, родному и надежному человеку, который всегда молча слушал его, понимал, принимал, честно говорил, когда Деймон перегибает палку, и всегда, что бы ни было, оставался на его стороне. Если бы Деймон сказал ему вырезать целый город, он бы сделал это, не задумываясь… вот, только, Деймон никогда бы не попросил его об этом. Не смотря ни на что, он чувствовал свою вину за обращение Стефана, точнее, даже за то, что он лишил его перспективы простой, человеческой жизни, к которой его брат когда-то так самозабвенно и отчаянно стремился. - Ну, что там? – Стефан устало поднимает глаза. - Не спрашивай, - Деймон отрицательно трясет головой и плюхается на диван рядом с ним, - полный… полный. Нашествие двойников. - Их всего двое. - Мне и одной Кэтрин выше головы хватало. - Можно вопрос? – Стефан пристально смотри на брата, и тот удивленно скашивает на него глаза. - Сколько угодно. - Почему Елена? - В смысле? - Ну, в прямом. Почему Елена, а не Кэтрин? Ты ведь знал, как она любит тебя. Почему ты не был с ней, но теперь, вроде как, с Еленой. - Я ни с кем. - И все же? - Кэтрин одержима мной, - Деймон в упор смотрит на Стефана, - просто одержима. Это продолжается почти сто пятьдесят лет. А я боюсь ненормальных. Его все сто сорок пять лет пугало то, на какие жертвы Кэтрин шла, и какие немыслимые схемы проворачивала просто ради того, чтобы открыть склеп, в котором он, якобы, был заточен. Она бы землю с небом свела, если бы была уверена, что это поможет, и Деймон боялся этого. Он, не лукавил сейчас, и никогда, особенно, не скрывал этого. Он боялся. Просто и незатейливо, боялся такой сумасшедшей любви. - Я готова, - за спиной раздается кроткий и немного обиженных голос Кэтрин, Деймон резко оборачивается, и его губы расплываются в самодовольной улыбке. Если бы не его сверх чувствительность, и он с огромного расстояния, не чуял бы запах тела Кэтрин, он бы в жизни не отличил ее от Елены. - Молодец, - синие глаза сыто поблескивают, и Кэтрин счастливо улыбается, глядя на него, - до завтра. Грейсону привет. Как только за вампиршей закрывается дверь, Деймон поднимается с дивана, залпом допивает свой виски, и, пожелав, брату спокойной ночи, бегом поднимается наверх. Дверь в его спальню слегка приоткрыта, Елена сидит на полу в углу комнаты, уткнувшись лицом в колени и плачет. - Я, ведь, предупреждал тебя, - Деймон тяжело вздыхает, подходит ближе, присаживается на край кровати, и протягивает ей кусочек лазурита, - что ж ты упертая-то такая..? - Я… - она слабо всхлипывает и несмело берет камушек с его ладони, - мне очень больно. - Я знаю. - Это пройдет? - Рано или поздно. Так или иначе. - А нет… - она жмурится, безуспешно пытаясь справиться с очередным приступом боли, которая равномерно разливается по всему ее телу, - нет какого-нибудь… обезболивающего? - Есть, - губ Деймона касается хищная улыбка, - только это не таблетки. - А, что? - Подумай. - Деймон… - Будешь принимать? - Буду.