Иллюзия

      Попивая горячий шоколад с зефирками, я заснула в кресле перед камином. Ранним утром меня разбудили шёпот и топот ног. — Как она столько лет скрывала? — Сохатый, я уже ничему не удивляюсь, она не та, за кого выдавала себя семь лет! Семь лет! Ты понимаешь? Она громит Хогвартс по ночам, в полнолуние она вообще рысь, я бы не удивился даже тому, что у этой девчонки Метка на предплечье. — Тс-с, там кто-то спит. — Кхм-кхм... — вмешалась я в разговор перешёптывающихся Мародёров. — Я уже не сплю, и хватит обсуждать меня, Блэк. Я, между прочим, кое-чью шкуру спасла, — на этой ноте я гордо удалилась, хотя, наверное, это больше походило на побег.

***

      С того полнолуния прошло уже приличное количество времени. Ничего интересного вроде бы не происходило. В марте я отправилась на свадьбу к своей более-менее сносной сестре — Петунье. Она всё-таки выходит за этого жирного и мерзкого Дурсля. Зачем? Ответа на этот вопрос я не знала. Меня отпустили с занятий только в день свадьбы сестры.       Когда я вошла в дом, все были в приготовлениях, а в воздухе буквально витало волнение. Я поцеловала маму в щёку, обняла папу и поднялась на второй этаж к Петунье. — Лили, ты приехала? — Эм, ну как сказать, скорее выпала из камина, разодрала коленку и чуть не свернула шею.       На лице сестры промелькнула едва узнаваемая улыбка. Туни надевала платье и одновременно туфли и ещё поправляла невероятно уродливую причёску на голове. Мда, что за косорукий гоблин сотворил это воронье гнездо на голове моей сестры? Может, это розыгрыш? Или она и вправду решила отправиться в таком виде на собственную свадьбу? — Тебе помочь? — спросила я. — Сама справлюсь, — ответила Туни откуда-то из кокона тюля. — Петунья, тебе правда хочется выходить за этого мозгошмыга в рубашке? — Не говори так о Верноне, он отличный парень. — Ага, для улитки вполне сойдёт. — Послушай, Лили, — огрызнулась Петунья, но потом присела и глубоко вздохнула, — я не ты, за мной богатые наследники толпами не бегают, я не умею скрывать то, что не нужно показывать остальным, как ты. И, в конце концов, Вернон неплохой вариант, возможно, если я не выйду замуж за него, то вообще никогда не выйду замуж за кого-то, кто хоть немного будет напоминать успешного человека.       Петунья вдруг расстроилась и, осев на ковёр, заплакала. Косметика размазалась по лицу, глаза опухли, а волосы ещё больше растрепались. — Туни, — начиная разговор, присела я к ней, — пойми, ты симпатичная, даже милая девушка, я обещаю, если мы слегка поработаем над тобой, за тобой парни будут гурьбой таскаться. — Ты... ты так считаешь? — всхлипывая, спросила Петунья. — Да. — Милая, Вернон приехал! — раздался голос мамы с первого этажа. — О Боже, я ведь ещё не готова! — воскликнула Петунья. — О чём мы говорили? — посмотрела я на Туни. — Лили, мне некуда деваться, уже поздно. — Нисколько. Держись за мою руку.       Я аппарировала вместе с сестрой в Дырявый Котёл. Люди смотрели на нас, как на двух сумасшедших. Ещё бы, ведь рядом со мной невеста, да ещё какая, у неё был вид, будто она только что из могилы выбралась. Но мы не обращали внимания. Я сняла деньги в Гринготтсе и трансфигурировала платье сестры во что-то более нормальное, с причёской тоже разобрались. Этот вечер мы провели в кафе мистера Фортескью и в парке аттракционов, находившемся вблизи Косой Аллеи.       Так я снова наладила отношения с сестрой, научила её сдержанно относиться к магии и верить в себя. Наверное, этот момент останется в моей памяти навсегда, ведь не каждый день твоя сестра сбегает с собственной свадьбы.

***

      Когда я снова появилась в Хогвартсе, а это было ранее утро, в школе шли уроки, в коридорах было темно, ещё не потушенные факелы мерцали, лишь слегка освещая стены древнего учебного заведения.       Я решила, что раз уж я опоздала на занятия, то лучше провести день с пользой и пойти поспать пару часов в своей кровати. Я уже держала путь в гриффиндорскую башню, но вдруг услышала голоса. Они говорили о чём-то важном. Я резко прижалась к стене и прислушалась, что говорят за углом. — Вы хоть понимаете, профессор, что если эта информация всплывёт, то в случае нашей победы поднимется бунт?! — Да, но со временем зелье подчинения сделает свою работу и затуманит их разум, по крайней мере к моей персоне у них подозрений не будет. — Вы в этом уверены? — Да. Чистокровные не должны стоять у власти, но и того, что проходит сейчас, быть не должно. — Вы имеете в виду, что не должно быть равенства потомственных волшебников и детей магглов? — Вы правильно понимаете суть. — Но кто же тогда должен заведовать всем и взять в руки обстановку? — Полукровки, люди, знающие о магическом мире, но постоянно недооценённые. — Но ведь чистокровные семьи будут возмущаться, начнётся война. — Разуй глаза, война уже началась, только в ней будет маленькая поправочка — после нашей победы все чистокровные станут низшим классом, а полукровки придут к власти! — Весьма амбициозно.       Кто эти люди? Лиц я не увидела, так как стояла и слушала разговор за углом. Но вот одно точно не давало мне покоя — один из голосов, неустанно твердивший о власти, был очень знаком.       Раздался неприятный звук, что-то упало на пол рядом со мной. Когда я посмотрела под ноги, то поняла, что это упала моя именная брошь. Черт побери! Шаги направились ко мне, я притихла и успела наложить на себя дезиллюминационные чары. Какого же было моё удивление, когда из-за угла появился директор Дамблдор и поднял брошь с моим именем. Он огляделся по сторонам и крикнул кому-то, что никого нет. Теперь я поняла, что голос, твердивший о власти, принадлежал директору и основателю Ордена Феникса — Альбусу Дамблдору...

***

      На весенние каникулы Северус пригласил меня и Нельсона погостить в поместье его деда Октавиуса Принца. Дела Снейпа-старшего процветали, и в совсем короткий срок он стал невероятно богатым и влиятельным человеком. Узнав об этом, Октавиус всё-таки включил Сева и его родителей в семейное древо, ведь иметь такого богатого и влиятельного зятя, как Тобиас, было пристойно, пусть он и был магглом. Теперь в магическом сообществе Тобиаса Снейпа звали не иначе как сквиб. Да, иногда ложь слаще правды.       Дела в душе, да, в общем, и в семье Сева, наладились. Эйлин светилась от счастья, скажу по правде, никогда не видела её настолько красивой. Отец Северуса стал полностью человеком дела, занятым бизнесменом, носившим самые дорогие костюмы и мантии. Северус же теперь перестал получать глупые насмешки одноклассников по поводу бедной одежды. В отряде Пожирателей рейтинг Снейпа тоже возрос, и его повысили до главного зельевара, которому доверял сам Тёмный Лорд.       Мы развлекались на светских мероприятиях во время каникул как могли. Чего только не было: и жаба в киселе была, и собак мы в разные цвета перекрашивали, и даже чуть замок мистера Принца не сожгли. Стёкла даже случайно на третьем этаже разбили, когда в огромном зале пытались Сева в квиддич научить играть.       Отдыхом я насладиться так и не смогла, меня гложут мысли о странных задумках маразматичного директора и то, что на этих каникулах Поттер повёз знакомиться Жаклин с родителями. Неужели он хочет жениться на ней после выпускного?

***

      После окончания каникул меня пригласили в кабинет директора. Дамблдор отдал мне именную брошь, и я поняла: он знает, что разговор подслушала я. — Лили, я надеюсь, ты образцовая староста и никому ничего не скажешь? — что он хочет сказать этим? Чтобы я молчала? Шантаж? Определённо, но чем он хочет запугать меня? — Хм, директор, мне кажется, ваш шантаж не пройдёт, вы не можете меня контролировать.       Я кривенько улыбнулась и положила на стол колдографию, где Альбус Дамблдор спит на рабочем месте да ещё и в обнимку с бутылкой огневиски. Надо же, не думала, что она пригодится так скоро. Что ж. У меня своя игра, и никто не испортит мне её...       Оставив шокированного директора, я удалилась из кабинета. Спасибо Антонину Долохову за то, что тогда попался в сети моего барьера. Именно из-за него я в тот зимний день и попала в кабинет директора, воспользовавшись камином, и сделала компрометирующее колдо, положив бутылку с янтарной жидкостью...       Что ж, жизнь — игра, играй красиво...