Декорации

- …поднять цены на спектакли именно с Денисом почти в два раза… - ловлю обрывок Кирюхиной фразы, и даже на мгновение перестаю жевать мясо. Домашнее запечное мясо. Как вкусно. Как чертовски давно я не ел ничего домашнего. Конечно, мою маму в готовке никто и никогда не переплюнет, но, если бы Кира научилась хотя бы жарить яичницу, я бы не очень расстроился. Внимательно смотрю на Кирюху, и на то, как с ее плеча, предательски сползает свитер с чересчур широким горлом. А, в принципе, черт с ней, с яичницей. - Ничего себе, - папа удивленно вскидывает брови, - и такие билеты будут покупать? - Конечно, - Кира невозмутимо пожимает плечами, - на второй состав пойдут те, кто хочет увидеть спектакль, за двойную цену те, кто хочет увидеть Дениса. - Что, прости? – не отрываясь, смотрю на нее, - на какой состав? - Точно, - Кира невозмутимо делает несколько глотков воды, - знала же, что что-то забыла, - становится интересно, - забыла тебе рассказать. Мы с Алисой и Яшей решили, что есть смысл ввести второй состав в «Отелло». - Зачем? - Может, потому, что ты будешь занят в «Гамлете»? - А Машка? - А у тебя есть идеи, на кого ее заменить? Я бы с радостью. Но в воздух, кроме нее, запустить некого. Так, что… ну, Офелию все равно играет Наташа. - Чего? – кажется, это она тоже забыла мне сказать, - Машка взбесится. - Машка в курсе. Отлично. Значит, ее моя красавица предупредила! Вообще, моя жизнь теперь просто полна сюрпризов. Прям, я бы даже сказал, перебор. Иногда мне кажется, что еще одного открытия я по эмоциям не потяну, однако, ничего. Пока перевариваю. Кира забыла мне сказать, что «Гамлет» процентов на семьдесят будет спектаклем теней, забыла сказать, что снимать афишу мы будем на проезжей части посреди садового кольца, забыла сказать, что договорилась о моей встрече с журналистом, и я узнал об этом только, когда мне в морду сунули список вопросов, который она утвердила и тоже, естественно, забыла мне сказать. Она не сказала, что для постановки приглашен целый оркестр, который будет сидеть на сцене, что в театр набирают новых актеров, и, что мои фото с «Отелло» за праздники собрали в отдельное панно и повесили его в фойе на первом этаже. Вчера, когда она, тоже как-то, между прочим, сказала, что меня пригласили на роль какого-то вселенского зла в новый сериал, я думал, что мое терпение вот-вот лопнет, к чертям собачьим, но, как ни странно, я все еще держусь. - …они просили январь, но уже не успевали с хорошей фотосессией из-за плотного графика спектаклей, да, и репетиции уже начинаются, а вот, в феврале можно будет наблюдать Дениса во всех киосках Союз печати. - Где меня можно будет наблюдать? - А! - у Кирюхи смешно загораются глаза, - забыла сказать… - Кира!!!! – мне кажется, еще слово, и я убью ее, - пожалуйста, заткнись! Просто замолчи и все! - Как ты… - мама ошарашенно смотрит на меня, и тут я просыпаюсь. Они не привыкли ко мне такому. Никто не привык ко мне такому. Только я сам почему-то удивительно быстро свыкся со свей новой ролью, и как-то… подозрительно бодро вился в нее. - Ден, я люблю тебя, - Кирюха ласково смотрит на меня, и родители неуверенно выдыхают, - но, если ты продолжишь орать и сорвешь себе голос перед началом репетиций, я тебя укушу, честное слово. Мои родители не выносят конфликты. Паталогически. У нас в доме никогда не было ни криков, ни громких ссор, ни бурных выяснений отношений. Когда, под конец, у нас со Светкой начались скандалы, они реагировали очень болезненно, и, думаю, сейчас уже оба морально приготовились к истерике. - Я тоже тебя люблю, - нагибаюсь и чмокаю Кирюху в нос, - но, по-моему, признания в любви – единственно, о чем ты не забываешь мне говорить. - Ну, я не специально, - она обиженно надувает губы, - у меня голова забита кучей разных мыслей, ты же знаешь. - Знаю. Я, и правда, знаю это. Я иногда просыпаюсь ночами и вижу, что Кира сидит на постели и тупо, не моргая, и, как мне иногда кажется, не дыша, смотрит перед собой. Она может зависнуть посреди разговора, или кинуться к ноуту что-то записывать. Она может трещать без остановки, так, что хочется заклеить ей рот скотчем лишь бы, она заткнулась, а может затихнуть и молчать несколько часов, при этом совершенно ни на что не обидевшись. Она вообще не обижается. Ни на что, и ни за что. Наорал – черт с ним, схватил, дернул за руку – не страшно, ударил – в порыве страсти. В театре с другими она все та же стерва, которая несколько месяцев назад вошла к нам в зал и выдавила из себя это омерзительно надменное «всем здрасти». Она со мной другая. И мне это важно. Она ласковая, милая, послушная, наверное, даже покорная. За исключением готовки, она старается сделать и делает все, что я хочу или люблю. Она спрашивает меня, что надеть, какую сделать прическу, и какой макияж. Она по пятьдесят раз за сутки повторяет фразу «Что ты хочешь, что б я сделала?», и в последнее время, я слышу это уже не только во время секса. Она уверена, что я гений. У нее не возникает даже мысли, что я что-то не смогу или не научусь. Я смогу все. Любая роль. Любой замысел. Все. Первой нашей совместной покупкой стали лыжи, и потом мы тащились пешком две с половиной станции метро до леса, чтобы на них покататься. Мы катались три часа. Ну, если говорить честно, то полтора из них я тупил, матерился и падал, а полтора мы действительно, катались, но это было чертово мое самое долгое путешествие по московскому лесу за последние лет… тридцать. А именно, за всю мою жизнь. Мы гуляем пешком. Часами. Болтаем обо всем, что только можно, вслух читаем стихи, играем в снежки. Я, реально, ношу ее на руках, причем, не в переносном смысле, а в самом, что ни на есть, прямом. И мне это нравится. Она вьется вокруг меня, стелется у ног, и это тоже, блин, в буквальном смысле. И я никогда еще не чувствовал себя более счастливым. Родители очарованы ей. Это видно. Тем, как она смотрит на меня, тем, что говорит обо мне, тем, что так же, как и они, уверена в моей уникальности и сверхъестественности. Она не рассказывает маме, что в салат нужно было добавить яблоко, не вещает о своих каких-то мифически невнятных новых проектах, не занимается самолюбованием, сидя за общим столом. А, еще она не требует сделать за этим столом селфи, чтобы выложить его в инстаграм, и для моих совершенно не современных в этом пане родителей, это тоже оказывается очень важно. - Все прошло хорошо?! – Кирюха кидается ко мне, как только за нами закрываются двери лифта, - Ден, все было хорошо?! - Да. Мы целуемся, она смешно пищит что-то, и мне безумно начинает хотеться домой. Я точно знаю, что там будет тихо и спокойно. А, если и не спокойно, то от этого не менее хорошо. Я ненавидел ругаться со Светкой, и это, в общем, логично. Сложно любить скандалы со своей женой. Но скандалить с Кирой я люблю. И, как мне кажется, она тоже. Я не могу объяснить почему. Может, потому что у меня нет сомнений в ее чувствах ко мне, а, может, еще почему-то… не знаю. - Прости, что не сказала тебе про второй состав. - Кир, прекрати забывать такие вещи, - распахиваю перед ней дверь подъезда и пропускаю ее вперед, - они важные. - Хорошо, - она виновато смотрит на меня, - я постараюсь… - Классно! – черт… Хабаров, - просто супер, Ден! Ты уже с… - Привет, - хватаю его за руку, лишь бы только он заткнулся сейчас, - прости, мы спешим. - Классный ты мужик, Годунов! Бросить такую жену ради такой любовницы! - Хабаров!!! - Ну, а ты? – он пьяно смотрит на Кирюху, и она моментально прячется за мою спину, - как тебе живется-то с осознанием того, что ты разрушила семью? Нормально? Совесть не мучает? - Хабаров, заткнись, это не твое дело! - Нет, пусть она ответит! - с упорством маньяка, этот упырь пытается дотянуться до Кирюхи, и момент, когда она, наконец, касается своими погаными руками ее плеча, становится последней каплей. Под истошный Кирюхин вопль, он отлетает в ближайший, хоть и весьма условный, но все-таки сугроб, и я с удовольствием в очередной раз прикладываюсь кулаком к его самодовольной пьяной роже. - Ты дебил, Годунов! – по-моему, он начинает плеваться кровью, - ты членом думаешь, а не головой! - Заткнись! Отпускаю его, когда он, наконец, на самом деле затыкается и вместо разоблачительных речей, начинает еле слышно мямлить что-то. Поднимаюсь на ноги, отхожу на пару шагов и вдруг падаю в снег от неожиданно резкого удара. - Ден!!! – Кирюха сидит на мне верхом, прижимаясь так, как будто я только что вернулся с войны, а она уж и не надеялась дождаться, - Ден!!!! - Что? - Ты был такой классный…