В ожидании чуда

Серым облакам наплевать на нас, Если знаешь, как жить - живи! (с). - И как Гермиона тогда подумала о Заглушающем? Я бы забыл, - задумчиво сказал Сириус, глядя в окно. Он сидел так уже с полчаса, прикончив ту самую бутылку Огневиски. Вне особняка по небу плыли тучи, надвигалась гроза. Сама природа будто сочувствовала мужчине. Ну да, конечно, после того разговора в гостиной все проянилось. Грейнджер уже не боялась приходить к нему на посиделки по вечерам - такая вроде правильная, но после недели упрямого молчания и игнорирования со стороны Его Величества Блэка, юной гриффиндорке пришлось экстренно переоценивать свои приоритеты. А потом еще двое суток уламывать самого анимага, с большим трудом руша его аргументы против возникшего между ними чувства. И все нормализовалось после ее окончательной победы в дебатах с самой судьбой, насколько было возможно нормализоваться при таком раскладе. Влюбленные не строили планов на будущее - приближалась война. Но они верили в друг друга. Было сложно скрываться от посторонних наблюдателей, которые наверняка препятствовали бы их чувствам, но выход вскоре был найден: Гермиона придумала какие-то психологические беседы, чтоб убрать "постазкабанский синдром" у Сириуса. Артур Уизли был в восторге от такого исконно маггловского метода, но и его пыл быстро остудили: он получил строгий запрет на присутствие при "реабилитационном процессе, ведь это может негативно сказаться на качестве лечения". - Выдумщица моя, - ласково сказал мужчина, вспомнив Гермионину улыбку, когда они впервые официально остались наедине. Но я жду чуда, как двадцать лет назад, И пускай это детский азарт. (с). Камин перед Блэком вдруг вспыхнул зеленым и погас, но никто не вышел. Это показалось слегка странным, но мужчина не удивился. Глупо было удивляться чему-то обыденному для волшебника, да и камин мог просто сломаться. Стало грустно. Компания сейчас бы не помешала... -Эх, увидеть бы тебя сейчас, любимая, - вздохнул Сириус, отставляя пустую уже бутылку. Неожиданно пространство перед Мягколапом оглушительно чихнуло и сказало голосом, который так хотел услышать скучающий бывший Мародер: -Мечты сбываются, чудеса случаются! Спустя мгновение перед изумленным анимагом стояла растрепанная, вся в золе, но сверхдовольная собой Гермиона, деловито сворачивающая мантию-невидимку. -Но... Как? - спросил Блэк, как только приступ онемения закончился. -Так же, как вы, Мародеры, баловались в школе лет двадцать пять тому назад, - по-детски беспечно пропела девушка, доставая палочку, - Маффлиато! Коллопортус! Протего Тоталум! - последнее заклинание было выпущено в камин, видимо, с целью заблокировки оного. -Ну, вроде все, от свидетелей по воле и неволе мы спасены, - сказала Грейнджер, убирая палочку в карман и бесцеремонно усаживаясь к Сириусу на колени. - Признавайся, соскучился, повыл на Луну, напился? -Виновен, - горячо заявил Блэк, распуская руки и доводя этим неожиданную гостью до громкого хихиканья, - а вот вы, юная леди, отдаете себе отчет в том, как беответственно поступили только что, покинув Хогвартс незаконно в опасное предвоенное время ради свидания с сомнительной личностью, сбежавшей из Азкабана? -Ай, Сири, хватит щекотаться, да, отдаю! - выкрикивала девушка, пытаясь увернуться, - Отпусти, Мягколап! -Люблю тебя, особенно такую безответственную! - восхитился Блэк и тут же поцеловал девушку, ответившую ему со всей своей любовью. Вот теперь все было просто замечательно. Знал любовь, помню боль, увидел море - Иллюзий нет, надежда есть. (с).