Meow

– Галлагер, на выход, – приказал тучный офицер, лязгнув металлической решеткой общей камеры, в многообразии молодых людей и мужчин находя взглядом высокого рыжеволосого парня, сидевшего, скрючившись, на твердой узкой скамье у противоположной стены, крепко сжимая пальцами огненные пряди. – Залог внесли, – пояснил коп подскочившему на ноги Йену, поспешившему исполнить распоряжение служителя закона. – Поторопись, а то эти двое сейчас участок разнесут, – рыкнул мужчина в униформе, рождая в сердце временного заключенного призрачную надежду. Микки здесь? Двое. Офицер сказал «двое». Ускоряя шаг, чуть ли не побежав впереди блюстителя правопорядка, Галлагер кусал губы и заламывал пальцы на руках, предвещая скорую встречу, намереваясь подарить хвостатому пару крепких объятий и тихое обещание никогда его больше не отпускать. Вот только воплотить в реальность фантазии рыжему было не суждено. Ведь обнимал не он, а его. Ведь он молчал, а говорили другие: – Какого хрена, Йен? – услышал парень, получая подзатыльник, тут же сменившийся парой рук, обхвативших его за шею и притянувших ближе к причитающей девушке, сломя голову мчавшейся через полгорода, предварительно закинув ребенка в сад, чтобы внести за своего младшего брата залог. – Что ты натворил? – отпуская Галлагера, поинтересовалась Фиона, отступая, позволяя второму ожидающему поприветствовать преступника. – Еле нашла тебя, рыжий, – покачала головой Светлана, коротко обняв друга. – Я ж фамилии не знаю, – пояснила она, вот только Йена мало это интересовало. Микки здесь не было. – Хорошо, услышала, как Фиона с копами ругается, – улыбнулась новой знакомой шатенка, получая в ответ кивок. – Где он? – прохрипел Галлагер, пропустив мимо ушей все сказанное девушками, задавая, пожалуй, единственный вопрос, который его волновал на протяжении всего вчерашнего дня и этой ночи. – Эм, – замялась Милкович, бросив быстрый взгляд на прищурившуюся Фиону, пытаясь понять, можно ли говорить открыто в присутствии сестры рыжего. – Где он? – повторил Йен более настойчиво, интонацией голоса и яркой искрой раздражения во взгляде заставляя Светлану ответить. – В питомнике, – ответила шатенка, виновато потупив взгляд, – в клетке сидит, меня к нему не пускают, – проговорила она, проследив за дрогнувшей бледной ладонью, тут же сжавшейся в кулак и первым шагом парня в направлении выхода из участка. – Стоять! – раздалось за спиной Галлагера, замершего на месте под строгостью голоса старшей сестры, заменившей ему мать. – Сначала оформим все документы, – распорядилась она, утягивая брата за руку к стойке администрации, поставить нужные подписи и получить уведомление о запрете выезда за город, – а потом пойдем ко мне, и ты все расскажешь, – добавила она, интонацией своей давая понять Йену, что от разговора и долгих объяснений ему не отделаться. – Светлана может пойти с нами, – проследив за взглядом рыжего, обернувшегося на оставшуюся стоять в стороне Милкович, предложила Фиона. – Хорошо, – кивнул Йен, переключая внимание на поднявшегося со стула офицера, протянувшего ему небольшую стопку бумажек с ручкой и рассказывающего о действиях Галлагера до суда. Если, конечно, вниманием можно было назвать полное сосредоточение мыслей парня вокруг черноухого гибрида, о судьбе которого толком не было ничего известно. Тяжело вздыхая и открывая рот на самых значимых моментах, Фиона внимательно вслушивалась в продолжительный рассказ брата и его подруги, пытаясь переварить полученную информацию. Гибриды, питомник, уши и хвосты – слишком много навалилось на плечи девушки, сжимающей своими небольшими ладошками дрожавшие пальцы рыжего, продолжающего игнорировать пузатую кружку с мятным чаем, приправленного успокоительным. – Отец закрыл мне доступ к картотеке питомника, – сообщила Светлана, мельком взглянув на ссутулившегося Галлагера. – Я не знаю, куда отвезли Мэнди, – пояснила она повернувшейся к ней девушке. – Да и к Микки мне теперь путь заказан, – выдохнула Милкович, признавая свою бесполезность для дальнейших действий, получая от Йена в ответ обреченный вздох. – Вы сказали, что его избили, может, стоить заявить в полицию? – предложила Фиона, не найдя в рассказе друзей ни единой зацепки к возможному спасению. – Я не видел, чтобы они его били, – прохрипел рыжий на фразу сестры. – Меня вывели сразу после того, как патлатый, не знаю его имени, ударил Микки шокером, – на мгновение вернувшись воспоминаниями на день назад, добавил он, крепче стиснув зубы. – Нет, у нас гибридов не калечат, – замотала головой Светлана, – синяки и шрамы плохо на цене сказываются, – пояснила она Галлагерам, резко прикусив язык, понимая, что говорить сейчас о том, что ее отец торгует кото-людьми – не самая лучшая идея. – И что нам тогда делать? – вслух озвучила свои мысли Фиона, прощаясь с последней надеждой помочь младшему брату, в зеленых глазах его находя полнейшее отчаяние, не сумев выдержать пытки и отвернувшись от Йена. – Единственный законный вариант вернуть Микки – купить его, – ответила шатенка, подумав пару секунд. – Понимаешь, гибриды не имеют таких же прав как мы с вами, они – товар, домашние питомцы, которых выращивают и продают богатеньким извращенцам в качестве прислуги и сексуальных игрушек, – не сдержав данного самой себе обещания, проговорила Милкович, словами своими надавав рыжему десятки пощечин. – Купить? – вздернула брови Галлагер, тряхнув головой, усиленно заставляя себя принять факт работорговли в современном мире. – Хорошо, давайте подумаем над этим вари... – Даже если мы с тобой продадим все наше имущество, денег не хватит, – подал голос Йен, вспоминая обозначенные напротив фотографий суммы, увиденные однажды на сайте питомника. – Да, это слишком дорогое удовольствие, – подтвердила его слова шатенка, коротко кивнув. Блокируя непробиваемой стеной разочарования очередной путь к спасению. – Неужели, больше ничего нельзя сделать? – спросила Фиона, всплеснув руками, желая хоть как-то помочь брату, не имея сил больше смотреть на безэмоциональное бледное лицо и потухшие зеленые глаза. – Конечно, можно попробовать организовать новый побег, – почесала подбородок Светлана, – но теперь это почти невозможно. – Черт, – не сумела сдержаться Галлагер, признавая свою бесполезность и невозможность найти выход, проводив взглядом поднявшегося на ноги Йена, с опущенной головой поплетшегося в направлении ванной комнаты. Не вернувшегося обратно и через пятнадцать минут, позволяя сестре в приватном разговоре с шатенкой убедиться в своих догадках – закрытый в клетке питомника ушастый парень значил для рыжего слишком много. – Черт, Галлагер! – окликнул соседа Филлип, заприметив долговязую фигуру в дальнем конце коридора, ускоряя шаг, чтобы догнать приятеля. – Ты где пропадал-то? – поинтересовался он, поравнявшись с Йеном, пытаясь заглянуть в лицо даже не повернувшего к нему головы парня. – Как у вас с Микки там все прошло? – не получив ответа на первый вопрос, вбросил кудрявый следующий, желая узнать, сработал ли смастеренный им передатчик как надо. – Никак, – прошептал Галлагер, останавливаясь напротив своей двери, рыская в кармане джинсов в поисках ключей. – Что, не сработало? – удивился староста, нахмурившись полученной информации. – Я уверен, что все правильно сделал, – заверил он соседа, облокачиваясь плечом на стену, впервые за время разговора встретившись с ним взглядом. Тут же приходя к неутешительному выводу: что бы там не задумали рыжий и его парень, их затея провалилась – слишком легко распознавалась в глазах Йена боль разочарования и признанной неудачи. – Ты все хорошо сделал, Лип, спасибо, – открывая дверь комнаты, выдавил из себя студент, не желая винить приятеля в произошедшем. – Буду должен, – но и разговаривать с ним дальше сил в себе не находя – делая шаг вглубь темного помещения, Галлагер поспешил захлопнуть за собой дверь и щелкнуть замком, оставляя в коридоре быстро моргающего старосту, не решившегося постучать, по виду и голосу соседа сумевшего понять: его лучше не трогать какое-то время. В пустой, тихой комнате было слишком холодно для одного. Подойдя к чуть приоткрытому окну, Йен плотно придвинул его створку к раме, лишая помещение свежего воздуха и себя надежд на то, что она едва слышно скрипнет, впуская в спальню любителя лазать по деревьям. Стянув грязную футболку и джинсы, пропахшие потом и камерой предварительного заключения, рыжий прошлепал к шкафу, желая взять чистый комплект одежды и отправиться в душ, но расположившиеся на второй его полке вещи помешали осуществить задуманное сразу. Две толстовки с большими карманами спереди и широкими капюшонами, пара синих джинсов с обмахрившимися штанинами и пяток боксеров, в половине из которых он с грустной улыбкой узнал свои собственные – небольшая стопка напоминания о Микки резала по живому, заставляя жмуриться и едва слышно стонать, вновь возвращаясь мыслями в недостроенную пятиэтажку. Опять слыша это тихое рычание сквозь плотно сомкнутые зубы и отчаянное «Йен», брошенное в спину, когда Галлагера вывели прочь. Хлопнув дверцей шкафа в попытке выбить этим звуком из головы другие, причиняющие боль и царапающие изнутри ребра, студент развернулся на пятках, подхватывая двумя пальцами сумку с шампунем и гелем для душа, не оглянувшись на скрипнувшую в просьбе остаться створку шифоньера. Есть не хотелось, пить тоже. Да и наполненный двойными порциями еды и сладостей холодильник с ровным рядом пачек шоколадного молока на дверце не вызывал желания открыть его и вновь разочароваться отсутствию в стенах комнаты ушастого сожителя, опустошающего его содержимое с завидным постоянством. Рыжий подготовил рюкзак к завтрашним занятиям и забрался под одеяло, в компанию себе выбрав мобильный телефон, продолжающий упорно молчать, темным экраном своим заявляя об отсутствии каких-либо новостей от Светланы, и маленький резиновый мячик, испещренный мелкими царапинами, обжигающий длинные бледные пальцы. Повернувшись на бок, Йен чуть поморщился, чувствуя приятное щекочущее ощущение на губах, нашедших на белой наволочке давно общей подушки пару черных волосков длинного хвоста, оставшихся единственным напоминанием о любившем понежиться в кровати гибриде, мурлыкающим в его объятиях. Прикрывая веки и вдыхая исходивший от ткани аромат шампуня, едва заметно улыбнувшись мысли о том, что если выбросить из головы все ненужные воспоминания и увиденные вчерашним днем картинки, можно представить, что Микки рядом, Галлагер покрепче сжал в ладони детскую игрушку, в очередной раз пытаясь придумать, что делать дальше. Но и к третьему часу ночи сделать этого не смог.

***

Составленный вчерашним вечером план на день, успевший за время бессонной ночи смениться раз десять, первым и самым важным своим пунктом застал Йена у дверей административного здания питомника, окликнув рыжеволосого молодого человека женским голосом: – Что ты тут делаешь? – спеша к другу, выкрикнула Милкович, хватая Галлагера за рукав легкой куртки и отволакивая его в сторону, прекрасно зная, что Терри прибудет с минуты на минуту. – Пришел к твоему отцу, – освобождаясь от руки девушки, ответил парень, делая шаг в намерении вернуться на свою выжидательную позицию. – Зачем? – вздернула брови Светлана, не сумев найти в действиях рыжего логики. – Поговорить, – скрипнул зубами Йен, всем своим видом показав шатенке, что просто разговором сегодняшняя встреча не закончится. – Да? И о чем же, позволь узнать? – начала заводиться Милкович, понимая, что если Галлагер сейчас натворит глупостей, ушастого им уж точно не вызволить. – Не знаю, – пожал плечами студент, решительность свою теряя при первом же вопросе девушки. – Вот и пиздуй отсюда, пока отец тебя не заметил, – посоветовала она другу, оглянувшись через плечо, встречаясь взглядом с мутными серо-голубыми глазами, насмешливым взглядом облизывающими разговаривающую пару. – Заметил уже, – пробасил Терри, подходя ближе, махнув двум рослым парням за своей спиной ждать его на месте. – Выпустили уже? – останавливаясь напротив Йена, поинтересовался Милкович, нахально улыбнувшись паре кулаков, появившихся в поле его зрения тут же. Рыжий не ответил. – Ты вроде поговорить со мной хотел, – продолжал вещать мужчина, отворачиваясь от переглядывающихся друзей и отступая, – найдешь меня в кабинете, – бросил через плечо он и свернул за угол, в сопровождении своих недоохранников направляясь ко входу в здание. – Не надо, – попыталась остановить двинувшегося следом Галлагера Светлана, но парень лишь отмахнулся. Сминая пальцами подол своей куртки, вслушиваясь в речь Милковича, Йен пытался понять: то ли Терри тактику выбрал такую и пытался сбить его с толку, то ли этот мужчина просто над ним издевался. – ... и я заберу свое заявление, – закончил продолжительный монолог владелец питомника, складывая руки на груди и откидываясь на высокую спинку мягкого кресла в ожидании ответа рыжего парня. – Можете свое заявление себе в... – обозначенные условия не то, что могли быть рассмотрены, их даже слушать было противно. – Поаккуратней с выражениями, мальчик, – взмахом руки останавливая Галлагера, ухмыльнулся Терри, прокручивая на пальце увесистый перстень, чувствуя полную власть над растерявшемся молодым человеком. – Я могу сейчас же вызвать полицию, и твой залог быстро аннулируют, – пригрозил он, снижая агрессию ответной интонации до нуля, играя со своей жертвой. – Я не поступлю так с Микки, – спокойнее и сдержаннее, чем хотелось бы, проговорил Йен, поднимаясь со стула, полным ненависти и злобы взглядом прожигая на лбу мужчины огромного размера дыру. – Ну, смотри, мое дело предложить, – поспешно согласился с его решением Милкович, дернув плечами. – Подохнет от обезвоживания – твоя вина, – несколькими словами пересказав все то, что он уже успел озвучить, Терри нажал на красную кнопку стационарного телефона и приказал своему секретарю вызвать Тони и Игги. По пришествию распорядившись одному вывести сопротивляющегося и рычавшего себе под нос угрозы рыжего вон, а второго попросив остаться. – Что там у нас? – дождавшись, когда дверь за Галлагером и Тони закроется, поинтересовался Милкович у оставшегося в комнате парня. – Без изменений, – пожал плечами тот. – Воду мы насильно вливаем, вон, все пальцы покусал, мудак, – помахав ладонью в воздухе, отчитался Игги, – а вот жрать заставить не можем, – и виновато склонил голову, ожидая праведного гнева начальника. – Ниче, пару дней еще поголодает и сам попросит, – не сильно-то и расстроившегося полученной информацией. – А если нет, на капельницу посадим, делов-то, – озвучил Милкович запасной вариант, окончательно успокаивая своего подчиненного. – Свободен, – кивнул он Игги, но вновь окликнул его у дверей, вспоминая еще об одном распоряжении. – Майка найди только и ко мне отправь. Нужно этого самца продать побыстрее, а то проблем с ним слишком много, – приказал Терри, поднимая трубку телефона в желании сделать пару звонков потенциальным клиентам. – Кстати, когда там у него течка? – и снова не дал выйти парню, озадачив его новым вопросом. – Если верить записям Светы, через месяц где-то, – вспоминая данные карточки, полгода провалявшейся в архиве, но вновь возвращенной обратно, поспешил с ответом Игги. – Может, недели три. – Мгу, – кивнул на сказанное Милкович. – Не успеем продать к тому времени, сдадим в «Гамильтон» на пару-тройку дней. Тэренс говорил, что его клиентам понравилась сиамочка наша, думаю, и пидорасов, желающих поразвлечься с течным гибридом, с десяток у него найдется, – ухмыльнулся владелец питомника и, приказав парню внимательно следить за своей дочерью и не подпускать Галлагера близко, отпустил подчиненного. Освободившись от захвата рук обезьяноподобного Тони, Йен отряхнул куртку от невидимой грязи и поплелся в направлении общежития, мысленно проклиная грузную тушу Милковича всеми известными ему и выученными за время знакомства с брюнетом выражениями. Пересчитывая взглядом массивные булыжники высокого забора, Галлагер задумался над тем, что приходить в питомник все же, наверное, не стоило, и вновь перечислил в уме другие возможные варианты к спасению гибрида, не набрав и двух реальных к исполнению. За гудевшими в рыжей голове мыслями не сумев расслышать тихого стона-скулежа, раздавшегося по ту сторону ограждения. Свернувшись калачиком на металлическом полу уличной клетки, сжимая руками ноющий от голодных спазмов живот и кроша эмаль зубов острыми клыками, Микки проглотил очередную порцию кислорода, с трудом повернув голову на звук приближающихся шагов. – Ну, что, ушастый, поесть не надумал? – останавливаясь рядом с толстыми прутьями решетки, поинтересовался Игги, присаживаясь на корточки и проталкивая в предназначенное для него отверстие поднос с парой кусков белого хлеба и пакетиком молока. – Нахуй иди, – рыкнул в ответ гибрид, оттолкнув от себя еду ногой, прикрывая глаза и жмурясь, надеясь, что так патлатый прихлебатель Терри быстрее свалит. – Как хочешь, – поднимаясь, пожал плечами парень, развернувшись на пятках и делая шаг, но резко остановился, вспоминая об одной идее, пришедшей в его голову после разговора с начальником. – Кстати, о хуях. Конопатый твой приходил, – доставая из кармана пачку сигарет и зажигалку, растянул в улыбке губы он, получая молниеносную реакцию – Микки уже через секунду оказался возле решетки. – Да не радуйся ты так, – прикурив и выпустив изо рта внушительную порцию дыма, поспешил обломать брюнета Игги. – Бросил тебя твой рыжий, – добивая ослабшее тело и измученное сознание, протянул он, – чтобы Терри заявление из мусарни забрал, – и, отправив контрольный выстрел в четырехухую голову, скрылся из виду. На радостях забыв пообещать строптивому гибриду нового хозяина, клюнувшего на появление рядом с его фотографией на сайте питомника ярко-красного слова «Уценка».

Tbc…