Meow

Острое черное ухо едва заметно вздрогнуло от первого прикосновения холодных пальцев к покрытому шерстью нежному хрящику, вызывая нежную улыбку на губах Дэймона Хорнера, уже почти пятнадцать минут молча наблюдавшего за спящим гибридом, закопавшимся носом меж двух больших пуховых подушек. Будучи еще совсем маленьким мальчиком, сын знаменитого чикагского строительного инвестора Теодора Хорнера в гостях у одного из друзей отца и богатейших людей штата увидел необычное существо с длинным шелковистым хвостом и дополнительной парой ушей. Малыш Ди был покорен этим созданием, его грацией и кошачьими повадками, как завороженный наблюдал за движениями гибрида весь вечер, мысленно обещая себе, что когда-нибудь и у него обязательно появится свой собственный кото-человек. И вот, наконец, в возрасте двадцати с небольшим лет Дэймон исполнил свою детскую мечту и стал счастливым обладателем американской короткошерстой, из многообразия пород и внешностей предлагаемых мистером Милковичем питомцев, выбирая одного из самых ярких представителей – чистые голубые глаза и розовые губы, скрыть привлекательность которых не смог даже угрожающий оскал, все решили за Хорнера, не ставшего даже смотреть другие фото на сайте питомника, понимая, что нашел он именно то, что искал. Скользнув подушечкой указательного пальца по короткой мягкой шерстке ушка, Дэймон зарылся в волосы гибрида, лаская и нежно почесывая кожу брюнетистой головы, получая в ответ благодарное урчание, согревающее изнутри теплом благоговения и восхищения столь прекрасным созданием совместных усилий природы и науки. Наклоняясь и целуя висок досматривающего свои сны кото-человека, блондин в последний раз улыбнулся и тихо прошептал в человеческое ухо свои пожелания: – Доброе утро, – подарив легкое прикосновение его мочке губами, выдохнул он, продолжая почесывать макушку под тихое мурчание гибрида. – Я ухожу на работу, буду вечером, – проговорил Хорнер, усмехнувшись тонкой морщинке недовольства, появившейся на гладкой коже лба. – Если тебе что-то понадобится, нажми на кнопку вызова прислуги или позови охрану, они за дверью, – оставил он распоряжение и поспешил подняться с мягкого матраса, отмечая уже значительное опоздание на собрание. Обернувшись на оставшуюся за спиной кровать, Дэймон подарил кокону из одеяла искренне-влюбленный взгляд и скрылся за дверью. Отдав последние указания охране и прислуге, на ходу набирая на экране смартфона телефон офиса, чтобы предупредить о небольшой задержке, Хорнер направился к выходу, надеясь на расторопность своего водителя и то, что пробки утреннего Чикаго не будут к нему сегодня слишком жестоки, а рабочий день пролетит достаточно быстро. Ведь теперь по вечерам дома его будут ждать. В отличие от Дэймона, утро Йена Галлагера началось не с улыбки или теплого взгляда. Проснувшись от трели мобильника, рыжеволосый студент потянулся на кровати и громко клацнул языком от неприятной горечи во рту и подступающей к горлу тошноты. Наверное, стоило послушать Свету и не заказывать вторую бутылку. Тем более, спасительной пустоты в гудевшей голове и анестезии разорванного на куски кровоточащего сердца Йен не получил, даже когда тело молодого человека перестало слушаться своего хозяина. Размяв отекшие за время сна мышцы, Галлагер потянулся к продолжающему надрываться телефону, но небольшое препятствие в виде спящего рядом человека заставило резко повернуть голову. – Эм, – закусил губу рыжий, находя чуть ниже подушки торчавшую из-под одеяла незнакомую макушку, судорожно пытаясь вспомнить, откуда в его кровати может появиться дополнительное тело. Йен совершенно точно помнил, что ни с кем вчера вечером не знакомился. Да и мыслей подобного характера в его голове даже не возникало с момента встречи с Микки, оккупировавшим его сердце и влюбившим в себя парня с первого же взгляда. – Эй, – аккуратно толкнув спящего человека локтем, позвал Галлагер, в ответ получая недовольное бормотание и показавшееся из пухового укрытия ухо, прикрытое длинными шоколадными волосами. – Светлана? – наконец узнавая макушку подруги и примерно вспоминая окончание вчерашнего дня, нахмурился рыжий, повышая тон голоса в желании разбудить громко сопевшую Милкович. – Не о-ри умо-ля-ю, – простонала девушка, прячась обратно под одеяло, надеясь в темноте и тишине укрыться от разрывающей черепную коробку боли, а легким пинком под зад лежавшего рядом парня избавиться от причины своего пробуждения. – Что ты тут делаешь? – но проснувшийся окончательно благодаря шоку неожиданности Йен не собирался отступать – скинув одеяло и с себя и с девушки, рыжий удостоверился в том, что оба они были одеты, и что заданный им вопрос имеет вполне однозначный ответ. – Точнее, что тут делаю я? – не узнав в постельном белье и широкой кровати койку общежития, уточнил Галлагер, часто моргая и оглядываясь по сторонам, затуманенным взглядом зеленых глаз распознавая в окружающем интерьере квартиру шатенки. – Ты не смог выговорить адреса своего клоповника, и я привезла нас ко мне, – обреченно вздыхая на вынужденное пробуждение, просипела девушка, открывая глаза и морщась от утреннего света, наполняющего пространство комнаты. – Запомни, морковная голова, больше я с тобой не пью, – и, не сумев противостоять хлестким ударом солнечных лучей по воспаленным нервным окончаниям, вновь спряталась под одеяло. Вот только от Йена, резко подорвавшегося с кровати и вновь затараторившего, ей укрыться не удалось. – Черт, уже почти девять, – находя свой телефон и сверяясь со временем, проговорил рыжий, бегая взглядом по полу в поисках ботинок. – Нам нужно искать Микки, – перезаправляя футболку в джинсы и затягивая ремень, добавил он, головную боль глуша мыслями о своем парне, увезенном в неизвестном направлении еще вчера вечером, вновь пытаясь придумать возможные варианты для начала масштабных розыскных действий. – Ну, что ты разлеглась, а? Вставай! – но, не получив от своего основного союзника в плане спасения никакого ответа, плюхнулся обратно на кровать, начиная трясти извергающую проклятия девушку, пытаясь поднять ту и призвать к помощи. – Хва-тит ме-ня тряс-ти, – взмолилась Светлана, отмахиваясь от Галлагера, поднимаясь над матрасом и принимая сидячее положение, окончательно прощаясь с возможным продолжением сна и мысленно придавая студента самым мучительным пыткам. – Встаю я, встаю, – поспешила она предупредить новую атаку рыжего, спуская ноги на пол и поднимаясь, заметно пошатываясь от последствий вчерашнего. – Что будем делать? – проводив девушку до двери ванной, спросил Йен, подперев стену возле косяка плечом, на секунду задумавшись о том, что и ему самому душ сейчас не помешал бы. Но тратить время на водные процедуры рыжий не хотел. – Ты заткнешься и дашь мне спокойно собраться на работу, – раздался приглушенный ответ из кафельной комнаты и послышался звук включенной воды. – Иди, кофе свари пока, я без него не смогу думать, – распорядилась Светлана и скрылась от любых протестов друга под спасительным горячим душем. Наконец приходя в себя и обретая способность мыслить здраво, выуживая из памяти еще вчера придуманный план по выемке информации о покупательнице Микки и строя планы на день.

***

– Что? Что он сказал? – нетерпеливо ерзая на стуле в ожидании окончания телефонного разговора, поинтересовалась Светлана, заглядывая в распахнувшиеся в удивлении зеленые глаза парня. – Твой отец... – запнулся Йен, до сих пор не сумев поверить в полученную от своего государственного защитника информацию, – он забрал заявление, – дважды моргнув прежде, чем озвучить неожиданную новость, проговорил он. – Отлично, – самодовольно улыбнулась девушка, приложившая руку к решению Терри отозвать свое заявление из полиции и отпустить Галлагера с миром, испугавшись угроз дочери о прекращении общения и наводке налоговой на его не всегда законные дела. – И что теперь? – На послезавтра назначен суд по другим обвинениям, но он обещает, что мне только назначат несколько часов общественных работ, и все, – ответил рыжий, пытаясь переварить сказанное адвокатом, не веря своему счастью и подвернувшейся удаче. – И ты будешь свободен, – подытожила Милкович, радуясь первой легкой победе, обеспечившей Йену возможность полностью сосредоточиться на будущем преступлении. – И смогу забрать Микки, – воодушевился рыжий, позволяя себе секундную улыбку, тут же испарившуюся с его лица, стоило парню вспомнить об уже упущенном времени. – Послезавтра... черт, это слишком поздно, – выдохнул он, сжимая пальцами переносицу, проклиная ход стрелок часов и потерянные на выяснение крупиц информации о покупательнице дни. – Йен, успокойся, пожалуйста, – разгадав в движениях и голосе друга очередную приближающуюся истерику, попросила шатенка, накрывая оставшуюся на столе руку ладонью, собираясь с силами, чтобы вновь повторить уже не раз озвученное. – Он уже в течке, – выдохнула она, чувствуя дрожь сжавшегося в ее руке кулака, признавая неприятный факт последствий их задержки. – Давай, просто забудем об этом и попытаемся его вытащить, как только появится возможность. – Но... – Забудь, Йен! – повышая голос на тон в желании предотвратить, кажется, десятый по счету разговор о том, что его Микки прямо сейчас насилует какая-то престарелая извращенка, прикрикнула на студента Светлана, сжимая пальцами кулак парня и надеясь на способность Галлагера абстрагироваться от раздирающих ревностью сердце и выворачивающих отчаянием наизнанку внутренности мыслей. – Ты с этим уже ничего не сделаешь, время не на нашей стороне, – признала она поражение в первой битве, – давай, лучше, решим, что делать дальше, – но рассчитывала на общую победу. – Через два дня с тебя снимут подписку о невыезде, и мы сможем проведать миссис Норрис, – пытаясь отвлечь Йена разработкой плана побега Микки от новой хозяйки, осторожно начала девушка. – Сегодня, – но выдавленный сквозь зубы ответ друга разрушил любые надежды Милкович на принятие Галлагером трезвого решения без участия эмоций. – Сейчас, – а поспешно добавленное уточнение подскочившего со своего места рыжего заставило напрячься. И зачем она сказала ему, что смогла добыть домашний адрес Норрис, не дождавшись окончания судебного процесса? – Может, хотите поесть? – постучала в запертую дверь горничная, привлекая внимание свернувшегося клубком на кровати брюнета, кусающего в кровь губу и воющего от нестерпимого зуда в заднем проходе, продолжающем истекать вязко-прозрачной смазкой, призывая к активным действиям по устранению симптомов течки. – Мистер Дэймон просил покормить Вас, – вновь попыталась дозваться до гибрида девушка, оставляя поднос с обедом на небольшом столике возле двери и доставая из кармана маленький ключик. – Мяу, – услышала она в ответ, стоило чуть приоткрыть выкрашенную в кипенно-белый дверь и заглянуть внутрь комнаты, воздух в которой, казалось, был градусов на пять выше, чем во всем остальном доме. – Простите, я просто поставлю еду и уйду, – стремительно пробежавшись с подносом до прикроватной тумбочки и обратно, виновато проговорила служанка, торопясь скрыться в коридоре, вновь закрывая на замок отчаянно застонавшего на присутствие в спальне постороннего парня, надеясь, что из-за нескольких секунд ее нахождения рядом ему не станет хуже. Но громкое мяуканье вперемешку с животным рычанием и поскуливанием в прах разрушило ее ожидания. – Изнасиловать не успел? – усмехнулся Тим, один из охранников Хорнера, приставленный следить за комнатой Микки, встречая побелевшее лицо миловидной горничной Эмми, давно уже привлекающей внимание молодого человека. – Нет, – замотала головой девушка, украшая бледную кожу розовой краской. – Но ему, кажется, очень плохо, – поделилась она своими подозрениями с приятелем, бросив печальный взгляд на плотно закрытую дверь, из-за которой вновь раздалось отчаянное мяуканье. – Что, хочешь помочь бедолаге? – тут же поддел покрасневшую девушку Тим, широко улыбнувшись, но скрипнув зубами от ревности. – Он ж вроде того... по мальчикам, – напомнил ей охранник, делая шаг вперед и на всякий случай перекрывая собой проход в комнату гибрида. – Ага, ты бы больше подошел, – вернула приятелю колкость Эмми, усмехнувшись тут же нахмурившемуся лицу парня. – Мне просто его жалко, – но пояснить свою участливость поспешила, – он ведь реально мучается, – покачала головой она и, развернувшись на пятках, направилась к лестнице, заканчивая разговор, не находя больше в себе сил слушать этот скулеж из маленькой комнаты.

***

– Стой, идиот! – окликнула Светлана друга, сорвавшегося с места и стремительно приближающегося к высокому каменному забору, окружившему особняк миссис Норрис. – Там же камеры, – попыталась она призвать к разуму рыжего, но было уже поздно. Царапая ладони о шершавые камни, Галлагер вскарабкался по кладке на вершину, перегибаясь через ограждение, беглым взглядом осматривая придомовую территорию в попытках найти возможные пути проникновения в трехэтажный коттедж. – Черт, – утонуло в гуле раздавшейся тут же сирены, заставляя Йена принять скоропостижное решение – спрыгнув на сочный даже в это время года газон, студент помчался к замеченной двери, перепрыгивая через кусты роз и каких-то других, незнакомых ему цветов, подгоняемый мыслями о скорой встрече с Микки. Не услышав однозначного приговора Светланы, оставшейся по ту сторону забора: – Тебя же посадят, придурок влюбленный. – Отпустите его, – махнула охранникам рукой Катрин, приветливо улыбаясь выворачивающемуся в руках бодигардов парню. – Молодой человек, пожалуйста, успокойтесь и пройдите в гостиную, – ровным тоном голоса и каким-то величием, отслеживающемся в каждом движении и слове женщины, усмиряя пыл Галлагера, попросила она, указывая взглядом на широкую арку, ведущую в просторную светлую комнату. – Где он? – но до конца расслабиться рыжий, здоровью и свободе которого теперь ничего не угрожало, не мог. – Где Микки? – повторил он свой вопрос, в легкой улыбке женщины находя лишь дополнительный повод к злости. Но миссис Норрис будто издевалась. Распорядившись о том, чтобы им подали кофе и пригласили в дом оставшуюся на улице медсестру Милкович, Катрин удобно устроилась в мягком кресле с массивной спинкой, жестом указав Йену на место напротив, всем своим видом показывая молодому человеку, что разговор она начнет только на своих условиях. Скрипнув зубами на упрямство хозяйки, рыжий плюхнулся на обитый парчой диван, складывая сжатые кулаки на коленях, полным ненависти и злобы взглядом следя за оставшимся в комнате охранником, обещающим стать непреодолимой преградой к дальнейшему исследованию дома на предмет нахождения в нем Микки. – Здравствуйте, – улыбнувшись присоединившейся под чутким руководством огромного бугая девушке, миссис Норрис кивнула на принесенный поднос с чашками ароматного кофе своим гостям и, взяв одну из них двумя пальцами, сделала несколько глотков обжигающего язык и губы напитка. – Где... – вновь попытался призвать женщину к ответу Галлагер, покрутив по сторонам головой в поисках лестниц и дверей в другие комнаты дома, чтобы понять, за какой из них от него прячут его гибрида. – Его здесь нет, – но Катрин очередной вопрос задать не позволила – отставляя кофе обратно на столик, женщина попросила прислугу позвонить кому-то и, пока ожидала телефонную трубку, пояснила: – ваш Микки у моего сына, он живет не здесь, – получая в ответ поглотившее изумрудные глаза пламя ревности и злости, немного стушевалась она. Значит, она купила его не себе? Неожиданная новость полоснула по израненному сердцу Йена, вскрывая едва ли зарубцевавшиеся шрамы вынужденной разлуки новыми мыслями и картинками с самым высоким рейтингом, заставляя громко клацнуть зубами и утробно прорычать на богатого извращенца, решившего поразвлечься с живой игрушкой. И ведь Микки, его Микки, не сможет сопротивляться. Памятуя события почти двухмесячной давности и поведение течного гибрида, рыжий отчетливо представил себе хвостатого, ползающего в ногах своего нового хозяина, моля о ласке, подставляющегося и потирающегося о неизвестного мужчину, удовлетворяя его сексуальные желания и фантазии с большим энтузиазмом из-за чертовых инстинктов и кошачьих генов. Сжимая кулаки крепче и рыча громче, Галлагер пропустил мимо ушей телефонный разговор хозяйки дома, и лишь когда та обратилась непосредственно к нему, переключил свое внимание на миссис Норрис, хмурясь: –Что? – переспросил он, бросив мимолетный взгляд на так некстати улыбающуюся Светлану. – Я спросила, свободны ли Вы в пятницу вечером, – повторила Катрин, прикрывая телефонный динамик ладонью. – Дэймон приглашает Вас и мисс Милкович в гости, – каждым последующим словом увеличивая разрез глаз рыжего, сообщила она, ожидая ответа гостей. – Гибриду сейчас немного нездоровится, но к пятнице, скорее всего, он будет уже в состоянии встретиться со своими друзьями, – добавила миссис Норрис, получив кивок от Светланы и подтвердив визит пары в особняк сына, прощаясь с ним и укладывая телефонную трубку на колени. – Но... – Заткнись, – пихнув друга коленом и ощутимо ткнув локтем под ребра для подстраховки, шикнула Светлана, еще шире улыбаясь хозяйке особняка. – Спасибо большое, пятница нам подходит, – заключила она, сильно сжимая бедро рыжего пальцами в предотвращении возможных протестов или агрессии, способной свести на нет призрачную возможность увидеть Микки. – Хорошо, – кивнула Катрин, давая распоряжение прислуге принести свою сумочку. – Вот, тут мой номер телефона, позвоните мне днем, я сообщу Вам адрес и время визита, – протягивая шатенке позолоченную визитную карточку, проговорила она, поднимаясь из кресла, намекая паре об окончании разговора и необходимости попрощаться. – Была рада с Вами еще раз встретиться, – пожав руку Светлане и кивнув Галлагеру, не столь настроенному на проявление этики и воспитания, миссис Норрис подозвала своего охранника и договорилась с подчиненным о том, что ее гости будут доставлены по любому указанному ими адресу личным водителем. – Еще раз спасибо, – поблагодарила женщину Милкович, хватая рыжего за локоть и оттаскивая к выходу, по пути шикнув на его попытку сопротивления и приказав извиниться перед Катрин за несанкционированное вторжение в ее владения. – Простите, – сквозь зубы выдавил из себя Йен, до крови закусив щеку, чтобы сдержать совершенно другие слова, обильно генерируемые его мозгом. – До свидания, – попрощался он, отступая под настойчивыми толчками подруги. – Ты хоть понимаешь, КАК нам повезло? – обрывая продолжительный монолог Галлагера, сорвавшегося чуть ли не на крик, стоило друзьям вылезти из лимузина миссис Норрис и остаться наедине, предотвращая очередную попытку рыжего низвергнуть на плечи девушки весь ворох своих черных мыслей и горьких фантазий о судьбе Микки, рыкнула Светлана, прикуривая сигарету. – Она не вызвала полицию; она рассказала нам, где мохнатая жопа; и договорилась о встрече, – поочередно загибая пальцы, перечислила Милкович, призывая Йена к спокойствию. – Да хотя бы за то, что ее бугаи тебе голову не проломили, ты должен быть ей благодарен, – начала заводиться она, взмахом руки останавливая открывшего было рот в протест рыжего. – В пятницу мы поедем к этому Дэймону и сможем увидеть Микки, – чуть снижая тон голоса и укладывая ладонь на плечо студента, проговорила шатенка, надеясь на адекватную реакцию до сих пор заведенного Галлагера. – А до пятницы что? Сидеть и ждать, пока он с ним наиграется? – но Йен был слишком зол и оглушен ревностью. – Свет, он же... – Просто не думай об этом, – выдохнула Милкович, не находя других слов утешения, признавая факт вынужденной отсрочки и возможного изнасилования гибрида, успокаивая себя мыслями о том, что Микки в данный момент и сам не прочь подвергнуться сексуальным домогательствам. – Настраивайся на лучшее и жди, – поспешила добавить она, не позволяя другу в глазах своих прочесть горькой правды. – В пятницу ты его увидишь, и мы вместе придумаем, как ему сбежать, – заключила она и притихла. Да и сам Галлагер продолжать этот спор не стал. Попрощавшись с девушкой, рыжий поплелся к себе в общежитие, собирая подошвами ботинок крохотные камушки с асфальта и кожу ладоней под ногтями крепко сжатых кулаков в своих карманах. Изо всех сил стараясь не думать о «недомогании» брюнета и методов его лечения. Но, укладываясь в свою холодную и давно уже потерявшую запах кото-человека кровать, закрывая глаза и умоляя мозг отключиться, не смог устоять перед вновь наполнившими мысли графическими фантазиями и разбивающими сердце на тысячи осколков картинками. Вернувшись из душа, Дэймон нашел своего гибрида уже глубоко спящим. Залезая на высокую кровать и придвигаясь ближе, молодой мужчина приподнял пуховое одеяло, укрывающее горячее обнаженное тело, закинул длинный черный хвост себе на талию и зарылся носом в макушку, щекоча щеки мягкой шелковистой шерсткой кошачьих ушек. Прикрывая глаза от переполняющей сердце нежности, Хорнер улыбнулся раздавшемуся в ответ на его близость мурчанию и тихо прошептал в мягкие волосы: – Надеюсь, тебе понравится мой сюрприз.

***

– Предупреждаю, рыжий, без глупостей, – перехватив руку друга на подступах к кнопке звонка видеодомофона, прошипела Светлана, заглядывая в зеленые глаза Галлагера, суровым взглядом своим гася в них пламя ревности и злобы. – Сегодня мы просто с ним поговорим и попробуем решить, как его отсюда вытащить, понял? – повторила она уже сотни раз сказанное, дожидаясь кивка согласия и, вобрав в грудь воздуха для решимости, нажала на вызов. – Здравствуйте, – приятный женский голос из динамика поприветствовал пару. – Мисс Милкович и мистер Галлагер? – поинтересовалась девушка для проформы. – Да, – посмотрев в камеру и быстро кивнув, подтвердила свою личность шатенка, улыбнувшись звуковому сигналу открытия ворот, и подтолкнула вдруг окаменевшего Йена к первому шагу, крепко удерживая парня за локоть в надежде предотвратить необдуманные его поступки. – Добрый вечер, – склонив голову, повторила приветствие миловидная невысокая девушка в униформе прислуги, открывая входную дверь и жестом приглашая гостей пройти в дом. – Мистер Дэймон ждет Вас в гостиной, – сообщила она, забирая верхнюю одежду Светланы и Йена, указывая в направлении высокой арки, ведущей в просторную светлую комнату. Почувствовав, как напряглось тело стоявшего рядом парня, Милкович поспешила схватить того за руку, успокаивающим движением пальца по внутренней стороне ладони призывая рыжего к смирению. – Без глупостей, – вновь повторила она тихо-тихо и сделала первый шаг вперед, ведя скрипевшего зубами Галлагера за собой на встречу с новым хозяином Микки. – Оу, смотри, а вот и твои друзья пришли, – обернувшись через плечо на вошедших в комнату гостей, улыбнулся Хорнер, обращаясь к лежавшему на его коленях головой гибриду, прекращая перебирать его волосы и ласкать мягкие уши. – Проходите, пожалуйста, – махнув рукой над высокой резной спинкой дивана, скрывающей от взгляда Галлагера Микки, предложил он. – Выпьете что-нибудь? – гостеприимно поинтересовался Дэймон, помогая гибриду принять сидячее положение, усмехнувшись первому прикосновению черного хвоста, скользнувшего на его шею, обнимая. И только одного этого движения хватило Йену, чтобы слететь с катушек. Вырываясь из цепких пальцев подруги, рыжий в два широких шага подскочил к дивану, просвистев в воздухе крепко сжатым кулаком в намерении нанести первый удар по холеному лицу богатея, но распахнувшиеся в испуге и искреннем беспокойстве яркие голубые глаза, а также тихое «мяк» из приоткрывшегося от страха рта остановили орудие насилия на подлете к скуле мужчины. – Что..? – быстро моргая, пытаясь сообразить, что здесь происходит, выдохнул студент, бегая взглядом от лица гибрида к лицу Хорнера и обратно, но, как ни старался, понять ничего не мог. Благо, раздавшийся сзади до боли в груди знакомый голос вовремя пришел на помощь: – Ты ведь помнишь мою сеструху? – поинтересовался Микки, махнув рукой в сторону свернувшейся под боком Дэймона клубочком Мэнди, спрыгивая с подоконника и подходя к остолбеневшему Йену, обнимая того со спины и зарываясь лицом в складки футболки меж острых лопаток, жадно вдыхая запах любимого человека и довольно мурча. – Галлагер-р-фр-фррр.

Tbc…