Meow

Увлеченный своим пышным круассаном и клубничным конфитюром, Дэймон Хорнер не сразу заметил сковавшее мимику лица его гостя напряжение. Лишь не услышав ответ на свой вопрос о желанном Галлагером напитке, он заметно нахмурился и решил поинтересоваться о причинах подобного настроения рыжего парня: – Тебе не нравится еда? – указав взглядом на богато сервированный стол, ассортиментом предоставленных легких блюд больше напоминающий шведский в пятизвездочном отеле, задал вопрос мужчина, запивая свежую выпечку специально приготовленным в угоду хозяина дома кофейным напитком. – Нравится, – пожал плечами Йен, отвечая наугад, ведь попробовать угощения не позволял огромных размеров ком в горле, мешающий даже сглотнуть наполнившую рот слюну. – Так кушай, – добродушно улыбнулся блондин, поведением своим теперь еще больше путая напряженного парня, ожидающего совершенно иного, нежели легкая беседа за завтраком. – Уверен, в университетских столовых ты такого не попробуешь, – махнув рукой на еще горячие блинчики причудливой формы, в силуэте которых, Галлагер мог легко уловить намек на мультяшную мышь с большими черными ушами, подметил Дэймон, и принялся за свой омлет, попутно придвигая гостю тарелку со свежими фруктами. – Что ты имел в виду, говоря об оплате Микки? – не выдержал рыжий. Сцепив пальцы в замок и разместив полученную фигуру на белоснежной скатерти стола, Йен замер в ожидании ответа, мысленно представляя себе все возможные варианты. Предположения о натуральной плате за возможность обладания гибридом перебивали в рыжей голове красочные картинки операций по извлечению различных внутренних органов, единственно способных своей стоимостью посоперничать с ценой мохнатой жопы, завершаясь не менее яркими фантазиями о разнообразных способах заработка на необычной внешности и физиологии кото-людей. – Ты на каком курсе сейчас? – но Хорнер, кажется, отвечать не собирался, или пропустил терзающий Йена вопрос мимо ушей. – Второй, – скрипнув зубами, ответил студент, едва сдерживаясь от того, чтобы не потребовать объяснений силой, успокаивая себя мыслями о том, что игра на чужом поле требует подчинения и чужим правилам. – Хм, я думал, ты старше, – замялся блондин, небольшую паузу в разговоре используя для опустошения чашки. – И какой у тебя профилирующий предмет? – продолжил он свой допрос, отставляя освобожденную тару в сторону и принимаясь за следующее блюдо. В рыжей голове собеседника рождая вполне однозначное: «он издевается!». – Теория принятия решений в условиях неопределенности и управление рисками путем вероятностного анализа и альтернативных исследований*, – отрапортовал Галлагер заученное в первый день обучения наименование дисциплины, мысленно улыбнувшись воспоминаниям данного профессором Брэйди обещания прибавить на зачете дополнительные полбалла каждому студенту, способному быстро и без запинки выговорить полное название предмета. – Теория вероятности, – пояснил рыжий, встретив привычное взгляду зеленых глаз движение бровями любого собеседника, проявившего интерес к его учебному плану. – Будущий аналитик, значит, – хмыкнул Дэймон, складывая в уме два и два. – Да, – согласился рыжий, теряя остатки терпения. Окончательно покинувшего Йена, когда Хорнер задал свой следующий вопрос: – Как я понимаю, ты стипендиат? – Да какая разница? – всполыхнул Галлагер, расцепив руки и смачно хлопнув по столу ладонью правой. – Что ты хочешь в обмен на Микки? – вновь призвал к ответу блондина он и сжал кулаки, обещая молодому мужчине драку, реши он и дальше продолжать этот ненужный диалог. – Тебя, – усмехнувшись реакции парня, коротко ответил Дэймон, и рыжий подавился воздухом. Он был прав. Дэймон Хорнер казался слишком уж положительным, чтобы это было правдой. – Я, конечно, довольно обеспечен, но спускать в никуда четыреста с лишним тысяч не намерен, – воспользовавшись молчанием своего гостя, отметил блондин, постепенно переходя к сути выгодного предложения. – Но готов потратить их на то, чтобы я с тобой переспал? – заикаясь посреди слов и едва ли сдерживая напрягшееся для атаки тело на стуле, прорычал Йен, громко клацнув зубами. В раздавшемся в ответ хохоте хозяина особняка легко находя причину к капитуляции самоконтроля. Резко подскакивая с места и огибая дубовый стол, Галлагер в два широких шага сократил разделяющее их с блондином расстояние и потянулся к Хорнеру, чтобы поднять того со стула за шкирку. Все же, бить сидячего было ниже его достоинства. – Да подожди ты, – пытаясь сдержать улыбку и не злить рыжего больше, чем он сделал это уже своими многозначительными намеками, замотал головой Дэймон. – Ты всегда все решаешь кулаками? – но не смог сдержаться и прыснул, отметив побелевшие костяшки пальцев гостя, спеша оговориться, когда Галлагер схватил его за грудки и потянул на себя, заставляя подняться. – Мне не нужна твоя задница, Йен, я не по этой части, – выдохнул он, жмурясь в ожидании удара, мысленно обругав себя за дюжую любовь к прелюдиям даже во время простых разговоров. – Я предлагаю работу, – и, наконец, озвучил то, ради чего начинал этот диалог. – Работу? – свел брови на переносице студент, отпуская собеседника и отступая на шаг, усилием воли заставляя мозг нормально функционировать, чтобы составить правильную логическую цепочку. – Да, – кивнул Хорнер, расправляя образовавшиеся на хлопковой ткани складки, решая в уме сложный вопрос: какова вероятность нового проявления агрессии гостя, если он вновь попробует пошутить. – Вообще, хотел предложить тебе стажером в какой-нибудь из отделов пойти, но теперь, думаю, лучше вышибалой, – и позволил себе широко улыбнуться, отмечая удачу выбора – Йен не полез в драку. Часто моргая и хмурясь на озвученное предложение, Галлагер пытался найти в нем подвох, но без дополнительной информации сделать этого никак не мог: – То есть, ты выкупил Микки, готов отпустить его и еще работу мне предоставить? – озвучил он свои мысли и обернулся через плечо. – Я думал, «Скрытую камеру» закрыли лет пять назад, – бегая глазами по убранству просторной столовой в поисках крохотного записывающего устройства, проговорил рыжий. – Не совсем так, – но Дэймон вернул его внимание себе, последующими фразами разрушая предположения студента о возможном розыгрыше. – На Микки мы составим договор купли-продажи, – начал разъяснять он, возвращаясь обратно за стол, взмахом руки попросив рыжего его не перебивать. – Денег, как я понимаю, у тебя нет, поэтому мы пропишем в нем кредитные условия, естественно, с небольшим процентом, – продолжил Хорнер, в зеленых глазах, наконец, встречая огонек осмысленности и понимания. – А должность стажера я предлагаю тебе в качестве одного из вариантов заработка, чтобы не пришлось бросать обучение и ты смог получить диплом. Если согласишься, работать у меня ты будешь бесплатно, оклад и все возможные премии будут идти в счет уплаты твоего долга, – подвел черту он и замолк, давая возможность Йену переварить полученную информацию. – Ты предлагаешь мне взять Микки в кредит? – подавив нервный смешок, поинтересовался о верности сделанного вывода Галлагер, мысленно уже представляя себе момент, когда об этом узнает сам гибрид. – Ну, я не хочу давить тебя процентами, поэтому назвал бы это ипотекой, – улыбнулся блондин, отмечая появление на лице гостя взаимного движения губ. – Лет за двадцать, думаю, выплатишь, – примерно прикинул он возможные сроки долгового обязательства, рассчитав в уме размер ежемесячного платежа и среднего оклада молодых специалистов. – Погоди, не отвечай сразу, – предвосхитил Хорнер согласие открывшего было рот рыжего движением ладони. – Подумай, Йен, это довольно продолжительный срок и большие деньги, – озвучил он возможные причины к отказу молодого человека выкупать права на своенравного гибрида, который в любой момент может от него сбежать, оставляя после себя лишь долг в сотни тысяч долларов и немного черной шерсти на подушке. – Я согласен, – но Галлагеру время на размышления не было нужно. Он готов был уехать с Микки на край географии, рискнуть собственной свободой для его освобождения, и кредит на пару десятков лет уж никак не мог испугать Йена, по самые кончики своих ушей влюбленного в хвостатого брюнета. – Эй, – забираясь на высокую кровать и подползая ближе к спрятавшемуся под одеялом Микки, позвал Галлагер, вернувшись в гостевую комнату ближе к полудню. Обсудив с Дэймоном детали будущей сделки и возможные варианты трудоустройства, Йен, наконец, нашел в себе силы опрокинуть чашку горячего кофе, но от предложенного угощения рыжий отказался, добродушно улыбаясь спустившейся в столовую полчаса назад Светлане, кажется, не страдающей отсутствием аппетита, как друг, и быстро подчистившей пару тарелок. Извинившись перед хозяином дома и своим будущим работодателем по совместительству, студент покинул просторную светлую комнату с большим дубовым столом и поспешил наверх, чтобы встретить первый взгляд голубых глаз разоспавшегося брюнета. – Микки, – укладываясь рядом с бугорком одеяла, обозначающим место нахождения его хвостатого парня, повторил Галлагер, получая в ответ тихое урчание из-под пухового укрытия, не сдержав в груди порыва и обняв тканевый кокон, в увеличившем свою громкость мурлыканье распознавая взаимность испытываемых эмоций от новой встречи. – Ифи сфда, – раздалось приглушенное снизу. – Что? – переспросил рыжий, не сумев разобрать смысла фразы. Но вместо словесного ответа из-под одеяла показалась ушастая макушка, а потом и ее обладатель, выпутавшийся из ткани и самостоятельно забравшийся на Йена в желании получить свой законный утренний поцелуй. И с каких пор Микки стал таким ласковым? Возможно, Галлагер задался бы этим вопросом, если бы в его голове осталась хоть одна мысль, когда гибрид, скользнув своей промежностью по его животу, пополз ниже, вытягивая нижние конечности и переплетая их с ногами студента, углубляя целомудренный поцелуй и громко урча в рот Йена, пальцами своими зарываясь в рыжие волосы. – С хуя ли я должен оставаться? – недовольно фыркнул брюнет, складывая на груди руки, бегая взглядом от конопатого лица своего парня (серьезно, Микки, ты его теперь только так мысленно называешь?) к лицу блондина, сидевшего на диване с его сестрой на коленях, в распорядок дня которой, кажется, входили только сон, еда и поцелуи. – Мик, я не могу забрать тебя прямо сейчас, – попытался объяснить насупившемуся гибриду Галлагер, мысленно подбирая правильные слова, чтобы убедить хвостатого в необходимости пожить какое-то время у Хорнера и не сболтнуть о намечающейся сделке, прекрасно зная, что узнай Микки о том, что рыжий собирается стать его законным хозяином, Йен эти черные уши больше никогда не увидит. Слишком сильно строптивый гибрид не любил это слово. Хорошо Галлагер запомнил это, проводя бессонные ночи в холодной комнате в ожидании возвращения обиженного парня. – Я приду завтра, обещаю, – попытался немного смягчить отвернувшегося от него брюнета Йен, подходя ближе и обнимая того со спины, лишь на секунду обернувшись на тихо хихикающую Светлану, ожидающую момента, когда студент, наконец, закончит няшкаться со своим гибридом, за пару ночей на мягких матрасах из драного уличного кота превратившегося в домашнего капризника. – Не надо, – самостоятельно освободившись от рук Галлагера, огрызнулся Микки и, махнув своей лучшей подруге на прощание, поковылял в направлении кухни, желая заесть разочарование и обиду чем-нибудь вкусным. – В десять чтоб жопа твоя была тут, – бросил он в дверях, не обернувшись, и гордо удалился, на лице Йена зажигая самую яркую из возможных улыбок, а сердце его заставляя сбиться с ритма, на азбуке Морзе выстукивая вслед четырехухому свое признание. На машине Хорнера добравшись до дома Светланы, Галлагер попрощался с подругой и отправился к себе в общежитие, надеясь раздобыть копии всех пропущенных на этой неделе лекций и семинаров, чтобы нагнать учебный план и подготовиться к возможным тестам и промежуточным зачетам. Отставание студента, променявшего учебу на поиски Микки и судебное разбирательство, окончившегося его полным помилованием, от программы увеличивалось с каждым новым прогулом, грозя Йену скорым вызовом в администрацию, но, неторопливо бредя по улицам Чикаго, рыжий, казалось, и вовсе по этому поводу не беспокоился. Все мысли его вновь были заняты хвостатым парнем, временно оставленным на попечение его сестры и Дэймона, перевернувшего с ног на голову все планы Галлагера своим неожиданным предложением, подарив молодому человеку возможность быть с Микки на законных основаниях. Раскладывая разговор с Хорнером в голове по полочкам, Йен вновь поймал себя на мысли, что не жалеет о принятом решении, и позволил себе немного помечтать о совместной жизни с Микки, лишь на несколько секунд меняясь в лице, когда представил он, что жить им придется в картонной коробке. Черт, а ведь об этом рыжий не подумал. Соглашаясь на предложение Дэймона и вписываясь в долговую поруку, Галлагер не принял в расчет факт того, что ему еще нужно будет содержать купленного гибрида, закрывая на все возможные будущие трудности и проблемы глаза плотной повязкой слепой любви, проламывающей изнутри ребра бешеными ударами захлебывающегося чувствами сердца. Хмурясь на очернившие яркие фантазии и картинки мысли, Йен ускорил шаг, порывами прохладного осеннего ветра желая очистить голову от ненужных опасений и любого намека на возможный отказ от сделки с Хорнером, сосредотачиваясь исключительно на положительных моментах – паре черных ушей на его подушке по утрам, длинном хвосте, покрытом мягкой шерсткой, обнимающим и ласкающим кожу, и светлых голубых глазах, в которых, Галлагер готов был поклясться, он видел вчера намек на взаимность своих чувств. Чувств, позволивших рыжему запихнуть все сомнения и страхи в самый нижний ящик дальнейшей от внимания полки в голове и перейти на бег, желая за сегодня сделать как можно больше, чтобы освободить хотя бы половину завтрашнего дня для новой встречи с его гибридом. Почти его во всех возможных смыслах. Йен не знал, сколько было времени, ему было все равно. Едва переставляя ноги, студент плелся по коридору общежития из душевых, не потрудившись даже натянуть спортивные штаны и скрыть от взгляда возможных свидетелей свою тощую задницу в одних серых боксерах, все силы, оставшиеся от продолжительного мозгового штурма десятков параграфов и борьбы с сотней матриц, смыв в водопровод вместе с гелем для душа и шампунем, надеясь добраться до своей комнаты на автопилоте. Галлагер чертовски устал. Глаза щипали и чесались, требуя от своего хозяина отдыха, а расслабленные массажем горячей воды мышцы настаивали на скором приземлении подтянутой фигуры на горизонтальную поверхность, в рыжую голову Йена подбрасывая предложения бросить затею непродолжительного путешествия и устроиться прямо тут, в коридоре. Но с упрямством студента могло посоперничать только упрямство его хвостатого парня. Каким-то невиданным чудом добравшись до своей комнаты, Галлагер щелкнул замком, прячась от возможных ранних побудок за плотно закрытой дверью, и, оставив на столе кучу скомканной одежды и сумку с банными принадлежностями, не найдя в себе сил, чтобы разложить все по местам, уселся на краешек разобранной кровати, остатки мыслей собираясь потратить на то, чтобы вспомнить, когда он успел снять покрывало. Но раздавшийся со спины голос вовремя пришел на помощь: – И где это ты шлялся в два часа ночи в одних трусах? – вылезая из-под одеяла рыжего, поинтересовался Микки, хватая Йена за плечо и роняя на подушку, предварительно наказав несанкционированного стриптизера за публичную наготу парой царапин на бледной коже. – Что ты тут... мыться ходил, – под угрожающее шипение сквозь острые клыки, поспешил сменить вопрос на объяснения студент, улыбаясь своему своенравному парню, сбежавшему из дома Хорнера и пробежавшему едва ли не треть города, чтобы вновь залезть в гостеприимно приоткрытое окно на втором этаже общежития Галлагера. Йен хотел объяснить ревнивому гибриду, что безумно устал, что сил на то, чтобы надеть штаны и футболку ему просто напросто не хватило, а в такое время в коридорах вряд ли бы кто ему встретился, но следующее движение Микки не позволило произнести ни слова. Окончательно выбираясь из тепла нагретой кровати, ушастый оседлал рыжего, повторяя утреннюю позу, вот только ткани, разделяющей два тела, на этот раз было в разы меньше. Точнее, остался лишь небольшой кусочек хлопка, прикрывающий вмиг увеличившийся в размерах член Галлагера, на который опустилась голая задница его гибрида, не такая влажная и горячая, какой была она пару дней назад, но все равно до безумия желанная. Кажется, со сном вновь придется немного повременить.

Tbc…

_______________________________ * если кому интересно, это был любимый предмет ПолЯ в универе, и реально наш препод обещал тройку каждому, кто сможет воспроизвести полное его название на экзамене =]